Читаем Зараза (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

По миру гуляет зараза под названием ковид. Да уж какой по счету, все сбились с ног или с ума, черт его знает! Но косит направо и налево, не считаясь с современными возможностями медицины.

Паника! Что творит она, люди пока не знают, но что может человек в этом хаосе они вскоре поймут и очень огорчатся, что человек человеку тут будет не друг, товарищ и брат, а враг, при том, смертельный.

И все-таки есть в нем что-то, что в таких страшных условиях проявляется, как самые главные черты Человечества — доброта, сила, взаимовыручка и конечно же любовь.

Это и спасает нашу группу самых разных людей, которая стремиться вырваться из города, уже накрывшегося пеленой вируса….Маленькая группа женщин, мужчин и детей. Они хотят вырваться из плена зараженного города в село, где живут родители героини…

Элеонора Лазарева

Глава Первая. "В далекий край товарищ улетает…"

Глава Вторая. "Усталость забыта, колышется чад…"

Глава Третья."…погоня, погоня в горячей крови"

Глава Четвертая. "И в какой стороне я не буду, по какой не пройду я траве, друга я никогда не забуду…"

Глава Пятая."…и нет нам покоя, гори, но живи…"

Глава Шестая. "А я лечу, лечу, снова я лечу. Эх! И одно слово я кричу…"

Глава Седьмая. "Забота у нас такая, забота наша простая…"

Глава Восьмая. "И он уехал, оставив мене воспоминания…"

Глава Девятая. "Пускай нам с тобой обоим беда грозит за бедою…"

Глава Десятая. "Дороги вдаль зовут и нет конца и края…"

Глава Одиннадцатая. "Вместе весело шагать…"

Глава Двенадцатая. "Мы едем-едем-едем в далекие края…"

Глава Тринадцатая. "Эх, дороги, пыль да туман…"

Глава Четырнадцатая. "Степь да степь кругом, путь далек лежит…"

Глава Пятнадцатая. "Не думай, что все пропели, что бури все отгремели…"

Глава Шестнадцатая. "Последний бой, он трудный самый…"

Элеонора Лазарева

Зараза

Глава Первая. "В далекий край товарищ улетает…"

От АВТОРА.

Всем, кто погиб от ЗАРАЗЫ коронавируса, посвящается этот роман.

Всем им — Царствие Небесное!

А нас, Господи, спаси и сохрани!

Пробуждение было сложным. Вчера хорошо отпраздновали мой отходняк в отпуск. Были все, даже бабы из бухгалтерии. Вот уж, не ожидала, что, оказывается, они ко мне относились по-особому, как призналась за третьей рюмкой водки, главная из них, стареющая дама, после бальзаковского возраста. Я была в фаворе у начальства и вот получается, еще и у них?

— Похвально, Константин!

— Отлично, Григорий!

За что только, догадайся сама, как говорится. Да и ладненько. Главное чтобы отпускные, как она и обещалась, выплатить сегодня же после обеда. И это есть хорошо, потому что в голове набат, во рту кака, на душе …а что это у нас на душе или в дУше?

— Ах, мой милый Августин, Августин!

Я еле доползла до ванной комнаты и стукнула в дверь. Она открылась и передо мной картина, что называется «Не ждали!» Опустив глаза вниз, начала осмотр. Вначале ноги, затем голая жопа, такая же спина.

— Картина маслом, — пронеслось в голове. — Приплыли три дощечки и с ними два пера.

— Ребята! — протянула я блеющим голосом. — Вы скоро? А? Надо бы под душик? А то мне за отпускными еще…

— Скоро, — бросил один через плечо.

— Ха, — прикрыв дверь, хмыкнула и враз отрезвела, — И как они сюда попали? Что, спали со мной или все же не спали?

То, что там были мои друзья, поняла не сразу. Вот что значит «перепел», то есть перепой. А так хорошо начиналось, красиво, культурно. Потом были здравицы в мою честь, как самого одаренного корреспондента радио и самого рейтингового. А мой голос — это голос самой области, где вещала каждое утро.

— Доброе утро, дорогие земляки! — собезьянничала сама с себя и сплюнула. — ТТТ, все будет потом…потом… Сегодня я в Израиль, на Мертвое море, лечить свои кости и по-женски. Доктор Людмилка мне советовала упорно, как врач и как близкая подруженция. Самолет ночью, билеты заказаны, рейс чартерный, четыре часа и вот я «в далекий край товарищ улетает».

Через час, я и мои неожиданные ночующие друзья, сидели за кухонным столом и, давясь от смеха, вспоминали нашу вечеринку и что там происходило. Особенно с шефами. А их было двое и все мне объяснились в симпатии и даже предлагали …

— А что предлагали? Вот, убей, не помню! — радовалась я. — А то настроение быстро погаснет. Пусть и душа пропоет «Алилуйя!». Все-все-все! Все оставим здесь и с чистыми помыслами вперед на святую землю трех религий. И еще Мертвого моря-я-я-я! Эх, где моя не пропадала!

Уже к часу моего отъезда все дела были утрясены: отпускные получены ПОЛНОСТЬЮ! Ура! Ключ от квартиры, «где деньги лежат» передан в надежные подругины руки вместе с желтым толстым котом Иосифом, просто Юзиком, и моими роскошными азалиями на подоконнике. Теперь можно и в «дорога, дорога, нас в дальние дали зовет, быть может до счастья осталось немного, быть может один поворот!»

Такси подъехало вовремя, и уже через час я ступила на плитки пола местного аэровокзала.

Уже поредел поток пассажиров перед стойкой регистрации билетов и багажа. Сдав свой тощенький баульчик, прихватив сумку после прохода воротами — воротами, прошла в зал ожидания, но не села, а пошлындала по киоскам дьюти-фри. Купила журнальчик со сканвордами, для коротания времени в полете, небольшой пузырек коньяка пять звезд, вроде бы, и, пристроившись на последний ряд, начала фронтальный обзор сидящих в зальце. Народу было немного. Думаю, что на две трети салона. Народ разный и по возрасту и по прикидам. В общем — обычные пассажиры. И тут я, вся из себя туристка-туристка! Екарный бабай! Они так себе, а я вся «в белом», то есть на улице местная поздняя осень, а на мне белые штаны! И шлепки, правда, поднадела-таки носочки, правда тоже белые. А еще белая майка под кожаной курткой и в сумке белая бейсболка. Ну, не хочется мне толкаться в туалете, перед посадкой для переодеваний, да еще тащить пакет с одежкой, той что до и той что после. Хочу свободы во всем!

Самолет летел уже два часа. За это время нас успели покормить ужас чем и ужас в ночь! И напоить. Предлагали соки-воду. Я попросила у девчонок, пройдя в хвост салона, чашку с крепким кофе. Обещалась приплатить, если что. Но они сначала удивились, но потом хохотнули, когда я намекнула на мои вчерашние проводы и сегодняшнее состояние не стояния. Не жадничая, налили полную кружку. Добравшись до своего места у окна, откинула столик и достала свой флакон с коньяком. Плеснула, не жалея, и приникла, как страждущий в пустыне. Откинувшись на кресло, прикрыла глаза. За окном было темно, также приглушен свет и в салоне. Многие спали, даже слышался в тишине одинокий храп. Я вздохнула и допила остатки. Устроившись поудобнее, подложила подушку и накрылась тонким пледом.

— Надо тоже всхрапнуть пару раз, — подумала, уже уплывая в сон.

Проснулась от толчка. Надо мной склонилась вчерашняя хохотушка стюардесса. Я даже запомнила, как ее звать, кажется, Настя.

— Вставай страна! — улыбнулась она. — Скоро посадка.

Я похлопала глазами, улыбаясь в ответ и потянулась, зевая.

— А не хило поспалось, — и принялась быстро собираться.

Когда выходила из самолета, то уже на трапе поняла, что мы в жаркой стране. Воздух был плотным. И сразу же захотелось раздеться. Сняв куртку, запихнула ее в пакет.

— Ну, здравствуй, Израиль! — хмыкнула я и сбежала по трапу, встроившись в колонну российских пассажиров, направлявшихся к входу в здание аэровокзала аэропорта Бен-Гурион.

Прошла визовый пропуск, затем багаж, и вот я стою на парапете со множеством машин и частных и такси. Хватаю баульчик и спешу в сторону местных извозчиков.

Подхожу к первому попавшемуся и говорю по-английски.

— Свободен?

Тот кивает в ответ.

— Мне в Камаран. Мертвое море. Сколько проезд.

Он показал на пальцах. Видимо плохо говорил, хорошо еще, что хоть понимал.

— Годится, — кивнула я и тот, выскочив, с улыбкой во всю свою еврейскую физию, отобрал у меня баульчик и, открыв багажник, закинул туда и еще показал на мою вместительную сумку и пакет. Пакет отдала, а сумка со мной.

Ехали долго. За это время таксист дважды останавливался для туалета и отдыха в придорожных кафе и один на дозаправку. Я любовалась проносящимися пейзажами и набиралась впечатлений для рассказов своим по приезде. Меня поразило удачное сочетание Азии и Европы. И Восток и Запад. Классно! Мне нравилось! Еще и в силу воспитания, я была интернационалистом. Мне главное, чтобы человек был не сволочью. А так хоть белый в клеточку, хоть черный в полосочку.

Таксист был своим в доску. Вначале нашей поездки только молчал, но потом разговорился, и оказалось, вот это номер! что он русский еврей! и прекрасно говорит на нашем родном. И пока ехали, рассказал, что живет с матерью и маленьким братом-инвалидом, что работает, купив лицензию и если им не хватает, подрабатывает еще и в местном продуктовом магазинчике. Они попали в Израиль с последней плановой выездкой, или как здесь говорят с последней алиёй. Он был мал, языка не знали, устраивались трудно. Мать тянулась из всех сил. И теперь, по истечении почти двадцати лет, есть и квартира, и работа и еще один маленький брат-аутист. Мать родила его от мужчины, которого любила, и хотя тот вынужден был жениться на своей, но помогает до сих пор. А когда сказал, из какого города они выехали, я попросила его остановиться. Он удивился и притормозил на обочине. Выйдя из машины, поманила его и, хлопнув по плечам, рассмеялась.

— Ну, здорово, земляк! Я тоже оттуда!

Тот смотрел и не понимал, то ли я шучу, то ли правда, так и есть.

— Шутите? — осторожно спросил он, заглядывая в глаза.

— Нет-нет! — засмеялась открыто. — Так и есть. Вот, что значит попасть пальцем в небо!

Тот хохотнул недоверчиво, а потом заторопился с вопросами. Я обещала на все ответить по пути. Эйтан, так его звали, открыл мне дверь и пригласил в салон. Сел и включил знакомый русский шансон. Пел Басков о любви. Я его не очень-то люблю, и вообще мне нравятся совсем другие певцы, но было интересно слышать русскую речь, знакомую мелодию и видеть чужой антураж за окном.

Вскоре мы подъезжали к воротам комплекса. Тут он продиктовал свой номер телефона и взял с меня обязательство через десять моих дней отдыха, вызвать его и тот отвезет меня вначале к себе домой для знакомства с матерью, а потом и в аэропорт. Я обещала. На том и расстались. И заплатила ему больше, чем тот просил, хотя он и отказывался, но я понимала, что парень содержал семью и это очень не просто. В свои тридцать два, я тоже хлебнула и замужества, и престарелых родителей. И всех содержала сама. Муж занимался менеджментом в инете, сами понимаете, что это такое, а родители пенсионеры. Поэтому хорошему молодому парню не жалко и переплатить, если есть чем. А у меня было. Так почему же не дать? И даже как-то легче стало. На душе.

Подхватив баул, шагнула в ворота.

Глава Вторая. "Усталость забыта, колышется чад…"

Прошло семь радужных дней моего комфортного отдыха, полного впечатлений и даже приятного, ни к чему не обязывающего, знакомства. Один стареющий английский джентльмен решил поучить меня языку британцев. Азы я знала и неплохо, закончив факультет иняза, могла читать, писать и немного болтать. Ему же было интересно расспрашивать меня о такой далекой и таинственной стране России. Почему далекой? Потому что эта его Британия у черта на куличках, а почему таинственной, так это после сталинской стены. Тайна за семью замками. Вот так и болтали, коротая время. Ему нравилась я своей раскрепощённостью и дружелюбием, мне он вежливостью и тактом. Что называется, нашли друг друга. И все бы хорошо, но в одном расходились. Он считал, что наш Президент довлеет над страной и пытается подмять под себя, я же пыталась ему доказать, что Россию трудно сломать, а тем более подмять. Она, как та пружина, сожмется да как вдарит! Этого ли не понимать нашему главе. А он дураком никогда не был. Дураки не выдержат столько сроков. Как говорится «кто впрягся, тот и тянет».

Как-то мой англичанин не пришел на завтрак, а это было для него законом. Я удивилась и отправилась в его крыло. Спросив сидевшего за ресепшеном служку, узнала, что тот никуда не выходил, ключ не сдавал. Попросила трубку и по внутреннему позвонила ему в номер. Не скоро тот поднял свою. Я поинтересовалась его здоровьем, а он как-то судорожно попросил подняться к нему в номер. Я удивилась, но предупредив дежурного, поднялась на восьмой этаж. Комната была рядом с лифтом, и у открытой двери уже стоял мужчина и махал мне рукой. Поздоровавшись, прошла внутрь и остановилась в небольшой гостиной его двухкомнатного номера. Большая панель телевизора светилась на стене и приглушенный голос диктора что-то говорил. Англичанин пригласил сесть и увеличил звук. Женщина на экране говорила о пандемии! Вот он, коронавирус, во всей своей красе! Почему-то он мутировал и теперь поражал молниеносно, давая, как говорится, на завещание всего три дня. Паника охватывала британские острова. Кадры менялись и показывали то кричащую с плакатами толпу в масках, то разбитые витрины аптек и отделов с лекарствами в супермаркетах. Полиция и уже даже войска самообороны, пытались наводить порядок, но им это плохо удавалось.

— Вот, моя милая Надин, — так он называл меня на английский лад. — Видите, что происходит. А вот сейчас еще.

И он начал переключать с канала на канал. Азия, Европа, Америка…Везде паника…паника…столпотворения.

Я сидела в ступоре. Все казалось это каким-то фантастическим сериалом. Нет, я знала, что этот вирус ползет по миру, но не так же апокалиптически! И сейчас видела и соотносила с действительностью.

— А как в России? И в Израиле? — обратила к нему свое помертвевшее лицо.

— Так же, — пожал тот плечами. — Сейчас вопрос — что делать нам? Здесь и сейчас? Теперь я склоняюсь к тому, что надо уезжать, пока не закрыли входящие полеты в Британию. Из Израиля, сказали, выпускают все самолеты. Не впускают. Только на вылет. Я собираюсь. Заказ моего вылета на сегодня не отменен. Советую и вам, Надин, поторопиться. Скоро и здесь будет жарко. А на том, простите меня, буду собираться, мое такси прибудет через полчаса. Я рад был нашему знакомству, и если все закончится хорошо, то вот вам мой адрес. Думаю, что можем еще встретиться. Если Бог позволит, — добавил он тоскливо и склонился над моей протянутой рукой. Поцеловав пальцы, пожал их и отпустил.

Я повернулась и вышла из его номера на прямых ногах. У меня был странный столбняк — ног и мозгов. Кое-как прошла в свой номер и рухнула на кровать. Надо все это переварить. Потом опомнилась и включила панель своего телевизора, набрав русский канал. Там тоже шли плохие новости, только без видео, пока только диктор. Картинка сменилась на зал, без зрителей и с несколькими знатоками, которые перебивая друг друга доказывали, что это все паника с запада и нет никакой пандемии. Они приводили какие-то доказательства, а передо мной вставали кадры английской ВВС.

Я подскочила, как от укуса.