Читаем [Сеймур I: Испытание сталью] онлайн бесплатно

Алекс Райз «Испытание сталью»

Высокий темноволосый юноша пробивался сквозь пёструю толпу людей. Экзамен должен был начаться совсем скоро, и опаздывать на него не хотелось. Как назло, народа в Реддинге собралось уже очень много, ведь до главного события года оставался лишь день.

Экзамен, на который спешил Кит Сеймур, проверял лишь теорию, но от этого не становился менее важным. Эта проверка подводила итог десяти годам обучения воинскому искусству. И пересдать возможности не было. По крайней мере, для Сеймура. Если провалишь, то придётся платить за пересдачу из своего кармана, а для простолюдина — это почти невозможно.

Наконец, в тёмно-карих глазах Кита отразилось гигантское здание арены. «Великая Чаша» — так называли здание все приезжие, всевозможные чиновники и бюрократы. Местные же говорили просто — «арена». Кит ускорился, активно работая локтями, дальше должно быть свободнее. Снежные Барсы и стража города не позволяли кому попало находиться на территории вокруг арены.

Вырвавшись из людской толчеи, Сеймур замедлил шаг и выпрямился, как подобает ученику Снежных Барсов. Боковым зрением он заметил слева группу дворян, двигавшуюся параллельным курсом. Первым шёл высокий голубоглазый брюнет с настолько бледной кожей, что она казалась немного светящейся. На нём был надет дворянский камзол фиолетового цвета, расшитый золотым орнаментом и бахромой. На боку в изящных ножнах висел меч с вычурной золотистой гардой.

В таком виде Кит не сразу узнал в нём Найджила Мисгейла — единственного сына герцога Боннийского. Последние десять лет они все ходили в одинаковых ученических одеждах. Четверо по сторонам — скорее всего, охрана, а троица позади — это любимые подпевалы Найджила и по совместительству одногруппники в учёбе.

Мисгейл тоже заметил одинокую фигуру правее себя и сменил маршрут так, чтобы обязательно пересечься. Ещё не пройдя половины разделяющего их расстояния, он выкрикнул:

— Эй, смерд, ты не заблудился? Конюшни находятся на западе Реддинга. Знаешь, что такое «запад»?

Позади раздался довольный смех прихлебателей, и даже охрана своего подопечного подключилась к этому нехитрому поводу для веселья.

— Или ты в поисках своей мамаши? Так, все шлюхи города сейчас на ярмарке, тебе нужно двигаться вон туда, — Найджил медленно потыкал пальцем в сторону толпы, будто указывал идиоту, чтобы тот точно не заблудился.

Ученики и их спутники, проходящие мимо, делали вид, что ничего особенного не происходит. Мисгейл был слишком серьёзной фигурой, чтобы кто-то захотел с ним связываться. Но даже если бы и нашёлся такой смельчак, то вряд ли бы он стал вступаться за простолюдина.

Кулаки Сеймура сжались так, что побелели даже фаланги пальцев. Кит никогда не отличался кротким нравом, но это было в несколько раз выше того, что он мог бы стерпеть. Лицо парня потемнело от гнева. Он бросился на Мисгейла, даже не пытаясь задуматься о последствиях. В сознании горело лишь одно яростное желание — втоптать эту мерзкую ухмылку в грязь и смыть кровью всё, что он наговорил.

Но как бы быстр он ни был, Кит не успел добраться до Мисгейла — ему не хватило всего пары шагов. Мощный удар ногой выбил весь воздух из груди. Сила удара опрокинула его на спину и заставила проехаться по булыжникам. Охрана герцогского сынка не зря получала свои деньги и не позволила угрозе приблизиться.

Найджил ощерился презрительной улыбкой и нарочито брезгливо сказал:

— Ты забываешься, чернь, теперь мы не в школе и эти нелепые правила больше не работают. Простолюдин, неровня благородному! А чтобы этот урок хорошо для тебя запомнился… Теодор, задай этому псу с десяток плетей! Пусть усвоит, что не стоит кидаться на хозяйскую руку.

На лице Теодора — охранника, что защитил Найджила, промелькнуло выражение негодования, но он быстро взял эмоции под контроль. Только Сеймур успел заметить эту короткую заминку. Теодор очень медленно снял с пояса кнут, будто пытался дать возможность своему господину одуматься. Так же неспешно он стал разматывать его кольца. Затем пару раз взмахнул, показывая силу удара. Кончик кнута врезался в каменную мостовую со звонким щелчком, в полушаге от Сеймура.

Недовольное лицо Найджила выражало нетерпение — он точно не собирался ничего отменять. Теодор не рискнул выжидать дольше. Он прицелился в ноги и не стал делать большого замаха. Скорее всего, не хотел калечить и намеренно попытался сдержать силу. Всё же боевой кнут со свинцовыми грузилами способен легко проломить висок или рассечь мышцы до кости. Но привычка взяла своё: удар вышел хлёсткий и быстрый.

Кит понял, куда прилетит удар. Он уже ожидал вспышку обжигающей боли на левой ноге, но кончик кнута просто повис в пространстве, не долетев до цели пары метров.

По воздуху прошла рябь, и прямо перед Сеймуром материализовался воин, который и перехватил удар кнута. Стандартная кожаная броня «Снежных Барсов» на нём была отмечена гербом школы. На плече нашит алый шеврон, с двумя золотыми полосами, что означало должность старшего наставника. Найджил и Сеймур сразу узнали в воине Мастера Мороу.

Наставник лёгким движением встряхнул кнут со своей стороны. Кожаный хлыст пошёл частыми волнами, после чего разлетелся на мельчайшие клочки и пыль. Казалось, Мастер заставил само пространство разорвать оружие. Он пристально посмотрел на нанёсшего удар охранника.

— Вы напали на ученика «Снежных Барсов». Ещё и на территории школы. Так как вы выполняли приказ своего господина, то получаете первое и последнее предупреждение.

На руке Теодора возникла длинная багровая царапина, и он выронил остатки своего кнута на землю. Мастер в это время повернулся к сыну герцога.

— Ученик Мисгейл, пока вы не сдали или не провалили свой выпускной экзамен, вы остаётесь учеником «Снежных Барсов». На вас по-прежнему действуют «эти нелепые правила». В честь выпускного я тоже делаю вам последнее предупреждение.

На бледном лице Найджила проступило негодование, но он и не думал перечить Мастеру. Это могло плохо кончиться даже для такой важной персоны.

— Ученик Сеймур, — воин повернулся и посмотрел на Кита, — пора бы уже понять, что вы вступаете во взрослую жизнь. После экзамена забудьте о том, что школа вас защитит. Десять лет вы изучали этикет, дворянский и дуэльный кодекс, государственное право. Значит, вы должны понимать, что дворянин имеет полное право наказать вас любым способом, на своё усмотрение. Без каких-либо разбирательств. Поэтому привыкайте жить по-новому или найдите себе покровителя. Все свободны!

Мороу исчез так же мгновенно, как и появился. Уже поднявшийся Сеймур и Мисгейл обменялись злыми взглядами, но продолжить разбирательства не рискнули. Найджил развернулся к своим сопровождающим и пренебрежительно бросил за спину:

— Живи, смерд, пока можешь. Только экзамен совсем скоро пройдёт, а ты теперь не отделаешься просто плетьми!

Процессия во главе с Мисгейлом начала удаляться в сторону арки входа. Найджил что-то произнёс, и группа взорвалась хохотом, а подпевалы оборачивались на Сеймура. Кит тяжело дышал и смотрел на них налитыми кровью глазами. Новая светло-серая туника, специально купленная к выпускному, была вся в пыли. Под рёбрами жгло от удара, а дыхание давалось с трудом. Но Кит не замечал боли. За годы тренировок он привык и не к такому. Десятки людей вокруг стали свидетелями его унижения, и это било больнее всего остального. В голове эхом звучали оскорбления, брошенные этим знатным придурком, решившим, что ему всё дозволено.

Прохожие старались не обращать внимания на помятого парня и отводили глаза. Некоторые, правда, смотрели с сочувствием. А часть и вовсе улыбалась, находя его унижение забавным.

Грудь кольнуло холодом, и его волна растеклась дальше по телу. Кит сжал кулон, покоящийся под рубахой на груди. Горячие злые мысли успокоились, и осталась лишь одна, запавшая глубоко в душу: «Я запомню этот день Найджил! Я сделаю всё, чтобы такого никогда не повторилось».

«Эй, смерд…» — прозвенел в голове голос Мисгейла.

Кит в очередной раз отогнал неприятное воспоминание и только сильнее сжал челюсть. Вчера ему всё же удалось сдать внутренний экзамен. Несмотря на раздражение и мешающий мыслить гнев, у него получилось сконцентрироваться и получить высший балл. На память, Кит никогда не жаловался, и она не подвела его и в этот раз.

После вчерашней стычки и напряжённого экзамена он очень беспокойно спал. А сегодня встал ещё до рассвета. Чтобы не терять времени даром, отправился в пустую кузницу, где раньше работал отец. У стены всё ещё стояла старая наковальня, а в углу темнели клещи и молот, которыми тот когда-то работал. Сейчас это помещение не использовалось никем кроме Кита. Здесь он тренировался, проводил время наедине с мыслями и говорил с отцом, будто тот мог его услышать.

Уже целый час Кит отдавал все силы тренировке. Злость требовала выхода, но никак не находила.

— Наглый, зазнавшийся… — Сеймур на мгновение вскинул меч над головой и тут же в длинном выпаде нанёс удар по воображаемому противнику. Оружие со свистом рассекаемого воздуха прочертило идеально ровную линию. Погасив инерцию клинка вращением, он провёл атаку по диагонали.

— Будто тебе всё дозволено… — Кит сделал новый выпад. Финт. Ещё один диагональный удар. В карих глазах отразилось удовлетворение от прекрасно выполненной связки.

«Эй, смерд, ты не заблудился?» — в памяти опять прозвучал голос Мисгейла и вспыхнул его ненавистный образ. Радость хорошо исполненного движения сменилась новой порцией злости, а пальцы сжали рукоять меча до хруста.

Сеймур вздохнул как можно глубже и продолжил отрабатывать связки, пытаясь усмирить сознание. Он будто танцевал с клинком внутри просторной старой кузни. Этот час он почти без остановки работал с тяжёлым двуручным мечом. Дыхание уже было тяжёлым, но ещё не сбитым. Торс блестел от пота, подчёркивая рельеф тренированных мышц.

Помещение освещалось парой чадящих масляных ламп, что едва разгоняли предрассветный сумрак и застоявшийся запах сырости. Но даже в таком свете можно было разглядеть поблёскивающую серебристую цепочку на груди Кита.

Кулон же, закреплённый на ней, будто пытался скрыться от любого взора. Продолговатый, антрацитово-чёрный камень был заключён в серебряную оправу, похожую на змею. Он поглощал свет, почти ничего не отражая. Вчера юноша надел его впервые за четыре года со смерти отца.

Кит вспомнил, как отец впервые рассказал ему, что они не совсем родные друг другу. Как ночью на пороге их дома появилась корзина с маленьким ребёнком, а рядом лежал этот кулон. Он собирался рассказать что-то ещё, но Кит не хотел ничего больше слышать. В тот день парень разозлился не на шутку. Он убежал из дома и попытался избавиться от камня. Хотел выбросить его подальше, будто это могло что-то изменить и сделать его настоящим сыном своего отца.

Но в тот раз у него ничего не вышло. Кулон никак не хотел слезать с шеи, постоянно за что-то цепляясь. А когда Кит глядел на него, то почему-то на душе становилось очень тяжко, будто он пытался предать лучшего друга. Так, у него и не поднялась рука выбросить эту безделушку. А позже его нашёл отец и сказал, что Кит для него такой же родной, как Кристофер и что он любит его ничуть не меньше брата.

Четыре года назад отец умер. Крепкий и надёжный, самый сильный человек, которого Кит знал, ушёл в один день. Это было невозможно. Не хотелось верить, что такое вообще может быть. Но с горькой правдой пришлось смириться. Именно в тот день Кит всё-таки снял свой кулон. Смерть отца так потрясла его, что те детские мысли снова вернулись. Он решил избавиться от камня — от прошлого, что делало его неродным сыном. Но выбросить его опять не получилось, и тогда он спрятал его подальше от глаз.

Мышцы уже горели от длительной нагрузки. Запястья ныли от тяжести меча, и Сеймур решил прекратить тренировку. Он бросил увесистый двуручник в стойку и прошёлся вдоль кузни, охлаждая натруженные мышцы. Растяжка и глубокое дыхание слегка успокоили быстро бьющееся сердце.

Телу необходимо восстановиться, чтобы показать сегодня наилучший результат. Сеймур снял с шеи кулон и сел прямо на земляной пол. Он стал пристально вглядываться в него, словно пытаясь проникнуть взглядом внутрь. Лёгкий ветерок из прохудившихся местами стен приносил прохладу и свежесть. Раньше, когда Сеймуру было необходимо привести мысли в порядок, он частенько прибегал к этому способу. Иногда ему казалось, что под поверхностью камня скрывается огромная глубина, где имеются ответы на все вопросы.

Сегодняшний день был не менее важен. Именно поэтому он затемно отправился тренироваться, чтобы как следует подготовиться. Кулон он надел ещё со вчера. Киту казалось, что тот приносит удачу. Сейчас он был готов довериться даже суевериям и приметам, лишь бы успешно пройти предстоящую аттестацию.

В тишине старой кузни, под треск масляных ламп Кит вспомнил, как всё начиналось. Десять лет назад, когда Киту было всего семь, отец отвёл его в школу воинов с гордым названием «Снежные Барсы». Самая элитная школа страны — об этом знали все мальчишки, даже такие мелкие, как он. Про наставников ходили легенды. Каждый из них был героем войн, бесконечно затеваемых Вергусом. Тогда Киту казалось, что там учатся только дети благородных кровей — лучшие из лучших, будущая опора государства. В то время он и не подозревал, насколько сильно ошибается.

Для него так и осталось тайной, как отцу удалось его туда пристроить. Попасть в такую школу простолюдину просто невозможно. Не каждый дворянин мог позволить себе обучать там своих детей. Но Дэвиду Сеймуру удалось каким-то чудом добиться устроить туда своего сына.

Кит не раз спрашивал отца об этом, на что получал лишь отговорку: «Тот, кто ищет причины — получит лишь ответы; тот, кто ищет возможности — получит всё». Выпытывать у него информацию было бесполезно, да и хватало других забот, поэтому Кит на какое-то время сдался. А когда отец умер, этот вопрос стал казаться пустым и мелким на фоне всего того, что он не успел и уже не сможет спросить.

У Сеймура чуть перехватило горло от застарелой грусти. Но кулон исправно выполнял свои функции и будто поглощал все негативные эмоции. От него повеяло лёгким холодком. Кит не обратил на это внимания, ведь щелей, как и сквозняков, в кузне хватало.

Сейчас уже всё позади: смерть отца, годы суровых тренировок, тысячи поединков и просто драк, множество конфликтов, поражений и побед. А впереди одно из самых важных испытаний в жизни — аттестация на ранг Воина.