Читаем Песни Свободы онлайн бесплатно

Давайте знакомиться. Я Алексей Суховерхов, писатель и журналист. А теперь еще и шкипер яхты Liberty Tours, моего дома под Британским флагом.

Я родился в Москве. Был участником литературного объединения «Магистраль» Григория Львовича Левина. Именно его я считаю своим первым и настоящим учителем литературы. Кто не знает, кто это, поищите в Гугле, что такое знаменитая «Магистраль».

Но я сделал большую ошибку в своей жизни. Не пошел учиться в Литературный институт. Как и многим, мне захотелось иметь кусок хлеба на столе. И я окончил факультет журналистики МГУ. А потом на хлеб понадобилось масло и колбаса. После журфака я сделал еще и карьеру в банковской сфере.

Но судьбу не обманешь, хотя и потеряешь время. К сожалению, свою первую книгу в итоге я написал только в тридцать лет. Да и то она была о деловой психологии. А сегодня – перед вами мой первый сборник именно художественных произведений, рассказов.

Этот сборник был начат в России, примерно в 2010 году. А последний рассказ писался уже в эмиграции. Хотел написать о своем времени, о том, что вокруг. Но получилось как-то само собой, что в книге отразилась целая эпоха. От надежд того времени, носителями которых стал средний класс, до полной безнадежности конца две тысячи десятых… Эволюция и крах сопротивления, внутреннего мира и целого сословия – наиболее образованных и состоявшихся людей.

Наш класс вымирал, и мы менялись. Кто-то продался властям и пошел на службу режиму. Кто-то, как я, сохранил верность своим убеждениям. Хотя и они, это видно из произведений, менялись во времени. Пусть будет все, как есть – я не вносил в них коррективы перед выпуском. Думаю, что главное осталось неизменным: принципы гуманизма и либерализма.

У меня нет шансов напечатать эти рассказы при действующем в России режиме. Поэтому делаю из него электронную книгу. Надеюсь, она Вам понравится, и мы продолжим наше общение. Если этот опыт удался, то ждите от меня… морские истории!

Благодарности

Пользуюсь случаем выразить благодарность единственному человеку на этой земле, который поддерживал и поддерживает меня во всех моих начинаниях – моей маме Лидии Суховерховой.

Памяти Татьяны Дорогиной (Орловой)

Продавец музыки

Может быть, это мечта любого мужчины. Наверное, каждый представитель «сильного пола» хотел бы почувствовать себя настоящим испанским мачо. Есть ли на свете такая работа, когда приходишь утром – и тебя встречает сотня самых прекрасных на свете женщин – со всего света. И каждую можно разместить у себя на коленях, обнять и прижать к груди. Они такие разные. И все, как одна, готова открыть тебе душу. Откликнуться на нежные и, в то же время, решительные прикосновения твоих пальцев. Конечно, каждой из них нужен определенный настрой. Ты создаешь его опытными руками – в считанные минуты. Ты можешь любить каждую из них – весь рабочий день. И наслаждаться каждой из них, сливаться с ней в едином порыве бешеной страсти или спокойной неги. Такая работа есть.

Максим спустился в полуподвальное помещение музыкального магазина. Его взору предстали стены, увешанные гитарами. Шести- и семиструнные. Большие и поменьше. Классические с нейлоновыми и акустические со стальными струнами. Электро. Испанки, немки, китаянки. Из Чехии, из России. Отовсюду, где делают, или делают вид, что делают гитары.

Максим хорошо знал эту шутку одного своего знакомого гитариста. Да, его любимый инструмент деревянный. Но душа – живая. А сколько людей вокруг, которые живые, настоящие. Но души у них – деревянные.

Справа, у стойки с компьютером, совмещенного с кассой, его встретил коллега по работе Андрей. Который лучше «играет» на клавиатуре счетоводов и бухгалтеров, чем на струнах или клавишах.

– Привет, продавец музыки! Ну, что, пора?

– Да, я уже снял табличку «Закрыто» с входной двери.

День начался. Максим прошел в торговый зал и взял один из инструментов – желтую Кремону. Он не снял инструмент со стенда, он поднял гитару так, как только может поднять свою партнершу танцор на международном конкурсе: нежно, аккуратно и, в то же время решительно и уверенно. Максим опустился на стул. Разместил прищепку гитарного тюнера на грифе и выверенными движениями подстроил ее. Максим заиграл. Умелые и твердые пальцы левой руки легко и быстро перелетали со струны на струну, с лада на лад. В то время как правая кисть, казалось, парила над розеткой, так быстро, что не было видно, в какое мгновение извлекались звуки. И по залу потекла музыка – неповторимый ритм испанского танца. Инструмент запел в его руках, выпустил из себя порыв безграничной страсти. А другие инструменты на стене, казалось, откликнулись едва заметной вибрацией открытых струн.

Его импровизированную утреннюю репетицию прервал первый посетитель. Это был мужчина средних лет. В хорошо отглаженной одежде. В белой рубашке. С сумкой для ноутбука на плече и мобильным телефоном на поясе. На пальце правой руки побрякивал брелок с ключом от машины. Деловито и даже решительно посетитель прошел в зал с развешенными инструментами. И стал разглядывать их.

Максим не торопился прийти к нему на помощь. Он знал, что человеку надо прежде всего дать осмотреться. Интересно, кто на этот раз перед ним? И зачем ему гитара? Ведь кажется, в жизни у него и так все есть.

Пожалуй, сразу и не определишь, кто он. Может быть, обычный «офисный планктон» или «хомячок». А может быть, бизнесмен средней руки? Максим никогда не понимал таких вещей. Зачем тратить целую зарплату на мобильный телефон последней модели, если потом все равно приходится использовать всего две функции: ответить на звонок или послать вызов. Для чего нужно носить с собой сумку для ноутбука – с какими-то бумагами, но без самого ноутбука. Может быть, провести его сразу в отдел, где продаются гитарные футляры?

– Что посоветуете? Мне нужно вот что. Я хочу себе купить гитару. Мы в молодости играли с друзьями, даже группа у нас была. Но это, конечно, в прошлом.

Максим поднялся навстречу клиенту. Несмотря на то, что покупатель был на голову ниже Максима, даже снизу вверх его взгляд говорил о том, что жизнь удалась.

– Понимаю…

– Но все-таки хочется иногда вспомнить прошлое. Правда, раньше такого выбора не было. Были Кремоны в лучшем случае, были наши дрова. Электруха – вообще из области фантастики…

– Так что бы Вы хотели сейчас? Электро? Акустику?

Клиент задумался. Максим стоял и ждал. Просто ждал, как учили его на ускоренных курсах продавцов – что называется, на рабочем месте. И в этот момент он тоже задумался о своем. О том, как всю свою жизнь учился играть. Как в шесть лет мама отвела его в музыкальную школу. Как он постигал азы. Как учил, порой со слезами на глазах, сольфеджио – целых семь лет. Как взял гитару вторым инструментом после фортепиано – а потом она стала делом всей его жизни. Как болели пальцы в первые месяцы игры. И не только тогда. А еще когда после школы он решил поступать в музыкальное училище. Обычно он играл по два часа в день. Без выходных. Без праздников. Но когда надо было готовиться ко вступительным экзаменам, кажется, время остановилось. Он жил со своим инструментом. До кровавых мозолей на пальцах левой руки.

Сколько лет он учился? Семь в музыкалке. Пять лет в училище. Итого двенадцать лет. И что в результате? Сегодня водитель получает вдвое больше него. А для того, чтобы стать водителем, достаточно трехмесячных курсов! И это при том, что он продавец в музыкальном магазине. А если бы пошел преподавать в музыкальную школу? Один его однокурсник так и сделал – он преподает игру на гитаре. И что? Сегодня родители отлично умеют считать – за своих детей. В музыкальных школах – недобор, музыка – невыгодное дело. Впрочем, его однокурсник честно предупреждает родителей: пусть для вашего ребенка это будет только хобби. Да, об этом вынужден говорить преподаватель!

А если приходится перебивался от концерта к концерту? Хорошо устраиваются единицы. И как? Только в одном случае: если играют на пьяных корпоративах. Но разве это призвание музыканта – веселить зажравшуюся публику, нефтяников, банкиров, чиновников? Выслушивать эти унижения. Понимать, что они на самом деле никто, жулье и вруны, которые грабят свой народ, а потом транжирят украденное…

Почему этот мир так несправедлив? Почему воздается не по труду и способностям, а по везению и наглости – отобрать у ближнего, рассчитать свой барыш, прихватить что-то у окружающих?

Клиент выбрал. Он прервал размышления Максима.

– Хочу попробовать… – он назвал марку электрогитары. Типа Fender Stratocaster – с чистым и ярким звуком.

«Что-то все-таки понимает», – подумал Максим и протянул инструмент, подсоединил его к гитарному комбику-усилителю. Клиент преобразился и изменился до неузнаваемости, как только инструмент оказался у него в руках. Казалось, он почувствовал себя рок-звездой.

Чувствовалось, что когда-то учился, но вывел он кусочек из старой-старой рок композиции крайне неумело. В его позе, выражении лица, в нем не было в этот момент этого наносного, того самого стремления к видимой успешности, которая отталкивала Максима в самом начале. Все-таки он свой – играет хуже него, но свой. Из мира музыки…

– Вы учились когда-то? – спросил Максим.

– Да, несколько лет в музыкальной школе. Потом мы с друзьями хотели создать свою группу. Но потом мои родители убедили меня, что сначала надо овладеть какой-то профессией. Я поступил в институт. Ну и музыка осталась где-то в прошлом… Я не играл уже более десяти лет…

Максим знал этот тип покупателей. Пожалуй, это его лучшие клиенты. Все понятно. Ради денег человек выбрал себе профессию. Ради хорошей жизни он занялся не своим делом. И вот у него все есть. Но осталось то, что называется ностальгией. По молодости. По свободе. По чему-то далекому и… настоящему.

– Вы неплохо играете, с учетом того, сколько времени вы не брали инструмент в руки…

– Да, работа, семья.

Вот именно так все и происходит, подумал Максим. Человек получает дар от природы. Но потом разменивает его на что-то. Откладывает лучшее на завтра. Мы не знаем, есть ли на свете бог, но сатана есть точно. Сначала он предлагает сделать совсем маленькую уступку. Маленький шажок в сторону – от себя самого. Потом второй. И вот душа человека, все его лучшие способности и проявления оказываются где-то в далеком прошлом. Он продан за звонкую монету, за шуршание денег, которое слышится при выдаче денег из недр банкомата…

Клиент продолжал что-то наигрывать перед Максимом. Что-то – из прошлого. Но это была уже не музыка, по большому счету. Он больше не музыкант.

И даже здесь, всего через несколько минут, трезвый разум и расчетливость вернулись к клиенту. Он не купил электрогитару, для подключения которой требуется масса дополнительного оборудования. Его выбор через какое-то время проб и ошибок пал на акустическую, с металлическими струнами. Звонкую, достаточно дорогую – и в то же время, опять не на ту, на которой, может быть, он хотел играть всю жизнь. Потому что разум его с тех пор, когда он был начинающим музыкантом, изменен. На всю жизнь.

Удивительно, что вообще этот человек пришел в магазин музыкальных инструментов. Другие на его месте – даже и не думают взять гитару в руки. А просто идут туда, где продается музыкальная аппаратура – Hi-Fi и High-End. И становятся на всю оставшуюся жизнь – слушателями. Меломанами. Но никак не исполнителями – даже для себя. Вот она – несостоявшаяся жизнь: до конца своих дней крутить чужие пластинки.

Максим проводил его к кассе. Помог оформить покупку и упаковать инструмент. Подобрал новые струны, ведь изначально при изготовлении традиционно ставятся не лучшие и не самые подходящие. Демо, так, чтобы только можно было попробовать и оценить звучание – в общих чертах. И вот он вновь остался один – наедине со своими любимыми гитарами (а напарник его не в счет, его инструмент – касса).

Окинув взглядом зал, Максим выбрал ту, которую хотелось взять в руки на этот раз. Ему вдруг стало по-настоящему грустно. И может быть, даже в какой-то мере жалко себя. Он не только один в этом зале. Максим одинок – во всей жизни.

А ведь еще совсем недавно, каких-то полтора года назад все было совсем по-другому. У него была любимая девушка – его Анна, любимая Аня с которой он дружил со школьной скамьи. Как-то незаметно эти отношения переросли в нечто большее. Еще бы – она не чаяла в нем души. В любой компании – его песни, его музыка. Максим был самым популярным парнем в классе, да и во всем их районе. Многие сходили по нему с ума в школе. Но он выбрал из всех – именно ее.

Он и сейчас помнит ее русые волосы ниже плеч. Голубые глаза – без дна, в которых отражалась любовь и страсть. Ее талию. Ее стройные ноги. Тонкие пальчики ее рук.

Все кончилось – совершенно для него неожиданно. Анна позвонила ему однажды и сказала, что им нужно срочно поговорить. Договорились встретиться у памятника Сатаны. Да-да, есть в Москве такой памятник в Москве, на станции метро Новокузнецкая. Максим не помнил автора этого шедевра, но выглядит скульптурная композиция с фонтаном так. Колонны по периметру сквера. А в центре – квадратный постамент с водой и две фигуры под деревом – Адама и Евы. Бронзовые статуи, худые и покрытые патиной. Срамные места прикрыты фиговыми листами из того же материала. В общем, памятник новой эпохи – как водится, дорогой и бестолковый. Максим даже не успел заметить, есть ли там искуситель-змей, потому что Аня пришла быстро. В отличие от обычного, не опоздала ни на минуту. Но она была другая. Совершенно не такая, как всегда.

Максим хотел, как всегда, обнять и поцеловать ее, но она отстранила его каким-то неловким движением.

– Нам надо серьезно поговорить. Пошли выпьем кофе.

И они зашли в близлежащую кофейню. Сели и заказали два капучино. Тогда Максим еще не работал в магазине музыкальных инструментов. Перебивался случайными заработками – от концерта к концерту. И может быть, именно поэтому его мысли были заняты другим – хватит ли ему денег еще на кофе, если они закажут что-то еще. В общем, он даже не заметил, что что-то изменилось. Не мог подумать о том, насколько это серьезно.

– Аня, что с тобой случилось?

– Максим, между нами все кончено. Мы не можем больше встречаться. Я люблю другого мужчину.

Эти слова прозвучали, как удар. Как раскат грома зимой. Как внезапно вырубившееся электричество во всем доме. Мир погас. А сердце его нещадно забилось в поисках выхода – из груди.

– Но почему?

– Так не может больше продолжаться. Я женщина, и я хочу быть счастливой. Между нами ничего не может быть серьезного. Ты такой человек – ты сходишь с ума по своей музыке. Она не дает тебе абсолютно ничего. А я хочу жить нормально, рожать детей, ездить за границу, купаться в море, в выходные поехать куда-нибудь на своей машине. Я не могу так больше жить. Я не хочу. Я встретила другого человека.