Читаем Человек онлайн бесплатно
Понимая проблему многих церквей, я хотел предложить одну важную тему, которая может быть будет полезной для всех, кто ее слушает. И в качестве маленького вступления хочу сказать, что у человека всегда много друзей, наверно нет таких, у которых бы не было и врагов. Роль друзей, где-то нас поддержать, понять, защитить, помолиться лишний раз за нас.
У друзей другое назначение, чем у врагов, а задача врагов как-то нам повредить, но я не хочу, чтобы вы сейчас пытливо всматривались друг в друга и пытались понять: кто же мой друг, кто мой враг…
Мы попробуем заняться врагами совершенно другого порядка, теми, которые как-то приютились в нашем внутреннем мире, на которых мы не обращаем внимание, которых может быть считали не столь серьезными и важными. Занимаясь битвой с внешними врагами, с кем-то непонимающими нас, мы забыли о тех, которые серьезней, опасней, от которых зависит большее. Мы, может, о многом не задумывались.
Я как-то размышлял, кто же наши враги, я их столько насчитал, например: привыкание, мы свыкаемся настолько, что она нас обворовывает. Помните, как мы делали первые шаги к Христу – слушали о Христе, о Его страданиях, в нас лились слезы, нас это приводило в трепет. Но со временем мы без малейшего содрогания слушаем псалмы, проповеди о страданиях Христа и это нас уже так не волнует, не достает, поработало страшное слово «привык, свыкся»: все знаем, все понимаем.
Всколыхнуть нас может только что-то особенное, какая-то неожиданная тема, может быть, кто-то откуда-то явится способный, как-то нас достать до глубины души и потом опять. Таких врагов, конечно у нас много, но я хотел обратить ваше внимание на то, на которое мы очень мало обращаем наше внимание.
В Евангелие от Матфея (12:35) есть такие слова: «Добрый человек из доброго сокровища выносит доброе, а злой человек из злого сокровища выносит злое. Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда: ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься».
Окруженные толпой людей, которые не очень то подбирали фразы разговаривая со Христом, Он вынужден был произнести вот эти слова глубочайшего смысла: ибо от слов своих оправдаешься, от слов своих осудишься. Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда.
Я хочу сказать об ответственности за наши слова.
Не знаю, сколько нам внешний мир причинил трудностей, даже в то время и в тех местах где мы раньше жили, но я знаю из практики, знаю из многочисленных разговоров сколько люди ранят друг друга словами. Я думаю, мы в вечность уходим избитые, искалеченные друг другом нашими словами.
Кто-то выразился «рана от меча скоро заживет, а от языка и слов, может быть, никогда не заживет». Это не только раны здесь на земле, это огромная ответственность, это то, что отравляет жизнь. Это то, что лишает мира нас в семьях, в церквах, в обществе.
Мы очень мало вникаем в эту область и позволяем себе очень многое, не замечая главного.
Я думаю, когда мы прослушаем эту тему, нам наверное захочется как-то поаккуратней подбирать слова, быть осторожными, потому что это серьезней, чем мы до сих пор может быть думали.
Если написано: «жизнь и смерть во власти языка», мы можем кого-то настроить, кого-то расстроить, кого-то больно ударить словом, можем даже словом кого-то убить и этому есть классические примеры.
Например такой: одному из полководцев в армии Наполеона шепнули на ухо: «твоя Жозефина тебе изменила и больше тебя не ждет». Он очень ее любил, и у него от этой вести остановилось сердце, это один из примеров, когда словом убили человека, хотя это была просто шутка и вот такая шутка убила человека.
А можно, знаете, пасть на меч собственных слов, как когда-то пал Саул на свой собственный меч, на меч своих слов. Я помню, один мой родственник говорил: «Когда у меня будут дети я их так воспитаю, что я скажу: принеси прутик, я тебя буду наказывать, он пойдет, принесет мне…». Подрос у него сын и он ему дал понять…, что значит смерть и жизнь во власти языка, он настолько усложнил жизнь, настолько тяжелая судьба у этого парня, который и сегодня опять отправился в «не столь отдаленные места земли».
Поэтому очень важно знать, что же такое слова, как правильно ними пользоваться. Евреи когда-то сказали: «кровь Его на нас и детях наших» как мы знаем, эти слова оказались пророческими, не мало им пришлось пережить за эти два тысячелетия. Так вот, чтобы нам избежать многих бед, многих ошибок и меньше ранить друг друга, чтобы поменьше было причин отравлять жизнь друг другу, чтобы нам было приятно в нашем обществе, чтобы мы имели как можно меньше врагов и больше друзей, мы порассуждаем, что же такое человеческое слово.
Христос произнес слова, которые трудно было умом понять в ту пору, Он говорил, что пройдут, может быть, тысячелетия и когда-то на вечном суде наши слова станут нашими обвинителями или нашими заступниками: «от слов своих оправдаешься и от слов своих осудишься».
Здесь говорится о том, что слова наши человеческие переживут нас с вами, переживут авторов своих, переживут, может быть, тысячелетия и когда-то мы еще с ними встретимся.
Поверить было не просто в ту пору, если учесть, что по разговорчивости средний человек за день произносит примерно тысячу слов, а некоторые и побольше…, а если перемножить сколько нас есть, сколько нас было и сколько будет, получается биллионное исчисление. Словесный океан – и неужели в этой огромной массе Бог когда-то отыщет мою долю, а в моей доле вот эти ненужные праздные, пустые, недобрые слова и покажет мне их?
Казалось это невозможно, но сегодня наука вышла на такой уровень, что она говорит: все однажды сказанное, слышанное, произнесенное, даже неосознанное навсегда остается в глубинах памяти. Трудность только в том, чтобы извлечь это в нужное время и в нужной мере. Но Бог это может, мы когда-то по наивности думали, что где-то Бог там включил местный магнитофон, записывает наши слова… Он поступил лучше, вмонтировал это запоминающее устройство в сознание каждого из нас и оно с нами, и оно в нас.
И временами проявляются такие феноменальные особенности у некоторых людей, что память преподносит то, что, кажется, навсегда забыл – раз, всплыло. Однажды малыш запел песню, которую он последний раз слышал от мамы задолго до того, как начал говорить. Значит, оно где-то оставалось, а потом как-то сумело всплыть в сознании.
Мой родственник прыгал с парашютом, он у него не раскрылся и когда приближался к земле, он говорит: я не могу объяснить каким образом, но увидел сразу одновременно всю мою жизнь, от первых проблесков сознания, до вот этого прыжка, я всю ее сразу увидел. Над землей удалось выдернуть кольцо запасного парашюта, и он не унес тайну с собой в могилу.
То есть, все сохраняется, особенно наши слова. Значит, слова переживают своих авторов, о их силе мы уже слышали, в них больше силы, чем порой мы думаем. Мы обронили фразу и не думаем, но она где-то работает, она где-то что-то делает, она идет от одного к другому и может быть будоражит общество, может быть, отравляет кого-то, может быть сеет сомнение или наоборот облагораживает человека, потому что слово будет действовать по роду своему. Но для того, чтобы нам лучше разглядеть, что же такое слово, откуда у него такая способность нас с вами пережить, откуда у него такая сила, мы заглянем в структуру самого слова.
Словосостоит из двух частей, это мысль плюс звук, в который оно облекается, это озвученная мысль.
Есть Божественный закон: видимое временно, невидимое вечно.
Видимое или слышимое, это материализованное, временное.
Я, например, уже забыл, каким темпом, на каком языке кто-то что-то сказал, а что сказал, оно живет во мне, да мне и не нужно знать, оно растворилось где-то во внешнем моем человеке. Давайте проследим путь человеческого слова, простого человеческого слова от одного к другому.
Допустим кто-то из вас мне что-то сказал о таком-то человеке, что произошло, когда я услышал? Слово, достигнув меня разделилось на свои составляющие, звук или написанное словоначертание растворилось в моем внешнем человеке и бывшее слово уже теперь как мысль проникла в мой внутренний мир налегке, сбросив верхнюю одежду звука, разделилось.
Побродив некоторое время в моем сознании, может быть, взбудоражило меня: «как он мог, а я его считал таким, а оказывается вот какой», оно сделало свою работу и притихло до времени. И вот однажды это время настанет, и я опять слышу разговор об этом же самом человеке. И вдруг то, что я уже слышал, то, что, кажется, уже забылось, притихло, вот это слово, потерявшее звук ставшее просто мыслью оно где-то ждет своего времени.
Ага, о нем речь, зашевелилось бывшее слово и мне хочется сказать то, что я о нем слышал. Что значит хочется сказать?
Слово, потеряв звук или начертание стало просто мыслью, бессильной пленницей моей души, эта мысль ничего не может, она может быть мне и причинит там вред какой-то , но пусть у меня будет тысячи мыслей вам это не мешает.
То же самое может быть, если вас переполняют какие-то мысли, идеи, но пока вы не выпустите, не превратите в слово, они меня никогда не достигнут. Разговоры о телепатии, это все знаете такое скользкое, неподтверждаемое, спорное.
И, вот хочется сказать, а что значит хочется сказать?
Мысль не может сама по себе в нас действовать, пока не получит звук или начертание, не станет словом. При этом мне надо его облечь снова в то, чего я его лишил и позволить ему из меня выйти.
А я думаю, сказать может быть нехорошо, но слышу явную торговлю: «ну скажи, ну об этом разве можно молчать, да надо же за истину…» уговорит, и я думаю: «ну ладно, была ни была, скажу, а там посмотрим». Об этом говорил еще Сократ, что легче на языке держать раскаленный уголь, чем тайну.
И, как правило, мы не можем умолчать о том, что мы слышали, бывшее слово уговорит нас и мы превратили мысль снова в слово: «ну ладно скажу», озвучил, как бы дал одежду звука, оно вышло… и я смотрю что оно делает. Оно ударило этого человека: загудели вокруг, как так? взбудоражилось целое общество, я бы рад вернуть, но уже не вернешь.
Слово вышло, оно умеет жить самостоятельно, оно перебилось до удобного ему времени в моем внутреннем мире, побыло, дождалось, уговорило меня, приоделось в новую одежду и пошло дальше. Теперь оно проникнет в следующего, потом следующего и так будет бродить от человека к человеку, и никогда не исчезнет.
Посмотрите, где авторы далекого прошлого, а где писатели прошлых веков, их нет, горсть праха давно смешалась с землей и развеяна ветром, а слова их: живут, действуют, ходят от человека к человеку, воспитывают или развращают, поднимают нам нравственность или наоборот повергают в безнравственность… и когда я смотрю на книжные полки, мне так и видятся как бы застывшие духи бывших людей.
Только тронь и заговорит, откройте страницу и начинает переселяться в вас, и начинает свою работу.
Петр Ивер, грузинский мыслитель говорил, что дух человека материализуется только в слово, это очень важная и серьезная истина.
Мы проследили первую часть, когда мысль приходит, потом мы снова ее превращаем в слово и выпускаем, и оно может дальше жить без нас. Невольно подумаешь, что же такое слово: врывается, будоражит наш внутренний мир, торгуется с нами, может нас перехитрить, вырывается, знает свое время, больно бьет, знает, кого ударить и ведет себя как личность.
Можете согласиться или нет, а я давно уже пришел к выводу, что мысль ничто иное, как разновидность блуждающих духов, которые приходят к нам, побыли, выпустили…, они опять делают свое дело и так бродят по обществу: губят, сорят, рушат и этому есть хорошее подтверждение (Ин 6:63) написано:
«Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь», Божий Дух в Божием Слове и жизнь. Я думаю, в основе всякой мысли лежит тоже какой-то дух, и какая-то злая жизнь, есть такая особенность, что если принять за основу такое понимание, что к нам действительно приходят мысли. Вы помните, к Петру пришла только мысль: «Боже, будь милостив, не ходи в Иерусалим» и что ответил Христос: «Отойди от меня сатана». Он увидел вот этого пришельца, которого не разглядел Петр, которому удалось проникнуть в сознание Петра, даже достигнуть языка, быть озвученным, но Христос разглядел и говорит: «отойди от Меня».
И вот такие блуждающие духи врываются в наш внутренний мир и, порой, мы являемся для них прибежищем . Они до нужного времени находятся в нас, и мы позволяем им отправляться дальше.
Помню, посмотрел на одного известного калеку в нашей местности и вдруг в уме вспыхнуло такое яркое сравнение, плохое сравнение, но очень уж удачное. Думаю, если бы я хоть одному человеку озвучил вот эту мысль, кличка наверно пожизненно пристала бы к вот этому человеку, к его одной беде я добавил бы другую.
Дай Бог каждому из нас превращать нашу душу в пожизненную тьрьму вот этих блуждающих духов и не выпускать их больше никогда. От слов своих оправдаешься, от слов своих осудишься, и тех, которых мы свяжем и больше не выпустим, тогда мы их судить будем. Написано: «не знаете ли, что вы будете судить ангелов», каких? вот этих блуждающих духов…, но тех, которых мы выпустили, это будут наши с вами обвинители.
Я молюсь уже долго, чтоб мне никогда вот этого, который я говорил, «пришел», не выпустить и возможно он был единственный во всей поднебесной, потому что я ни от кого больше этого сравнения не слышал. Я хочу его до смерти не выпустить, чтобы ни один человек не услышал от меня вот эту пришедшую мысль и я бы ее не превратил в слово.
Очень серьезная тема, подумайте, сколько проходит через наш язык, что мы озвучиваем, чью работу мы выполняем. Особенно когда люди выясняют отношения друг с другом, в это время мало кто контролируют все, что приходит, лишь бы удачно, лишь бы метко, доказать, объяснить, больнее достать, доказать свою правоту – и люди превращают и превращают в слова приходящие к ним мысли. И, может быть, даже не подозревают, какую страшную работу они выполняют.
У меня был друг и есть он, конечно, как-то во время обеденого перерыва, сейчас модно шутить, острить, слыть остроумным, а кто-то сказал: шутить, это брать юмор на прокат, когда своего нету. Но вот он тоже поддался всеобщему шуточному настроению в обеденный перерыв, острили, шутили, и он вдруг произнес такую отвратительную фразу о Христе. Неверующие переглянулись, пожали плечами, ничего не поняли, а этот человек говорит мне потом, уже через время: «Во мне что-то оборвалось, что-то погасло и что-то вселилось в меня такое мрачное и уже полтора года я в состоянии какой-то одержимости, не знаю, что со мной происходит».
