Читаем Хроники тринадцатого отделения (СИ) онлайн бесплатно

  1.Командировка.

   - Понимаю, тебя, Валера. Конечно, ехать не хочется - глушь-саратов. Хотя не такая уж и глушь, все таки областной центр. Да и тебе это нужно не меньше. Потом еще долго сможешь козырять: дескать, поднимал науку на периферии. Методики свои внедришь, не будь тюхтей, не прохлопай ушами, подпиши у главврача акт о внедрении. Да и срок недолгий, от тебя зависит, глядишь, за Хроники тринадцатого отделения.

  две недели управишься, не месяц же там сидеть. Так что давай, отправляйся в кадры, бери командировку.

   Климов вышел из кабинета шефа и поплелся на остановку, чтобы ехать в институт, в отдел кадров. Кто-нибудь другой на его месте, возможно, даже обрадовался бы возможности вырваться из рутины, получить свежие впечатления, но Климов считал себя домоседом и сибаритом. Поэтому предстоящую поездку считал временем, вычеркнутым из жизни.

   До поездки надо было еще отловить комендантшу общежития и предупредить ее о своем отсутствии. Климов дорожил возможностью жить одному в отдельной комнате общежития для аспирантов и преподавателей. Конечно, общий душ и туалет немного напрягали, но это было все же лучше, чем ютиться в тесной родительской квартире, да еще черте-где, фактически в пригороде, только до метро нужно было ехать почти полчаса.

   Но есть и плюсы. Шеф прав насчет акта внедрения, да и оказать услугу начальству завсегда выгодно, смотришь, когда-нибудь зачтется. Опять же, кому ехать, как не ему. Как не крути, а он самый младший на кафедре. Да, диссертация наполовину готова, здесь он опережает кое-кого из ассистентов, но из старших лаборантов в доценты не прыгнешь. Так что, вперед, за орденами.

   От окна дуло, вагон скрипел и дергался. Рано утром невыспавшийся Климов стоял на перроне, озираясь, высматривая встречающих. Никого не было. Странно, шеф обещал, что "встретят как родного". Долго на ветру не простоишь, но и отходить от вагона боязно, никаких других примет, кроме номера вагона у встречающих не было.

   Неожиданно сзади раздался голос:

   - Извиняюсь, вы не Климов случайно?

   - Он самый.

   - Еще раз простите, немного опоздал. Успели замерзнуть? Сейчас в машине отогреемся.

   Встречающий, белобрысый крепыш ловко подхватил одной рукой дорожную сумку Климова, другой рукой его самого под руку и быстрым шагом повел на привокзальную площадь.

   - Меня зовут Валера.- Представился встречающий.

   - Меня тоже.

   - О, по такому случаю предлагаю сразу перейти на ты, тем более, что общаться нам придется часто.

   Климов, естественно, не возражал.

   Гостя посадили в салон "рафика", Валера залез на пассажирское кресло в кабине.

   Через замерзшее стекло было почти ничего не видно, в салоне было тепло, кресло было мягким, поэтому Климов успел задремать, пока ехали.

   Здание администрации больницы было одноэтажным, старой постройки. А рядом, отгороженные забором, высились подьемный кран и недостроенная стандартная пятиэтажка, соединенная переходами с двухэтажными корпусами. Точно в такой же пятиэтажке, но уже давно обжитой, располагалась их кафедра. "Наверное, один типовый проект для всех психушек страны" - подумал Климов.

   Пока он осматривал окрестности, Валера успел куда-то сбегать и доложил гостю:

   - Шеф уже на месте, он всегда так рано приезжает. Пойдем, представишься.

   Главный врач усадил Климова в кресло (надо думать, для почетных гостей), сам расположился рядом и принялся расспрашивать про своего институтского кореша, ныне профессора и заведующего самой авторитетной кафедрой страны по психиатрии. Однако, задушевной беседы не получилось. Позвонил один телефон, затем другой. Из реплик Климов понял, что с утра в больнице возникла какая-то хозяйственная проблема. Наверное, поэтому главврач беседу свернул:

   - По здравому рассуждению, решено определить вас на проживание не в гостиницу, а здесь, в больнице. До города не близко, транспорт ходит плохо, а

  отвозить-привозить больничной машиной - ну никак не получится. Да и, честно говоря, хорошую гостиницу у нас надо чуть ли не за полгода бронировать. А доступные... так, типа общаги. Опять же, мы вас и покормим три раза в день, пищеблок у нас хороший, сами убедитесь. Что касается быта и всех текущих вопросов, то ими будет заниматься наш доктор, заввотделением Валерий Иванович, вы его уже знаете, он вас встречал. Будет вашим опекуном. Так, что я еще забыл? Архив к вашим услугам, девчата из статотдела знают. Ну, что, успехов вам в делах, а мне пора текучкой заняться.

   С этими словами главврач довел Климова до дверей своего кабинета, за которыми его ожидал опекун-Валера.

   До начала рабочего дня еще было далеко, но в приемной уже началась суета. Чувствовалось, что в больнице идет стройка: из коридора заглядывали какие-то работяги, в самой приемной ожидала пара мужичков, по внешности определенных Климовым прорабами или инженерами.

   Опекун-Валера успел сдать командировочные бумаги своего подопечного пожилой секретарше и повел гостя "определять на место жительства".

   Взошедшее солнце красиво подсвечивало столб дыма над то ли котельной то ли пищеблоком. Снег хрустел под ногами и вспыхивал разноцветными искрами на сугробах.

   - Будешь жить как пан, один на этаже. Тут как получилось: корпус строители должны были сдать в еще прошлом году. Они, собственно, и сдали, комиссия приняла. Корпус на два отделения. Мы на первый этаж сразу переехали, а на втором, где ты будешь жить возникли проблемы с отоплением - половина помещения не обогревалась почему-то. Наш главный уперся - не приму, пока не переделаете систему. Год без малого они переделывали, но, таки, переделали. Теперь везде тепло. Так что, не замерзнешь. Вот, закончишь ты свои дела, сьедешь и мы начнем заселяться. Открываем новое отделение. Главный меня определил заведующим. Обычное острое мужское отделение, в приказе "лечебно-диагностическое". Одно плохо: номер у нас несчастливый - тринадцать. Но что поделать? Не отказываться же от должности из-за суеверия.

   Пришли на место. В помещении, действительно было тепло. Гулкий коридор был залит солнечным светом. Слегка пахло краской.

   Валера принюхался, раздувая ноздри:

   - Немножко краской тянет. Говорил - не красить, не услышали что ли, вот клуши. Ну ничего, тебе спальню и кабинет выделили на том крыле, там не должно ощущаться.

   "Спальня" и "кабинет" были обставлены по-спартански сурово, без излишеств: стол, стул, вешалка. В спальне еще и кровать. На подоконнике стоял электрочайник.

   - Здесь будет мой кабинет, а там, где ты спать будешь - ординаторская. Пойдем, я тебе еще ванную-душевую покажу и туалет.

   Наконец, осмотр будущего отделения под несчастливым номером тринадцать был завершен и опекун-Валера ушел к себе на первый этаж, а Климов, не раздеваясь, улегся на кровать.

   Весь смысл его командировки заключался в том, чтобы сделать выборку из архива больницы. Его шеф, заведующий кафедрой, решил воспользоваться институтской дружбой с местным главврачом и пошерстить больничный архив в нужном направлении. Поэтому Климову предстояло перебрать не одну сотню старых историй болезни. "И зачем ему это надо? - размышлял Климов - докторская уже написана, профессорское звание есть, должность завкафедрой есть - что еще надо человеку, чтобы спокойно встретить старость? Оставить след в науке? Сам говорил, что прорывов в психиатрии в обозримом будущем не предвидится, все уже открыто, разве что в психофармакологии, но он этим не занимается. Да и куда ему открытия совершать, он по другой части. Наверное, на проректора метит. А, впрочем, какое мне дело".

   Неожиданно затрещал телефон местной связи, звонил Валера.

   - Ну, как ты там, освоился? Давай выходи, пойдем на завтрак. Спускайся, я буду ждать тебя на выходе.

   Главный не обманул. Кормили на пищеблоке вкусно. По крайней мере завтрак в виде омлета и блинчиков с повидлом Климову понравился.

   Статотдел с архивом располагались в здании админкорпуса. Смешливая девица отвела Климова в комнату, заставленную шкафами с пухлыми папки, набитыми историями болезни.

   - Все разложено по годам, папки подписаны - год и месяц - инструктировала

  Климова архивистка - и, пожалуйста, постарайтесь потом сложить истории так, как они лежали - хорошо?

   Пришлось согласиться, хотя, конечно, проверять его не будут, а если и будут, то вряд ли об этом скажут.

   - Эй, затворник, кончай погружение в работу, пошли на обед, составлю тебе компанию. Надо же убедиться, что гостя кормят как положено.

   Обед Климову понравился еще больше, чем завтрак. Этак он тут потолстеет. "Хоть отьемся", подумал он, вспоминая свои сухомятные обеды на кафедре и ужины с макарошками в общаге.

   В обеденный перерыв Климов хотел покемарить у себя в "тринадцатом", но неугомонный Валера потащил его играть в настольный теннис. В холле на кафедре тоже стоял теннисный стол, на котором иногда играли врач-курсанты, а постоянно - сотрудники кафедры. Так что Климов считал себя готовым к спортивным сражениям.

   В клубе, где проходила игра, уже собралось человек пять. Климову на правах гостя вручили ракетку без очереди. Аборигены оказались довольно прыткими и выиграть ему удалось лишь один раз.

   - А ты хорошо играешь - похвалил его Валера по пути в отделение, - если бы не с дороги, наверное, высадил бы всех. О, пока не забыл. По вечерам скучно небось будет. Может пару раз сьездим в город, у нас тут особых достопримечательностей и нет. А в остальное время чем будешь заниматься? Книжки читать? На телевизор можешь спуститься к нам на первый этаж. Но с больными вместе сидеть в "красном уголке" тебе, наверное, неудобно будет. Я тебе радио принесу. Шикарный приемник, высшего уровня. У Макса, моего зава, стоит в кабинете. Он его все равно не слушает, радиоточку предпочитает, старый чудак. А там короткие метры хорошо слышно на самодельную антенну. А может тебе магнитофон притащить? Правда у меня "Днепр", та еще бандура. Записи есть хорошие, сам с телевизора писал. Мария Пахоменко, Кобзон. Или ты этих волосатиков западных предпочитаешь? Или классику?

   От магнитофона Климов отказался. Дома у него стояла "Комета", конечно не высшего класса аппарат, даже не первого, но его вполне устраивал на данном этапе. Ну и полтора десятка бобин с "волосатиками", в том числе "Дип перпл" и "Лед зеппелин".

   После обеда, кое-как досидев до конца рабочего дня, Климов отправился "домой". Радиоприемник действительно был хорош и вечер прошел в прослушивании эфира коротких волн.

   Прошел еще один день, затем и второй. Опекун-Валера особо не надоедал. Вечера Климов коротал за чтением книг, благо больничная библиотека оказалась богатая на хорошую литературу и даже на толстые журналы. Большую часть времени будущее тринадцатое отделение пустовало, но время от времени появлялись какие-то люди, что-то заносили, чем-то стучали. Вечером Климов обнаруживал в палатах сложенные штабелем разобранные кровати.

   Однажды, во время обеденного перерыва, выходя из туалета, он услышали за дверью женские голоса. Судя по разговору, это были санитарки будущего тринадцатого отделения, которые пришли делать уборку. Выход из туалета шел через умывальник, где стояли ведра и швабры. Климов решил подождать, пока санитарки возьмут свой инструмент и уйдут.

   - А кто-нибудь видел доктора, командировочного, который здесь живет?- Спросил один голос.

   - Я видела, красавчик! Молодой, высокий. Бедняжка, один тут скучает. Ух, я б его развеселила.

   Ответил другой голос.

   Третий голос заметил:

   - У тебя, Валька, одно на уме. Никак не угомонишься. Давай,бери швабры, щас будет тебе веселье.

   - Ну, ты, Васильевна, может, и угомонилась уже, а нам с Надюшкой еще рано. Да, Надюшка?

   - Надюшку хоть не трогай, она скромная, не то, что ты.

   - Ой, ой! Знаем мы эту скромность. В тихом омуте черти водятся.

   Хлопнула дверь и голоса стали отдаляться.

   Климову стало интересно посмотреть на этих Вальку и Надюшку.

   Его любопытство было вскоре удовлетворено: выходя из своего кабинета, он встретил в коридоре трех женщин - пожилую и двух молодых, миловидную блондинку и брюнетку чуть постарше. Брюнетка деловито спросила:

   - Доктор, вам уборку сделать в кабинете?

   Климов растерянно ответил:

   - Спасибо, похоже, утром уже делали.

   - Так я и делала. - сказала пожилая и добавила, обращаясь к спросившей - а ты, Валентина, сначала бы у меня узнала, прежде чем доктору голову морочить.

   При этом вся троица с любопытством разглядывала Климова. Тот совсем смутился и быстрым шагом пошел к выходу.

   Сидя в архиве и листая очередную историю болезни, Климов думал о своих отношениях с Люсей, которые вяло тянулись последние пару лет. Люся работала театральным художником и вела совершенно богемный образ жизни: без конца устраивала у себя посиделки до полуночи, курила как паровоз, пила и материлась как портовой грузчик. При этом всегда выглядела томной и жеманной. Познакомились они на таких же посиделках в пестром обществе околотеатральной "творческой интеллигенции". Климов повелся на необычный Люсин образ. К ее чести, нужно было сказать, Люся умела и удивить и привязать мужчину. То она пускалась в бесшабашный загул, то внезапно превращалась в милую, уютную домохозяйку. Но постоянные смены Люсино дискурса утомляли Климова последнее время и единственное, что держало Климова в Люсиной орбите была ее безотказная сексуальная доступность.

   С другими женщинами у Климова почему-то не складывалось. Время от времени у какой-нибудь девицы или дамы вспыхивал огонек женского интереса к нему, но тут же потухал по неизвестной причине.

   Работа, которая требовала внимания, не ладилась. Климов решил развеяться и сходить в библиотеку. Пожилая библиотекарша оценила его читательскую активность и обещала отложить "что-нибудь интересненькое".

   В библиотеке его ждал сюрприз. За столом сидела та самая блондинка из "тринадцатого". Оба растерялись от такой неожиданности. Климов первым пришел в себя и спросил:

   - А вы что, разве не в отделении работаете?

   Девушка улыбнулась:

   - И здесь и там. Вообще-то, основная работа в отделении, а здесь я как-бы совмещаю. Марья Григорьевна собирается на пенсию, я пойду на ее место. Поэтому временами заменяю, вот как сейчас. Она приболела, сегодня и завтра ее не будет. А вы что-то хотели взять из книг?

   Климов пояснил, что ему обещали "интересненькое". Блондинка стала рыться в столе, но ничего не нашла. Пошла посмотреть на полке. Климов разглядывал ее исподтишка и убеждался, что первое впечатление его не подвело, девушка действительно была красива особой сексуальной красотой, описать которую ("вербализировать" подумал Климов) мужчине было затруднительно. Новая библиотекарша вернулась и виновато развела руками:

   - Ничего не могу найти. Может сами поищете? Что вас больше интересует?

   - Что бы вы посоветовали? - нашелся Климов.

   - Да что ж я могу посоветовать, я же ваших вкусов не знаю.

   - А на свой вкус?

   - На мой? Смеяться не будете?

   - Нет, конечно.

   Надежда слегка зарделась.

   - Ну... Тогда... Герберт Уэллс!

   "Ничего себе, вот так вкусы у девицы" - подумал Климов.

   - Понимаете, все увлекаются современной фантастикой. А про корифеев не то, что не помнят, но и не знают. Вернее, знать-то может и знают, многие читали уэллсовские машину времени и человека-невидимку. Но ведь у него есть еще "Когда спящий проснется" и "Люди как боги". А вы читали?

   Пришел черед краснеть Климову. Надежда заметила его смущение и сменила тему:

   - А вы наукой занимаетесь?

   - В общем-то да.