Читаем Ростовская финифть. Дом, который построил...пенсионер...("Сделай сам" №1∙2004) онлайн бесплатно

М.М.Федорова, А.Е.Садикова

Сегодня мы расскажем и по возможности попытаемся научить изготовлению ростовской финифти. Зарождалась ростовская финифть и значительную часть своей истории существовала как вид живописи, более тесно связанный с профессиональной миниатюрой, чем с народными росписями, которые и предусматривают упрощенную технологию, доступную для изучения вне стен Академии художеств или других учебных заведений. Поэтому наша задача не столь проста, как это может показаться на первый взгляд.

Ростовская финифть — одна из техник художественного эмальирования, а именно, живопись по эмали. Известно множество техник художественных эмалей, интерес к которым сегодня чрезвычайно велик.

«Финифть есть род стекла, краской напоенного», — сказал в свое время поэт Василий Кириллович Тредиаковский, верно и лаконично отражая суть явления. Финифть — это действительно стекло, точнее цветное стекло на металле. Финифтью до XVIII века называли материал, который сегодня мы зовем эмалью. Эмаль бывает промышленной и художественной. Например, всем нам хорошо известна эмалированная посуда. Но на такую роскошь человечество решилось не сразу, используя прежде цветную эмаль только в произведениях искусства. Самые древние эмали — выемчатые. Они были известны еще древним египтянам, ассирийцам и финикийцам. Искусные образцы выемчатых эмалей встречались в курганах домонгольской Руси. Работая в технике выемчатых эмалей, мастер предварительно на изделии делал углубления (выемки), которые затем заполнял эмалью. Вершин мастерства достигали ювелиры, работавшие в технике перегородчатых эмалей. В этом случае на поверхность предмета напаивали орнамент из тонкой металлической фольги или сплющенной проволоки, представлявшей собой контуры рисунка, который затем заполняли эмалью. Самые ранние упоминания о бытовании перегородчатых эмалей на Руси относятся к XII веку. К перегородчатым эмалям относятся и эмали по скани, которые широко применялись в России с XVI века. Ею часто украшали церковную и бытовую утварь мастера Оружейной палаты.

По типу эмальирования ростовская финифть относится к сплошным эмалям. В этом случае эмалью покрывают не какой-то ограниченный участок поверхности, а весь предмет. Иногда в такую эмаль вплавляли металлические накладки. В нашем случае ее расписывали красками, содержащими окислы металлов. Появление живописи по эмали, а не письмо цветными эмалями стало возможным на определенном этапе развития химии. А именно — в середине XVII века, когда были получены окислы различных оттенков. Метод был разработан в 1632 г. французским ювелиром из Шатоде Жаном Тутэном. Таким образом, живописная эмаль появилась не в Ростове и даже не в России. В нашей стране первыми с ней познакомились мастера Сольвычегодска и Москвы. В XVIII веке в России дополнительный импульс развитию этого мастерства дали киевские эмали и миниатюры мастеров Западной Европы.

В Ростове первые сведения о финифтяных дел мастерах относят нас только к 60-м годам XVIII века, то есть это искусство живет здесь уже около 250 лет. Наш Ростов Великий, как и французский Лимож, сегодня является всемирно известным центром эмальерного дела. Как и в Лиможе, в Ростове у истоков ремесла лежало церковное искусство. В Лиможе мастера работали при монастыре. В Ростове — сначала при Архиерейском доме, затем при монастыре и на монастыри. Основной темой их миниатюр была священная история, изображения святых. В XVIII веке в Ростове миниатюра на эмали стала одной из техник иконописания. Она использовала и развивала опыт местной иконописной школы в русле искусства нового времени. В те годы создавали ростовскую финифть иконописцы, священнослужители, знакомые с задачами и сложностями иконописи. Они должны были овладеть новой непростой технологией и, наконец, быть миниатюристами, что тоже непросто. В одном документе Императорской Академии художеств сказано: «Терпением отличающихся в класс миниатюрный». Эту рекомендацию можно взять эпиграфом ко всей нашей работе.

Но обо всем по порядку. В середине XVIII века Ростов еще не был провинциальным городом, каким он станет после перевода архиерейской кафедры в Ярославль. Он оставался значительным русским духовным центром, поддерживающим через церковные власти частые контакты со столицами. Поэтому местные произведения искусства всегда тяготели к столичным новшествам. Здесь строили новые храмы, а старые поновляли и обновляли, для них писали новые иконы и фрески. В XVIII веке вследствие продолжения интеграции России в европейскую культуру и введения контроля за иконописью появился новый взгляд и на традиционную икону. В результате она приобрела черты, свойственные произведениям светского искусства, — исторической живописи. Это не обошло стороной и Ростов. Живопись нового времени, а не народные традиции, находилась у истоков ростовской финифти. Но все же народные традиции позже были привнесены в нее исполнителями — ростовскими мастерами. Сторонником обновления иконописного дела был Ростовский митрополит Арсений (Мацеевич), ныне канонизированный в чине священномучеников. Усматривая в старых иконах детали, служащие опорой для веры старообрядцев, митрополит пригласил в Ростов мастеров для исправления икон. Среди них были иконописцы из Троице-Сергиевой лавры, где в то время работали киевские эмальеры. Приезжие иконописцы завели в Ростове учеников и, как мы сегодня считаем, обучили местных жителей эмальерному делу. Наличие своих домовых эмальеров значительно удешевляло изготовление церковной утвари и облачений, для которых и выполнялись миниатюры на эмали.

Митрополита Арсения сменил архиепископ Афанасий (Вольховский), который прежде служил в Троице-Сергиевой лавре. При нем в лавре была создана иконописная мастерская. Хотя и в этом случае история не сохранила прямых свидетельств о поощрении владыкой эмальерного дела, но после него ризница ростовского Архиерейского дома обогатилась новыми эмалевыми миниатюрами — дробницами, пластинками, которые украшали либо митру, либо оклад Евангелия и т. д. Уже тогда миниатюры писали не только для внутренних нужд, но и для отправки в Ярославль. Большой вклад в популяризацию ростовской финифти внес последний Ростовский и первый Ярославский архиепископ Арсений (Верещагин), при котором архиерейская кафедра была перенесена в Ярославль. Судя по тому, как часто архиепископ Арсений благословлял эмалевыми иконами, он сам был поклонником произведений ростовских мастеров.

Восприимчивость к новому-делу, знание иконописи, терпение — видимо, все эти качества свойственны были местным жителям, которые за прошедшие годы сумели не утерять хрупкую и прозрачную нить эмальерного дела. (Хотя ситуация менялась неоднократно и элитарное мастерство могло так и не выйти из-за толщи двухметровых стен Архиерейского дома и не обосноваться в городе.)

Перевод архиерейской кафедры в Ярославль заставил наших мастеров активнее выходить на иногородний рынок. Первыми были освоены Троице-Сергиева и Киево-Печерская лавры, затем другие крупные монастыри России. Тогда несколько изменилось и содержание ростовской финифти: если прежде значительную долю в ней составляли миниатюры, предназначенные для украшения священнических одежд и церковной утвари, то теперь больше стало иконок отдельных святых, многочастных икон. Ростовская финифть нашла своего нового заказчика, менее требовательного к уровню письма, чем это было первоначально. Она стала дешевле, были упрощены роспись и сама технология, что сделало возможным приход в ростовскую финифть людей без специальной подготовки. Они осваивали определенные приемы работы — либо изготовление белых пластин, либо роспись, либо создание оправ. Если прежде в росписи преобладал пунктир, то есть ее выполняли точечными касаниями кисти, то теперь в миниатюрах больше стало работы мазком, требующей меньше времени и навыка. В Ростове возник эмальерный промысел. Самое большое число мастеров, работающих в промысле одновременно, было в середине XIX века — до 150 человек только тех, кто занимался росписью. Появилась «мелочь» — пластинки для образков величиной не более одного сантиметра. Их считали не десятками и даже не сотнями, а тысячами. Тогда и возникло понятие «ростовская финифть».

Яркая, блестящая, звучная роспись хорошо смотрелась и на нательном образке и на небольшой иконке в красном углу дома. Но торжество было недолгим — в России появились штамповальный станок и цветная литография. Их продукция не содержала ручного труда и была дешевле. Жестяная и печатная иконки начали вытеснять ростовскую финифть. К этому времени в городе осталось мало мастеров, способных на сложную индивидуальную роспись. Да и спроса на нее не было. Новые веяния в искусстве требовали использования красоты природных материалов. Больше ценился рисунок полудрагоценного камня, чем ручная роспись. Тогда мастера стали писать и портрет (под фотографию) и пейзаж (виды святых мест). Неизвестно, как бы это все развивалось, но грянула Октябрьская революция, и существование иконописного промысла вообще стало спорным.

Сложное состояние дел в ростовской финифти через местных любителей старины еше в конце XIX века привлекло внимание правительства. Для поднятия уровня и сохранения промысла в городе была организована финифтяная школа, а затем и финифтяная мастерская при ней. Школе легче было перейти на новые «социалистические» рельсы, там была найдена и апробирована новая тематика росписи — портрет, пейзаж, жанр, цветы. То есть появилась именно та финифть, которую мы хорошо знаем сегодня. Вернее, еще не успели забыть, так как и сейчас в ней происходят серьезные изменения.

Помня, что ростовская финифть за время своего существования несколько раз менялась, приступим к ее освоению такой, какой она изготавливается сейчас, и не в самом сложном из вариантов. Но чтобы крепко держать в уме нить истории, мы будем постоянно справляться с технологией XIX века. Здесь нам поможет единственное из сохранившихся свидетельств человека, непосредственно занятого этим промыслом, — Константина Фуртова, потомственного ростовского мастера, чья фамилия известна в изготовлении ростовской финифти с середины XIX века.

Техника живописи по эмали, как уже было сказано, разработана в XVII веке. Она широко известна. Существуют специальные руководства, где даны как общие положения, так и конкретные рекомендации. Ростовская финифть, являясь живописью по эмали, имеет свои особенности. Какие-то технологические традиции в Ростове идут с XIX века (более ранние описания процесса изготовления миниатюры на эмали до нас не дошли). Что-то изменилось и меняется в настоящее время. Это живой процесс. У каждого мастера свои секреты, свой взгляд на вещи. Мы попытались обобщить опыт, но любой мастер может сказать, что тот или иной этап у него проходит иначе. Поэтому с технологией нам поможет современный мастер — Алена Садикова. Алена вместе со своим мужем Валерием, также эмальером, не так давно прошли стадию ученичества и уже достигли определенных успехов. Они хорошо помнят, какие моменты у них вызывали определенные трудности. Их опытом мы и воспользуемся.

Несмотря на то что Константин Фуртов в начале XX века в своей книге «Финифтяное производство. Пособие для мастеров» писал, что при изготовлении финифтяной миниатюры «инструменту не требуется никакого; кисточка, да краски на 50 к. и сам себе пан», до кисточки дело дойдет не сразу. Традиционно процесс изготовления ростовской финифти делится на три основных этапа:

1. Изготовление белой пластины — белоготовка;

2. Роспись белой пластины;

3. Изготовление оправы.

Но сначала мы познакомимся с исходными материалами, оборудованием и приспособлениями.

Медь

В художественном эмальировании в качестве основы для нанесения эмали могут применяться медь, томпак, серебро, золото (а также сплавы двух последних), платина. В Ростове традиционно используют только медь, хотя современные мастера также применяют подложки и из драгоценных металлов, когда работают с прозрачными эмалями. Это значительно повышает декоративную выразительность изделия, но нас интересует традиционная технология. Благодаря особым химическим и физическим свойствам меди сцепление эмали с ней особенно прочное. Кроме того, это менее дорогой материал, чем все остальные из названных.

Толщину медной пластины рассчитывают эмпирически так, чтобы не возникало трещин из-за перепадов температуры. Для работы с дулевскими эмалями обычно используют медный лист толщиной около 0,4–0,5 мм. Медь должна быть чистой, не желтоватого, а красноватого цвета.

Перед отковкой, если медь жесткая (то есть медный лист, имеющий внутреннюю напряженность), ее отжигают (нагревают в муфельной печи) до появления окалины.

Изготовление пластины

К.А. Фуртов начальный этап описывал так: «Финифть делается следующим образом: берутся известной величины пластинки из тонкой красной меди. Вроде фольги и потолще, отжигаются в жару докрасна, а потом выколачиваются молотком на деревяшке и раскладываются на приготовленные тонкие дощечки». Из чего следует, что в то время мастера пользовались уже готовыми пластинками. Известно также, что уже в 1880-х годах в мастерской его деда появились машины, возможно, среди них был и штамповальный станок.

Процесс изготовления белых пластинок был отделен от росписи уже в середине XIX века, то есть «белоготовкой» занимались одни мастера, росписью — другие, такое разделение сохранилось и по сей день. Но некоторые художники сами изготавливают белые пластины. Последуем их примеру.

Для изготовления пластины нам потребуются определенные инструменты, приспособления, а также материалы.

1. Металлическая линейка-угольник для раскроя и чертилка.

2. Ювелирные ножницы для вырезания пластины. У ювелирных ножниц полотна короткие, а ручки длинные.

3. Молотки для отковки с плоским и выпуклым бойком, помельче и покрупнее (рис. 1).