Читаем Зов Первого Всадника онлайн бесплатно

Сквозь призрак — легкое потустороннее свечение — просматривалась кровать под балдахином и фигура спящего на ней.

В распахнутое окно проникал ночной зной, окрашенный ароматами близкого моря. Легкий ветерок шевелил простыни, среди которых спала девушка. Ее длинные каштановые волосы разметались по подушке, грудь едва заметно вздымалась от сонного дыхания. На лице застыло выражение безмятежного спокойствия: девушка не чувствовала близости призрачной гостьи.

В этом и заключалась проблема.

Выражение неудовольствия пробежало по смутным чертам призрака: «Эй, ведь ты же слышишь меня?»

Привидение поднесло руку к плечу девушки, как бы желая разбудить ее… но бесплотная длань беспрепятственно прошла сквозь тело спящей.

«Она не чувствует меня. Не видит. И НЕ УСЛЫШИТ».

Девушку специально обучали не слышать Зов, игнорировать его, а если на свете и существовал способ вывести Лил Амбриодхе из себя — это желание ее игнорировать.

Лил считала, что и так слишком долго ждала, проявляя чудеса терпения. Фактически, ожидание длилось целый год… Она рассудила, что правильнее будет дать девушке закончить учебу, а затем уж предпринимать решительные шаги. Лил надеялась, что та наконец-то услышит Зов и вернется в Сакор, дабы предстать перед королем и принести клятву Зеленого Всадника.

Однако этого не произошло. Девушка оставила Зов без внимания и вернулась домой в Корсу. Но для чего? Чтобы пересчитывать тюки шерсти на обшарпанных повозках отцовских караванов? Или копаться в пыльных счетах? Что в этом увлекательного для юной девицы? Почему она сопротивляется?

В раздражении Лил мерила шагами комнату, пока не заметила, что ее ступни непроизвольно оторвались от пола и передвигались в воздухе. «Черт побери!» Она попыталась сконцентрироваться, чтобы ощутить твердую поверхность под ногами, но эта работа высасывала из нее слишком много энергии. Лил в ярости прокляла ограниченные возможности своего нынешнего воплощения и снова хмуро посмотрела на спящую девушку, которая создавала множество проблем. Ох, с каким удовольствием она бы вытряхнула ее из постели! Счастье еще, что большинство Всадников откликалось с легкостью, не создавая подобных проблем.

Размышляя, Лил рассматривала спальню. На полу — роскошный дарнезианский ковер. Потолочные балки, покрытые искусной резьбой, заставляли вспомнить мастерство корабельных плотников. Отполированные до блеска стенки шкафов были инкрустированы затейливыми вставками из слоновой кости. Да, здесь такого не делают, похоже, все это привезено из заморских стран. Матрас, например, на котором спала девушка, наводил на мысль о гагачьем пухе, а простыни поражали своей белизной и изысканностью.

Разглядывая эту роскошь — совершенно непостижимую для большинства сакорийцев, — Лил понимала: очень трудно убедить девушку променять беззаботную жизнь дочери богатого торговца на полную трудностей и опасностей службу Зеленого Всадника.

А вместе с тем… Всадники делали важное дело. И если торговцами наводнен весь белый свет, то Зеленых Всадников — раз-два и обчелся.

Она была нужна ей, эта девчонка. Та, которая год назад победила проклятого эльца и сыграла очень важную роль в спасении королевского трона. Впереди ее ждала новая работа.

На прикроватном столике Лил заметила золотую брошь в виде крылатого коня. Добрый знак! Может, еще не все потеряно… Эта вещица показалась ей самой большой драгоценностью во всем королевстве — такая твердая и блестящая! Похоже, девушка тоже дорожила ею: вот ведь, не захотела расставаться. Значит, старые узы все еще держат. Без этой броши она не смогла бы стать Всадником.

«И наша с ней связь прервалась бы».

Лил потянулась к своей собственной броши, которая красовалась на сине-зеленом пледе, перекинутом через плечо. Это прикосновение подарило ей ощущение силы и спокойствия — именно брошь помогла ей проложить неближний путь сквозь слои вселенной. И сейчас она отозвалась неслышным пением, в ответ на которое вспыхнула и заблестела брошь девушки.

«Горячее сердце Всадника отыщет заветная брошь… — Лил улыбнулась, вспоминая слова старинной мелодии. — Великое сердце, отважное сердце, прочное, как свинец; ты призовешь, и оно воссияет, как драгоценный венец…» Уму непостижимо, как она могла забыть! Ведь эта песенка раздавалась во всех уголках королевства. Каждый доморощенный певец… да что там, любой городской дурачок напевал ее. Куда ни пойдешь, слышишь знакомые слова: и в пиршественных залах господ, и под крышами ветхих харчевен, где козы меланхолично пережевывают разбросанную по полу солому. От этой мелодии невозможно было скрыться. И хотя голоса многих певцов оставляли желать лучшего, все же, полагала Лил, плохая музыка — не самое страшное зло. Куда хуже, когда разъяренная толпа забрасывает тебя камнями.

Бросив в окно взгляд на полную луну, Лил тряхнула головой, отбрасывая воспоминания. Здесь у нее были дела поважнее, к тому же времени оставалось все меньше. Склонившись над спящей девушкой, она произнесла, вкладывая в это все силы:

— Кариган Г'лейдеон, ты должна ехать в Сакор! Эй, слышишь! Ты не торговка — ты Зеленый Всадник!

Похоже, подействовало! Девушка пошевелилась и что-то пробормотала во сне. Но радость Лил быстро сменилась замешательством, когда негодница, не просыпаясь, натянула подушку на голову.

«Ох ты!» Лил в раздражении откинула со лба непокорную гриву волос. Интересно, какую роль играет происхождение девушки в ее несносном характере?

Так. У нее в запасе оставалось всего одно-единственное средство, и если уж оно не поможет, то Лил понятия не имеет, как достучаться до девчонки. Она поднесла к губам изогнутый рог, который обычно носила на поясе. Ценная вещь — подарок, преподнесенный п'едроусом[3] по имени Молтин в благодарность за оказанную услугу. Рог был вырезан из бивня дикой комары, живущей в бескрайних ледяных пустынях. Благодаря заклинанию Молтина, пользоваться им мог лишь капитан Зеленых Всадников.

Лил набрала побольше воздуху и с силой дунула в рог. Знакомые ноты Зова прозвучали громко и настоятельно. Она почувствовала, как звуки расходятся по всем слоям вселенной: «Ко мне, Всадники!» Но дойдут ли они до девушки? Услышит ли она их? И — что еще важнее — достигнут ли они ее сердца?

Опустив рог, Лил прислушалась, как пронзительные звуки замирают вдали. Она внимательно наблюдала за девушкой, но ничего не происходило. Вот и рухнули последние надежды… Но тут вдруг подушка полетела прочь, и девушка — вернее сказать, молодая женщина — рывком села на постели. Ее распахнутые глаза лихорадочно блестели. Еще мгновение спустя она резко поднялась, но, запутавшись в простынях, не удержалась и упала на пол.

Похоже, она этого даже не заметила. Безразличная ко всему, кроме музыки Зова, девушка поспешно выбралась из злополучного клубка и вновь вскочила на ноги. Схватив со столика золотую брошь, она метнулась к шкафу, достала оттуда саблю в черных потрепанных ножнах и выскочила из комнаты.

Прислушиваясь к стуку голых пяток по коридору, Лил довольно улыбалась: девушка неслась так, будто все демоны пяти преисподних гнались за ней. Еще миг, и шаги прозвучали уже на лестнице.

Зависнув в нескольких дюймах над полом, Лил сложилась пополам от хохота. Интересно, как далеко убежит девица, прежде чем осознает, что она мчится в Сакор в одной ночной сорочке?

Год спустя…

Кондор испуганно вильнул в сторону, и Кариган успокаивающе похлопала его по шее.

— Тише, тише! — пробормотала она, натягивая поводья. На самом деле, Кариган знала: беспокойство Кондора являлось реакцией на ее собственную нервозность. Хотя объяснить, что, собственно, ее тревожило, не могла: сколько ни вглядывалась в переплетение солнечных пятен и теней по сторонам, ничего необычного не замечала. Лесные пичуги порхали с ветки на ветку, переговариваясь на своем языке; на ближайшем пне восседала рыжая белка, потроша еловую шишку.

Вроде, все как обычно — нормальная лесная жизнь, и все же Кариган не могла избавиться от дурных предчувствий.

Она бросила взгляд в сторону Тая, который ехал верхом на Золотистом Дятле в нескольких шагах впереди. Тот выглядел настороженным. Интересно, он тоже что-то почувствовал? Тай, не оборачиваясь, махнул в сторону залитой солнцем поляны, видневшейся неподалеку.

Сначала Кондор заартачился, не желая следовать в указанном направлении. Пришлось пришпорить его, тогда он пошел, вызывающе помахивая из стороны в сторону хвостом.

Кариган думала о том, что, хотя кони Зеленых Всадников порой демонстрируют сверхъестественную сообразительность, по сути, они — всего лишь робкие животные, которые руководствуются инстинктами и способны шарахаться от сущих пустяков, вроде солнечного блика. А иногда они пугаются неизвестно чего.

— Вообще-то ты просто огромный ходячий обед для дикой кошки, не правда ли, дружок? — с легкой улыбкой прошептала Кариган.

В ответ Кондор яростно хлестнул хвостом на ходу.

Кариган хихикнула, впрочем, довольно нервно. Несмотря на свое рационалистическое мышление, она привыкла доверять интуиции Кондора.

По мере приближения к поляне беспокойство Кариган нарастало. Девушке ужасно хотелось свернуть с тропинки в сторону, но она сдерживала себя. Ведь ее долг — двигаться впереди и находить безопасный путь для экспедиции правительницы Пенберн. Зеленым Всадникам нередко приходится направлять своих коней в места, которые им очень хотелось бы обогнуть стороной (если не бежать без оглядки!) — как, например, в нынешней ситуации. Но у Всадника нет иного выхода, кроме как настойчиво двигаться вперед и только вперед.

Усыпанная прошлогодней хвоей земля поглощала стук копыт. Чуть в стороне подобно призраку петлял меж серых еловых стволов Тай — то появляясь, то снова исчезая в тени.