Читаем Русские эмигранты и их потомки. Истории успеха онлайн бесплатно

Основным поводом для написания этой книги послужило распространённое в России мнение: «наших за границей не любят». Причём это зачастую произносится как окончательный вердикт.

Вердикт этот, по всей видимости, распространяется на все стороны жизни: от плохого отношения к туристам до невозможности русскому человеку добиться успеха на чужбине. В подтверждение вам обязательно приведут примеры русских гениев, которые не прижились в далёких краях (вспомнить хотя бы Цветаеву) и в итоге возвратились в родные пенаты. «Где родился, там и пригодился», – последует непременный вывод.

В конце концов, разговор сведётся к тому, что нас «там» презирают, считают чудаками в шапках-ушанках, культуру нашу не уважают, историей России не интересуются, а слово «русский» используют как синоним слову «варвар».

Чем чаще я слышала такие высказывания, тем больше задумывалась над тем, что почему-то мой личный опыт общения с иностранцами – совсем другой. И никак в эту схему невозможно уместить тех заворожённых русской культурой людей, которые попадались мне во время путешествий.

Нет в этой схеме места милому английскому полицейскому, который не только любезно помог мне найти нужную улицу, но и, узнав, откуда я, радостно воскликнул: «О, Россия! Римский-Корсаков! Я так его люблю». И, к моему изумлению, начал насвистывать арию Варяжского гостя.

Или как втиснуть в это прокрустово ложе встретившегося мне интеллигентного немца из Мюнхена? Он собрал полную коллекцию книг Бориса Акунина и считает, что самый вкусный чай – непременно из русского самовара, который у него, естественно, есть.

Трудно включить в эту формулу и молодую японку, с которой я вместе изучала английский язык – и от которой получила прозвище «Анна-тян» в честь её любимого произведения «Анна Каренина».

Конечно, в жизни случается всякое, и наряду с положительными примерами межнационального общения можно с лёгкостью найти и отрицательные. Однако это доказывает лишь одно: к русским (как, впрочем, и ко всем другим народам) за границей относятся по-разному, и очень часто это отношение зависит от нас самих.

Но как быть с утверждением, что русские эмигранты не способны достигнуть громкого успеха? Сказать по правде, такие счастливчики у нас и впрямь не на слуху. Знающие люди, конечно же, вспомнят Сикорского, Дягилева, Шаляпина, Нуриева… в общей сложности наверняка наберётся с десяток имён. Но значит ли это, что на этом список обрывается? К тому же в большинстве своём нам известны те эмигранты, которые начали свою карьеру ещё в России, а затем уже продолжили её за границей. А есть ли такие, кто начинал с «чистого листа», не имея известного имени?

Думаю, вы удивитесь, узнав, как много славных русских людей известны за границей и при этом абсолютно незнакомы большинству наших сограждан. Полагаю, эту ситуацию вместе с мифом о «всеми нелюбимых русских» давно пора исправить. Настало время узнать о тех, кто создавал образ русского человека, максимально далёкого от «погонщика медведя с балалайкой», и воздать им дань уважения.

В этой книге вы встретите, пожалуй, почти неизвестные у нас имена эмигрантов из России и их потомков, которые смогли внести свой вклад (не всегда масштабный, но зато очень интересный) в развитие тех стран, где им довелось жить. Само собой разумеется, что их список далеко не исчерпан. Поэтому при удачном стечении обстоятельств продолжение непременно последует.

Что же касается успеха, то, как известно, он измеряется не только в деньгах. В первую очередь – это возможность максимально реализовать свои способности, осуществить мечты и, в конечном счёте, оставить о себе добрую память. В этом смысле все собранные мною биографии – это рассказы об успешных людях с очень яркими судьбами.

Однако жизнь многих русских эмигрантов до сих пор остаётся малоизученной, а источники информации – или скудны, или существуют только на иностранных языках. Посему я с самого начала не преследовала цели составить длинные «панегирики» с точными датами и мельчайшими подробностями. Данная книга – скорее попытка познакомить максимально широкий круг читателей с нашими соотечественниками – стойкими и упорными, волевыми, энергичными и сообразительными, отважными и предприимчивыми. И, конечно, очень талантливыми. В первую очередь мне хочется заинтересовать вас самой темой успеха русских эмигрантов и их местом в истории зарубежья. Остальное – дело более глубоких биографических исследований.

Ну а если после прочтения последней страницы кому-то удастся отказаться от скучной мантры «нас там не любят», значит, мои усилия потрачены не зря.

Приятных вам открытий и лёгкого избавления от стереотипов о нас самих!

Автор выражает большую благодарность переводческому бюро «Берг» за помощь в переводе с итальянского.

Эти слова Алексея Ачаира (Грызова), казачьего поэта, двадцать лет жившего в Харбине, потом арестованного НКВД за якобы сотрудничество с японцами и после десяти лет лагерей создавшего хор из воспитанников новосибирских детских домов, в двадцатые и тридцатые годы беспрерывно публиковали в русских эмигрантских изданиях. Их часто вспоминают в наши дни. Потому что они удивительным образом воплотили триумф и трагедию миллионов российских изгнанников, в силу страшных событий ХХ века потерявших Родину, но в большинстве своём продолжавших ей служить на чужих берегах.

Горькая шутка «Россия – родина слонов», родившаяся в советскую эпоху, на самом деле имеет очень большие и серьёзные основания. Потому что очень многие из тех, кто внёс своими деяниями огромный вклад в золотой фонд мировой науки и культуры, были либо выходцами из Российской империи, либо их потомками. Хотя сейчас мы вспоминаем, прежде всего, русскую эмиграцию эпохи революционных смут, есть замечательные примеры русских уроженцев, сделавших себе имя за границей и до 1917 года. Их мы тоже не должны забывать, судьба этих людей очень поучительна и интересна.

Сегодня мы уже много знаем о вершинах, достигнутых выходцами из нашей страны. Тысячи книг, статей и фильмов, в той или иной степени отданных «России вне России» и посвящённых этой бездонной теме и её героям – Бунину, Набокову, Сикорскому, Деникину, изобретателю видеомагнитофона Понятову, Дягилеву… Этот список можно продолжать бесконечно.

Однако, как писала Ахматова, горек хлеб чужих земель. Для нас долгие годы эмиграция представлялась, как точно отметил Солженицын, «…тапёрами, кокаинистами и домирающими трупами». Князья и генералы, ставшие таксистами и швейцарами, княгини, моющие посуду, тоскливые песни под гармонь и плач на Пасху у русских икон – вот общепринятый очень долгое время взгляд на российское изгнание.

И, к слову, он во многом был верный. Но были ещё и казаки, работавшие на шахтах Силезии и валившие лес в парагвайской сельве, матросы и солдаты, с рассветом идущие на заводы Рено, молодые русские поэты, после тяжелейшего рабочего дня собиравшиеся в парижских кафе, где зачастую скидывались на одну чашечку кофе… Всё это, конечно, имело место. И тем больше поражаешься величию подвига эмигрантов, сумевших остаться русскими и не дать своим детям забыть, кто они и откуда родом.

Так писал поэт Парижа Владимир Смоленский. Они продолжали припадать к руке своей Родины, которая была для них утрачена навсегда.

Эти строки казачьего поэта Николая Туроверова очень мощно показывают, что же было главное для тех, чьё состояние так гениально выразил Сергей Есенин: «… А теперь я милой ничего не значу / Под чужую песню и смеюсь и плачу».

И всё же были другие судьбы. Были те, кто сумел добиться успеха, кто унёс с собой не только тоску по оставленной Родине, но и предприимчивость, размах при ведении дела, качества, которые делали русских купцов ведущими европейскими меценатами, предприимчивость, конечно, сумасшедшие российские выносливость и стойкость. Изобретательность, ну и, безусловно, наш отечественный юмор, который столько раз не давал пропасть в самых сложных ситуациях.

Именно это делает столь интересной книгу Аиды Арье, которую вы сейчас взяли в руки. Потому что перед нами – невероятные примеры того, что Пушкин определил гениальными словами «Самостояние человека», истории победы эмигрантов (или просто выходцев из России, тех, кто по каким-то причинам вынужден был покинуть свою Родину) над обстоятельствами, которые, казалось, преодолеть было невозможно.

Писательница даёт читателям огромный заряд веры в возможности отдельных людей и разворачивает полотно судеб, которыми можно гордиться. И находит яркие примеры не только в бурном двадцатом столетии, но и в веке девятнадцатом…

И даёт нам возможность ещё раз прикоснуться к величию их подвига.

Согласитесь, сложно найти семью, в которой ребёнок не слышит ежедневных наставлений про жизненную необходимость хорошего образования. При этом венцом всех трудов принято считать диплом (желательно красный!) и гордое звание «дипломированного специалиста». Молодым людям не устают ставить в пример бесконечных родственников, друзей и знакомых семьи, чья жизнь сложилась, как по маслу, благодаря диплому. Вот дядя Витя, работает менеджером. Не последний человек в компании, между прочим! Или, к примеру, тётя Оля, своё дело открыла. Ну и что, что заканчивала физфак? Хорошее образование никому ещё не помешало! В любом случае без бумажки (в смысле, диплома) ты – букашка.

Никуда тебя не возьмут, и имя тебе будет «никто». Так что марш вперёд за корочкой! И как бы занудно эти наставления ни звучали, приходится признать, что большинство работодателей – приземлённые прагматики, ищущие как раз тех самых «дипломированных специалистов».

Но судьба – не работодатель. Судьба весьма изобретательна и любит подшутить над теми, кто привык двигаться в общем потоке. И выдвигает она «в люди» не по диплому, а по своей прихоти или по совету изменчивой Фортуны. А чем ещё можно объяснить тот факт, что многие известные люди, ставшие настоящими флагманами в своём деле, с точки зрения обывателя – самые настоящие неудачники?

Взять хотя бы Лайонела Джорджа Лога, логопеда-самоучку, излечившего от тяжелейшего заикания короля Великобритании Георга VI. Несостоявшийся актёр, логопед без образования, в общем, жалкий человечек, с точки зрения любого топ-менеджера. Но именно благодаря его усилиям и опыту король обрёл голос, ставший для британцев символом сопротивления во время Второй мировой войны. Размеренную речь с весомыми паузами, доносившуюся из каждого радиоприёмника, англичане слушали так же заворожённо, как жители СССР – сообщения Левитана.

К ныне почти забытому гению московского модерна Николаю Жерихову выстраивались целые очереди богатеев с просьбой построить им модный, современный дом. Догадывались ли они, что этот крестьянский сын не имел архитектурного образования? Быть может. Однако заказчики не сильно об этом беспокоились, ведь проекты Жерихова были модны, красивы, удобны – и успешно раскупались.

Недалеко от него ушёл и всемирно известный американский самородок Генри Форд. На одном из судебных процессов адвокат решил вывести Форда на чистую воду, продемонстрировав окружающим, что тот не знаком даже со школьной программой. «Ну и что с того? – невозмутимо ответил самоучка. – Зато вы все ездите на моих автомобилях!»

Героя нашей первой главы, талантливого архитектора, по справедливости можно отнести к той же когорте бездипломных гениев. Стечению обстоятельств было угодно сделать его уникальным архитектором. Однако, в отличие от Жерихова, он не был забыт. Ведь невозможно забыть того, кто оставался неизвестен на родине даже в период расцвета своего творчества. Тем не менее этому человеку с редкой судьбой удалось не просто добиться признания, но и связать тонкими нитями две страны с совершенно разными культурами. Нам осталось только постараться разглядеть их.

Выпускные экзамены… И сейчас, и сто лет тому назад эти дни – самые напряжённые для студентов. Те, кого ещё не впустили в экзаменационную аудиторию, толпятся рядом с дверью, пытаясь услышать хотя бы пару слов из тех вопросов, которыми профессора мучают выпускников. То и дело кто-нибудь поднимает над толпой взъерошенную голову, прижимает палец к губам и громким шёпотом произносит: «Тихо! Ни черта же не слышно!»

Другие, наоборот, предпочитают потратить последние минуты на зубрёжку недочитанных глав и сидят в стороне, уткнувшись в учебник. В глазах уже рябит, губы пересохли, но им всё кажется, что ещё одна прочитанная страница может их спасти. Ну а третьи уже давно на всё плюнули, ходят по коридору из угла в угол и периодически мешают тем, кто пытается зубрить.

Но вдруг столпившиеся около двери студенты замирают тише обычного. Что именно происходит за дверью, ещё никто толком не понимает, но экзамен уже позабыт. До любопытных ушей доносится отрывистое: «Да как вы смеете… Вы забываетесь… такой наглости…», и, наконец, громко и отчётливо звучит ожидаемое всеми: «Вон отсюда!»

Любопытные и одновременно напуганные студенты не успевают вовремя отпрянуть, и широко раскрытая дверь попадает кому по плечу, а кому и в лоб. В центре плотного кольца появляется разгорячённый молодой человек. Кажется, он всё ещё готов спорить со своим оппонентом, а то и придушить его.

– Середин? Ты? – удивляется кто-то из толпы.

– Билет неудачный?

– Ты же всё хорошо знаешь…

Все с нетерпением ждут подробностей.

– Да этот старый… да у него представления об архитектуре… – сбивчиво объясняет Середин.

– …времён Очаковских и покоренья Крыма, – понимающе завершают за него.

– Ну и что теперь? Пересдача?

– Какое там! Старик сказал – всё, без диплома останусь.

– Как же так?! – студенты разве что за сердце не хватаются.

– Может, всё-таки извинишься? Чёрт с ним, с этим маразматиком, – советуют с разных сторон.