Читаем Синий зонт онлайн бесплатно

Синий зонт

Авторский сборник петербургского писателя Александра Радченко, в котором поэзия и проза, переплетаясь, создают единое полотно жизни. Бытовые зарисовки и философские рассуждения, авторский вымысел и реальность, которая интереснее любых фантазий – все есть в этой книге.

Александр Радченко

Поэзия / Современная русская литература

Александр РадченкоСиний зонт

Талант – то самое качество,

Которое велит тебе делать

все наоборот, все не правильно,

и убаюканный привычной

гармонией мир взрывается.

Андрей Макаревич

Глава перваяИз жизни художника АльбертаАбсолютный стихКого-то лепили из глины,А вас, безусловно, из теста.Над вами вам пели былиныО белом царе и невестеИ в душу немного изюма,И капельку рома с Ямайки,Что ночью стащили из трюма.Я третий на снимке без майки.P. S. Абсолютный встал.Абсолютный сел.Абсолютный стих.«Я сделал все наоборот…»Я сделал все наоборот:Мой пианист стреляет первым,Он, как умел, играл фокстрот.Он, как хотел, лечил вам нервы.Тогда вы были при князьях,Хрустальный шар сиял при свите.Маэстро вспомнил о друзьях,О Вессоне и Смите.Менялось время на часах,Где циферблат без стрелок.Раввин сказал, что был Пейсах,Сметая все с тарелок.А пианист играл фокстрот,Играл его наоборот.«Если пес-то лунный…»Если пес-то лунный,Если друг-то милый,Если враг-то гунныЗа спиной Аттилы.Шляпа и гитара,Куртка на диване.Накопилась тараИ чужая в ванне.Мотыльки летают,От свечи огарок,Тени нарастаютВ свете желтых арок.И под строчкой нотаЛичного протестаДа на стенке фото,Где она невеста.Где оркестр струнный,Диксиленд нехилый,Там, где друг не лунный,Там, где пес не милый.«Вот бы иметь столько рук…»Вот бы иметь столько рукИ попросить третий глаз.Было бы меньше разлукИ неоконченных фраз.Вас просвещаю, покаЗаняты боги судьбой,Держит за хвост облака,Шива шестою рукой.Держит за хвост облака,Некогда руку податьСмотрит как будто с тоскойИ говорит: Так держать!«По протоке тонкой…»По протоке тонкой,Управляя джонкой,О тебе пою.Как за горизонтомАтмосферным фронтомБаю ночь твою.Или каплей звонкойПо щеке румяной,Словно колокольчикТройки резво-рьяной.Баю ночь твою,Баю и пою.ОхотаВедь будешь франки предлагать,Шептать противно: «Обними»,И прессе что-то нагло врать…Да ври, конечно,Черт с ними.Иль сбросьС тебя хандру —Наряд невежды,Слепую глиняную рать.С короной пышные одеждыНа Александрову кровать.А мне зевать, Мадам, охота!В беседкеВ беседке миленькая вслухчитала Фета.Соседская сирень над вечноювесной склонилась.Нет, мне не послышалось,Она сказала:«Света. Я вас прошу уйти,Пожалуйста, со мной.Я брошу вас монеткоюна счастьеВ небесно-голубой фонтанМечты.Чтоб вспоминать пороюв час ненастьяТвои черты, твои черты».«От грозы шагала прочь…»От грозы шагала прочьДева краем сада.Жуткий вой наполнил ночь,Словно стон из ада.И босая, без платка,Чадо прижимая,Оглянулась и стоитБелая, немая.Смотрит в волчие глазаИ, забыв о страхе,Хлопнула разок-другойПо своей рубахе.Он дитя ее лизнул,Мордою прижался.Не заметил, как уснулИ во сне остался.ГрустьМного лет понедельник,Много лет вечереет.Много лет враг-бездельникНа диване стареет.Что нам даты и числа —Календарное бремя.Мы без всякого смыслаПримирились на время.Что нам жизни-идеиКогда подвиги-будни.Если дети-злодеи,Если женщины-блудни.Верно, встретимся вновьМы порою весенней.Закипит в жилах кровьИ придет воскресенье.«Zоrrоастрийка беглая дикая…»Zоrrоастрийка беглая дикаяПо-персидски всегда многоликая,Над кострами ночами парящая,В злобной ласке ночами кричащая.Непокорная и не битаяИ местами шилом бритая.Вся в орнаментах и наколочках,Вся в булавочках и иголочках.И на улицах Красной ПресниТы поешь невеселые песни.Под гитару-подругу из детства,Про судьбинушку с малолетства.Где в могилке ты приземленнаяИ настолько в меня влюбленная.«Под кистью Куинджи рождается лето…»Под кистью Куинджи рождается лето,Белеет краса среднерусских равнин.Как жаль, что Дега не увидел все это,Не видел Веласкес, рисуя менин.Ты чей-то «caprise», нe лишенныйтревоги.Ты сказка под утро и легкая тень,Бегущая с ветром по пыльнойдорогеНавстречу рассвету и чья-томигрень.«Вдохни огонь на Шангри-Ла…»Вдохни огонь на Шангри-Ла,Лиши монаха оберега.Там в трех лучах летит стрелаИ птица Вещего Олега.«Давай постоим под июльским дождем…»Давай постоим под июльским дождем,Синий зонт выбросив в клевер.Продрогнем до судорог и подождемДю Солей, уходящий на север……вместо мокрого платья чье-то трико,Ты позируешь ночью ПикассоНа мяче у костра, и бутылка Клико,И в руке моей нож. Асса.«Стих не родится, локон не вьется…»Стих не родится, локон не вьется,Нету унылой картины в окне.Бабочка больше о лампу не бьется,Мирно лежит на зеленом сукне.Ваши обиды желтеют в конверте,Джинном в нем бродит сюжетная нить.Жаль, не читал, но я рад – вы поверьте,Будет зимою, чем печь растопить.Это Архипов

Александру Архипову

Затвор передернут, финка в груди,Кровью залиты горные хаты.По хрен. Бегу. Враг впередиИ сейчас я его аты-баты.Встал на мину. Перепрыгнул забор,С АГСом полет страшен.Вновь кольнуло – в спине топор,«Муху» взвел. Сарай мозгами окрашен.Фески красные вьются вокруг.Из себя вынимаю финку.Сколько было голов. И, конечно же, рук,Время – «час». На бегу ем грудинку.Вот бы с Лиговки Нинку.«Лет двадцать примерно бомжую…»Лет двадцать примерно бомжую,Рюкзак дарит форму и стать.И, как подобает буржую,На рубль могу загулять:На 10 копеек – цыгане,За 20 до Лиговки свищем.На 30 кутил в балагане,А прочее – нищим.«Склонилась ветка…»Склонилась веткасливы розовойНад ручьем,Несущим цветок сирениУ горы Машук.Самурай и неверная женаСъешь в моей пагоде все,Только бамбук не грызи.Только изыди и лесом идиУ горы Фудзияма.«Мой маленький и злобный азиат…»Мой маленький и злобный азиат,Венец Эпохи Вырождения,Певец былых проказ и ад,Натуры мертвой взлет падения.Крапивных слов седая скука,Рептильных глаз болотный цвет,И воском залитое ухо,И по плечам янтарный свет.«Из-за угла подошли мы…»Из-за угла подошли мы,Стоп-гоп,Взяла на себя много ты,Стоп-гоп, у горы Фудзияма«Псом виляет лунный хвост…»

Ольге Ушаневой

Светлане Вайвод

Группе «Лунный пес»

Псом виляет лунный хвост,Мы идем на встречу солнцаВ направлении норд-ост,С отражением в оконцахЧьих-то запертых домов,Со следами светских сплетен,Вдоль нечитаных томов,Без которых мир конкретен,В даль, над речкою ночной,Где под веткою вишневойПил единорог ручнойВ сказке Ольги Ушаневой.Эскиз № 1Настроение «Завтра» вечером.Настроение «Ждал» целый день.Выпил ром. Спать ложусь.Делать нечего. Оглянулся. А зря. Моя тень.Эскиз № 2На холсте сырая осень,С мастихина льют дожди.Жду ее уже дней восемь,Ученицу Джона Ди.В черном зеркале покажетШамаханский дивный сад,По руке моей расскажетО работе на Моссад.Нитью жемчуга стреножитДля полета наяву.В арбалет стрелой уложитИ натянет тетиву.Проведет тропой ТроянаМеж неведомых земель,Где слагалась Рамаяна,Где бессилен Ариэль.Эскиз № 3Гоню иллюзии с концами,Как тройку по Владимирской Руси,Летящую по тракту с бубенцами.Чтоб я так мчался? Боже упаси!Гора не стала ближе к Магомету,А бросила лишь что-то на плетень.Так поклоняйся завтра амулету.Я буду прост. Я прихвачу кистень.ПроходимкеНе знаю, как благодаритьЗа смелый взгляд усталый.Могу строкою озарить,Но лучше «шпалы-шпалы»,Где мчится поезд по спине,Везет зерно и ласки,Где кто-то скажет обо мне:«О, сказочник… о, сказки».И(деал)огия– А как же та?– А ей. Ей. Богу.Такие строчки напишу,Что только с ней я в путь-дорогу,Мне только ту.Мне только ТУ-154,Воздухоплаванья костюм,Чтоб жить, как рыжему котуНа стареньком речном буксире,И доступ в трюм.«Ирисы вишневой ночью…»

Ольге Ушаневой

Ирисы вишневой ночьюВ созвездии Тельца.Ты в белой рубахе. Воочию.С рыжим котом у крыльца.Все мурлыкаешь тихо на ушкоОбо мне белоснежный романс.Васильковая чудо-подружкаИ ирисовый чудо-нюанс.Анютины глазки