Читаем Дитя Припяти (СИ) онлайн бесплатно

========== Часть первая. Дитя Припяти. ==========

Тихо. Здесь всегда тихо. Тихо потому, что не шумят машины, не бегают по своим делам люди. Громко здесь бывает только когда начинается Выброс. Волна аномальной энергии проносится из центра к окраинам, перекраивая и изменяя всё вокруг.

Это был один из четырех кордонов Зоны. По замыслу высоких чинов, чем меньше кордонов, тем меньше коррупции и тем проще следить за поставками в Зону оружия и проникновением туда сталкеров. Потому что опытные сталкеры лучше заплатят военным, чем будут пробираться через колючую проволоку. Так безопаснее. Члены группировок тоже проходят через кордоны, у них есть договорённости с военными на постах. Через колючку пробираются только новички или очень уверенные в себе сталкеры.

Зона представляет собой территорию, огороженную забором из колючей проволоки. Это круг с центром в районе Саркофага. Если соединить линиями по карте кордоны с центром Зоны, получится ровный крест. Каждый из кордонов имеет своё название соответственно положению, которое он занимает на карте: Северный, Южный, Западный и Восточный. Кордоны Зоны отличаются от КПП на военных объектах и от таможенных пунктов. Это небольшие военные базы с казармами, техникой, пулемётными гнёздами, минами и прочим военным оборудованием. Остальной периметр Зоны — это сплошные проволочные заграждения, минные поля, вышки со снайперами и пулемётчиками, а также другими элементами фортификации. Километрах в десяти от Зоны находятся артиллерийские установки и системы залпового огня. В случае прорыва периметра система автономно будет атаковать область прорыва, и горе тому сталкеру или мутанту, который не успел убежать из зоны поражения. Вот поэтому большинство ходоков предпочитает заплатить, нежели чем проверять свою удачливость и скорость бега на пять километров, а именно такой радиус поражения при прорыве. Однако есть и ещё один плюс в решении установить только четыре кордона. На каждую базу был приставлен человек из СБУ, который находился под прикрытием и занимал какую-нибудь невысокую должность, но, тем не менее, мог видеть и слышать всё, что творится на базе. Именно таким человеком и был сержант Николай Караченко, служивший на Восточном кордоне помощником у командира базы полковника Кузнецова.

В радиусе пяти километров от любого КПП Зоны располагались торговые точки. Они находились как на территории Зоны, так и за её пределами. Как правило, это были бары для сталкеров или укреплённые бункеры. Военные знали о них, но не препятствовали их противозаконной деятельности, а лишь взимали «арендную плату», и называли эту зону торговцев «торговым радиусом». Пять километров от кордона это самое лучшее расстояние для торговой точки. Во-первых, в случае крупной проверки, о ней можно узнать быстрее, чем она придёт, а во-вторых, это довольно близкое расстояние, чтобы вынести добро, скупленное у сталкеров, за периметр или, наоборот, в Зону.

Но Восточный кордон отличался от остальных. На этой военной базе жил человек, который по всем правилам и законам не должен был там находиться. Однако никто из военных не был против проживания этого человека на базе. Даже сержант Караченко, который должен был доложить своему начальству в СБУ о серьёзном нарушении, не сделал этого.

***

Был тихий, спокойный летний вечер. Но спокойным он являлся только здесь у границы, в самой Зоне он не был таковым. Вечер там, в Зоне мог казаться таким же умиротворённым, но это было не так. Даже сидя у костра в хорошей компании и с верным стволом за спиной, попивая водочку и закусывая батоном с колбасой, нельзя полностью расслабиться. На базе же было совсем по-другому. Большинство солдат уже спали или сидели в казарме, допивая вечерний чай и играя в карты. Несколько часовых стояли на посту и на вышках с пулемётами и прожекторами.

Но не все были так спокойны. В своём кабинете полковник Кузнецов писал рапорт о задержанных сталкерах и причин для беспокойства у него хватало. Пару часов назад патруль обнаружил подозрительного человека на дороге с внешней стороны периметра.

Сержант Караченко как раз допрашивал задержанного.

— Послушай меня, в твоих интересах рассказать, где ты спрятал артефакт. – Уже во второй раз говорил Николай, стоявший у стола в маленькой комнатке, расположившийся в помещении здания кухни кордона. Сержант Караченко был довольно стройным, но крепким мужчиной лет сорока. Короткие чёрные с проседью волосы обрамляли чуть вытянутое лицо. большие карие глаза, обычно добрые, сейчас смотрели холодно и цепко, а губы, обрамлённые короткими усами, были крепко сжаты.

— Но я не знаю не о каких артефактах! Я просто ловил попутку до города. – отвечал испуганный подозреваемый сталкер. Он был одет в вязаный свитер и джинсы. Чёрные короткие волосы только недавно закрыли стриженную наголо голову. Умные карие глаза и совершенно обычное, хоть и красивое лицо дополняли образ. Он мог быть как сталкером, так и ещё кем угодно.

— Тогда что же ты делал около периметра Зоны? Грибы собирал?!

— Да нет же! У меня сломалась машина, и я хотел остановить кого-нибудь, чтобы мне помогли.

— Да, пытаться тормозить патруль, делая вид что сломана машина – это давняя фишка сталкеров, и она месяца два уже не работает.

— Да я не сталкер!

Сержант сделал глубокий вдох.

— Тогда какого лешего ты делал на ЭТОЙ дороге?! Ведь есть обычные шоссе.

— Приятели сказали, что так короче.

— Приятели. Вот тебе факты: тебя нашли на дороге рядом с периметром. То, что мы не обнаружили у тебя никаких подозрительных вещей, ещё ничего не значит. Ты вполне мог переодеться недалеко от периметра, а вещи, оружие и снаряжение спрятать в тайнике. Их полно у границ Зоны, стоит только поискать. Товар мог продать какому-нибудь торговцу. Ни один нормальный сталкер не пойдёт в город в комбинезоне с противогазом и с автоматом за плечом. А в пятистах метрах от места, где ты стоял, патруль обнаружил аккуратно вырезанную дырку в колючке.

— Это какой-то бред! Я требую адвоката. – Возмутился подозреваемый.

— Адвокатов будешь требовать в городском суде, а здесь мы живём по законам военного времени, так как Зона под боком. Ладно, не хочешь говорить мне, скажешь кому-нибудь другому. В крайнем случае, отправим тебя к военному коменданту, он сталкеров ненавидит ещё пуще нашего. Мы-то здесь на кордоне добренькие, ловим самых наглых только. Зона свои правила диктует, как не крути. Всё, честь имею. – И сержант вышел из кабинета.

Зона действительно диктует свои правила, и военные понимают, что сталкеры, походив по Зоне, узнают много важной и ценной информации. Они приходят в бар и рассказывают её друг другу и барменам, а те делятся ей с военными. Это ещё одна причина, по которой торговые точки не закрывают. Такая информация из сталкерских уст спасла жизни многим бойцам.

Сержант Караченко отправился в штабное здание. Было уже темно. Единственным источником света являлись маленькие фонарики на зданиях и прожекторы на вышках рядом с дорогой в Зону. Он увидел, что мимо идёт какой-то человек и позвал в темноту:

— Юля, иди сюда.

Юля была девочкой лет тринадцати на вид с чёрными волосами до плеч и ярко-зелёными глазами. Худенькая, даже слишком, она ходила в старом свитере и джинсах. Все попытки дать ей другую одежду закончились неудачей. Она только надевала халат, если её вещи стирали. Именно она являлась тем человеком на Восточном кордоне, который не должен был здесь находиться. Её пытались вывезти на большую землю, но она наотрез отказалась куда-либо уезжать. Военные поуговаривали, позлились, да и плюнули на это дело: живёт ну и пусть живёт. Покормить тринадцатилетнюю девчонку всегда можно. Выдали ей временный документ для порядка: для этого нашли в куче старого мусора чьи-то просроченные армейские документы, вклеили туда новые обычные листочки и записали все данные, которые знали о ней: рост, примерный возраст и имя. Появилась она здесь три недели назад при необычных обстоятельствах. Но вся история закрутилась ещё месяц назад.

Группа сталкеров нашла в Зоне уникальный артефакт. Один из них сообщил об этом через сеть своему другу. Но сталкеры не донесли образец, потому что их загрызла большая стая псевдособак. Узнав об этом, друг, узнавший об артефакте, скинул информацию учёным, которые уже порядком засиделись и хотели какую-нибудь сенсацию. За отдельную плату сталкер скинул и частоту ПДА своего погибшего товарища. Удалось согласовать операцию с помощью высшего начальства учёных и военных. В Зону, ориентируясь на данную частоту, выдвинулась группа военных сталкеров. Придя на место, обнаружили только останки тел ходоков. Когда они возвращались ни с чем назад, то нашли недалеко от свалки радиоактивного мусора девочку, и затем оставили её на базе «Восточный кордон».

Николай обратился к Юле

— Можешь поговорить с одним человеком? Мне нужно узнать сталкер он, или нет. Но мне он не говорит.

Девочка остановилась и обернулась.

— Хорошо. Но вы думаете, он мне скажет?

— Не знаю, но попробовать стоит.

— Хорошо, дядя Николай. А где этот человек?

— В том здании где кухня.

Юля вошла в здание. Это было небольшое, одноэтажное, кирпичное строение, в нём располагалась кухня и столовая. Там же соорудили комнату для допросов, имелся подвал. Девочка зашла в комнату для допросов. Там сидел человек. Он очень удивился, когда увидел на пороге Юлю.

— А ты кто? Я думал детям нельзя быть в Зоне.

— Я Юля, а вас как зовут?

— Виталий меня звать.

— А вы сталкер?

— А, так ты тоже меня допросить собираешься? Совсем на этих блокпостах озверели, детей в прокуроров превращают! Нет, я не сталкер, я бизнесмен. И ни разу так близко к Зоне не был.

— Жалко. Сталкеры добрые, и шутить любят. Ладно, до встречи.

Сержант Караченко сидел на ступеньках штабного здания, не решаясь зайти. Он знал, что полковник Кузнецов в очень плохом настроении, к тому же занят нудной работой. Если ещё рассказать ему плохие новости, то это может вылиться в нечто очень неприятное. Он заметил, что к нему идёт Юля.

— Ну что, узнала что-нибудь?

— Да, он не сталкер, он бизнесмен. А что это, кстати?

— Бизнесмен? Ну, как бы тебе объяснить. – Сержант почесал затылок. – Это тот же сталкер, только он ничего не ищет и не подвергает свою жизнь опасности. Он продаёт что-то, или предлагает услуги за деньги. Ну, вот например: ты же кушаешь здесь в столовой, а он может владеть такой же столовой, но за еду брать у людей деньги.

— А это законно?

— Да, конечно. А как ты узнала, что он не сталкер, чем он это доказал.

— Ну, дядя Николай, я знаю это так же, как то, что вы очень не любите Дядю Игоря.

Николай Караченко очень удивился, но не подал виду. Он не нашёл что ответить, и просто пожелал Юле спокойной ночи. Николай не просто не любил «дядю Игоря», или же полковника Кузнецова, он просто ненавидел его, хотя возможно ребёнок просто пока не знает таких слов. Вспомнив кое-что, он снова подозвал девочку. К счастью, она не успела далеко отойти.

— А ты чем завтра собираешься заниматься?

— Собираюсь идти в гости к дяде Ефиму.

— Только к вечеру приходи.

— Хорошо, дядя Николай, спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Он спрашивал это не из-за своей прихоти, так было надо. Через несколько дней после появления Юли, она вдруг пропала. Обыскали всю базу, а вечером она вернулась. На вопрос, где она была, ответила, что: «ходила в гости к дяде Ефиму». Дядя Ефим, это Ефим Клещёв, по кличке Клещ. Он владелец бара «Глаз плоти», там же и торгует. Этот бар находится в пяти километрах прямо по дороге от Кордона. Как девочка прошла эти пять километров по Зоне, никто сказать не смог, но Клещ подтвердил, что она была у него. С тех пор было принято решение спрашивать, собирается ли она куда-нибудь.

Сержант Караченко, наконец, решился зайти в здание. В своём небольшом кабинете полковник Кузнецов сидел за письменным столом. Он был лыс и имел длинные очень аккуратные усы. Фигурой обладал плотной, тяжёлой, но содержал её в форме. Когда Николай зашёл, полковник поднял глаза:

— Ну, сержант, как успехи? – Спросил он усталым голосом.

— Я выяснил, что он не сталкер. – Ответил сержант.

— И как же вы это выяснили?

— Попросил Юлю поговорить с ним.

— Интересно, а каким образом она вам помогла узнать правду? – Ехидно осведомился Кузнецов.

— Я тоже сначала засомневался, но потом Юля сказала мне то, что мог знать только я.

— Вот как? – Лицо полковника побагровело от злости, и он повысил голос. — Значит, все военные стоят на ушах, в Зону скоро отправляется вторая группа военных сталкеров, а вы строите свои выводы на словах тринадцатилетней девочки, которая никого кроме сталкеров и военных в жизни не видела!

Затем он немного успокоился и продолжил.

— Ладно, но учтите: если вы ошиблись, вся вина ляжет на вас. Но всё же для перестраховки необходимо почистить территорию. Всё, вы свободны.

Сержант Караченко вышел из здания. На улице было довольно темно, где-то далеко на западе слышался лай слепых псов, вышедших на охоту. В голове Николая крутились две мысли, и он не знал какая из них хуже. «Почему нужно убирать этого человека, ведь он не опасен?». Но, с другой стороны, где-то внутри он был согласен с Кузнецовым. Ведь он сам наговорил лишнего. Если его тело выкинуть в Зону, то уже через два-три часа его будет трудновато опознать. Родственникам можно сказать, что его убили бандиты, которых много в окрестностях Зоны. В конце концов, ведь это его приятели посоветовали ехать этой дорогой.

***

Наступило утро. Зона постепенно просыпалась, хотя, конечно, она никогда не спит. Просто одни мутанты засыпают, а другие выходят на охоту. Вот кабан выглянул из зарослей вереска. Потянулся, понюхал воздух. Кабан – это достаточно крупный мутант. Его ещё иногда называют Припять-кабан. Он достигает полутора метров в холке. Основное его отличие от обычных кабанов — жёсткая шерсть на груди и два небольших ушка, расположенных чуть ниже обычных.

Небольшое стадо чернобыльских свинок, состоящее из четырёх особей, нашло тело кровососа, и принялось за завтрак. Мутировавшая свинья — это большая бочкообразная туша на четырёх острых копытах. На передней части имеется кривоватый рот, чем-то напоминающий рыбий, над ним расположен один глаз. В сталкерской среде этого мутанта называют плоть. Плоть всеядна и довольно пуглива, поэтому эти животные собираются в небольшие группы до семи — десяти голов.

Солнце едва встало из пелены облаков и озаряло Зону утренним светом. Большинство обитателей кордона, как самого блокпоста, так и прилегающей территории, уже проснулись. Солдаты на плацу разбивались на патрулирующие группы, сталкеры готовились выйти на промысел. Кто-то недавно пришёл с ходки, и теперь отсыпался в заброшенных строениях или разговаривал с друзьями в баре.