Читаем Жизнь пруда онлайн бесплатно

Весной талые воды стекают в овраг, бегут по его дну. Проходят дни ранней весны, и обсохший овраг зеленеет травой. Он остается сухим до новой весны, и только в ливни его склоны размывают дождевые потоки да на дне его, в низинах, на неделю застаивается дождевая вода.

Много весенней и дождевой воды стекает в овраги и балки, размывает их. Овраг растет, растут и промоины на его склонах, превращаются в маленькие овражки. Увеличивается овражная сеть — уменьшается площадь степи, площадь поля.

Вода смывает верхние слои почвы, навсегда уносит их с поля. Поле теряет почву.

Задержать талые и дождевые воды — это не только остановить рост оврагов и сберечь немало плодородной почвы, смываемой водой. Задержанная вода — источник влаги для полей.

Когда-то была в Каменной Степи балка Озерки. Весной ее наполняли талые воды, текли по ней в дальнюю речку. Летом балка стояла иссохшая, шурша бурьяном.

В. В. Докучаев (1846–1903) предложил запрудить балку, чтобы задержать в ней воду. Балку перегородили плотинами — земляными валами. Весенняя вода осталась в балке. Образовались пруды.

С тех пор прошло пятьдесят лет. Пруды в балке Озерки существуют и сегодня. Появились в Каменной Степи и новые пруды.

Кто слышал о Каменной Степи пятьдесят лет назад! Знало ее местное население, знали географы, некоторые почвоведы. В наши дни о Каменной Степи узнала не только вся Советская страна — о ней услышал весь мир. В Каменной Степи человек впервые победил засуху: бесплодная, выжженная солнцем степь превратилась в поля, приносящие богатый урожай. Конечно, не одними прудами, устроенными в балке, была побеждена засуха. Но и они приняли участие в этой победе.

Осенью 1948 года партия и правительство по инициативе И. В. Сталина приняли постановление «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких и устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР». Этот грандиозный план народ назвал именем его творца — Сталинским планом преобразования природы.

Сталинский план преобразования природы — программа наступления на засуху. Он претворяет в жизнь вековые мечты земледельца об избавлении от засухи, о покорении стихийных сил природы человеком.

Пройдет немного лет, и на пути несущих гибель урожаю суховеев встанут стены государственных лесных полос. Сеть полезащитных полос покроет бескрайные поля степной полосы и лесостепи: от берегов Черного моря до орловских и тамбовских полей, от кавказских предгорий до Уфы, от Днестра и Дуная до Уральских гор. Она не только задержит суховеи, укрепит склоны оврагов и балок, не даст ветрам выдувать и уносить верхние, плодородные слои почвы, но и даст полям необходимую для них влагу.

Лес накапливает влагу в почве, увеличивает запас грунтовых вод, повышает их уровень под собой и на смежных полях. Зимой лес копит снег, а весной — талую воду. Лесные полосы помешают талой и дождевой воде смывать верхние слои почвы.

Около 6 миллионов гектаров займут полезащитные полосы — «магазины влаги», как называл лес В. В. Докучаев.

Почва получит влагу, климат станет мягче.

Травопольная система земледелия повысит плодородие почвы.

Лесные полосы не задержат потоков талых и ливневых вод, стекающих в балки и овраги. Эту воду тоже нужно удержать и направить на орошение полей.

44 280 прудов и водоемов должно быть создано по Сталинскому плану в степной и лесостепной полосе. Они соберут талые и ливневые воды. Их вода послужит для орошения полей, а гидроэлектростанции, построенные на запруженных малых реках, дадут электрическую энергию.

Пруды и водоемы — не просто скопление воды, которую можно использовать для орошения и получения электроэнергии. Они войдут в состав сельскохозяйственных угодий колхозов и совхозов. Задержанная в балках и оврагах, вода не только повысит урожай полей, она принесет и свой «водяной урожай» — тысячи и тысячи тонн рыбы, тысячи тонн утиного мяса.

По Сталинскому плану уже создано много прудов и водоемов. Они заселяются рыбой, на них разводятся утки. Но прежде чем человек пустит в пруд карпов или другую рыбу, прежде чем по нему поплывут утки, его заселят водные растения и мелкие водные животные.

Природное население водоема велико и разнообразно. Оно различно в разных водоемах. Особенно заметна разница между жизнью диких, беспризорных водоемов и водоемов культурных, жизнью которых управляет человек.

Управлять жизнью водоема необходимо: не все население его полезно для человека и его хозяйства. Население водоема — корм для рыбы и уток. Но среди этого населения есть враги рыбы или тех животных и растений, которыми она кормится. Есть и враги самого человека.

Чтобы разобраться в сложных взаимоотношениях природного населения водоема, нужно знать жизнь каждого из членов этого водяного сообщества, знать место и значение каждого водного животного и растения в общей жизни водоема. Нельзя управлять тем, чего не знаешь.

Жизнь искусственного водоема начинается со дня его образования. И с первых же дней его существования за водоемом следит человек, управляет развитием жизни в нем. Мало создать вместилище для воды — нужно создать культурный водоем.

Как заселяется новый водоем? Откуда попадают в него разнообразные водные животные и растения?

Был овраг, по дну которого весной бежали талые воды, летом текли воды в дни проливных дождей.

Овраг запрудили. Земляная насыпь закрыла сток весенней воде. Вода осталась в овраге.

Возник новый водоем, созданный человеком. И раньше чем успела отстояться в запруженном овраге мутная весенняя вода, в нем началась водная жизнь.

Трудно сказать, кто был первым обитателем этого нового пруда. Пруд велик, а первые обитатели его — крошки, и их еще очень мало. Может быть, они и не обогнали травяных лягушек, но разве сама лягушка, забравшаяся в воду, чтобы отложить икру, «обитатель»? Такие лягушки — не население водоема, а головастиков еще нет. Пока они выведутся, в пруде окажется не один десяток видов всяких микроскопически малых животных и растений. Да и не только их.

Вообразим, что мы сумели накрыть наш пруд стеклянным колпаком в первый же день его появления. Доступа к воде нет. Никто и ничто не может попасть в нее, и все же живое в водоеме появится. Правда, это живое разыщет только микроскопист.

Пыль, которую разносит ветер, — необязательно пыль, поднятая вихрем на проселочной дороге. Она есть в воздухе всегда, и в ней всюду найдется живое. И не только «зародыши» микробов всех сортов: бактерий, плесеней, дрожжевых грибков.

Высохла застоявшаяся вода в канаве или в болотнике. Подсохло дно, и ветер уносит. «пыль» — частицы грунта этого дна. По ветру летит не только «мертвая пыль» — мельчайшие частицы глины, высохшие пылинки ила и многое другое. Вместе с «мертвой пылью» ветер уносит с высохшего дна и «живую пыль».

Положите в банку с прокипяченной водой пучок травы, сорванной на лугу, или просто клок сена. Пройдет немного дней, и вы найдете в этой банке богатое население: бактерии, одноклеточные водоросли, разнообразные инфузории и другие простейшие.

Там могут оказаться и более высоко организованные животные, например коловратки. Они крохотные, и длина большинства их измеряется десятыми долями миллиметра. Неопытный наблюдатель примет их за каких-то странных инфузорий. Но это многоклеточные животные сложного строения.

У коловраток есть сложные ротовые органы, кишечник, нервная система, органы размножения, выделения, даже слюнные железы. Рот окружен кольцом ресничек. Реснички быстро двигаются, и кажется, что на голове коловратки находится какое-то вращающееся колесо из ресничек. Это орган движения, а также и добывания пищи: двигаясь, реснички гонят ко рту коловратки микроскопическую пищу.

Откуда взялось население нашей банки? Ответ может быть лишь один: оно попало в воду вместе с травой или сеном. Все эти живые существа были в числе тех «пылинок», которые унес ветер со дна высохшей болотинки.

Когда высыхала болотинка, для обитателей ее воды настали тяжелые времена. И вот разнообразные инфузории и другие простейшие образовали цисты — защитные оболочки. В цисте инфузория переносит засуху, зной, мороз. Попадет циста в воду, и животное оживет: покинет размокшую цисту, станет жизнедеятельным, начнет питаться и размножаться.

При высыхании воды многие коловратки не погибают: они съеживаются, превращаются в бесформенные комочки. Высохшая коловратка, как и циста, может лежать многие месяцы, даже годы. Попав в воду, высохшая коловратка набухает, снова становится жизнедеятельной.

Споры водорослей, яйца некоторых мельчайших водных животных, цисты простейших, высохшие коловратки, споры бактерий — чего только нет в той пыли, которую ветер унес со дна высохшей болотинки! Эта пыль носится в воздухе, оседает тут и там. Попав в воду, цисты раскрываются, споры прорастают, из яиц вылупляются личинки.

Из пыли, осевшей на десяток кустиков травы, в нашей банке появилось разнообразное население. Сколько же такой «живой пыли» окажется в залитом водой овраге! А ветер несет и несет новую пыль…

Дикие утки летают с озера на пруд, с пруда на болото. К их ногам и перьям прилипают и зеленые лепешечки ряски, и липкие семена, и зимующие почки водных растений. Разносит некоторые семена и ветер.

Плавунцы, водолюбы и другие водяные жуки летают. Летают стрекозы, комары, ручейники, водяные клопы. В первое же лето некоторые из них появятся в новом водоеме, заселят его. Водяные птицы занесут на себе икру улиток, яйца мелких рачков. Яйца некоторых рачков попадут сюда и с пылью, занесенной ветром.

Конечно, не сразу заселят новый пруд улитки, водяные жуки, пиявки и другие мелкие обитатели стоячей воды. У каждого из них свои требования к жизни, свои условия существования. Все они живут в воде, но это еще не означает, что для них годится любая вода.

Может ли жить в пруде хищник, если здесь нет для него добычи? Могут ли размножаться здесь водяные улитки, если нет еще водных растений?

Лишь постепенно заселяется постоянными жильцами новый пруд. Появились в нем водные растения — могут жить в нем теперь и улитки. Может быть, и до этого попадала икра улиток в пруд и выводились из нее молодые улиточки. Но водных растений не было, и улитки не приживались в таком пруду: нет еды. Прилетал к пруду большой жук-водолюб, плавал в нем, но не остался: голодно. Да если бы и отложил он здесь яйца, его личинки не выжили бы. Главная еда личинки водолюба — улитки. А их еще нет.

Не каждый день садятся дикие утки на пруд, и не каждый день к ним прилипают семена растений или икра улиток. Мало, чтобы условия жизни в новом пруде оказались подходящими для улитки, — нужно еще попасть в этот пруд.

Не один год пройдет, пока пруд, устроенный из запруженного оврага, заселят разнообразные водные животные и растения.

Пруд, устроенный на запруженной речке, заселится гораздо скорее: он будет заселен с первого же дня. Ведь в речке уже было свое население. Речные животные и растения, для которых окажется подходящей средой жизни стоячая вода речного пруда, быстро здесь размножатся. Другие обитатели стоячих вод попадут сюда теми же путями, как и в копаный или наливной пруд.

Жесткие узкие листья осок густой щеткой покрывают болотистый берег пруда. Кое-где видны стебли сусака с раскидистым зонтиком нежных розовато-белых цветков. Белеют зонтики ядовитого веха. Из мелкой воды поднимаются листья стрелолиста и заросли водяной сосенки. Местами эта зеленая рама пруда так широка, что к воде не подойдешь.

Не так отлог берег, ступенькой обрывается он к воде, и зеленая прибрежная рама разорвалась. Теперь у самых ног вода, и в ней видны подводные заросли. Стебли, усаженные то маленькими листочками, то словно игольчатым кружевом, тянутся вверх, лежат у самой поверхности воды.

С первого же взгляда заметишь, что и подводные стебли и длинные черешки листьев кубышек и кувшинок очень гибки. Они поднимаются вверх в воде, как бы «стоят» в ней, но стоит вытянуть стебель из воды, и он сразу обвисает. В воздухе такие черешки и стебли прямо не держатся.

Вода гораздо плотнее воздуха, и она «держит» эти гибкие стебли: здесь они могут быть более тонкими и более мягкими, чем воздушные стебли. Они не только могут, но и должны быть такими. Всколыхнувшаяся вода «ударит» растение много сильнее, чем воздушная волна: вода в шестьсот раз тяжелее воздуха. Сопротивляться ей трудно: сломает, разорвет. Уступить — изогнуться по волне. Гибкие стебли и черешки уступчивы. Изгибаясь по волне, они выдерживают напор воды, не ломаются при ударах «подводного ветра».

Плотность воды резко отличает водную среду от воздушной. Передвигаться в воде совсем не то, что передвигаться в воздухе, на суше. Ни одно животное не живет взвешенным в воздухе, плавая в нем. Каким бы хорошим летуном ни была птица, она не может «висеть» в воздухе целыми сутками. В воде же многие организмы живут в толще воды, никогда не опускаясь на дно, никогда ни на что не присаживаясь.

Удельный вес играет огромную роль в жизни водных организмов. Вынутое из воды растение или животное как бы тяжелеет. Стебель подводного растения на суше падает, обвисает. Рак на суше куда менее подвижен, чем в воде: он стал тяжелее. Любое водное животное, способное передвигаться и по суше, в воде более ловко и подвижно: здесь оно легче, чем на берегу.

При удельном весе, равном единице, организм висит в воде. Больше единицы удельный вес — и организм тонет; меньше единицы — вода словно выталкивает его из себя, и он всплывает.

У воды есть как бы подъемная сила. Эта сила облегчает передвижение: в воде легче подняться, чем в воздухе. Здесь некоторые животные поднимаются вверх, совсем не затрачивая силы: вода сама их поднимает. Наоборот, опуститься в воде вниз часто труднее, чем в воздухе. Погружаясь в глубину, животное должно преодолеть подъемную силу воды.

Вода более вязкая среда, чем воздух. Она гораздо сильнее, чем воздух, сопротивляется движущемуся предмету. Бежать по колени в воде много труднее, чем по берегу. Бежать по горло в воде не сможет ни один чемпион бега: здесь и быстро идти-то нельзя.

Сказать о водном животном, хороший ли оно пловец, можно с первого взгляда: сама его внешность укажет на это. Обтекаемая форма тела, всегда так или иначе суженного впереди, — обязательный признак хорошего подводного пловца. Сильно развитые органы передвижения — второй признак. И у жука-плавунца и у жука-водолюба хорошо обтекаемое тело, но водолюб плавает хуже плавунца: его тело более выпуклое и его плавательные движения менее сильны. Карасю не догнать щуку, голавль обгонит леща или плотву: форма тела каждой из этих рыб сама скажет, кто из них лучше плавает.