Читаем Мой непокорный вампир (СИ) онлайн бесплатно

Не смейтесь. Это был именно бал — с костюмами, шикарными платьями — и масками, скрывающими лица, дающими то чувство безопасности, что стоит за многими ужасными поступками…

Я веселилась, одинаково опьяненная вином и всеобщей атмосферой безмятежности, безнаказанности, анонимности. Я делала колкие замечания женщинам и опасно флиртовала с мужчинами, делая им пошлейшие намеки. Ведь я знала, что этот бал — особенный. В полночь, когда пробьют огромные часы на стене бального зала, мы не снимем маски, о нет. Мы набросим черные плащи, скрывая платья и костюмы, надвинем капюшоны на лица, пряча лихорадочные блеск глаз — и разъедемся на такси, каждый — в свою сторону, каждый — в одиночестве.

Ведь таковы были Правила. А те, кто нарушает правила, больше не возвращаются на бал.

Конечно, уезжали не все. Многие поднимались наверх. Я слышала, там были отдельные комнаты, погруженные в полную тьму — даже там полагалось сохранять анонимность. Я видела, как женщины уводили кавалеров по лестнице, и до гостей доносился их затихающий вдали смех — низкий, чувственный, возбуждающий. Или мужчина уносил на руках очарованную красотку, полностью попавшую во власть его чар. Иногда это были не пары, а тройки… Здесь было возможно все. Ведь все, что происходит на Балу, остается на Балу…

Мне никогда не хотелось присоединиться к ним.

Я ни разу не заходила дальше флирта — пусть и горячего, дерзкого, кружащего голову. Дожидалась полуночи в зале, кружась в танцах, болтая, смеясь — но избегая даже малейших прикосновений. И тенью ускользала от навязчивых поклонников, скрывшись в бархатных объятьях плаща. Возвращалась домой — пылающая, неудовлетворенная… нетронутая. Всегда.

Поэтому я вот уже пятый сезон получала приглашение на Бал — в числе немногих избранных.

Могла ли я знать, как всегда, выбирая белоснежное платье невесты в качестве маскарадного костюма, что этот раз изменит все?

Все началось как обычно.

Я сбросила на руки дворецкому мой плащ, взяла бокал с розовым шампанским и тут же была окружена мужчинами. Маска скрывала мое лицо, парик изображал шикарные белокурые волосы, собранные в высокую прическу, украшенную сверкающими в лучах света стразами, а платье с корсетом делало мою и без того прекрасную фигуру безупречной. Кто мог устоять? Сверкая зелеными линзами в прорезях атласной маски, я отвечала всем кавалерам без исключения, даря каждому из них надежду, которую я не собиралась исполнять.

Но спустя три танца и несчетное количество бокалов я почувствовала себя дурно. Такое со мной случалось впервые — я была опытной тусовщицей, умевшей пить не хуже любого мужика, и дурнота от алкоголя была для меня непривычна. Окинув взглядом залу, я поборола подступающую тошноту и смогла сфокусировать взгляд на двери, прятавшейся среди высоких панорамных окон — она вела на балкон. Не без труда добравшись до нее, я выскочила на улицу, резко вдыхая свежий морозный воздух — начало ноября в этом году выдалось на редкость холодным, словно не осень на дворе, а самая настоящая зима.

От мороза по телу побежали мурашки — мое открытое платье с глубоким декольте совершенно не защищало меня от ледяного ветра, как и атласные перчатки, тончайшие чулки и лаковые туфельки на шпильках. Но я не спешила уходить, чувствуя, как постепенно от чистого воздуха проясняется в голове и отступает дурнота. Я взялась за перила и осмотрелась — балкон выходил прямо на лес и казалось, что снаружи нет ни единой живой души — вся жизнь сосредоточилась внутри, в душной бальной зале, где толпились разодетые люди. А здесь была лишь я, снег и темный, непроницаемый лес, едва-едва освещенный по краю светом из окон и слабым светом звезд — ночь была совершенно безлунной.

Не знаю даже, что произошло первым — услышала ли я вкрадчивый, чуть хрипловатый шепот прямо у своего уха, или почувствовала, как пиджак укутывает мои плечи?

— Ты совсем замерзла, милая. Позволь мне тебя согреть?

Но это была не просьба. Это была мольба, словно умирающий от жажды просит глоток воды. Это был приказ, словно повелитель обращается к нижайшему из своих рабов. Это был голос, ради которого я готова была умереть — стоило ему лишь сказать.

Без слов, без сопротивления, без мыслей я тут же подалась назад, в объятия этого странного незнакомца, чувствуя, как сильные руки обхватывают меня, обнимая, прижимая к твердому, мускулистому телу. Горячие пальцы сжали мою грудь, а губы приникли к шее в страстно-остром, почти болезненном поцелуе.

— Скажи, что ты согласна, милая, я не могу без этого, — снова обдал мое ухо горячим дыханием прерывающийся шепот, — Скажи это, детка.

— Да, да, согласна, да, — пробормотала я — губы слушались меня едва-едва. Не зная, на что я соглашаюсь — да и не желая этого знать.

Объятия стали еще сильнее. Одна рука скользнула с моей талии ниже, медленно лаская мой живот, а вторая пробралась под платье, исследуя мою грудь, лаская сосок двумя пальцами, пощипывая и поглаживая так, что мне хотелось кричать  — но горячие, страстные губы поймали мой крик, и он утонул в поцелуе, слаще которого я никогда не знала. А спустя какое-то время — я уже не понимала, секунда прошла или час — губы снова вернулись к моей шее, язык прошелся по ней от уха вниз, оставляя влажную дорожку, которую тут же куснуло морозом, но чувство холода тут же утонуло в другом, гораздо более остром и сладком. Острые зубы коснулись моей шеи, надавили, протыкая кожу, и тут же горячие губы прижались ко мне, ведомые древней как мир жаждой. Ужасная боль, которая, казалось, должна была отпугнуть меня, лишь сделала сильнее мою страсть, и я со стоном подалась бедрами назад, прижимаясь к незнакомцу, ощущая телом его возбуждение. Его руки скользнули вниз, приподнимая мое платье, добрались до резинок на чулках, горячей лаской прошлись по полоске нежной, гладкой кожи — и продолжили свой путь вверх, вверх…

Смеясь, обнимаясь и постанывая на балкон влетела парочка, сплетаясь руками, слившись в горячем поцелуе. Но в тот же миг женщина оттолкнула мужчину и взвизгнула:

— Ты с ума сошел, что ли, в такой мороз меня на балкон тащить?!

Резко оттолкнув кавалера, женщина быстро вернулась внутрь, даже не глядя, следует за ней ее незадачливый поклонник. Тот же пожал плечами, и, бросив на меня короткий оценивающий взгляд, бросился ее догонять.

Я же стояла, словно сброшенная с небес на землю одним немилосердным движением чьей-то высшей воли. Дрожащая от страсти и ледяного ветра, со сбившимся лифом и распухшими губами.

Одна.

-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-

Немного необычный для меня жанр, но, как любой девушке, мне хочется любви и чувственности :) Так что - вот. Здесь этого будет достаточно даже для самых взыскательных читательниц, но и сюжетом я вас тоже не обделю :) Хэппи энд будет.

Сначала книгу выкладывала на другом аккаунте, по личным причинам, но вести два аккаунта начинающему писателю все же слишком утомительно, так что теперь и любовь, и приключения - в одном месте.

Всем спасибо за внимание, не забывайте, пожалуйста, подписываться - этим вы очень меня радуете :)

Приятного чтения!

Осмотрелась, нашла глазами выход и направилась туда, лавируя между танцующими парами и обходя скопления людей. Пара минут — и я набрасываю плащ.

Такси, двадцать минут пути, и вот я дома.

Ключ в замке повернулся с неожиданно противным скрежетом. Я поскорее скользнула в квартиру и принялась сбрасывать с себя одежду, совершенно о ней не заботясь. Перчатки, платье, парик — все полетело на пол. Чулки же, не пережившие такого обращения, сразу отправились в мусор. А вот линзы пришлось вынимать аккуратно — а то и без глаз недолго остаться. Сбросив белье, я забралась в ванну и включила горячий душ с максимальным напором.

Упругие струи хлестали мое тело, согревая и массируя кожу, но обычного приятного чувства тепла и комфорта я так и не дождалась. В голове царил сумбур, мысли путались и разбегались, к горлу то и дело подступала тошнота. Поняв, что желанного расслабления мне сегодня не добиться, я выбралась из ванны, наскоро обтерла тело мохнатым полотенцем и не одеваясь забралась в постель, укрывшись до самого подбородка теплым одеялом. Любимое пуховое одеяло обняло меня, даря такое привычное ощущение уюта, но лучше мне не стало. Беспокойный взгляд перескакивал с одного предмета на другой, со шкафа на огромный плоский телевизор, с уютного глубого кресла, где я так любила читать вечерами — на элегантные портьеры, идеально вписывающиеся в интерьер и стоившие мне года поиска и совершенно космических денег… Но вся подобранная с любовью и вниманием обстановка казалась чужой и совершенно не помогала успокоиться. Сегодня пословица о помогающих стенах оказалась не к месту.

Невероятно, но бросив взгляд на часы, я поняла — еще только девять вечера! А ведь я никогда не возвращалась домой раньше трех утра в день Бала! Обычно после окончания Бала в полночь я на минутку забегала домой, меняла наряд и прическу и отправлялась в один из своих любимых баров — и что со мной произошло?

Мысли о барах и алкоголе заставили меня лишь сильнее укутаться в одеяло. На душе было удивительно неспокойно, пальцы ног и рук по-прежнему оставались ледяными, а сердце то пускалось галопом, то пропускало несколько ударов… Я совершенно не понимала, что со мной происходит.

Попытки уснуть не дали никакого результата. Стоило мне закрыть глаза — и, казалось, я снова слышу этот горячий шепот у самого уха, чувствую на коже жар дыхания… Эти ощущения были такими реальными, что я едва сдерживалась, чтобы снова не прошептать «Да!» в ответ на незаданный вопрос.

Я ворочалась до рассвета, то проваливаясь в чуткую, зыбкую дрему, то просыпаясь, вскакивая в кровати с учащенным пульсом и сбившимся дыханием, и потом опять лежала в кровати без сна. Но стоило мне увидеть в окне розовеющее  от первых лучей восходящего солнца небо — и я уснула спокойным, глубоким сном без всяких сновидений.

Проснувшись, я долго не могла понять, где я нахожусь. В комнате было совершенно темно, телефон, по привычке засунутый под подушку, был полностью разряжен, и я, лежа в темноте и тишине, пыталась осознать себя. Наконец, я проснулась достаточно, чтобы добрести до выключателя, в который раз обещая себе поставить ночник. Взяла с зарядки планшет и посмотрела время — 23:22 минуты. Невероятно, я проспала весь день и вечер? Конечно, для меня было нормальным просыпаться после вечеринок позже обычного — но не настолько же!

Пребывая в легком шоке, я побрела на кухню, запустила кофемашину и дождалась чашечки ароматного кофе. Приятная горечь привычно разлилась во рту горячей волной, принося чувство покоя. Ведь сидеть утром с чашечкой кофе, сонно тыкаясь в телефон — что может быть более обыденным и привычным? Вот только сейчас была глубокая ночь.

Сделав еще пару глотков, я открыла холодильник и замерла в недоумении: несмотря на полки, забитые моими любимыми продуктами, и то, что я не ела ничего со вчерашнего обеда, есть мне не хотелось абсолютно. Больше того — от вида еды меня немного замутило, как напоминание о вчерашнем…

Вчера…

Стоило мысленно коснуться вчерашнего вечера, и вот я снова на балконе, ветер холодит мою кожу, а горячее дыхание щекочет шею. От этих воспоминаний мурашки побежали по всему моему телу, и я впервые за все пять сезонов пожалела о полной анонимности Бала — при всем желании прекрасный незнакомец не сможет найти меня.

Я вздохнула, захлопнула пищащий холодильник и вернулась в постель, захватив кофе с собой. Подключив телефон на зарядку, я включила его и с удовлетворением отметила полное отсутствие пропущенных звонков и сообщений. На время Бала я всегда брала отпуск на работе, и с радостным предвкушением рассказывала друзьям и коллегам о предстоящем увлекательнейшем путешествии в забытую богом деревушку в Сибири, где меня ждет троюродная бабка моего бывшего мужа, ставшая мне за время нашего краткого, но бурного брака практически второй матерью. Не забывала я и горестно развести руками, описывая качество местной связи — так что никому из знакомых и в голову не приходило в эти две недели пытаться связаться со мной. А если и пытались — я спокойно игнорировала их, имея убедительное объяснение на будущее.

Сделав еще пару таких же безуспешных попыток, я сдалась и отложила телефон. Прошлась по комнате. Накинула махровый халат. Сняла, накинула шелковый пеньюар. Зачем-то отыскала в шкафу кружевные трусики-стринги подходящего цвета, надела и минуту рассматривала себя в зеркале. Нежно-сиреневый шелк с черной отделкой очень гармонировал с моей загорелой кожей. Я провела расческой по волосам, заворожено наблюдая, как они черной блестящей волной струятся по плечам. Осмотрела себя с ног до головы, сделав несколько оборотов перед зеркалом, завязала пояс на халате и удовлетворенно кивнула сама себе.

И вышла на балкон.

Ледяной ветер на моей коже. Обжигающее дыхание на моей шее. Горячий шепот прямо в ухо, молящий и приказывающий одновременно.

— Впусти меня, милая. Разреши мне войти. Нам нужно поговорить…

Высокий рост, статная фигура, русые волосы до плеч, то и дело непослушными прядями падающие на лицо. Сильные руки, скрещенные на груди так, что бицепсы явственно проглядывали через слишком тонкий для поздней осени кожаный пиджак. Черная кожа, черный шелк, черные джинсы. И невероятные глаза, словно прозрачный лед Байкала над самой глубиной — искрящаяся на солнце изумрудная зелень, таящая под собой смертельную опасность…

Вампир. Так сам он сказал мне, после того, как снял морок — именно им объяснялось мое странное состояние и на Балу, и сейчас.

«Вампиры могут влиять на сознание людей по своему желанию». Он произнес это таким спокойным, будничным тоном, а я почувствовала, как внутри все перевернулось. Чего я ожидала? Не знаю. Но и в самых кошмарных видениях я не представляла такого — вампира, сидящего с бесстрастным лицом на диване в моей комнате.

«Вампиры не могут войти без приглашения». Глубокий, чуть хрипловатый, низкий голос звучал чарующе даже без дополнительных чар. Но слова, что он произносил, заставляли меня цепенеть от страха. Особенно когда он заметил, как мой испуганный взгляд метнулся к шкафу, где в углу полки стояли иконы — мамина забота. В тот момент я впервые увидела его улыбку — пухлые, соблазнительные губы чуть изогнулись самыми  уголками и немного приоткрылись, обнажая острые кончики белоснежных клыков: