Читаем Единый язык фехтования. Введение в фехтование: Понятийный аппарат онлайн бесплатно

Несколько слов о «Понятийном аппарате»

Сразу же оговорюсь — с некоторыми положениями рассматриваемой работы не то, чтобы совсем согласен. Не потому, что считаю их неверными (в смысле — ложными), а оттого, что не вижу в них логической завершенности, хотя общее направление мысли представляется весьма плодотворным.

Собственно — плодотворной является сама попытка создания некоего «единого языка», на котором могли бы попытаться договориться между собой самые разные люди, занимающиеся самыми разными аспектами фехтования вообще и исторического фехтования — в частности. Насколько мне известно, попытки создания такого языка предпринимались неоднократно, но большая часть этих попыток осталась нереализованной. То, что рассматривается в данный момент — самой полное и завершенное произведение (или, если угодно — исследование) на эту тему.

Теперь немного о сути.

Безусловное достоинство работы — в создании гораздо более полного, чем в ранее встречавшихся книгах и статьях, описания базовых движений фехтовальщика. Причем система, созданная для выполнения этой задачи, достаточно проста, понятна и применима.

В ней довольно логично увязаны и взаимодополнены основные стойки, перемещения и действия клинком, дана классификация способов воздействия на оппонента и его оружие. Введенные термины позволяют довольно однозначно охарактеризовать и обозначить как простые, так и сложные взаимодействия бойцов. Пожалуй, впервые появляется возможность точного формального обозначения особенностей разминочных и тренировочных упражнений. Значительная часть работы посвящена тому аспекту фехтования, который вообще почти не упоминался большинством авторов — идеологии фехтования как процесса и рода деятельности.

И самое главное — в кои-то веки все это приведено в единую систему, позволяющую воспринимать и описывать целостную картину фехтования как сложного многофакторного взаимодействия двух (и более) рычажных систем (бойцов).

О недостатках говорить труднее. Не потому, что их совсем нет, а потому, что большая часть из них связана с «необъятностью» рассматриваемого предмета. Несколько спорных пассажей содержится в главах «Трудные взаимоотношения фехтования и рукопашного боя» (меч — продолжение руки, или рука как оружие), «Базовые цель и задачи фехтовальщика» (нанесение/не нанесение урона), безусловно вызовут дискуссии «Составляющие мастерства». Но это не страшно. Гораздо важнее то, что в этих дискуссиях может сложиться некое новое, гораздо более осмысленное, чем раньше, представление о Высоком Искусстве Фехтования и о путях его дальнейшего развития.

Михаил Черниховский

Интересная штука получается: казалось бы, все знают, что такое фехтование. Но попробуйте сами дать определение этому понятию — и обнаружите, что это не так-то просто. А теперь предложите сделать то же самое нескольким знакомым (желательно, чтобы они не занимались в одной секции), и сравните результат.

Мы уверены, что в определениях обнаружатся серьёзнейшие разночтения.

Дальше — больше. Возьмём, например, такую простую вещь, как удар. Вроде бы любой человек представляет себе, что это такое. Проблема только в том, что представления разных людей на этот счёт совсем не одинаковы.

Ну, допустим, что такое удар, всё-таки можно договориться. Но ударов много. Хорошо бы их классифицировать. И вот уж тут мнений будет столько, сколько классификаторов.

Точно также обстоит дело с другим краеугольным камнем фехтования — защитой. Да и со многими другими вроде бы привычными терминами. Все используют их по привычке, но смысл в них вкладывают разный.

Фокус в том, что мало кто серьёзно задумывается на эту тему. Тех, кто фехтованием не занимается, это попросту не интересует. А большинству фехтовальщиков вполне достаточным кажется тот набор понятий, который принят в их секции, клубе, стиле и т. д.

То, что этот набор, как правило, не особо систематизирован — ещё полбеды. Беда в том, что сколько-нибудь адекватно описать с помощью этого набора действия кого-либо ещё, кроме членов этой самой секции, практически нереально. О том же, чтобы попытаться совместить в одной системе понятий действия фехтовальщиков из разных направлений (таких как олимпийское, кэндо, историческое) и речи не идёт.

И с этим надо что-то делать.

Вот прямо сейчас и начнем.

Любая задача начинается с чёткой постановки условий. А любая систематизация — с описания фактов, которые надо систематизировать.

Итак, мы хотим создать Теорию фехтования. Для этого нам нужен приемлемый метод описания различных действий, ситуаций и прочих явлений, возникающих в фехтовании или связанных с ним. И он должен быть пригоден для любой разновидности фехтования, будь это бой на шпагах или на катанах, ролевое фехтование, сценическое или какое-либо ещё.

Другими словами, нам необходимо создать по возможности систематизированный Понятийный аппарат, способный более-менее адекватно описывать различные аспекты такого феномена, как фехтование.

Именно с создания мало-мальски адекватного понятийного аппарата начинается любая теория. Причём, как известно, всякая стоящая теория должна иметь предсказательную силу. Так вот, теория, основные тезисы которой изложены ниже, находится пока в зачаточном состоянии, но уже сейчас обладает определённой предсказательной силой.

Так, например, выяснив опытным путём какое-либо свойство одного из положений клинка, можно с высокой вероятностью утверждать, что это свойство, с поправкой на особенности других положений клинка, будет справедливо и для них. Кроме того, закономерности, вычислявшиеся именно для фехтования и только для него, неожиданно оказались применимыми и в области рукопашного боя.

При этом единая терминология и классификации нужны не только для создания теории, но и в описательных и методических целях, а также для «перевода» с одного «фехтовального языка» на другой.

Соответственно, основу нашей книги составляют описания связанных с фехтованием предметов и явлений, присвоение им названий (чтобы потом не путаться) и систематизирование всего получившегося.

Наличие в тексте некоторого (впрочем, весьма незначительного) количества рекомендаций и прямых указаний, никого не должно обманывать. Мы не ставили перед собой цель написать учебник или методичку. Все рекомендации, которые можно встретить в тексте, не более чем примеры, необходимые для изложения точки зрения авторов.

На всякий случай предупреждаем читателя.

Во-первых, мы не претендуем на то, что рассмотрели все тонкости. Вряд ли это можно сделать сразу, — но надо же с чего-то начинать!

Во-вторых, компоновка текста далеко не идеальна: местами в изложении наблюдается «разрыв» и отвлечение на другие темы. Всё это является следствием нашего стремления по возможности рассмотреть предмет с разных сторон. Кроме того, стоит учитывать, что не так уж легко скомпоновать подобный разнородный материал строго последовательно. Нижеследующий текст — аналог (прообраз) не учебника, а справочника или словаря. А любой словарь содержит перекрёстные ссылки, и, прочтя его один раз, вполне естественно что-то пропустить.

И, в-третьих, самое главное. Для того чтобы прочесть наш текст, читателю придётся задействовать мозги. Мы не собираемся развлекать читателя байками о древних традициях, или о собственной крутости. И так в этом деле с крутостью явный перебор. А вот с осмыслением материала — наоборот. Боевые искусства, а в особенности историческое фехтование, слишком для многих стали еще одним способом уйти от реальности — и в результате всё больше отрываются от нее сами. Такой подход вряд ли поможет действительно чему-либо обучаться и обучать, а также с кем-то о чём-то договориться.

Так что мы вообще не собираемся никого развлекать, — мы предлагаем ознакомиться с результатами нашей работы, и тем, кого это заинтересует, присоединиться к нам.

Но для чтения придётся прилагать определённые умственные усилия. К сожалению, из-за необходимости думать при чтении наша читательская аудитория сильно сужается. Но мы вполне сознательно идём на такую жертву. Нам нужен не потребитель текстов, а умный читатель, читатель — союзник, партнёр в дальнейшей работе.

Для тех, кто не испугался, добавим — сильно пугаться не стоит. По настоящему сложных параграфов в книге немного. Да и их не так уж сложно будет понять, если вооружиться длинномерным предметом (хотя бы, линейкой) и с её помощью моделировать описываемые действия.

Счастливого чтения!

Представьте себе математическую задачу, которую можно решить несколькими разными способами. Разные люди будут решать эту задачу по-разному Каждая отдельная манера решения задач, разные подходы к задаче — это СТИЛЬ. Вполне вероятно, что люди, учившиеся у одного и того же преподавателя, будут решать эту задачу сходным способом, отличным от способа, предпочитаемого учениками другого преподавателя — это ШКОЛА. Но сама математика, как наука, подразумевает, что каждый преподаватель, даже внушая ученикам преимущества того или иного подхода к решению задач, тем не менее, должен ознакомить их со всеми существующими способами решения. Тогда, отдавая предпочтение тому или иному способу решения, ученики будут, по крайней мере, в состоянии понять другие способы.

Такой подход характерен практически для любой системы знаний. Но, к сожалению, в боевых искусствах (по крайней мере, в их массовом варианте) он очень мало распространен. Большинство школ, стилей и даже многие отдельные секции замыкаются на себе и на своих методах ведения боя, а если и предпринимают какие-то попытки создания теорий, то лишь с одной целью — доказать всем, что их методы лучше всех прочих. В результате даже человек, позанимавшийся в нескольких разных секциях, становится обладателем коллекции из набора разнородных, плохо сочетаемых друг с другом элементов, но так и не получает целостного представления о том, чем занимается, — то есть системы знаний и навыков. И вдобавок ко всему он получает еще и самое настоящее расщепление сознания, поскольку убежден в одновременном существовании нескольких «самых лучших» вещей.

Причём если для рукопашного боя попытки создания целостных систем всё-таки время от времени предпринимались, — да и теорий, описывающих частные случаи, все-таки достаточно много для попыток их самостоятельного анализа и синтеза — то с фехтованием дело обстоит совсем печально.

В нашем понимании, «стиль» (не важно, о фехтовании идёт речь или о рукопашном бое) — это не более чем манера конкретного бойца вести бой. «Школа» — это методика, посредством которой различных людей можно научить вести бой в сходной манере, несмотря на то, что изначально они имеют разные физические и психологические задатки.

Таким образом, можно утверждать, что у абсолютно любого человека, даже вообще ничем никогда не занимавшегося, даже если драться ему придется впервые, все равно будет присутствовать тот или иной стиль ведения боя (насколько этот стиль будет успешен — совсем другой вопрос). Соответственно, далеко не каждый стиль может представлять ту или иную школу. Так, например, Брюс Ли, бесспорно имеющий свой личный, во многом уникальный стиль (то есть, манеру ведения боя), не успел создать школу (то есть методику обучения своему стилю)[1].

Таким образом, понятие «школа» подразумевает наличие какого-либо основного стиля (или нескольких стилей), которому в этой школе обучают. Однако далеко не в каждой школе ученикам считают необходимым преподавать систему понятий, посредством которой можно описать и понять хотя бы стиль родной школы, — не говоря уж о каком-либо другом стиле боя, с которым они могут когда-либо встретиться.

Возможно, причина этого в том, что в большинстве случаев всё начинается именно со стиля, который практикует отдельный боец или группа бойцов. Если эта манера боя является успешной, то вокруг них постепенно собираются желающие научиться «делать так же». Основатели стиля пытаются их этому обучать, и если результат оказывается удовлетворительным — то, как следствие, появляется школа. На этом, как правило, всё и заканчивается — до общей системы знаний дело не доходит[2].

Действительно: понятно, зачем учить людей своей манере боя, но зачем учить их тому, как это делают другие, тем самым, делая этим другим рекламу? Многие учителя почему-то не думают о том, что понимание особенностей «чужих» стилей сильно облегчит жизнь их учеников. С другой стороны, введение в программу изучения других стилей, во-первых, удлинит и усложнит процесс обучения, а во-вторых, для того, чтобы учить чему-то, учителям самим нужно иметь об этом хотя бы самые общие представления. Это не говоря уже о том, что до последнего времени получение информации о других стилях и школах было весьма проблематичным[3].

Мы предлагаем начать с другого конца: сначала попытаться сформулировать хотя бы основы системы знаний и основные задачи обучения, а методику обучения и конкретные методы работы разрабатывать исходя из этого. То есть начать не с того, ЧТО и КАК нужно делать с нашей точки зрения в бою, и даже не с того, ЧЕМУ и КАКИМ ОБРАЗОМ нужно учить, а с того, ЧТО ВООБЩЕ БЫВАЕТ В ФЕХТОВАНИИ, для чего это применяется, и какое место в системе могло бы занять. Ведь ученику и тренеру будет проще определиться с тем, что и зачем делать, что и в каком порядке отрабатывать, если они будут иметь перед глазами более-менее полную «картину мира» возможностей.

Путём простого перечисления приёмов и методов, используемых в тех или иных стилях или школах, мы не пойдем. Стиль — это не более чем манера боя того или иного бойца, а школа — методика преподавания конкретного стиля. У разных стилей и школ существует множество совпадений в действиях бойцов или в частях этих действий — ведь набор возможных действий бойца конечен, поскольку ограничен человеческими возможностями. Пойдя путём перечисления, мы просто утонем в приемах, которые на деле являются вариантами одного и того же действия.