Читаем Кто в армии служил, тот в цирке не смеется онлайн бесплатно

Для детей старше 16 лет.

Автор предупреждает:

не все действующие лица книги являются вымышленными, и обнаруженное сходство — не всегда случайность!..

© Шемионко А. Ф., Шемионко Л. И., 2015

© Оформление. ООО Реноме 2013

Александр Феликсович Белозёров, немолодой, слегка поседевший, но ещё достаточно моложавый мужчина, сидел за столом и отрешённо смотрел на комок сырой синей глины. В руке он держал десертный ножик и как будто решал, съесть ему эту глину сегодня целиком или оставить часть на завтра.

Супруга Белозёрова, Ника, чаще называемая мужем Мура, Мурзик, Муркин, Мурлохвост и т. д. в зависимости от настроения, подошла к нему и, слегка приобняв за плечи, с улыбкой заглянула в глаза:

— Ну, чего мучимся, молчим? Гадость всяку думаем?

— Да что-то не задался день с утра! Уже в четвёртый раз леплю и ломаю! Жуть! — Белозёров раздражённо воткнул в кусок глины ножик, видимо, передумав её сегодня есть. — Глину, что ли, плохо размял и перемешал? Кота хотел слепить, но что ни делаю, всё равно, как в том мультике про Простоквашино: лапы и хвост отваливаются, а у меня от этого поясницу ломит, и голова начинает линять, а новая шелковистая шерсть почему-то так не растёт! Это только ты можешь спокойно свои кофточки по десять раз распускать и перевязывать. Даже когда смотрю на это изуверство, сердце кровью обливается. Я так не могу!

Поднявшись из-за стола, «глиняных дел мастер» поплёлся в ванную мыть заляпанные руки.

— А ты отвлекись и займись чем-нибудь другим! — крикнула вслед Ника. — А вдохновение потом вернётся, я точно знаю! Лучше скажи, что мы будем готовить на праздник?

— А чего тут думать? Праздник как называется? Новый год! В любой уважающей себя советской семье на Новый год всегда готовили много салата оливье, для того чтобы, когда начнёшь засыпать прямо за столом, можно было удобно положить голову в салатник на горку нежного зелёного горошка, обильно сдобренного сверху майонезом. Тогда после пробуждения кожа на лице уснувшего будет такая же нежная и гладкая, как тот зелёный горошек! Ещё сделаем поджарку с картошечкой, бутербродики с красной «пролетарской» рыбкой и с буржуйской красной икрой. Украсим стол бутылкой шампанского и бутылкой водки. Ну, если посчитаешь, что они не будут лишними, то и парой праздничных свечей! А больше ничего и не надо! Гостей не будет, дети не приедут, кого угощать-то? — Саня стоял на пороге ванной, вытирая махровым полотенцем руки. — Я ещё хочу в этот раз приготовить винегрет, но не так, как делают сейчас все, а по старым рецептам. У нас где-то была старинная книжка «О вкусной и здоровой пище». Помнишь, я ещё читал её и смеялся над советами «как обустроить кухню в коммунальной квартире», «что делать, если нет холодильника» и «что такое новинка современной техники — керогаз»! Смерть керосинкам, дорогу в светлое будущее керогазу! Сейчас смешно, а тогда ведь всё это обсуждалось всерьёз!

— Да не было у нас такой книги, угомонись! Эта книга есть только у твоей мамы. Вон, открой книжный шкаф, на второй полке справа стоит толстая книга «Домоводство», она тоже достаточно старая, и там наверняка есть рецепт винегрета! — Никуся возилась возле стиральной машины, закладывая в неё грязное бельё.

Белозёров нашёл книгу и, открыв её на первой странице, торжественно, как будто читал речь перед началом парада в Москве на Красной площади, продекламировал:

— Домоводство. Издание второе. Государственное издательство сельскохозяйственной литературы. Москва. 1959 год. О как! Сельскохозяйственной литературы. — Саня, улыбаясь, перелистывал страницы. — Слушай, а тут ещё есть надпись чернилами: «В день рождения дорогой дочке Дине! От мамы. 18.11.1959 г. Ст. Калоша С. ж. д.».

— Не Калоша, а Коноша, станция Коноша Северной железной дороги! Чухонец с высшим заочным образованием! — поправила Саню жена, не отрываясь от манипуляций с бельём.

— Так это же, выходит, твоя бабушка подарила эту книгу твоей маме — тёще моей любимой? Интересно… Так, где же тут винегрет? «Гигиена жилища и усадьбы», «Уход за ребёнком», «Воспитание детей в семье», «Первая доврачебная помощь», «Гигиена женщины». Вот, наконец-то, «Как готовить вкусную еду», страница номер сто двадцать три. Так, и что же тут они рекомендуют? Ага, вкусную еду надо обязательно готовить только после того, как прогигиенируешь свою женщину или соседку по коммуналке над огнём керогаза и поставишь её к кухонной плите. После этого необходимо принести овощи, предварительно почистив их и нарезав согласно рецепту. Ну а всё остальное она сможет испортить сама!

— Я тебе сейчас прогигиенирую соседку и ещё кое-что!

Сначала Саня только услышал, а потом и почувствовал на своей шее «внимание» супруги, воплощённое в кухонном полотенце, скатанном в комок и запущенном в мужа.

— Ну вот, теперь синяк останется, как буду соседке объяснять? — потёр шею Белозёров.

— Ой, договорисся, Санька, до настоящих синяков! Кидай обратно полотенце, в стирку брошу!

Ника, выставив на стиральной машине программу и запустив её, села на диван и взяла в руки вязание.

— Давай, читай вслух, а я буду вязать и слушать.

Белозёров улёгся рядом на диван и начал громко, с выражением, читать:

— Варёный картофель, яблоки, огурцы, морковь очистить, нарезать ломтиками, кубиками или соломкой, сложить в миску, прибавить квашеную шинкованную капусту. Горчицу, соль, перец, сахар растереть с маслом и развести уксусом. Перед тем как подавать к столу, овощи смешать с приготовленным соусом, уложить в салатник, украсить ломтиками свеклы, посыпать зеленым луком и укропом. Винегрет можно украсить также свежими огурцами и помидорами. Он получается более вкусным, если его заправить соусом майонез, — держа книгу в одной руке, свободной рукой Саня задумчиво делал круговые движения, как будто перемешивая прочитанное в большой миске. — Смотри-ка ты, чего там только нет!

— А знаешь, чего нет? — бросила реплику Ника, не отрываясь от вязания. — Зелёного горошка!

— Может, потому, что тогда ещё не было консервированного? — выдвинул предположение Саня, продолжая помешивать рукой невидимый винегрет. — Зато есть квашеная капуста. Первый раз про такое слышу. Такая же мешанина, как в нашей жизни!

Саня демонстративно насупил брови и, подражая голосу давно усопшего генерального секретаря компартии СССР Леонида Ильича Брежнева, причмокивая и делая паузы, произнёс:

— На грудь можно положить ломтики орденов и медалей, обильно посыпать их государственной денежной премией, а плечи украсить золотыми погонами. А кому не нравится такой рецепт, уложить в салатник, залить уксусом и украсить цветами и траурными лентами…

Никуся расхохоталась:

— Вот балаболка! Нет чтобы этот дар да на пользу людям! Сидел бы и записывал всё забавное, что в голову пришло… Хотя тебе и выдумывать-то много не придётся, ведь в твоей голове уже целый ворох смешных и грустных историй, настоящий винегрет! Только успевай перемешивать. Вон, старые твои рассказы валяются не у дел! — Ника отложила вязание и уже стояла возле шкафа, выдвигая полочку, где лежала старенькая серая Санина тетрадь. — А ведь, наверное, на целую книжку накопилось! — потрясла она тетрадкой перед глазами мужа. — Вот о чём сейчас пишут в книгах? Как это называется? Фэнтези — этакая сплошная выдумка ни о чём?! Или детективы? Такого иной раз понапридумывают — не знаешь, смеяться или плакать над убогостью! Людям жить скучно, вспомнить нечего, а у тебя столько интересного за плечами! Истории из жизни, собранные в винегрет, украшенные погонами и ломтиками орденов и медалей!

Ника открыла платяной шкаф и легко подёргала за рукав Санин форменный китель с погонами подполковника. Дзинь-дзинь-дзинь — зазвенели медали, заполняя комнату звоном маленьких колокольчиков.

— А что! Ты меня почти уговорила! — Белозёров захлопнул книгу. — Вроде и название нарисовалось: «Винегрет из нашей жизни». Как тебе, а?

Речной песок был тёплый и липкий, а на нём, как большой кот, разбросав в стороны свои лапы, лежал человек, прислонившись одной щекой к земле, отчего видел окружающий мир аккуратно повёрнутым на левый бок. Человек, как настоящий кот, время от времени потягивался и втягивал ноздрями весенний воздух, наслаждаясь запахом горячего песка и молодой зелени. От разноцветного песка, прилипшего к его коже яркими полосками, был он похож на небольшого тигра альбиноса, который только что пообедал и теперь мирно лежал, переваривая пищу и глядя с прищуром на проходящих мимо кабанов и оленей, уже не вызывающих никакого аппетита и желания их догнать. Волны реки издавали монотонный убаюкивающий шум. Хотелось спать. Он смотрел на воду сквозь зелёную бутылку «Жигулёвского» пива, медленно моргая длинными чёрными ресницами. Его карий с прищуром глаз видел, как кабаны и олени с какой-то неконтролируемой периодичностью превращались в маленькие пыхтящие пароходики и разноцветные лодки, потом опять в оленей и кабанов, в пароходики, лодки… кабанов… лодки… Бр-р-р! Пригревшись на ярком весеннем солнце, чтобы не уснуть, он начал тихо мурлыкать модную по тем временам песню. Тра-ля-ля, мур-мур-мур, тра-ля-ля, мур-мур-мур… Вот кот потянулся, привстал на лапах, глотнул прямо из бутылки тёплого пива и опять плавно плюхнулся на песок. Нет. Вставать и куда-то идти, а хуже того, бежать совсем не хотелось. Кот опять втянул мокрым носом запах песка и травы. Но на этот раз к знакомым запахам примешался какой-то ещё. Странный, но до боли знакомый запах. Человек почему-то заволновался и вдруг почувствовал, что бежать всё-таки надо. Надо! Надо! А вот коту бежать не хотелось, ну совсем не хотелось. Он, как опытный психотерапевт, начал успокаивать и убаюкивать человека внутри себя и достиг бы результата, если бы не разглядел через зелёную бутылку пива… САПОГИ. Да, да, обыкновенную пару хромовых чёрных офицерских сапог! Они появились на горизонте небольшой чёрной точкой и теперь неумолимо приближались, поднимая фонтанчики жёлтой песчаной пыли. Большие чёрные сапоги, подбитые снизу железными блестящими подковками.

Они гулко топали по песку, многократно отдаваясь в голове человека грохотом небольшой наковальни. Цок, цок, цок, цок… От этого топота земля вздрагивала и противно трясла голову человека-кота. Иногда сапоги шаркали о речные камни. И тогда из-под железных подковок, прибитых к каблукам, веером разлетались яркие, как праздничный салют, искры. Рассмотреть хозяина этих сапог он почему-то не мог, а видел только отражение своей испуганной морды-лица на их голенищах. Огромные, чёрные, начищенные до зеркального блеска, собранные снизу в гармошку, они неумолимо приближались, неся с собой отвратительный запах то ли гуталина, то ли дёгтя.

— Ну, что? Два года ты мне снилась, а встретилась вчера-а-а! — противно проскрипели сапоги и остановились возле головы человека-кота, отвратительно воняя.

«Где-то я эту песню уже слышал, но только текст был немного другой», — подумал кот, но вслух вежливо произнёс:

— О чём это вы, уважаемые сапоги?

— Сапоги? Кто это сапоги? Рота, ко мне! Бегом марш!!! — дико заорали сапоги, и щека человека, прижатая к земле, сразу ощутила заметную вибрацию от нескольких быстро приближающихся к нему десятков ног, обутых в такие же, дурно пахнущие едким дёгтем, но уже видом попроще, солдатские кирзовые сапоги.

Вновь прибывшие «кирзачи» окружили человека двойным плотным кольцом, а офицерские «хромачи» продолжали орать:

— Это ты, тварь, теперь на два года сапог вонючий, дух бестелесный и бессловесный, карась жареный! Здесь тебе не тут! Мы тебя быстро научим свободу любить! Ты у нас отучишься водку пьянствовать и безобразия нарушать!

Ух! Один сапог вдруг пропал из поля зрения лежащего человека, но уже через секунду вернулся, принеся с собой запах дёгтя и сильный удар в голову. Бах! Настала очередь искрам вылететь уже из глаз лежащего человека…

— Встать! Смир-р-н-а! Равнение на середину! Дистанция на одного линейного! Управление прямо, остальные напра-а-во! Шагом марш! Можно оправиться и покурить! Расстегнуть ремни! В рот вам компот!!!

Сапоги громко щёлкнули каблуками, а кот от этого щелчка, как пружина, вскочил на все четыре лапы, после чего его сильно тряхнуло — и человек очнулся в неудобном промятом кресле, почему-то пристёгнутый к нему брезентовым серым ремнём…

Сознание никак не хотело возвращаться в голову В воздухе почему-то стоял нудный, монотонный гул авиационных двигателей и остро пахло то ли дёгтем, то ли плохим кремом для обуви.

— Уважаемые пассажиры! Наш самолёт, выполняющий рейс по маршруту Киев — Мурманск, совершил посадку в городе-герое Мурманске. Температура воздуха в городе — минус три градуса. Просим вас отстегнуть привязные ремни и не вставать до полной остановки самолёта. К выходу мы вас пригласим. Не забывайте в салоне самолёта свои вещи и ручную кладь. Вещи, сданные в багаж, вы получите в помещении для хранения транзитных грузов, находящемся в конце взлётной полосы. Экипаж прощается с вами и желает вам всего доброго!