Читаем Фуражиры (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Про приключения фуражиров и отношения с местным населением. Фанфик к произведению Шейко М.А. "Плеть богини"

Alexey

Фуражиры

Alexey

Фуражиры

Фуражиры

Северная часть Виннерда зажатая между морем и землями герцогства Танарис даже по местным меркам считалась глухоманью. Знаменитые прибрежные топи только добавляли местам недоброй славы делая едва ли не невозможной более-менее надежную навигацию. Несмотря на то, что данные чащобы несколько раз меняли хозяев, даже граница между герцогством и королевством была только примерно размечена по долинам рек и грядам холмов. А однозначно определить свою принадлежность могли только в относительно крупных деревнях куда могли забраться сборщики налогов. Остальные жители такими вопросами и вовсе не заморачивались платя подати в зависимости от принадлежности ярмарки до которой они добрались. Йевер в свою очередь как мог выполнял роль культурного и делового центра, а также являлся единственным портом. Портило все это благолепие горожанам только одно - не заселённость территории и малый поток товаров через порт. Начало войны немного встряхнуло округу. Пришедшая осенью из герцогства огромная армия сходу захватила город, оставила гарнизон и отправилась дальше по своим делам. Последующие рассказы о городских боях, резне, беспорядках и жутких грабежах по округе ходили долго. Возвратившиеся из похода возницы и торговцы также любили рассказывать про увиденное не забывая рассказывать всякие ужасы про наемников. Активная часть боевых действий закончилась перед самой осенней распутицей, военные шли быстро, с центральных дорог никуда не сворачивали, то многие местные жители узнали о смене власти только зимой после наступления холодов. Вояки из оставленного в городе гарнизона до наступления полноценной распутицы успел показаться только в нескольких местах неподалеку. Коменданта больше заботило размещение солдат, снабжение и настроения в городе, чем скачки по окрестным лесам между редкими деревнями и усадьбами.

Захват города прошел практически бескровно. Пользуясь непогодой арьергард просто зашел в открытые ворота. Охрана ворот этот момент откровенно проморгала и была захвачена прямо в караулке. Беспорядки и бои носили локальный характер, а к неудовольствию голытьбы с беспорядками и пожарами тоже не задалось. Состоятельные горожане на всякий случай погрузились со всем самым ценным на корабли и крупные лодки, но какой-то дурак закрыл выход из гавани цепью и проскочить успели только самые везучие. Проболтавшись несколько часов в гавани, они убедились, что резни и грабежей не ожидается, после чего пристали к берегу и разошлись по домам. Городское начальство было на стороне захватчиков и потому стихийных очагов сопротивления возникло всего несколько:

- Казармы гарнизона

- Старая башня

- Портовые склады

Первыми успокоились склады. Городские власти проявили невиданную прыть и погасили конфликт в зародыше. Убедившись, что никаких конфискаций не планируется и разобравшись в системе опознавательных знаков охранники вернулись к службе продолжив гонять местных проходимцев. До полноценных боев, а тем более пожаров, к радости купцов дело не дошло. В казармах все закончилось почетной сдачей. Убедившись, что остальной город в руках нападавших и пробиться наружу не получится, командование частей пошло на переговоры. Часть бойцов переметнулась к победителям, а остальные сдав доспехи и оставив только минимум оружия заселились в один из корпусов в ожидании завершения кампании. Со старой башней все получилось интереснее. Драться там начали азартно, но с наскоку взять укрепления не удалось, а потом командовавший штурмом лейтенант оказался ранен и бой временно прекратился. На следующий день к невесть откуда взявшейся твердыне пожаловало более высокое начальство решившее попробовать начать переговоры. Все завершилось быстро и к взаимному удовольствию. Безумному северянину командовавшему армией не дали устроить полноценный штурм городской фохт, бургомистр и начальник стражи. Наконец до командования захватчиков дошло, что основная масса засевших в башне - не успевшие разбежаться дети местных дворян, состоятельных горожан и их слуги призванные на сборы по случаю начала войны. Таким образом полноценный штурм был лучшим способом на годы перессориться со всей округой и с частью города. Было произведено разбирательство, в ходе которого выяснилось, что лейтенант проявил излишнее рвение и оскорбил собравшихся нанеся урон чести их семей. Оскорбленных было всего пара человек, а зачем во все это влезли остальные было совершенно непонятно. Все кроме пришлых радовались успешному разрешению конфликта. Выкуп за сдавшихся платился сугубо формальный, оговоренный как компенсация за ранение лейтенанта и гибель нескольких латников. Таким образом для не пострадавших в первый день защитников башни все закончилось и вовсе легким испугом. Всех местных переподчинили командиру гарнизона, а после объявили, что в качестве искупления вины они до начала посевной обязаны заниматься охраной границ и искоренением разбоя на самообеспечении. Возражений не последовало, так как примерно этим данная грабь-команда и должна была заниматься. Таким образом у пехотинцев добавилась относительно прилично снаряженная полурота, а у кавалеристов - почти полусотня легкой конницы. Под конец разбирательств нескольких не местных дворян к радости коменданта объявили пленниками и разоружив разместили во временно ничейном постоялом дворе. Там они под охраной вояк из Танариса должны были дожидаться окончания войны и уплаты выкупа.

Наконец ко всеобщей радости армия оставив в городе гарнизон отправилась дальше. В городе оставили не полную баталию с заданием доукомплектоваться как минимум до тысячи бойцов, эскадрон, в который входили две сотни кавалеристов, обоз с имуществом всей этой оравы, всевозможных больных и увечных, а также одного из врачей должного присматривать за всеми ранеными и заболевшими. Всего осталось почти две тысячи человек. Всю эту ораву требовалось разместить, накормить и обогреть. Комендант резонно решил, что основная его задача разместиться и укрепиться, а окрестные деревни никуда не денутся. Дозорные разъезды по округе рассылались, а остальная внешняя активность практически замерла. До наступления осенней распутицы "визиты вежливости" были нанесены лишь в несколько ближайших усадьб. Осенняя ярмарка ожидаемо не состоялась. Все имевшие излишки продуктов постарались попридержать их до лучших времен, чему способствовали слухи об ужасах творящихся в охваченных войной районах. Весной в разоренных районах ожидался голод. Вопрос был только в масштабах бедствия.

Последнее обстоятельство подвигло гарнизон на более активные действия. Переплачивать весной за продукты гарнизонному начальству не хотелось, а пополнить запасы осенью на ярмарке не удалось. Все понимали, что продукты из герцогства выпросить будет сложно, а значит надо было запастись продуктами на месте и заодно напомнить местному населению кто в данном лесу хозяин. Активные действия пришлось отложить до наступления холодов. Пробные выезды прошли практически идеально. Хлебом и солью конечно не встречали, но дворянчики и старосты видя перед собой порядка полусотни пехоты или кавалерии бледнели и старательно отдаривались. Сильно сбивало с них спесь то, что регион долгое время считался слишком спокойным. В данном медвежьем углу полноценные боевые действия не велись очень давно. В дополнение характеристики побережья не давали возможности разгуляться всевозможным морским разбойникам. Поэтому самыми яркими событиями были дворянские междоусобицы и иногда появляющиеся разбойные ватаги. От такого врага укреплений в виде частокола на невысокой насыпи хватало с избытком. Поэтому самые укрепленные поселения скорее напоминали укрепленные усадьбы, а у большинства с укреплениями было еще хуже. Ситуация с вооружением и доспехами в целом напоминала ситуацию с укреплениями. Вооружались тем, что могли изготовить на местах. Что-то приличное завозное могло встретиться только в тех местах, откуда люди время от времени призывались на службу. Продукты отпускались со скрипом, но то, что за них еще и что-то платили местными всемерно одобрялось. Пытавшиеся было завестись разбойники были выловлены и на ближайших к городу дорогах установилась относительная безопасность. Таким образом на дальности дневного перехода кавалериста смена власти была успешно проведена. Необходимо было увеличивать охват.

Деспил был тем самым лейтенантом раненым при неудачном штурме башни. Как шутили острословы: Враги нашли самое слабое место лейтенанта - голову, но им никто не сказал, что там сплошная кость. Парень тяжело переживал переход к гарнизонной службе. Денежное довольствие уменьшилось, а продвижения по службе и подвигов и вовсе не ожидалось. Роты в баталии уже имели своих командиров и смещать старого лейтенанта ради нового никто не собирался. Предоставлять ему сопровождение до ставки командования никто не хотел, а отправляться обратно в Танарис не хотел лейтенант. Старую роту получить назад не удалось. На героя взъелось армейское руководство и поставило на его бывшую роту кого-то другого. Достучаться до Морольда не удалось и бедняга пополнил ряды "безлошадных" офицеров, что еще сильнее било по карману и самооценке. Также он абсолютно искренне считал Морольда своим покровителем и расставание с любимым командиром также не улучшало настроения. Что же касается жены, то про то, что творилось в их семейном кругу можно было только гадать. Но спиться и вылететь со службы или и вовсе сотворить какую-нибудь дурь, что могла обеспечить встречу с палачом ему все же не дали.

Видя такую тоску и готовность к каким-либо подвигам, гарнизонное командование сочло за лучшее побыстрее занять бесхозного лейтенанта. Деспилу отдали четыре десятка выздоровевших бойцов и приказали набрать себе роту. Расчет оправдался. Беспокойный лейтенант передумал уходить в запой и со всем возможным рвением принялся гонять новобранцев. По его словам он хотел к лету подтянуть этих олухов до уровня своей старой штурмовой роты. Слышавшие это обалдевали и втихаря крутили пальцем у виска, но в процесс не вмешивались. С учетом того, что среди новобранцев были выздоровевшие из других рот и вояки оставшиеся без найма, затея полностью безнадежной не выглядела. Так прошло несколько месяцев. Наступила зима, установился относительно нормальный санный путь, а многочисленные речки, озера и болота начали наконец замерзать. Настала очередь отдаленных поселков. В подобные дальние походы отправляли от полуроты до роты пехоты иногда усиливая их еще и кавалерией. Командовал этой грабь-командой кто-нибудь из лейтенантов. Сопротивления доблестные вояки не встречали. Относительно нормальные замки встречались редко, а самые грозные из местных баронов не располагали силами свыше сотни бойцов, которые были не солдатами, а скорее полицейскими и сборщиками податей. Тем не менее оплачивался такой поход как боевой выход, местные старательно отдаривались и лейтенанты воспринимали такие походы как законный способ развеяться и немного подзаработать. Продолжался такой выход порядка терции, а благодаря спокойной обстановке окрестности шерстили несколько команд одновременно. Лейтенант был только в одной, а остальные действовали неподалеку и представляли собой скорее фуражиров под командованием кого-нибудь из сержантов. Уже ближе к середине зимы очередь дошла до Деспила.