Читаем Ошибочное мнение (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик/редактор/оформитель – Ксения Солнцева

Русифицированная обложка – Наталия Айс

Оформление – Наталия Павлова

Перевод выполнен для группы-

— Лу, только не разбей ничего! — выкрики Мосса сменялись громким смехом, пока его бойфренд гонялся за ним по всему родительскому особняку.

—Когда я тебя поймаю, твоя задница будет моей… буквально! — выкрикнул Ллевелин, обогнув большой кухонный остров.

Его бойфренд был его лучшим другом и любовником. В небольшом городке Эмпория, штат Вирджиния, они, вероятно, были единственными геями в своей школе. Ну, насколько им было известно. Паренек, который переехал к ним из Лос-Анжелеса пару лет назад тоже был геем и не стыдился этого. Он был красивым и феерически ярким, потому что ему было комфортно быть тем, кто он есть. Но общество городка оказалось невероятно жестоким по отношению к нему и его семье, и им пришлось сбежать из города так быстро, что Лу даже не запомнил его имени. Однако, отлично помнил, что завидовал ему.

Ориентацию друг друга они с Моссом выяснили совершенно случайно. Оба были членами футбольной команды и оба посещали вечеринки, проводимые одной из чирлидерш во время своего первого года в старшей школе. Родители Рози Джеймсон постоянно были в разъездах из-за работы в торговле, что означало, что они оставляли Рози и ее сестру-близняшку одних каждые пару недель. А значит, минимум дважды в месяц подросткам выпадала возможность повеселиться в их тоскливом, заполненном пенсионерами городишке. Лу и Мосс напились в говно и закончилось тем, что они оказались одни в берлоге отца Рози, смотря реслинг по телеку. Мосс не смог скрыть своего стояка, пока наблюдал за блестящими от пота, необычайно горячими борцами, что извивались друг под другом и катались по полу на маленьком ринге. Он пришел в ужас от того, что Лу обнаружил это и уже приготовился, что тот ему врежет, но Лу лишь ухмыльнулся и поднял толстовку, продемонстрировав собственную эрекцию. Разговор, состоявшийся между ними в ту ночь, изменил их жизни. Они не влюбились друг в друга сразу, но с того момента все развивалось достаточно быстро.

Тогда они были слишком юны и хотели просто быть друзьями. Оба нуждались в ком-то, с кем могли бы поговорить открыто. Нуждались в друге, перед которым не нужно было бы носить маску. Ту самую, которую им приходилось носить перед всеми остальными двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю.

Когда Лу заболел пневмонией, ни отец, ни мать не могли себе позволить бросить работу, чтобы ухаживать за ним весь день. Мосс был с ним каждый день, до и после школы, заботясь о нем так, как это делал бы кто-то особенный. Тогда Лу понял, что между ними все изменилось. Он вдруг заметил, что светлые лохматые волосы Мосса были не хаотично торчащими, а сексуальными. Заметил, что когда-то тощая рама его друга теперь значительно развилась после многих часов, проведенных им в качалке после школы. Сейчас его лучшему другу было семнадцать, у него были модно взъерошенные волосы, ярко-голубые глаза и крепкое мускулистое тело.

— Прекрати гоняться за мной. Я устал, — Мосс обогнул угол медиа-комнаты и пронесся мимо дивана в гостиной, как звезда бегового трека, которой он и являлся.

— Тогда прекрати бегать, — Лу бросился следом, сокращая между ними расстояние, когда Мосс чуть замедлился. Схватив, он повалил его на густой ковер, придавив к полу своим гораздо большим телом. Сгреб обе руки Мосса и поднял их, удерживая за запястья над его головой одной ладонью, а другой провел по его лицу, убирая длинноватые светлые пряди, упавшие на голубые глаза. Он ужасно любил Мосса. Они были неразлучны с того момента, как познакомились шесть лет назад, постепенно переходя от друзей к любовникам. Теперь же, все, о чем они говорили — ну, все, о чем говорил Лу — было поступление в один колледж, где он мог бы любить Мосса свободно и не скрываясь.

Когда они только переехали в Эмпорию, отец Лу владел небольшим ландшафтным бизнесом и получил контракт на обслуживание собственности мэра, а сам Лу помогал отцу каждое лето. Дети дразнили его, когда выглядывали из окон или проезжали на велосипедах мимо, направляясь в бассейн. В то время как он убирал мешки со скошенной травой, Мосс вышел из своего особняка, чтобы побросать мяч в кольцо на безукоризненно вымощенной подъездной дорожке. Он предложил Лу бутылку воды и поиграть вместе. Хотя Мосс и был богат — сын мэра и наследник шестого поколения Империи МакГрегоров — он никогда не смотрел свысока на рабочий класс, как это делали его родители.

Мэр и его жена не были плохими людьми, для горожан они были замечательными. Несмотря на это, они полагали, что их сын заслуживает гораздо большего, чем та компания, которую он себе выбрал. После того, как в прошлом году родители Лу разбились в автокатастрофе, они немного смягчились и перестали награждать Лу и его старшего брата высокомерными презрительными взглядами. Двадцатишестилетний брат теперь был единственной семьей Лу, и он вернулся домой, чтобы возглавить отцовский бизнес, а также удостовериться, что Лу поступит в колледж.

— Ты с каждым днем становишься все сексуальнее, малыш, — Лу уперся своим уже жестким членом в крепкое бедро под ним. — Во сколько твои родители вернуться домой?

Мосс открыл глаза. Обычно цвета ярко-синих ирисов, сейчас они были цвета грозового неба, темные и горящие от возбуждения.

— Ммм… Примерно через час.

— Черт. Я мог бы жестко тебя оттрахать прямо сейчас.

Лу шире развел ноги и сильнее потерся, вытягивая напряженный стон из своего парня.

— Ты сначала толкнул бы меня к стене? Грубо прижал к ней и взял меня так жестко и быстро, как захотел бы? — простонал Мосс, а его бедра поднялись навстречу ужесточившимся в наказание толчкам Лу.

— Ах… боже. Черт возьми, да, я бы так и сделал. Ты такая долбанная шлюха, малыш, — застонал Лу, сильнее потянув за волосы Мосса.

Его парень обожал жесткий секс и Лу не мог отрицать, что ему тоже нравилось это дерьмо. Это было адски горячо. Мосс выкрикивал его имя, кусался и царапался, пока он вколачивался в его тугой зад. Независимо от того, как сильно он его трахал, Мосс всегда просил еще больше. Ему нравилось быть связанным, с кляпом во рту и отшлепанной задницей. Лу был на двадцать фунтов [1] больше, чем его звезда бегового трека, поэтому всегда был осторожен с ним, но черт, как же ему сносило башку от ощущения полного контроля. Чаще всего они были ограничены сексом на заднем сидении авто, но время от времени родители Мосса посещали благотворительные ужины или какие-то официальные мероприятия, на которых задерживались допоздна и им выпадала целая ночь, чтобы исследовать их все больше возрастающие потребности.

— Я бы очень хотел, чтобы ты сейчас был плохим, Лу, но тебе нужно идти. Мне не хочется выслушивать дерьмо от своих родителей.

— Проклятье. Почему они считают, что я не достаточно хорош, чтобы быть твоим другом? — Лу резко сел, отвернувшись от своего парня и запустив пальцы в густые каштановые волосы. — Я гребанная футбольная звезда и восьмой по успеваемости в нашем классе. Черт. Думаешь, они еще выше подняли планку для тех, кто достоин находиться с тобой рядом?

Мосс встал на колени позади и обнял Лу, мягко поцеловав его за ухом и прошептал тем самым голосом, который всегда его успокаивал:

— Скоро мы будем в колледже. Меня уже приняли в Калифорнийский университет Лос-Анжелеса, и я знаю, что твое письмо о зачислении придет со дня на день. О тебе можно сказать достаточно хороших вещей, правда?

Лу слегка кивнул головой.

— Тогда все хорошо. Мы будем вместе. Никто не будет криво глазеть на нас, когда мы будем держаться за руки. Или целоваться. Или прикасаться друг к другу, — Мосс подкреплял каждую фразу поцелуем в шею Лу.

— А что, если твой отец узнает, что мы встречаемся, пока ты все еще учишься в школе? Что, если он перестанет платить за твою учебу или аренду, или еще что-то? Ты перестал бы… встречаться со мной?

— Прекрати накручивать себя. Черт. Ты сводишь меня с ума всеми этими вопросами.

Мосс резко поднялся и отошел к дивану, поправляя подушки, сброшенные на пол во время того, как они носились по дому друг за другом и уничтожая тем самым какой бы ни было след присутствия Лу в их доме.

Мосс начал настаивать на том, чтобы они больше не виделись, когда его родители были дома. Говорил, что так ему легче. Почему? Лу понятия не имел. В глазах всех окружающих они были обычными друзьями. Точно такими же, как и многие другие ребята в школе.

— Хэй... Ладно, прости. Ты прав. Самое главное, что мы вместе и это единственное, что имеет значение. Мы всегда будем вместе.

Лу коснулся щеки Мосса и приподнял его лицо, чтобы заглянуть в него. Он не прокомментировал выражение, которое увидел в глазах своего парня, но заметил, что что-то не так. Наверное, это из-за стресса, вызванного экзаменами и всем остальным. У него не было времени задуматься над этим, так как входная дверь оповестила о том, что кто-то вошел в дом. Мосс оттолкнул его от себя так, что Лу чуть не грохнулся на низенький журнальный столик перед диваном.

— Черт, малыш, успокойся…

— Блядь, не смей меня так называть. Ты спятил? Быстрее! Хватай свои вещи, — поспешно зашептал Мосс, широко распахнув глаза от испуга. Не то, чтобы они были под кайфом, употребляя здесь наркотики, или что-то в этом духе.

Лу не должен был позволять словам Мосса задеть его, но они задели. Судя по тому, как его парень себя вел, можно было подумать, что Лу в списке самых разыскиваемых федеральных преступников. Он подхватил свой рюкзак и надел его на плечо. Когда Лу вышел в мраморное фойе, то попытался проигнорировать презрительный взгляд отца Мосса, которым тот его одарил.

— Добрый вечер, мэр МакГрегор, миссис МакГрегор, как поживаете? — произнес Лу самым вежливым тоном, на который только был способен.

— О, здравствуй, Ллевелин. Все чудесно, спасибо. Прошу меня извинить, — проронила миссис МакГрегор, проходя мимо него. Она никогда не тратила времени на любезности с ним.

— Что вы, мальчики, здесь делаете в такой поздний час?

Мэр МакГрегор стоял, внимательно глядя на них, опираясь одной рукой на стол из красного дерева и спрятав другую в кармане брюк. Лу глянул на часы, еще даже не было семи вечера.

— Эмм… я просто зашел, чтобы вернуть Моссу его конспекты по истории. Он одолжил их мне…

— Почему у Вас нет собственных конспектов, мистер Гарднер? — поинтересовался Мэр МакГрегор, выпрямляясь и снимая пиджак, его лицо оставалось каменным и бесстрастным.

— Отец… Помнишь, я говорил тебе…

— Мистер Гарднер в состоянии говорить сам за себя, — обрубил Мосса его отец.

Лу оглянулся на друга, заметив, как тот опустил голову из-за отцовского тона.

— Несколько парней из бригады моего брата подхватили грипп, поэтому я пропустил последние два занятия в понедельник, чтобы помочь ему с делами.

— Понятно, — небрежно произнес мэр МакГрегор. — Почему бы вам двоим не зайти ко мне в кабинет для небольшого разговора.

— Отец, брат Лу ждет его.

— Сэр, я знаю, что Вы очень заняты и не хотел бы отнимать время, отведенное семье.

Они оба пытались избежать любого разговора, общения, расспросов или чего-нибудь еще с отцом Мосса. Как минимум он был нетерпим и что бы он ни хотел с ними обсудить, это точно не будет весело.

— Я буду краток, — его тон и выражение лица четко говорили о том, что других вариантов быть не может.

Мосс сидел в одном из двух кресел, обращенных к большому столу своего отца, так ровно, будто палку проглотил. Лу положил свой рюкзак на пол рядом с собой и осторожно сел во второе кресло. Он не сутулился, но и сидеть по стойке смирно, будто перед ним был сам президент Соединенных Штатов, не собирался. Хотя дизайн кабинета мэра МакГрегора мог создать эту иллюзию, он даже был овальной формы. Американский флаг возвышался за его спиной прямо на фоне штор королевского синего цвета, что обрамляли окна. Стена была украшена степенями из Калифорнийского университета и Гарварда. Фотографии мэра МакГрегора с другими влиятельными политиками в дорогих рамках занимали соседнюю стену и полки трех больших книжных шкафов. Взгляд Лу застыл на семейном портрете в массивной дорогой раме размером тридцать на двадцать дюймов, когда мэр МакГрегор прочистил горло.

— Как идут дела у Вашего брата, Ллевелин?

Лу глянул на своего парня, но, разумеется, голова того была низко опущена, избегая возможности встретиться с прямым взглядом отца. Ну что ж, запугать Лу этому напыщенному ублюдку не удастся. Отец привил ему и его брату хорошие моральные ценности перед смертью. У Лу не было причин опускать голову.

— Дела идут хорошо, сэр. Лесли даже взял несколько коммерческих объектов в Колониал-Хайтс. Ему пришлось нанимать третью бригаду, чтобы покрыть спрос, — гордо произнес Лу. Его брат действительно преуспел в наследии отца.

— Вы собираетесь присоединиться к его команде после окончания школы через пару месяцев? — будничным тоном поинтересовался мэр МакГрегор. Он проигнорировал гордое заявление Лу, продолжая следовать собственной повестке дня, и не потрудившись взглянуть на него, пока перебирал документы на письменном столе, выполненном в изысканном стиле.

— Да, сэр. Я буду работать на него, как и каждое лето. А осенью уеду в колледж, — произнес Лу, безуспешно пытаясь встретиться взглядом с Моссом.

Густые брови мэра МакГрегора взлетели почти до линии волос.

— О, правда? Ах, да. Вы, вероятно, получили спортивную стипендию.

— Да, сэр.

— Какой колледж Вы выбрали?

— Пока никакой. Я все еще ожидаю ответ от своего первого выбора.

Мосс, наконец, повернул к нему голову, его глаза умоляли. Какого черта? Лу уставился на своего парня, прекрасно понимая, что тот умолял его не упоминать о возможности принятия в Калифорнийский университет. Честно говоря, как это возможно будет держать в секрете после того, как его примут? Вести быстро разлетались в их краях. Без сомнения, его старший брат тоже хвастался бы по всему городу. Их родители мечтали, чтобы оба сына пошли в колледж. К сожалению, Лесли пришлось оставить второй год в аспирантуре, чтобы похоронить родителей и заботиться о Лу.

— И Ваш первый выбор? — нетерпеливо спросил мэр.