Читаем Встречи с тем, что мы называем смертью онлайн бесплатно

Утром 12 апреля 1975 года Марта Иган готовила завтрак мужу и дочери. Налив в кувшин апельсиновый сок и поглядывая за беконом, она пробежала глазами список дел на этот день. Первым на листке стоял звонок матери в Вермонт, которая еще не совсем поправилась после гриппа.

В то утро Марте было не по себе. Она проснулась с тяжестью в груди, подумала: потянула мышцу или простудилась, и замети ла, что дышит неглубоко и тяжело. Боль в груди усиливалась, немного погодя стали нечувствительными губы. Вскоре после того, как семья Марты села завтракать, она перенесла первый сердечный приступ.

Когда «скорая помощь» доставила миссис Иган к специальному входу, больная перестала дышать. Сопровождавший ее врач не мог нащупать пульс: Марта Иган находилась в состоянии клинической смерти. Бригада врачей и медсестер делала ей массаж грудной клетки и вводила в легкие кислород. Хотя Марта Иган, несомненно, была без сознания — на самом деле «мертва», — она была свидетельницей всей процедуры собственного воскрешения из некой точки вне ее тела. Но рассказ Марты сильно отличается от рассказов большинства людей, вернувшихся к жизни после клинической смерти.

Ее не беспокоило, что усилия воскрешавших ее врачей могут не увенчаться успехом. Но ее заботило, как больная мать воспримет известие о ее смерти. Впоследствии Марта рассказала:

«Если мне предстояло умереть, именно мне следовало сообщить маме плохую новость. Мне нужно было заверить ее, что я не против того, чтобы умереть, если это необходимо, что умереть не так уж плохо. И действительно, мое положение казалось вполне приятным».

Лишь только Марта подумала о том, чтобы сообщить печальное известие матери, как увидела ее сидящей в кресле рядом с кроватью у себя дома в Вермонте.

«Мама читала, сидя в своем любимом кресле. Я продолжала находиться в палате отделения реанимации, но в то же время была у мамы в спальне. Было поразительно — находиться одновременно в двух местах, да еще настолько удаленных одно от другого, но пространство казалось понятием, лишенным смысла. Я сказала: «Мама, у меня был сердечный приступ, я могу умереть, но не хочу, чтобы ты беспокоилась. Я не против того, чтобы умереть, если это необходимо». Но она не смотрела на меня.

Я подошла поближе к ее креслу и села на край кровати. Нас разделяло теперь всего несколько дюймов. Мама была поглощена книгой, возможно, я взглянула на название, но не могу сейчас сказать, что это было. Я сознавала, что мне нужно каким-то образом привлечь мамино внимание. Дотронуться до нее я боялась, чтобы не напугать. «Мама, — продолжала я шептать, — это я, Марта. Мне надо поговорить с тобой». Я пробовала привлечь ее внимание как-нибудь по-другому, но вдруг фокус моего сознания вернулся в реанимационное отделение. Я оказалась вновь в собственном теле».

Марта Иган начала дышать самостоятельно, ее сердцебиение вошло в норму, но она оставалась без сознания часов до одиннадцати ночи. Придя в себя. Марта увидела у постели своего мужай дочь и рядом с ними брата, живущего в Коннектикуте. Тогда она решила, что муж позвонил родным, и брат прилетел в Айдахо. Но несколько дней спустя выяснилось совсем другое. Брату действительно позвонили на работу, в Нью-Йорк, но по звонила мать. У нее было странное ощущение, что с Мартой что то случилось, и она попросила сына узнать, в чем дело. Позвонив несколько раз, он выяснил, что произошло, и первым же самолетом прилетел в Айдахо. Неужели Марта действительно пре одолела без тела расстояние, равное двум третям протяженности США, и общалась со своей матерью?

Марта чувствует, что так оно и было. Ее мать, умершая в прошлом году, могла сказать только: она почувствовала — что-то не в порядке, но не представляла себе, ни что именно, ни каким об разом она узнала об этом.

Рассказ Марты Иган можно расценить как редкий, но не единственный случай. Многие из переживших клиническую смерть рассказывают, что пытались связаться с дорогими людьми во время своего опыта вне тела (ОВТ). Однако большинству это не удалось. Но те, кого «слышали», «ощущали» или в редких случаях «видели» живые люди, открыли совершенно новую область исследования существования после телесной смерти, наличия жизни после жизни. Что именно люди слышали, ощущали или виде ли? Астральное тело (эфирный двойник физического)? Если да, может ли его присутствие быть выявлено тонкими научными при борами? Изучая различные виды встреч со смертью, ученые разрабатывают новые способы исследования возможности общения мертвых с живыми. Случай Марты Иган — один из видов существования после смерти и, как мы увидим, предполагает один из путей научного исследования. Случай Марка Луина, инженера «Грэнд Рэпидз» в Мичигане, предполагает другой путь.

Большую часть времени своего ОВТ Марк провел в попытках привлечь внимание своей жены Пегги, сидевшей в приемной двумя этажами ниже операционной, где Марк «умер» во время срочной операции на сердце. Он рассказал:

«Это было самое большое разочарование, какое мне довелось испытать в жизни. Я видел Пегги совершенно ясно — она сидела, положив руки на колени, и вид у нее был очень огорченный. Ей было страшно, а мне нет, и я хотел внушить ей это».

Марк пробовал заговорить с Пегги, но вскоре понял, что его голос слышен лишь ему самому. Тогда он прибегнул к иной тактике: «Я тихонько дотронулся до нее, мне не хотелось ее пугать. Но она, казалось, не чувствовала моего прикосновения. Я похлопал ее по руке сильнее. Наконец, я попробовал взять ее руку в свою и приподнять, но не сумел. Пегги ни о чем не подозревала. На столе неподалеку от места, где она сидела, стояла пустая ваза, и я подумал, что она не кажется тяжелой и я, возможно, смогу уронить ее и привлечь внимание Пегги. Я несколько раз пытался опрокинуть вазу, чтобы Пегги услышала шум».

Существует ряд очевидных совпадений случая Марты Иган и Марка Луина, но одно очень большое различие: на уровне под сознания Марта каким-то образом сумела установить с матерью связь и передать ей «чувство» беспокойства, а Марк никак не мог вступить в контакт с женой. Но Марк верно определил, что его жена находится в выложенной бело-голубым кафелем комнате двумя этажами ниже операционной, а позже дал совершенно точное описание ее одежды в этот день.

С целью научного анализа эти два случая отнесены к двум различным категориям. К сожалению, исследователи встреч со смертью имеют обыкновение относить к одному классу все случаи свидетельств о существовании после смерти. Некоторые из пере живших ситуацию, грозившую смертью, не пытались связаться с дорогими им людьми. Другие, покинув тело, перемещались не далее потолка реанимационного отделения; случайно они впоследствии сообщали факты, свидетельствующие о том, что они, находясь в беспамятстве, были очевидцами собственного воскрешения. А некоторые были совершенно захвачены превосходящим реальность духовным опытом, пережитым во время клинической смерти. Они видели сияющий свет, слышали небесную музыку, проплывали сквозь темные пространства и встречали духов покойных друзей и родных. Придя в себя, они часто рас сказывали таинственные и прекрасные истории; но такие истории не могут быть подтверждены научно. Таким образом, встречи со смертью дают широкий спектр от неизреченного личного опыта до случаев, когда «мертвый» общается с живым. Для того чтобы облегчить научное исследование жизни после смерти, мы предлагаем разделить встречи со смертью на четыре категории: встречи первого, второго, третьего и четвертого родов. Подобная цифровая терминология часто применяется в физике, математике, химии и в совсем новой области — в изучении НЛО для различия уровней значимости различных явлений. Встречи со смертью обладают различными уровнями значимости, и, кажется, имеет смысл признать этот факт. В данной книге мы будем рассматривать встречи со смертью, основываясь на следующих определениях:

Встречи первого рода. Эта категория объединяет людей, которые во время клинической смерти, находясь без сознания или в трудных, опасных для жизни ситуациях, получают «опыт вне тела» (ОВТ), но впоследствии не могут представить фактических свидетельств в доказательство своей встречи. Она остается субъективным опытом в чистом виде. Большинство случаев, собранных доктором Раймондом Моуди и доктором Элизабет Каблер-Росс, обладают именно таким характером. Встречи со смертью, отнесенные к первому роду, часто рассматриваются вместе, чтобы выделить общие элементы, которые придают достоверность от дельным рассказам и дают возможность предполагать, что эти случаи представляют универсальный человеческий опыт во время смерти.

Встречи второго рода. Эта категория включает людей, которые в состоянии представить фактические свидетельства, такие, как разговоры врачей в реанимационном отделении, описание оборудования, применявшегося при реанимации, или, точнее, событий, происходивших, пока они находились без сознания. Случай Марка Луина представляет собой встречу второго рода. В таких встречах присутствуют объективные детали, следовательно, их нужно изучать при помощи научных методов.

Встречи третьего рода. Эту категорию образуют люди, которые в состоянии клинической смерти или в бессознательном состоянии передают иным людям то, что мы можем назвать «внутренним ощущением» относительно своего состояния. Это первый случай, когда «связь» — возможно, какая-то форма СЧВ * — возникает между «мертвым» и живым. Смерть, так сказать, действует как радиопередатчик, и некоторые, с кем «мертвые» крепко связаны эмоционально, принимают сообщение. Люди, жизнь которых в опасности, не должны перемещаться астральным образом, сигнал об опасности может быть передан телепатически. Отличительной чертой случаев этого рода является то, что реципиент принимает сообщение в виде неясной мысли о том, что с кем-то из его знакомых что-то не в порядке. Как правило, он не знает, кому именно или какого рода угрожает опасность. В этом смысле полное сообщение об опасности может быть принято на подсознательном уровне, но лишь часть его, которая порождает тревогу, проникает в сознание. Иногда сообщение о смерти бывает более ясным. Однако реципиент никогда не ощущает связи. Случай Марты Иган и ее матери может служить примером встреч третьего рода.

Встречи четвертого рода. Эти случаи включают в себя примеры прямой парасенсорной связи между живым человеком и либо человеком необратимо мертвим, находящимся в состоянии клинической смерти, без сознания, либо в опасной для жизни ситуации. Человек, находящийся вне тела, «виден», «слышен» или заметен каким-либо парасенсорным образом. Реципиент осознает, что находится в контакте с духом или с астральным существом. Это одно из наиболее впечатляющих свидетельств жизни после смерти, и феномен, известный как «запись голосов умерших» или «фотографии духов» (о чем мы поговорим позднее), попадает в эту категорию.

Эта книга не претендует на то, чтобы быть исчерпывающим исследованием таких случаев, она представляет собой новый взгляд на четыре различных рода встреч со смертью и на то, что именно каждый из них свидетельствует о жизни после смерти. Это дает возможность нового подхода, который, мы полагаем, может принести плодотворные результаты.

Книга состоит из трех частей. Первая часть объединяет случаи четырех видов встреч со смертью, со ссылками на новейшие научные открытия, подтверждающие паранормальные аспекты каждого случая. Во второй части мы рассматриваем ряд труднейших проблем, стоящих в настоящее время перед врачами и теологами: когда человек действительно умирает? Может, сами врачи, стремящиеся сохранить органы, которые еще возможно использовать для трансплантации, тем самым «убивают» своих пациентов, может, эти «мертвые» способны вернуться к жизни? Могут ли такие люди испытывать ОВТ и сознавать, чему их подвергли? Почему мы боимся смерти? Является ли ОВТ мини-смертью, ре петицией последнего полета? И наконец, что мы можем почерпнуть из восточных культур относительно спокойной смерти и о «после жизни»? Рассмотрев последние свидетельства о жизни после смерти, мы в третьей части книги обратимся к опыту ученых, имитирующих смерть в лабораторных условиях и пробующих обнаружить дух, покинувший тело, и проследить его полет. Наконец, мы рассмотрим вопрос о «жизни после жизни». Если дух переживает умершее тело, перевоплощение не кажется невероятным. Мы увидим, как благодаря тому, что вышли на явь травмы, несчастья, неудачи «прошлых жизней», многие люди излечились от неврозов и даже от некоторых телесных недугов.

Смерть была темой широкого обсуждения в западных странах столетие назад, а секс был темой запретной. Сейчас ситуация прямо противоположна: секс стал распространенной темой для разговоров, в то время как о смерти в течение многих лет почти не упоминалось в приличном обществе. Сейчас появились признаки исчезновения табу на смерть. Вместе с тем возобновился интерес к вопросам: «Существует ли жизнь после жизни?» и «Была ли жизнь до жизни?» Недавно Эндру М. Грили, директор национального центра по изучению общественного мнения Чикагского университета и священник римско-католической церкви, возглавил широкий опрос с целью определить, что думают американцы по поводу смерти. Результаты оказались неожиданными: 27 процентов населения Америки, или пятьдесят миллионов чело век, думают, что несколько раз находились в контакте с умерши ми. «Вера в контакт с умершими, — говорит Грили, — широко распространена. Около пятидесяти миллионов людей обладают подобным опытом; шесть миллионов вступают в контакт с умершими часто».