Читаем Тайны угасшего Марса онлайн бесплатно

(Научно-фантастический рассказ)

Напечатано в журнале "Гулистон", 1960, № 3

Пятьдесят вторые сутки несется советский астролет «Владилена» в безбрежных просторах космоса. Автоматы работают отлично. Настроение у экипажа превосходное.

Тихо и монотонно гудят механизмы, сухо щелкают автоматические узловые устройства, весело перемигиваются разноцветные огоньки центрального пульта управления. Электронный автоматический центр астролета, или «ЭАЦ», является вершиной достижений современной техники. Этот небольшой прибор на полупроводниках и ферритах прекрасно ведет астролет: проверяет работу механизмов, поддерживает в пассажирской кабине микроклимат, устраняет на ходу простейшие неисправности. Человеку остается только составить программу для работы узлов машины. «ЭАЦ» может одновременно решать несколько задач и при этом никогда не ошибается. «ЭАЦ» может производить сложнейшие математические вычисления с огромной скоростью, делая более ста тысяч операций в секунду, может вести контроль и управление, переводить с одного языка на другой и даже решать для Фреда Лучко, второго пилота корабля, шахматные задачи.

В этот день на пути корабля вторично встретился метеорный поток. Это большая опасность для «Владилены». Один метеор такого потока, имеющий массу даже в несколько килограммов и скорость порядка десяти километров в секунду, при столкновении может сильно повредить астролет. Второй раз за день, затаив дыхание, наблюдали члены экипажа поединок «ЭАЦ» с метеорным потоком.

Вот на зеленоватом экране темный силуэт «Владилены». Справа появилось вытянутое размытое пятно, которое быстро перемещается в сторону астролета. Столкновение кажется неизбежным. Мгновенно заработали несущие двигатели, астролет стал набирать скорость. Какой-то миг, казалось, не избежать столкновения. Автоматически включена дополнительная защита. Корпус ракеты как бы покрылся защитной рубашкой из высокочастотных электромагнитных колебаний. Такая защита может смягчить удар, Несколько сильных ударов тряхнули наружную стенку корпуса астролета. Но вот мутное пятно на экране отошло в сторону. Метеорный поток пронесся мимо. Все вздохнули с облегчением.

Фред вытер пот со лба, заправил выбившиеся из-под вязаной шапочки густые черные волосы и запел «Марш космонавтов» своего собственного сочинения:

Даже профессор Бобров, командир астролета, потихоньку подпевал Фреду, делая вид, что копается в своих бумагах.

— А все ли нам известно о двух крошечных спутниках Марса — Фобосе и Деймосе? — спросил Бобров, — возвращаясь к прерванному разговору. Он по привычке вытащил изо рта трубку, которая не дымилась со дня старта и подкрутил свои пышные казацкие усы.

— Они были открыты американцем Холлом в конце девятнадцатого века и названы Фобосом и Деймосом, что в переводе означает Страх и Ужас. Так назвали их за крошечные размеры, близость к планете и быстрое вращение вокруг Марса.

— Скажите, Игорь Петрович, вы противник или сторонник гипотезы Шкловского? — второй пилот астролета Фред Лучко любил задавать каверзные вопросы. Он подошел к звездному глобусу и стал уточнять положение «Владилены» в пространстве.

— Советский ученый Шкловский на основе точных теоретических расчетов высказал гипотезу об искусственном происхождении Фобоса и Деймоса.

— Вы не ответили на мой вопрос, — сказал Фред, что-то пристально рассматривая на звездном глобусе.

— Дело в том, что нельзя так просто отвергать гипотезы и также легко соглашаться с ними. Трудно спорить с довольно точными вычислениями Шкловского. Однако согласиться с гипотезой, значит…

— Утверждать, что на Марсе живут марсиане и что технический прогресс у них выше нашего?

Бобров кивнул, соглашаясь, и добавил:

— Но с такими выводами я согласиться не могу.

— Почему? — Владимир Савин, первый пилот астролета, перевел управление всеми приборами на автоматический центр «Владилены» и повернулся к Игорю Петровичу.

Фред, имевший привычку отвечать за других, сказал:

— Если бы на Марсе жили разумные существа, способные построить такие спутники, как Фобос и Деймос, мы бы не летели к ним первыми.

— Не спешите с выводами, Фред, — возразил Бобров. — Все может быть. Одна из задач, поставленных перед нами, и заключается в том, чтобы проверить правильность гипотезы Шкловского…

В кабине «Владилены» наступило молчание.

Только в пути можно полностью оценить все преимущества и недостатки астролета.

Пассажирская кабина была расположена в передней части «Владилены». Люди в астролете чувствовали благодарность к конструкторам за безотказную работу всех приборов, за отличную компоновку агрегатов и за те удобства, к которым жители Земли так привыкли. Кабина имела два отделения — рабочее и салон для отдыха. В рабочем отделении — рубке — переднюю стену занимал пульт управления с электронным автоматическим центром. В правой части рубки помещалась астрономическая обсерватория, слева — экраны основного узла радаров и космовизоров. Тут же рули и рычаги несущих двигателей.

В этот день в рубке дежурил Савин. Он внимательно следил за приборами, хотя это свободно могла сделать добросовестная ЭАЦ.

На экране радарной установки появилась светлая точка — сигнал. Надо было включать космовизоры, чтобы рассмотреть подробнее это препятствие. Между тем небольшое светлое пятнышко медленно увеличивалось в размерах.

— Что-то движется в нашу сторону, — сообщил Савин и включил главный экран космовизора. Фред прирос к телескопам. Бобров подошел к экрану.

— По-моему, это астероид. — сказал Фред. — Обломочная форма и большие размеры.

— Не может быть, — возразил профессор, — до пояса астероидов еще далеко. В этом районе встреча с астероидом маловероятна.

Но вот на экране космовизора темная точка превратилась в пятно: видимо космическое тело имело большие размеры.

— Странно, очень странно, — Бобров подкрутил усы, что он делал только в минуту волнения. — Поздравляю вас: мы первые из жителей Земли видим астероид на близком расстоянии.

Это была гигантская базальтовая глыба бурого цвета с рваными краями. По мере приближения стали заметны трещины на поверхности астероида, образовавшиеся от резной смены температур. Освещенные ярким солнечным светом, скалы ослепительно блестели на фоне темного фиолетового неба. Трещины, наоборот, резко чернели сетью ломаных линий. «Владилена» имела немногим большую скорость, и поэтому медленно обгоняла это загадочное космическое тело. Астероиды, пожалуй, — самая древняя загадка природы. Крошечная планетка, вернее исполинских размеров скала, лишенная атмосферы, растительности и жизни. Какова их природа? Откуда выброшена эта громадина, или, может быть, это всего только осколок грандиозной космической катастрофы? Некоторые ученые предполагают, что астероиды — обломки десятой планеты, которая двигалась вокруг Солнца между орбитами Марса и Юпитера.

Бобров сделал несколько снимков астероида. Фред включил всю записывающую и запоминающую аппаратуру. Савин подвел на резкость. Игорь Петрович вцепился в рамку экрана.

— Это черт знает что, — обратился он к Савину, — я не верю своим глазам.

— Астероид, кажется, обитаем, — пробормотал Фред.

Все это было столь неожиданным, что ни у кого не нашлось в первую минуту слов, чтобы хоть как: то объяснить это загадочное явление.

На большой, круглой площадке астероида показались какие-то строения и мачты. В центре площадки ярко сверкало в лучах солнца огромных размеров сооружение, напоминающее параболическое зеркало радиотелескопа. Савин быстро включил радар, подал несколько позывных и переключился на прием. Все повернулись к нему.

— Не отвечает, — прошептал Савин.

Несколько раз посылал он позывные и переходил на прием. Астероид не отвечал. Фред приник к телескопу, Савин включил увеличивающее устройство космовизора и повернул регулятор до отказа.

На вершинах необычной формы мачт сверкали небольшие плоские пластины.

— Похоже на полупроводниковые солнечные батареи, — профессор подкрутил усы, — такие батареи превращают энергию солнца в электрическую и запасают ее в аккумуляторах.

— Это настоящий космический радиомаяк, — сказал Владимир Савин. Его узкие серые глаза под нависшими бровями возбужденно сверкали. — Но почему он молчит?

Савин все время пытался поймать в эфире сигналы неведомой радиостанции.

— Радиомаяк не работает давно, — Фред оторвался от телескопа, — обратите внимание на оборванные провода радиоантенн. Посмотрите на толстый слой пыли, покрывающей все строения.

Фред был прав. Теперь все видели, что астероид необитаем и — радиомаяк не работает.

Долго сидели астронавты в молчании. Делать посадку не было смысла. Оставалось только смотреть на удаляющийся загадочный астероид с безмолвным космическим радиомаяком. Но больше всего астронавты были поражены, когда элементы орбиты астероида, высчитанные электронной машиной, оказались близкими к элементам орбиты «Владилены».

Трудовой день экипажа «Владилены» почти ничем не отличался от обычного трудового дня на Земле. Вот только Солнце сияло круглосуточно, освещая все время одну сторону астролета. Поэтому половина корпуса корабля всегда раскалена, другая имеет постоянную температуру намного ниже нуля по Цельсию. Эта постоянная разность температур используется для получения электроэнергии с помощью полупроводниковых термопар. Термоток питает энергией все работающие узлы астролета вплоть до электробритвы. Люминесцентные лампы создают искусственное дневное освещение. Чтобы создать видимость ночи, Игорь Петрович предложил выключать лампы дневного света и закрывать иллюминаторы, обращенные к Солнцу. Тогда в противоположных иллюминаторах виднелось звездное небо. Недоставало только Луны. Фред в шутку предложил даже имитировать искусственную Луну, обращающуюся вокруг ракеты.

Отсутствия веса астронавты не ощущали. Астролет был оборудован новейшими гравитонными аккумуляторами, создающими искусственное тяготение, а при посадке — тормозящее гравитационное поле.

В эту «ночь» снова дежурил Савин. В кабине «Владилены» было тихо и спокойно. Автоматические приборы работали бесшумно. Ухо едва различало монотонное гудение трансформаторов да сухое потрескивание релейных линий. На центральном пульте управления весело перемигивались разноцветными огнями контрольные лампочки. От этого ласкового мигания клонило ко сну. Савин включил музыкальный возбудитель, и сонливая усталость прошла.

Вдруг он заметил мигающий красный сигнал. Опасность. Вмиг заработал обзорный локатор, автоматически отреагировал на сигнал «ЭАЦ». Савин включил все экраны и, увеличив резкость, стал быстро прощупывать пространство. Все как будто нормально. Опасности не видно. Но почему тогда сигналит «сторожевик»? В таких случаях надо будить Боброва. Он командир астролета. А может быть, не стоит? Ведь «сторожевик» может ошибаться. Такие мысли пронеслись у Савина в голове, когда вдруг «ЭАЦ» автоматически включил сирену..

Тревога. Экипаж быстро одел «тяжелые» астрокомбинезоны. Все заняли свои места. Над астролетом нависла опасность, но опасность скрытая. Неизвестность еще больше усиливала ее. Экраны радиовизоров и электронные трубки радаров были чистыми. Кажется, все нормально, а упрямый «ЭАЦ» продолжает твердить об опасности. На заданные вопросы он ничего вразумительного не отвечает. Бобров на всякий случай включил аварийную катапульту. В это время астролет сильно вздрогнул. Раздалось несколько мощных взрывов. «Владилену» бросило вбок. Савин кинулся к несущим двигателям. В голове пронеслось: нужно включить двигатели, попытаться уйти от опасности. Раздался еще более оглушающий взрыв. Казалось, астролет раскололся пополам. Савина отбросило к стене, он ударился головой, в глазах поплыли красные круги, потом наступила тишина…

…Сотрудники Алма-Атинской обсерватории, где недавно был установлен самый большой в мире рефлектор, наблюдали новое светлое облако в созвездии Стрельца. Облако было таким плотным, что покрыло звезды до второй звездной величины и продержалось около двух часов.

Одновременно мощным радиотелескопом Пулковской обсерватории удалось зафиксировать взрыв тоже в созвездии Стрельца и в точке с теми же координатами. Координаты этой точки, определенные в экваториальной системе, совпадали с точкой орбиты «Владилены».

Десять дней прошло после катастрофы, причину которой удалось выяснить позже. Двести сорок часов назад «Владилена» попала в метеорный поток. Метеор, который настиг астролет, имел, к счастью, небольшую массу, а его скорость мало отличалась от скорости «Владилены», отчего сила удара была незначительной. Радары не могли засечь опасность, настигающую астролет сзади. От удара взорвались несущие двигатели. Аварийная катапульта автоматически далеко отбросила переднюю часть ракеты. Силой взрыва были повреждены многие механизмы, разгерметизирована кабина. Но самым страшным было то, что электронный автоматический центр во время взрыва вышел из строя. Погибли несущие двигатели, значит, погибла надежда возврата на Землю. Теперь «Владилена» неслась в пространстве по воле инерции.

После долгих усилий удалось пустить основную обзорную радарную установку, наладить герметизацию кабины, кое-как привести в порядок жилое помещение. Наконец-то можно было снять порядком надоевшие тяжелые астрокомбинезоны, сесть к столу и «по человечьи отдохнуть», как говорил Фред.

После проверки пришлось начать также ремонт передних посадочных двигателей. С большими трудностями выбрались астронавты из астролета через аварийный люк. Теперь только можно было полностью оценить весь ужас постигшей их катастрофы. Аварийная катапульта сработала вовремя. Задержка на долю секунды оказалось бы гибельной для экипажа. Оплавившийся корпус и рваные края уцелевшей части ракеты говорили об опасности, нависшей над экипажем в момент катастрофы. К счастью, фронтальные дюзы посадочных двигателей с наружной стороны были исправными, за исключением двух-трех небольших вмятин, которые легко можно было заделать.