Читаем Книга о скупых онлайн бесплатно
Аль-
♦
ПРЕДИСЛОВИЕ
Предлагаемая вниманию советского читателя «Книга о скупых» аль-Джахиза переносит нас на тысячу с лишним лет назад, в эпоху государственного, экономического и культурного подъема Аббасид-ского халифата (VIII —XIII вв.), достигшего наивысшего развития во времена правления халифа аль-Мамуна (813—833). Это сочинение Джахиза в живых картинах воспроизводит, правда несколько своеобразно, некоторые стороны внутренней жизни одного из крупнейших научных и культурных центров тогдашнего арабского мира — города Басры (основанного в 638 г.), где наряду с городами Куфой (основан в 640 г.), а затем и Багдадом (основан в 762 г.) в те времена расцветали науки, искусство и поэзия, а также торговля и ремесла. Басра была родиной многих выдающихся людей той эпохи. Кроме того, Басра и Куфа стали местом зарождения и средоточием арабской филологии; две соперничавшие научные грамматические школы (басрийская — более строгая к соблюдению грамматических правил, и куфийская — более снисходительная) получили от этих городов свои наименования. Здесь же под влиянием греческой философии начали давать плоды зародившиеся в догматической философии ислама идеи свободомыслия, именно Басра стала местом возникновения мутазилизма *.
1 Мутазилизм (от
Полное имя автора «Книги о скупых» — Лбу Усман Лмр нон Бахр нбн Махбуб аль-Кинани аль-Басрн, однако в литературе он известен, в основном, под прозвищем «аль-Джахнз» (букв.: «пучеглазый»), связанным с его некрасивой внешностью: он был низкорослым, темнолицым и пучеглазым. Из-за своей непривлекательной наружности Джахиз попадал в герои разных смешных историй и поговорок. Вот одна из них, как ее рассказывает сам Джахиз: «Пришла ко мне женщина, а я сидел у двери своего дома, и говорит:
— У меня к тебе дело, хочу, чтобы ты пошел со мною!
Я встал и последовал за нею, пока она не привела меня к ювелиру и сказала ему:
— Вот такого! — и ушла.
Тогда я спросил у ювелира, что значили эти слова.
— Она принесла мне драгоценный камень для перстня,— ответил он,— и просила вырезать на нем образ черта, я Же ей сказал в ответ, что никогда черта не видел, тогда она привела тебя!»
Не удивительно, что Джахиз не любил, когда его так называли. И и рассказах «Книги о скупых», говоря о себе, всегда пишет «Лбу Усман».
Биографы расходятся в вопросе об его происхождении. Согласно г веден и я м одних, он принадлежал к племени аль-Кинана клана Лайс, другие утверждают, что он был вольноотпущенником Абу-ль-Калам-М1ИИ ши. Кип,ши, подперши, таким образом (сомнению его арабское нрою моь м'иие Годился Джахиз и Басре, однако год его рождения не и ним н и указываются различные даты, начиная от 771 до 781 года, но шк как известно, что он умер в 868 году в возрасте 96 лет, считая но лунному календарю, то годом его рождения принято считать 775 год, то есть во времена правления халифа аль-Махди (775—785).
О первых годах его жизни имеются весьма скудные сведения. Рассказывают, что он рано лишился отца и остался на попечении матери; подростком ему пришлось собственным трудом добывать средства к существованию, продавая то хлеб, то рыбу. С ранней юности будущий писатель проявлял любознательность и тяготение к знаниям. Научился он грамоте, по-видимому, посещая вместе с детьми мясников начальную школу, куттаб, в Басре, а затем пополнял образование постоянным чтением, которому посвящал все свое свободное время. Современники рассказывают, что за услуги, оказанные Джахизом торговцам книгами, те оставляли его в своих книжных лавках на ночь, где он и просиживал за чтением рукописей долгие часы. Кроме того, молодой Джахиз приобретал знания, слушая выступления и споры шейхов-«мечетников», собиравшихся в особом кружке при бас-рийской мечети — своего рода философском «клубе» того времени, в который входили ученые, литераторы, поэты, грамматики. Красноречию Джахиз учился в Мирбаде на ярмарке, куда съезжались не только купцы и деловые люди, но также' и люди образованные — филологи, поэты, литераторы и сказители-рассказчики и где помимо торговых сделок происходили поэтические и ораторские соревнования, состязания рассказчиков и сказителей. Кроме того, на эту ярмарку прибывали бедуины, в среде которых сохранялся чистый арабский язык, и в общении с ними Джахиз обогащал и шлифовал свою речь.
Другим культурным центром являлась столица Лббасидского халифата Багдад, куда устремлялись выдающиеся ученые, поэты, литераторы, философы, певцы, ибо халифы не скупились на поощрение науки, поэзии и искусства, щедро одаривая талантливых людей и оказывая им всяческое покровительство. Гуда отправился и Джахиз, там он продолжал свое образование, участвуя в ученых спорах и диспутах. Знания в области арабского языка он углублял, беря уроки у выдающихся грамматиков Лбу Убайды, аль-Ахфаша, аль-Асмаи, Абу Зайда аль-Ансари, а силы свои в логике и догматической философии он совершенствовал под руководством одного из столпов мутазилизма того времени — Абу Исхака Ибрахима ибн Сайяра ан-Наззама. Таким образом, читая множество книг, углубляя свои познания, всячески расширяя кругозор, Джахиз приобрел столь всеобъемлющие знания в широком круге наук тогдашнего времени — в области религии, философии, логики, естественных наук, поэзии, истории, астрономии, зоологии, ботаники и других ученых сферах,— что представлял собою живую энциклопедию, пользуясь славой и авторитетом среди своих современников. По-видимому, Джахиз являлся одним из самых образованных, а может быть, даже самым образованным и просвещенным человеком своего времени. Очевидно, он знал персидский язык, о чем можно предположить по встречающимся в «Книге о скупых» персидской фразе, словам и терминам (их можно найти в других его произведениях), ему хорошо была знакома персидская культура благодаря книгам Ибн аль-Мукаффы и благодаря занятиям с филологом Абу Убайдой.
Получив таким образом всестороннюю подготовку, Джахиз начал преподавать в Багдаде различные науки и проводить ученые диспуты. Одновременно с этим он стал пробовать свои силы и на литературном поприще, сочиняя различные произведения под своим именем, однако успеха не имел. Тогда Джахиз стал приписывать свои труды перу выдающихся мастеров, таких, как Ибн аль-Мукаффа или Сахль ибн Харун и другие, как это часто практиковалось в те времена, чтобы придать литературному произведению ценность и заранее обеспечить успех. Лишь значительно позднее он вновь начал подписывать свои сочинения собственным именем. Об этом историк аль-Масуди рассказывал так: «Говорил Абу Усман Амр ибн Бахр аль-Джахиз, что сочинит он, бывало, книгу, богатую мыслями, красивую слогом, и припишет ее себе, но не видно, чтобы ее хотели слушать или желали бы ее иметь. А затем сочинит он другую книгу, худшую и менее поучитель ную, и припишет ее Абдаллаху аль-Мукаффе, или Сахлю ибн Харуну, или другому какому-нибудь из предшественников, имена которых известны как имена писателей, и все заявляют на нее спрос и спешат переписать ее,— только из-за того, что она написана одним из предшествовавших писателей, а также из-за того, что в душе людей зтого пека таится зависть к автору, который является их современником...»
Вскоре, после того как имя Джахиза стало известным, а это произошло, когда он написал «Книгу об имамате», халиф аль-Мамун пригласил ученого к себе и назначил начальником своей канцелярии. Однако Джахиз выдержал на этой должности всего три дня и попросил халифа освободить его, ибо тягостна для него была казенная служба. И халиф удовлетворил просьбу, не изменив дружеского расположения к Джахизу. В дальнейшем он пользовался покровительством и дружбой весьма просвещенного человека — Мухаммада ибн Абд аль-Малика, известного под именем Ибн аз-Зайят, вазира халифа аль-Мутасима (годы правления — 833 —842), с которым он общался и в Багдаде, и в иль-Аскаре, летней резиденции халифов.. В это время Джахиз имел широкие возможности заниматься литературной деятельностью. Покровитель помог Джахизу осуществить свое заветное желание — совершить путешествие и посетить Антиохию и Дамаск; есть также предположение, что он побивал в Египте. Путешествуя, Джахиз всюду удовлетворял свою жажду к познанию, наблюдал, изучал обычаи, нравы, людские привычки, их поведение и вместе с этим слушал бесконечные рассказы о людях и их странах.
Своему покровителю, вазиру Ибн аз-Зайяту, Джахиз преподнес свой огромный труд — «Книгу о животных», за что получил награду в пять тысяч динаров. Надо иметь в виду, что литераторы и поэты в те времена не получали никаких гонораров, а существовали на те денежные вознаграждения, которые нм жаловали за преподнесенные ими книги или хвалебные оды-касыды меценаты той эпохи — халпфы, эмиры, вазиры и богатые просвещенные люди, любители и ценители поэзии и литературных произведений. Сами же книги — различные литературные произведения, научные труды — представляли собою рукописи, которые часто переписывались, помимо профессиональных переписчиков, всеми, кому книга нравилась и кто пожелал ее иметь,— так «тиражировались* книги того времени.
После того как халифом стал аль-Мутаваккиль (годы правления — 847 — 861), являвшийся противником мутазилизма и вообще свободомыслия, кади Ахмад ибн Абу Дуад, давний соперпик Ибн аз-Зайята в борьбе за власть, взял верх и стал вазиром у нового халифа. Ибн аз-Зайят был арестован и но приказу халифа подвергнут мучительной казни. Джахиз же, как друг казненного, вынужден был бежать, но вскоре по приказу нового вазира был арестован и доставлен в оковах к нему домой. Однако после короткого допроса, во время которого Джа-хизу удалось блеснуть находчивостью и остроумием, он получил прощение и был освобожден. Об этом допросе рассказывают так: «Приведите кузнеца!» — сказал кади Ибн Абу Дуад. «Да пошлет Аллах могущество кади, чтобы расковать мои оковы или еще более заковать?!» — спросил Джахиз. «Да нет же, чтобы расковать оковы!» — ответил кади. Когда привели кузнеца, кто-то из присутствующих в зале дал кузнецу знак, чтобы тот пожестче обошелся с ногой арестанта и несколько затянул бы все дело. Тогда Джахиз дал ему пощечину и сказал: «Делай дело одного месяца в один день, а дело одного дня в один час, а дело одного часа в один миг,— у меня болит нога, а она ведь не пень и не чурбан». Ибн Абу Дуад рассмеялся, а также и все, кто был там...»
Впоследствии Джахиз неизменно пользовался покровительством Ибн Абу Дуада и через некоторое время преподнес вазиру свой труд «Об искусстве речи», за что и получил в качестве награды пять тысяч динаров. Джахизу покровительствовал и сын Ибн Абу Дуада, Абу-ль-Валид, который сменил своего отца на посту вазира, а потом Джахизу оказывал покровительство и вазир аль-Фатх ибн Хакан.
Рассказывают, что халиф аль-Мутаваккиль по рекомендации Ибн Абу Дуада хотел поручить Джахизу воспитание своих детей, но, увидав внешность ученого, отказался от своего намерения и вместо этого приказал выдать ему десять тысяч дирхемов. Халиф ценил Джахиза как писателя и благосклонно относился к нему, хотя и преследовал мутазилитов.
Остаток своей жизни Джахиз провел в родном городе Басре уже тяжело больным (его разбил паралич); но и будучи прикован к постели, вдали от друзей, которые лишь изредка навещали его, он продолжал писать, видя в этом единственное утешение. По-видимому, как раз в это время им написана или, по крайней мере, завершена «Книга о скупых», судя по тому рассказу, где он упоминает о своих болезнях. Многие годы Джахиз пролежал, борясь со своим недугом, причинявшим ему все большие страдания, так что в конце концов вынужден был отказаться от писания и даже чтения. Посетившему его филологу аль-Мубарраду он так говорил о своих страданиях: «Каким может быть самочувствие человека, у которого половина тела поражена параличом, и если бы ее пилили, то она ничего не почувствовала бы, а вторая половина поражена подагрой, и если бы близ нее пролетела муха, ей было бы больно! А еще хуже то, что мне девяносто шесть лет...» Болезнь мучила его все больше и больше, вплоть до самой кончины, последовавшей в результате несчастного случая, как рассказывается в одной из версий о смерти Джахиза: на него с полки свалились книги, которые он так любил, положив, таким образом, конец его жизни.
Джахиз прожил очень долгую жизнь и много всего видел и пережил, был свидетелем правления десяти халифов — и блестящего начали, и периода расцвета, и первых признаков упадка Аббаспдской династии. Джахиз оставил после себя весьма внушительное литературное наследие. Человек всесторонне образованный, он писал много и по всем областям тогдашней науки, литературы и философии. Свои писания он часто перемежал веселыми рассказами или шуткой, стремясь отогнать от читателя скуку, чтоб сильнее заинтересовать его. Количество трудов Джахиза исчисляется и цифрой 159, и цифрой 170, и даже более,— дело в том, что большинство произведений Джахиза, к сожалению, до нас не дошло, за исключением уже упомянутых «Книги о животных», трактата «Об искусстве речи», «Книги о скупых» и некоторых других, более мелких сочинений. Как уже говорилось, Джахиз подписывал свои литературные произведения именами предшествующих ему известных писателей, а когда его собственное имя стало знаменитым, другие начинающие писатели стали приписывать ему свои сочинения, которые потом получили общее название «Псевдо-Джахиз». И тогда возникла проблема установления авторства подлинного Джахиза, ибо литературные труды его пользовались столь большим успехом, что многие писатели стали подражать ему, а имя Джахиза стало даже нарицательным. Весьма знаменательным является также то обстоятельство, что в арабском языке образовался новый глагол — «таджаххаза», произведенный от прозвища «Джахиз», который обозначал: «сделаться Джахнаом», «писать, как Джахиз».
![Контроль [Новое издание, дополненное и переработанное]](https://kek.chitaem-knigi.online/eboox-media/cover_variants/994216-af6f07376aa7fd507c49.avif)
