Читаем Сказка на ночь онлайн бесплатно

– Почему туда нельзя ходить?! Я сто раз слышала, ничего там не происходит!

– А тебе-то, откуда знать?! Ты там точно не была!

– А вот и была!

– А вот и нет! Врушка!

– Говнюк!

– Дети! – строгий голос оборвал начинающуюся перепалку. – Сколько раз я вам говорил не использовать плохих слов в вашей лексике? Юная леди, вас это тоже касается!

Последнее адресовалось девочке лет восьми с двумя косячками-бубликами. Услышав упрёк в сторону братца, она немедленно показала ему язык, что было замечено отцом. Девчушка потупила взгляд. И всё же, она не выглядела раскаивающейся.

– Это всё Джим! – буркнула хулиганка. – Он меня дразнит!

– Да ты сама лезешь! – немедленно огрызнулся названный Джим.

Перепалка угрожала вновь набрать обороты. Вздохнув, глава семейства отложил в сторону блокнот и ручку. В таких условиях ничего дельного из-под «пера» не выйдет, а уж игнорирование потасовки детей и вовсе может иметь страшные последствия. Сьюзан, мать этих шалопаев, была той женщиной, с которой спор превращался в подобие Страшного суда. Даже сам Джереми Майлз не смел спорить со своей супругой. А что уж ждёт детей, если они всё же устроят потасовку!…

– Ваша мама не будет счастлива видеть, как вы собираете пыль на полу.

Как и ожидалось, слова возымели огромный эффект. Дети мгновенно затихли, подняв на отца глаза, как у двух провинившихся щенков. Джереми усмехнулся: ну самые настоящие ангелы! Так и не скажешь, что сущие чертята.

– Папа, а ты почитаешь нам что-нибудь?

– Да, пап, ты обещал! Ты же начал что-то писать, да?

Ни минуты покоя! И всё же, Джереми не смог сдержать улыбку. Он и впрямь трудился над новой книгой, но вдохновение всё не шло, и оттого Майлз частенько злился на самого себя. В такие моменты он старался быть подальше от всей семьи. Ему нужен был покой. То, что дети здесь, означало лишь то, что Майлз подсознательно хочет, чтобы его отвлекли. Хорошее оправдание, чтобы отодвинуть сроки. Редактор бьётся в истерике: он хочет новинку как можно быстрее. Его можно понять.

Нью-Йорк – город возможностей. Так часто говорят те, кто приезжает сюда со свеженькими мечтами и амбициями. Потом, когда пелена восторга спадает, каждый так или иначе убеждается, что за красивеньким фасадом скрывается не самый привлекательный вид. Как и у любого большого города, здесь были свои скелеты. И даже не совсем в шкафу.

О серийных убийствах заговорили в первый раз не в Нью-Йорке, так что «Новости Буффало» могли по праву гордиться своими новостями. Их радость поугасла, когда через несколько лет подобная новость всплыла и в «Корнелл Дейли Сан», а потом и в «Дейли Стар». После такого уже и в «Нью-Йорк Таймс» в открытую заявили о серии. Думаете, кого-то это напугало? Стоит посмеяться в лицо человеку, предположившему такое. Вместо того чтобы напугано забиться по домам, люди как с цепи сорвались. В сети появилось куча новых роликов: диггеры с их разоблачением «подземного убийцы», тик-токеры с новым трендом «опиши убийцу» и много чего другого, что, так или иначе, касалось темы убийств. На фоне этого детективные романы продавались куда лучше. Майлз по праву считался лучшим в этом деле и не собирался ронять планку. В начале его карьеры некоторые упрекали писателя в «излишнем натурализме» и том, что он «романтизирует убийцу». Но разве он виноват, что это – просто тонкая психология? Джереми всегда смеялся с подобных заявлений. Ведь кто-то и впрямь думает, что убийца ходит по улице в окровавленном комбинезоне, с топором в руках и в хоккейной маске.

Читать детям свои «реалистичные» наброски Джереми, конечно же, не стал. Не хватало ещё, чтобы Сьюзан об этом узнала. К счастью, Джереми был хорош в импровизации.

Он всегда умел найти аудиторию даже там, где, казалось, искать не имеет смысла.

***

Почта всегда приходила вовремя. Дженнифер Хоуп знала это, потому что каждый день в одно и то же время выходила во двор, чтобы проверить её. Неизменно в ящичке оказывались кучи бесполезной макулатуры – рекламные листовки пилинга, пиццерии напротив, приглашения на подработку и куча всего, не считая квитанций и счетов. Бывали дни, когда Дженнифер находила в ящике что-нибудь интересное. К разряду «интересного» относились письма одноклассников и иногда доставки с e-bay. Но подобного было мало, и Дженнифер приходилось мириться с этим.

Сейчас уже и открыток от одноклассников было меньше. Точнее, их не было. Все как будто забыли о некой Дженифер Хоуп, которая когда-то существовала, жила, дышала. Девочка-невидимка. Обидно, учитывая, как старалась Хоуп выделяться.

Но в том и была соль. Её не гнобили. Её не дразнили. Её не звали на вечеринки и не приглашали на танец мальчишки. Дженнифер Хоуп будто не существовало.

С одной стороны, в этом были свои плюсы. Можно делать, что хочешь, и тебя не окатят волной презрения твои знакомые. Можно валяться на диване, есть мороженое и смотреть глупые шоу. Можно делать всякое, а потом ничуть не сожалеть. Но всё же, иногда Дженнифер чувствовала жуткое одиночество. Такое, от которого не хотелось смотреть забавные видео или чатиться с незнакомцами. К последнему она пристрастилась, когда на год осталась без поздравительных открыток.

Сегодня, выходя в очередной раз за почтой, Дженнифер никак не ожидала, что что-то пойдёт не так. Да и не то, чтобы так уж…не так. Но не совсем, как обычно, это уж точно.

Возле её почтового ящика стоял почтальон. Дженнифер сразу поняла это по его виду. Выглядел парень, как типичный представитель своего дела. Кепочка, под ней – растрёпанные каштановые волосы, серые глаза, гладкое лицо и слегка напуганный вид. Напуганный? В груди Дженнифер вспыхнула обида: неужели она такая страшная?!

Видимо, её обиженный вид о многом сказал почтальону. Он неловко улыбнулся.

– Доброго утра, мисс! Извините, я тут немного…

– Опоздали? – изогнула бровь Дженнифер. Должно быть, она выглядела строго. Это было лишним, но ей нравилось чувствовать себя кем-то вроде школьного учителя, упрекающего ребятню за хулиганство.

Почтальон уныло кивнул. Взгляд виноватого щенка немного тронул сердце Хоуп.

– Небось, по дороге заезжали перекусить? – она снисходительно усмехнулась и глянула поверх очков. – Да ладно, знаю я ваши отговорки. Не страшно.

«Вернее, я так внушу тебе», – пронеслось в мыслях Дженнифер. В колледже учитель часто применяла такой фокус. Сначала упрекала, а потом «дарила пряник». Это работало безотказно.

Она никак не ожидала, что парень вдруг сконфузится ещё сильнее и пробормочет:

– Вообще, там, по дороге, ну…Котёнок, понимаете? Не мог же я бросить, ну…Заехать пришлось, подстилку ему купить, что ли..

Дженнифер была поражена в самое сердце. Ещё недавно она ощущала себя главной, а теперь готова была признать, что падает в сети чужого очарования. Мужчины, если они случались в её жизни, обычно кичились деньгами, дарили цветы и красовались мускулатурой.

Ещё никто не рассказывал о котёнке, спасённом ценой, возможно, работы.

Когда почтальон уходил, Дженнифер обратила внимание, что на противоположной стороне улицы за углом дома скрылась странная фигура в тёмном худи. Эта фигура вызвала у Хоуп смутное ощущение тревоги, но девушка предпочла не обращать на это внимание.

На следующий раз Дженнифер специально вышла пораньше. Конечно, она насчитала всё верно, и, конечно, она встретила его. Парня-почтальона с серыми глазами. Вблизи оказалось, что он старше, чем казался, но это ничуть не оттолкнуло Дженнифер. Она и сама была не то, чтобы прямо молода. Или просто некому было сказать ей об этом. В тот раз Хоуп даже не спросила имени этого почтальона. Почему-то ей казалось важным восполнить этот пробел.

– Привет, – помазала она рукой почтальону.

Он удивлённо оторвался от ящика и растерянно улыбнулся.

– Привет, – он помахал рукой с бумажками в ней в ответ. Одна из них упала, и почтальон поспешил нагнуться за ней, чуть ли не подползая к ногам Дженнифер. Неизвестно, знал ли он об этом, но в тот момент Дженнифер чувствовала себя богиней, пускай на самом деле почтальон ползал и не ради неё.

– Я не опоздал, – неизвестно зачем оправдался он.

– Я знаю, – кивнула Хоуп. – Просто думала проверить.

Нет, она не хотела, это была ложь. Дженнифер знала это, но не собиралась останавливаться. Не могла же она признаться, что вышла пораньше ради этого странного почтальона? И кстати, как его зовут?

Когда она спросила об этом, то тут же поняла, какую глупость совершила. На его рубашке был прикреплён бейджик, и сейчас почтальон демонстративно постучит пальцем по нему, как бы намекая, что Дженнифер могла бы и попробовать прочитать.

Но почтальон не сделал этого. Он будто сам забыл о проклятом бейджике и неловко пытался вспомнить своё имя. Это было так забавно, что Дженнифер не сдержала улыбки.

– Оливер, – наконец, ответил почтальон. – Оливер Стоукс. А вы…

– А я Дженнифер Хоуп. Ну, вы знаете. Ты знаешь. Адресат ведь есть, так?

Ей казалось, что она была остроумной. По крайней мере, об этом свидетельствовала улыбка парня. Хотя логичнее было бы назвать его мужчиной. На вид ему было лет тридцать-тридцать три.

– Ау вас потерянный вид, – вдруг выдал он.

Улыбка Дженнифер сползла с её лица.

– Вот как, – выдавила она.

– Да, – кивнул почтальон. – Я знаю, что такое одиночество. Разносить письма всем и не находить у себя ни одного.

Он был совершенно прав, но Дженнифер чувствовала себя в один момент разбитой.

Когда она вошла домой, то дала волю слезам. Сначала она злилась на этого Стоукса, но в конечном итоге, разве он виноват, что Дженнифер Хоуп – лохушка и неудачница года? Просто разговаривать с ним больше не хотелось, и Дженнифер решила пока не выходить пораньше. Казалось, она только находит нового друга, и тут…

В субботу случилась новая встреча. Внезапно, но такое начинало становиться частым явлением, и Дженнифер даже не знала, как к такому относиться. С почтальоном она всё же столкнулась вновь, вроде как случайно. Может быть и нет. Сложно сказать, когда тянет к человеку, как магнитом. Отчасти потому, что рядом с ним Хоуп не чувствовала себя настолько ничтожной. И ей это нравилось.

Новая встреча оставила после себя куда более смешанные чувства. Дженнифер зашла в ту кафешку случайно. Просто проходила мимо, а когда увидела на прилавке медовые кексы, решила взять парочку на вечер. Кто же знал, что именно там, в очереди, она встретится с Ванессой?

Ванесса. Так её звали. Звезда колледжа, улыбчивая, подвижная – не человек, а фейерверк! Парни вешались на неё гроздьями, а она, яркая и непокорная, не давалась никому. Или, может быть, просто хорошо шифровалась.

Они с Дженнифер… Хорошо общались. Да, Дженнифер помнила Ванессу достаточно хорошо, чтобы не забыть, как они мило обменивались письмами ранее. А потом всё прекратилось, и виной тому была сама Ванесса. Так считала Дженнифер. Ванесса там, Ванесса здесь, Ванесса везде – разве что не в вашем душе, да и то не факт. Она любила делать вид невинной овечки, но Дженнифер знала, что Ванесса Гринч – антагонист этой пьесы. Волк в овечьей шкуре. Хоуп выгодно оттеняла Ванессу, и поэтому та была так мила с девчонкой-невидимкой.

Вот и при встрече она улыбнулась, закидывая Дженнифер радостными возгласами, а потом угостила кофе с блинчиками. Казалось, будто она смеялась над Дженнифер, но та покорно приняла это, так как просто отвыкла от общения. Это не она виновата, а Ванесса.

– Как дела, Дженни? Я давно тебя не видела! На СМС-ки не отвечаешь, на Фейсбуке пропала…

Она будто действительно сожалела.

– Всё в порядке, – улыбнулась Дженнифер. – Я просто…

…Просто устала. Такое случается, когда люди игнорируют тебя. Надень форму, и вот ты уже никто. Забавно, правда? Люди сами вешают ярлыки, тянущие тебя ко дну, а потом удивляются, почему ты захлёбываешься. Это страшные, глубокие воды – человеческое сознание. Будто бы его можно познать так просто. Но они всегда пытаются. Я-то знаю, как бы не звучало это нелепо. Они даже попытаются вновь навязаться тебе. Просто скажи, что…

– …немного заработалась, но ничего страшного. Если хочешь, заходи ко мне.

Оказалось, что Ванесса живёт теперь неподалёку. И, конечно же, готовится к свадьбе. Пока они болтали, Дженнифер вспомнила ещё несколько имён, давно ушедших на глубины памяти. Пегги Морстон, Венди Каутон, Фредди МакКормак, который (как удивительно!) и является будущим мужем Ванессы, и Рикки Вальторн. Вечный тихоня с мешками под глазами. За спиной его прозвали Торчок. Ну, потому что действительно похож на торчка. Дженнифер, как и все остальные, не обращала на него внимания. Считалось, если ты начнёшь общаться с Рикки Вальторном, ты автоматически станешь, как он. Дженнифер очень не хотела этого. Она была обычным ребёнком со своей моралью.

– Я слышала, он тоже переехал в Ньюпорт, – сообщила Ванесса вскользь.

Дженнифер напряглась. Она почувствовала, как червячок страха вновь шевельнулся в её чреве.

– Ты с ним общалась? – как можно более непринуждённо спросила Хоуп. Ванесса пожала плечами.

– Не назвать это общением. Видела его недавно, но подойти не успела. Мы в очереди вместе стояли. А потом Фредди сказал мне, что мои глаза меня не обманули. Рикки и впрямь перебрался сюда из родной Флориды. С чего бы вдруг?

На протяжении всего разговора Дженнифер ощущала себя неловко, хотя к концу даже немного раскрепостилась. На короткий миг она решила, что восстановить связи с Ванессой – это хорошая идея. Девушки вновь обменялись номерами и разошлись. Только потом, уже дома, Дженнифер чувствовала себя, будто с похмелья. Чужое очарование окутывало с головой. Пришлось простоять в душе чуть ли не час, чтобы соскрести с себя эти чужие запахи и слова. Теперь Ванесса не казалась такой очаровательной. Может быть, Дженнифер ошибалась?

Они пересеклись с Ванессой ещё несколько раз. В последнюю встречу Дженнифер пошла на рискованный шаг: предложила Ванессе забежать на чашечку чая. Вместе с Фредди. «Да, я буду рада вас видеть. Да, не приносите ничего, я сделаю штрудель! Да, мне удобно в любое время!» Такой наглой ложью Дженнифер кормила саму себя. Небольшая искра надежды вновь зажглась в ней, но сомнения продолжали жить и развиваться. В конце концов, Дженнифер и так слишком часто подставлялась. Она заслуживает хороших друзей, внимания и любви. Потому что она…