Читаем Вцепления и срывы онлайн бесплатно

Босынь — плюсна

Босырник — босоножка

Сырник — балетка

Выхуячиватели — огромные ляжки.

Кухонные сырники — домашняя обувь с изящными союзками и открытыми пятками.

Балалайка — автобус типа ПАЗика.

Треск и писк раздался среди комнаты частного одноэтажного дома. Ногти ступней вонзились в деревянный пол. Стоят рядом четыре пары огромных ступней со скрученными пальцами ног. Первые ороговелые в жилках со старыми ногтями пахучие и вонючие мощные — это бабушкины. Мамины моложе с блестящими толстыми ногтями стоящими вертикально вонзёнными как бабушкины отращёнными концами в доски. Пятки поставлены на пол. Рядом огромные ступни старшей дочери. Крепкие молодые с гладкой блестящей кожей и с крупными ногтями покрытыми лаком красного цвета. Тут же ступни поменьше. Пальцы скручены в кулаки, а продолговатые ногти торчат в полу. Передняя часть чуть шире пяточной. Раздались щелчки. Пальцы начали распрямляться.

— Срываюсь, — раздался детский крик.

— Держись, — крикнула мама.

Завизжала старшая сестра, разнеся по дому крик. Бабушка завопила:

— Пошло, пошло, Держись, Настька. Вскочила Настя с криком, замелькала голыми ногами. Раздалось бубуханье смешанное с детским визгом.

Мама хлопнула по мощной ляжке и рявкнула:

— Блядь, ступни понесли.

Провизжала снова старшая сестра. Бабушка крикнула:

— Блядь, сука, ёбаный в рот.

Оббежала младшая комнату.

Мама визгнула:

— Сука, на второй круг пошла.

Бабушка прорычала:

— Сейчас нас всех тут к хуям посрывает. Ёбаный в рот.

Старшая дочь проорала:

— Держись, Настенька, держись.

Младшая провизжала. Раздались бубуханья по полу. Только ступни мелькают.

— Как крутит милую, — крикнула бабушка.

Мама визгнула:

— Как суку ебучую крутит. Держись Настя, держись, — и заорала до надрыва связок.

Старшая запищала, вытаращив глаза.

Младшая поставила руки на пояс, устроила топатушечку. Визг раздался на весь дом.

— Крутит, крутит, — прорычала сквозь зубы бабушка.

— Чего делается, чего делается, — проорала мама, вытаращившись на младшую дочку.

Старшая закрыла рот и нос домиком из ладоней. Мотает головой и громко ревёт, тряся в стороны тёмными длинными волосами.

Раздались щелчки ногтей. Старшая уставилась на свои ступни и визжит:

— Блядь, мама, меня срывает.

— Пошло, поехало, — заорала мама с надрывом, схватив голову руками.

— Блядь, сука, ёбаный в рот, — прокричала бабушка, — чего то я неправильно рассчитала на своих ступнях. Никогда же ошибки не было. Когда я пускаю колосок, он идёт по всем жилкам, морщинкам, мозолям, ороговелостям на пальцах и пятках, закаляясь мудростью и набираясь матёрости, а сейчас что это такое, что случилось? Я виновата, я виновата. Это будет пиздец, это пиздец.

Вскочила старшая дочь с оглушительным криком и устроила марафон по комнате.

Мама проорала:

— И эту засранку сорвало. Да что же это такое? — она повернулась и закричала на бабушку, — ты дура, дура, ты что напутала, где ты блядь ошиблась? Сука ебучая. Смотри, смотри, сука.

— Я не хотела, не хотела, — проорала бабушка, — где то произошла ошибка.

Младшая орёт дурниной и стучит ногами в пол. Старшая бегает и орёт, что есть силы. Мама прокричала:

— Держитесь, держитесь. Как вас крутит бедных. Ааааа.

Бабушка наклонилась и размахнулась, шлёпнула ладонью по правой ступне, по левой:

— Вот вам, вот вам суки вонючие. Смотрите, что вы натворили.

Вылупились ногти ступней бабушки так, словно говорят, сейчас ещё сильнее будет.

— Срываюсь, срываюсь, блядь, мама, держи меня на хуй, — прокричала мама бабушке.

Разогнулся палец на правой ступне и стал торчать, выскочил второй, третий. Мама прокричала:

— Сейчас понесут, сейчас понесут.

Старшая остановилась, встала раскорякой и завертела попой. Пизда зарычала, как бешеная собака. Груди замычали.

Младшая подняла ногу, повернулась, опустила ногу, подняла её, повернулась. Раздалось бабаханье в пол. Младшая провизжала, побежав снова.

— Оооой, оооооой, — орёт бабушка, переменившаяся в лице от испуга. Груди стали дрыгаться и мычать.

— «Щёлк, щёлк», — выщелкнули ногти ступней мамы. Стало больше разогнутых пальцев на её ступнях.

Младшая села на пол, открыла рот. Полетел долгий пронзительный крик. Раздалось под ней скрябанье. Затопала рядом старшая сестра, заорала как тепловоз. Мама проорала на свои ступни:

— Сейчас понесут, сейчас понесут.

Огласил комнату долгий крик бабушки. Она уставилась на ступни мамы, открыв от ужаса рот и заорала:

— Срыв, срыв. Ольга, блядь, сука на хуй.

Мама резко вскочила:

— Держите меня на хуй, сорвалась. Аааа.

Побежала с вытаращенными глазами.

Младшая сидит на шпагате, орёт дурниной:

— Писечка милая, держи меня, не срывайся, — торчат из детских половых органов, огромные пальцы, похожие на два больших пальца ноги, по которым течёт влагалищная смазка и стекает капельками по огромным грозным ногтям вонзёнными в пол.

Старшая рядом с младшей булками вертит, анусом светит, орёт что есть силы.

Бабушка кричит:

— Блядь, сука ёбаный в рот. Пиздец всему настал. Что за хуйня такая случилась? Только бы мне не сорваться, только бы мне не сорваться. Если я сорвусь, это будет пиздец, если я сорвусь это будет пиздец.

Младшая дочка закричала, шевеля быстро пальцами ног:

— Держи меня милая моя писька.

Продолжают торчать из детских разъярённых рычащих женских половых органов с набухшим клитором, похожим на залупившийся детский член, два больших пальца ноги.

Бегает старшая с рычащий пиздой и мычащими грудями. Пердит анус, создавая вонь. Старшая орёт со всей силы, переходя часто на плач.

Мама бегает с серьёзным лицом и трясёт грудями:

— Сорвалась, сорвалась, ёбаный в рот, держите меня на хуй.

Бабушка сидит и орёт:

— Только бы мне не сорваться, только бы мне не сорваться. Это будет пиздец, это будет пиздец, — раздался хлопок и разогнулся мизинец на правой ступне бабушки. Она уставилась на него и как заорёт, — сорвался, сорвался, милый мой родной. Не выдержал, не выдержал, сука ёбаный в рот, — послышался второй щелчок, глухой грозный обозначивший всё происходящее, — блядь, это что такое, почему срывы у меня пошли? Двадцать лет не срывалась, — она запрокинула голову и заголосила, — блядь, мамаааааааа, сейчас будет срыв, сейчас будет срыв, это будет пиздец, это будет охуенный пиздец.

Младшая продолжает сидеть на шпагате. Ногти детских половых органов вонзены в пол. Песня вылетает из детского рта. Влагалище пердит, анус стреляет.

Остановилась старшая дочь, задолбила ступнями, завизжала.

Мама танцует по бешеному и орёт.

Раздался громкий хлопок.

— Аааааа, — проорала бешено бабушка, не своя от ужаса.

— «Бац», — раздался ещё хлопок и разогнулся большой палец на правой ступне, — сука, ёбаный в рот, — провизжала бабушка, — я не хочу срыва, я не хочу срыва. Это будет пиздец, это будет пиздец, — хлоп, выскочил ноготь второго пальца правой ступни, — чего делается, чего делается.

Мама затанцевала арабский танец, запела сама себе на восточный лад. Набух детский клитор у младшей ещё больше. Большие пальцы щёлкают по вторым.

Старшая расставила ноги, зашлёпала рукой по голому половому лобку и заскребла ногтями ступней по деревянному полу. Бабушка орёт:

— Я срываюсь, блядь, я срываюсь. Меня уже ничто не удержит. Это будет пиздец. Это будет пиздец. Держите меня, вяжите меня. Я тут дел сейчас натворю.

Младшая кричит, детский клитор стоит, выделения сочатся по широким вонючим ногтям больших пальцев ног торчащих из детских женских половых органов. Детская пизда вцеплена ногтями в пол.

Старшая крикнула:

— Я сейчас то же пиздой вцеплюсь.

Она села на шпагат, выпустила из недр подросткового влагалища два ножных пальца и вонзила крупные отращённые вонючие ногти. Мама продолжает танцевать по-восточному и напевать нежно среди криков и писков.

Раздался оглушительный щелчок. Разогнулся четвёртый палец на левой ступне бабушки:

— Я сейчас сорвусь, я сейчас сорвусь.

Старшая дочь прокричала вместе с младшей, чтобы бабушка не срывалась, на бабушка ответила среди рычаний и мычаний:

— Всё, внучки, всё, мои родные, всё мои хорошие, пошли ногти выскакивать из пола. Я сейчас сорвусь.

Дочки проорали истошными голосами, а потом младшая крикнула:

— Бабушка, не срывайся.

Выщелкнул последний ноготь. Бабушка заорала, задолбила ногами, смешался крик с бабаханьем в пол. Выделилось огромное количество срывной энергии, давшей по ногтям высунутых из недр женских половых органов. Остались только лунки от вцеплений. Старшая дочь оказалась прижатой половыми губами к половым губам младшей, а над половыми лобками четыре больших ножных пальца сцепились до побеления. Дочки кричат двухголосьем. Мама же вертит голой жопой, дрыгает ей по всякому, лупит по ягодицам и орёт:

— А ну успокоилась тварь вонючая.

А жопа в ответ только дрищет анусом.

— Тупая сука, — проорала на неё мама.

Вскочила бабушка в это время и ударила дверь шкафа с криком каратистки. Раздался треск, полетели шурупы, запестрели в приоткрывшийся щели платья и юбки. Бабушка ударила ногой вновь. Дверь шкафа оказалась у стенки наклонённая:

— Вяжите меня на хуй, сейчас весь дом разнесу, — и долбанула ногой по креслу, подбежала к столику и перевернула.

Дочки лежат на полу и орут, шлёпая по лобкам. Раздаются рычания и вопли.

— Как сильно сцепились, — проорала младшая дочка.

— А ну расцепляйтесь, — крикнула старшая.

Но их половые органы рычат как два бульдога. Голоса понеслись причудливой какофонией по дому.

Мама крутит жопой, увидала бабушку и прокричала:

— Мама, мама, милая моя. Держись моя сладкая. Мама, я не верю, что ты сорвалась. Это сон, это сон. Мама, мамулечка моя родная. Зачем ты сорвалась?

Бабушка запрыгала и стала долбить в пол крепкими зрелыми ороговелыми ступнями. Глаза округлены. Груди дрыгаются. Бабушка орёт с неистовством.

Взялась старшая дочь руками за пальцы над половыми лобками, сморщила лицо:

— Расцепляйтесь же суки. Надо же как вы сцепились. Не расцепишь вас никак. Пизда вонючая. Ты радость должна дарить, а ты сцепляешься с пиздой моей сестрёнки. Как тебе не стыдно. Вонючая ты немытая пизда, а ну, расцепляйся.

Дочки разошлись в стороны. Кинулась старшая к бабушке, а младшая подбежала к маме и размахнулась, ударив по маминой ягодицы. Хлопнула по ней следом мамина рука. И вот опять детская ладонь звонко шлёпнула по трясущейся пердящие жопе.

Дочка хлопает и хлопает. Мама дрыгает жопой и орёт. Дочка визжит.

Бабушка побежала и орёт:

— Опять неправильно колос пошёл. Да что же это такое за колос упрямый? Что произошло с ним? Почему он неправильно идёт?

Трясутся у бабушки груди и мычат, как две коровы. Влагалище дрищет и пердит, перепёрдываясь с влагалищем мамы и внучек. Дом наполнен беготнёй, криками и визгами. Мама прокричала дочерям:

— Настя, Таня, заряжайте влагалища носками и колготками. Пусть они впитают прокруты бабушки иначе она весь дом разнесёт.

Подбежала Настя младшая дочка к своему шкафчику, взяла носочки. Выдвинула старшая свой шкафчик, взяла пару кружевных трусов, взяла и мама свои капроновые колготки, заработала быстро руками, скручивая, расставила ноги и затолкала во влагалище, как в пушку и спросила у дочек:

— Вы готовы?

Они ответили друг за другом «да». Бегает и орёт бабушка, что есть силы. Рычит, пердит, стреляет воздухом влагалище. Бабушка кричит, что есть силы.

Мама и дочки расставили широко ноги, согнув в коленях, опёрлись на руки и приподняли попы.

— «Пах», — и полетели носки из влагалища младшей дочки. Один упал рядом с мамой, другой на лобок. «Пах пах» — и полетели двое кружевных трусов старшей дочки. Белые, следом красные. Следующий выстрел мамин. Колготки упали на голый детский живот. Мама прокричала:

— Настя, одевай их скорее, в них тебя сейчас должно прокрутить и ты заберёшь прокрут на себя.

Встала бабушка посередине комнаты, вонзилась отчаянно ногтями ступней в пол и уставилась на свои старые ступни в жилках:

— Ой, блядь, неправильно колосок пошёл. Снова неправильно пошёл. Да куда ты на хуй идёшь, опять не туда. Всё, запутался бедный, запутался среди жилок и венок. Бедный бедный колосок, — уставилась бабушка напряжённо, выжидая пока вновь пущенный из влагалища колосок идёт по ступням, — куда ты куда ты чёрт колосный. Там другой колосок. Вас же сейчас скрутит. Ааааа блядь. Я же сказала, — пошла долбить пятками, и заорала. Младшая выбежала в колготках на середину и принялась с детским визгом притопывать ногами, задорно танцевать и повизгивать. Мама продолжила со старшей дочкой, переплёвываться из влагалищ трусами, носками, колготками, устроив праздничный салют, сопровождаемый криками, визгами разной длины и вычурности.

Настя забегала в колготках мамы вокруг бабушки долбящей в пол пятками и визгнула. Прокричала следом бабушка. Настя издала опять пронзительный тонкий звук, дотронулась колготочной ступней до ноги бабушки и встали в раскорячку, задрыгав попой. Раздался дрист из детского ануса. Визги и крики раздаются чуть в стороне. Взмывают бесконечно из влагалищ трусы, носки и колготки. Настя дотронулась ступней до волосатого лобка бабушки, повернулась к старшей сестре и маме лицом, поставила ноги вместе, развела детские капроновые ногтистые нюхачки — вонючки, согнула пальцы ног и закричала долго гласную «АААААААА». Словила старшая дочка детский носок своим влагалищем, раскрывшимся, как бутон, засосала. «Хлоп» и вылетел из влагалища мамы следующий детский носок. Обе крикнули. Он засосался влагалищем старшей дочери Тани. Мама поднапряглась. Трусики заалели в преддверии влагалища.

— Таня, лови.

— «Шлёп», — раздался звук. Мелькнули в воздухе трусики. Вильнула старшая дочь Таня пиздой и всосала с шумом трусы. Замычали груди бабушки. Она шлёпнула по ним рукой. Замычали следом титьки мамы. Она то же шлёпнула по титькам. Бабушка орёт вместе с младшей дочкой. Визги и крики на весь дом. Стали обе носиться по комнате и орать. Бубуханье ступней завибрировало пол.

— Ух ух, — раздалось среди беготни, — ух ух, — «Бух бух», — ух, ай, ой.

Наполнен дом визгами и писками. Пальнула Таня трусами в горячее розовое раскрытое жаркое мамино влагалище. Раздался крик старшей дочери Тани, смешавшись с криком мамы. Раздался следующий хлопок. Влетели туда же красные трусы, а потом Таня закричала:

— Держи Настькены вонючие носки.

— Держу, давай.

Мелькнули яркие ткани и тут же исчезли во влагалище мамы.

Младшая дочка Настя бегает и орёт. Пошли стрелками колготки на детских ногах. Обтянута попа в колготках. Бабушка лупит по мычащим грудям и горлопанит:

— А ну корова прекрати мычать. Чего вы мычите?

А груди в унисон му да му. И так протяжно, жалобно, точно жалуются. Настя принялась танцевать и пердеть. Колготки стрелками идут.

Мама взглянула на младшую орущую пердящую танцующую младшую дочку и крикнула:

— Настя, Настя, у тебя колготки переколосило. Осторожно, колготки, — указала мама на детские ноги и пытается перекричать мычание грудей, рычание влагалищ, баханье ступней и бесконечный визг младшей дочки и ор бабушки.