Читаем Полководческое искусство Суворова онлайн бесплатно

А Н. БОГОЛЮБОВ

ИСКУССТВО

СУВОРОВА

полковник А. Н. БОГОЛЮБОВ

ПОЛКОВОДЧЕСКОЕ ИСКУССТВО А. В. СУВОРОВА 5ЯС

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО НАРКОМАТА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР 19 3 9

Полковник А. Н. Боголюбов.

„ПОЛКОВОДЧЕСКОЕ ИСКУССТВО А. В. СУВОРОВА⁴⁴

Книга знакомит с важнейшими операциями, проведенными гениальным русским полководцем А. В. Суворовым, и, на основании анализа этих операций, раскрывает значение и роль А. В. Суворова в развитии русского военного искусства.

Рассчитана книга на командный я начальствующий состав РККА.

Почти два века отделяют нас от эпохи, в которую жил и работал великий русский полководец Александр Васильевич Суворов. Ему по праву принадлежит первое место в развитии военного искусства дореволюционной России. Больше того, суворовские способы ведения войны, примененные в практической деятельности, предвосхитили стратегию Наполеона и поставили Суворова в первом ряду великих полководцев мира.

Деятельность Наполеона развилась в эпоху французской буржуазной революции. Став диктатором и императором Франции, Наполеон получил от французской буржуазии неограниченную власть и армию, воодушевленную борьбой против феодально-монархической системы. «...Бессмертная заслуга Наполеона заключается в том, что он нашел единственно правильное тактическое и стратегическое применение колоссальных вооруженных масс, появление которых было возможно лишь благодаря революции...» ¹

Суворову пришлось проявить себя в другой обстановке. Он не имел власти, не имел поддержки правительства, ему не доверяли.

Деятельность Суворова проходила в эпоху дворянской диктатуры, в условиях усиления барщины и крепостного гнета. Командуя небольшими отрядами и небольшой армией (по сравнению с масштабами наполеоновских армий), Суворов, несмотря на все препятствия, намного опередил военное искусство своей эпохи, в том числе и военное искусство Наполеона.

То новое, что применил Наполеон в стратегии и тактике, в полной мере было применено Суворовым раньше и в обстановке гораздо худшей, чем обстановка эпохи Наполеона. Мы не собираемся отрицать гениальность Наполеона, о которой написано так много книг и исследований, включительно до наших дней. Но мы вправе себе задать вопрос: имел ли Наполеон возможность, никогда не встречаясь с Суворовым на театре военных действий, знать и продумать стратегические и оперативные принципы Суворова? Мы полагаем, что Наполеон знал их. Французские генералы Моро и Макдональд на себе испытали сокрушающие удары Суворова.

Занятый идеей покорения всей Европы, ведя непрерывные войны, Наполеон не успел изучить в полной мере военное искусство Суворова, но операции Суворова в Северной Италии и разгром наполеоновской армии в 1812 г. другим великим русским полководцем, последователем и соратником Суворова — Кутузовым, могли убедить Наполеона в дни его размышлений на островах Эльба и Елены в преимуществе полководческого искусства Суворова. Нам важно не то, как оценивал Наполеон Суворова. Наша задача — на конкретных примерах разобрать деятельность Суворова, руководствуясь словами В. И. Ленина: «...История вся слагается именно из действий личностей, представляющих из себя несомненно деятелей. Действительный вопрос, возникающий при оценке общественной деятельности личности, состоит в том, при каких условиях этой деятельности обеспечен успех? в чем состоят гарантии того, что деятельность эта не останется одиночным актом, тонущим в море актоз противоположных?» ¹

Полководец Суворов, применяя свою теорию на практике, со своими «чудо-богатырями» не знал поражений. Его успехи объяснялись тем, что в своей деятельности он опирался на массу, на рядовых солдат русской армии. Несмотря на блестящие победы, полководческое искусство Суворова не получило своего развития, и даже больше того — вскоре после смерти «полководца-солдата» оно было сдано в архив и забыто.

Этому были свои причины.

Самодержавные, коронованные жандармы — помещичья аристократия—в полной мере использовали военный талант Суворова и его преданность родине. Используя его в своих захватнических целях, они не стеснялись представить Суворова полупомешанным, человевом-шутом, ограниченным, не имеющим военного таланта, объясняя его блистательные успехи счастьем. Ложь, интриги, опалы и ссылки были наградой Суворову за его деятельность.

б

Слишком популярен был Суворов в солдатских массах, умен и знаменит, самостоятелен, откровенен и бесцеремонен с царями, чтобы прийтись по вкусу правителям дворянской Империи. Вся жизнь и деятельность Суворова не похожа на нравы и обычаи правящей верхушки России XVIII века, его взгляды на военное искусство расходились с господствовавшими тогда взглядами прусской военной системы, да и сам Суворов не был похож ни на одного- из военных деятелей своей эпохи.

Идя на поводу Европы, русские «горе-генералы» слепо восхищались чужими теориями, восхваляли гений Наполеона, пытались понять «секрет» наполеоновских побед и принципиально не желали изучить и понять опыт Суворова.

Спустя сто лет после смерти Суворова правители царской России скрепя сердце «соизволили: признать» в ненавистном им Суворове полководца.

Запоздалою «признание» не принесло пользы царским генералам.

В русско-японскую войну 1904—1905 гг. Куропаткин и иже с ним пытались механически применить теории Наполеона и Суворова для победы над японцами — и с треском провалились. Чванливые, бездарные генералы ничего не поняли в учении Суворова.

Изучая великое наследие прошлого, командный и начаты ствующий состав Красной армии восстанавливает правдивую картину развития русского военного искусства, гениальным представителем которого был А. В. Суворов.

Глубокое изучение выдающихся образцов полководческой деятельности Суворова и преломление их в свете требований современности обогащают оперативное искусство Красной армии. ¹

ГЛАВА I

Внешняя политика дворян-помещиков ео второй половины XVIII века характеризуется захватом новых земель, Порабощением нарЬдов и контрреволюционной войной с буржуазной революцией во Франции.

Следствием этой политики были непрерывные войны царской России. Наиболее длительные войны велись с Турцией.

Русско-турецкие войнах были связаны с развитием торгового капитала и стремлением русских помещиков укрепиться на Черном море, захватить торговые пути с Западом, подчинить Турцию своему влиянию.

В ходе этих войн царское правительство пыталось играть активную роль в международной политике путем заключения тайных договоров с феодально-абсолютистскими монархиями— Австрией и Пруссией. На политику последних, в свою очередь, оказывали влияние Англия и Франция. Международные хищники, заключая договоры, в первую очередь имели в виду свои собственные интересы, увеличение своих доходов и поэтому зорко и завистливо следили друг за другом. До тех пор, пока Россия способствовала своей армией укреплению морского могущества Англии, расширению владений Австрии, ей не мешали в ее агрессивных намерениях, в ведении войны с Турцией. Но как только эта война начала давать свои результаты, усиливая позиции дворянской России на Черном море, Англия, Австрия и Пруссия активно вмешались в эту войну, встали на сторону Турции, угрожая, в свою очередь, войной России. Вчерашние «союзники» сделались врагами. Это — неизбежный результат всех буржуазно-монархических коалиций, таящих в самом своем существе непримиримые противоречия.

С 1789 г. царская Россия направляет внешнюю политику исключительно на борьбу с французской буржуазной революцией.

Правящая клика России во главе с представительницей дворянской диктатуры Екатериной II, а затем во главе с душителем России дегенератом Павлом I решила принять все меры к восстановлению монархии во Франции.

С этой целью в 1792 г. создается первая коалиция России, Австрии и Пруссии, поклявшихся друг другу в «дружбе» и незыблемости монархического строя. Договор был скреплен обязательством этих стран выставить определенное количество вооруженных сил на борьбу с Францией. Самодержавный жандарм, дворянская Империя играла в этом союзе первую скрипку и разработала целую программу контрреволюции.

«В настоящее время достаточно 10 000 человек, — говорится в этой программе, — чтобы пройти Францию от одного конца до другого. Посредством этого войска можно освободить Францию от разбойников, восстановить монархию и монарха, разогнать самозванцев, наказать злодеев... Французское духовенство получит назад, что останется нераспроданным из его имущества, дворянство — свои права сословные. В манифестах непременно нужно провозгласить с решимостью, что так называемое Национальное собрание превысило полномочия, данные ему его доверителями; что действия депутатов имеют целью уничтожение монархического образа правления, установившегося во Франции уже 1 000 лет; что они дерзают помышлять даже об отмене христианской религии... что на место древнего правительства, даровавшего Франции блеск и твердость... они предают государство разрушительной анархии; что само Национальное собрание поступает по внушениям разбойников, коими наполнен Париж; что, заключив короля своего в темницу, они насильно заставляют его соглашаться на все, что им угодно, действуя .смутою и мятежом; что члены этого собрания набрали войско, вооружили общины и через то лишили всю Францию войск, необходимых для защиты государства от внешних неприятелей, и в то же время дозволили гражданам взяться за оружие для того, чтобы убивать друг друга... во вред промыслам и торговле, которые не находят для себя рук.

Разумеется... при составлении манифестов надо будет изо всего вышеизложенного привести то, что наиболее пригодно в данную минуту, соответственно обстоятельствам. По мере того как войска будут подвигаться в край, надлежит обезоруживать общины, вновь приводить их к присяге на верность королю, отнять у них кокарду и все прочие республи-

канские погремушки, ввести прежние государственные цвета, белую кокарду, королевское знамя, уничтожить ненавистные наименования демократов и аристократов и прочие...»¹

Автором контрреволюционной программы была Екатерина II.

В осуществлении этого плана правители дворянской Империи не стесняются в выборе средств и союзников и добиваются окончательного раздела Польши, тем самым пытаясь создать кордон против революции.

Внутренняя политика определялась интересами крупного крепостнического дворянства. Расширялись дворянские привилегии и усиливалось крепостное право. Крепостной гнет, усиление барщины, непрекращавшиеся войны с целью захвата новых земель и колониального угнетения нерусских народностей царской России — все это тяжелым бременем ложилось на народные массы, ухудшая их и без того безвыходное положение. Среди крестьянства все чаще вспыхивали то тут, то там вооруженные восстания. Крупнейшие из них — восстания башкирского народа под предводительством Батырши, восстание казахского народа во главе с народным героем, храбрым Сарым Датов, и восстание Пугачева, в котором очень большое участие принимали уральские горнозаводские рабочие, снабжая повстанцев оружием и сражаясь против царских войск.

Все бунты и восстания крестьянства жестоко подавлялись правительством.

В |борыбе с крестьянской армией Пугачева (1773—1775 гг.) царское правительство вынуждено было снять войска с других фронтов и бросить их на подавление восстания. Не имея организующей силы, не поддержанное крестьянством других районов России, восстание было подавлено вооруженной рукой самодержавия.

Двухлетняя борьба крестьянства во главе с Пугачевым нанесла сильный удар самодержавию. Дворянство заметалось в поисках выхода. К внутренней революционной опасности присоединилось влияние революционной Франции. Правительство принимает драконовские меры к ликвидации последствий восстания: массовые расстрелы, каторга и ссылка, уничтожение деревень и сел.

Борясь с проникновением революционных идей Франции в Россию, правящая клика в 1793 г. разрывает дипломатические отношения с Францией и объявляет ей войну. Россия

расторгла торговый договор, запретила стоянку в русских портах французских судов, выслала французских консулов и запретила въезд французов в Россию.

Началось бешеное преследование «вольнодумцев», жертвой которого стали Новиков и Радищев. Просветители — иллюминаты, франкмасоны, либералы всех оттенков — попали под строгий надзор. Закрыты были все вольные типографии и установлена жестокая цензура¹.

Таковы характерные черты внешней и внутренней политики дворянской Империи во второй половине XVIII века.

Средством для выполнения этой политики дворян-помещи-ков была армия,* находившаяся в очень плохом состоянии. РосСйя являлась в ту эпоху самой отсталой страной в Европе в области экономики и культуры. Промышленность была в зачаточном состоянии. В 1762 г. в России насчитывалось всего 984 фабрики. Сельское хозяйство, разоряемое крепостниками-помещиками, давало низкий урожай. Культура стояла на очень низком уровне. Грамотный человек среди дворян-помещиков, не говоря уже о многомиллионном крестьянстве, был редким явлением.

Привилегированное сословие не хотело учиться. «У нас исстари положено: для дворянина — шпага, для стряпчего — перо, а грамота—для попов»,— говорили дворянские сынки и продолжали оставаться «Митрофанушками»; «науками ли наживают деревни, науками ли приобретают себе покровительство? Нет! Так к чему же они годятся?», — так считали они. Грубость, невежество и бескультурье — характерные чефты дворянского сословия Империи XVIII века.

Экономическое и культурное состояние России в полной мере отражалось на состоянии русской армии того времени.

Армия комплектовалась путем рекрутской повинности, в силу которой крепостное крестьянство вынуждено было поставлять людей для службы в царских войсках. Отдача в рекруты всецело зависела от помещичьего произвола. Непрерывные войны требовали все новых и новых пополнений. Были годы, когда с 1 000 человек мужского населения в армию бралось 200 рекрутов. Исключительное зверство и грубость сопровождали набор рекрутов. «Когда в губерниях рекрут сберут, то с начала из домов их ведут скованных и, пришедши в города, держат в великой тесноте, по тюрьмам и острогам не мало время и, таким образом, еще на месте изнурив, отправят, не рассуждая, по числу людей и далеко-и сти пути, € одним, и то негодным, офицером или дворянином, при недостаточном пропитании; к тому же поведут, упустив удобное время, жестокою распутицею, от чего в до-ропе приключаются мвошя болезни и помирают безвременно, другие же бегут и пристают чк воровским кампаниям» ¹.