Читаем Записки успешного манагера онлайн бесплатно

Спасибо всем-всем-всем замечательным людям, а именно:

— Моим родителям, брату, бабушке и деду за то, что они у меня есть. (Я постараюсь не грызть ногти.)

— Моему мужу Сергею за безграничную любовь, понимание и поддержку, которые я ощущаю каждый день. (Прости, что я так и не научилась варить борщ и наводить идеальный порядок в квартире. Зато со мной не соскучишься!)

— Коллективу самой замечательной на свете студии, вдохновившему меня на написание этой книги. (Вы самые талантливые!)

— Самому великому менеджеру всех времен и народов — Наталье, помогавшей мне с сюжетами. (Натали, я тебя люблю!)

— Юле и Семену за гостеприимство. (С меня текила!)

— Всем читателям моего Живого журнала. (Эта книга — в том числе и ваша заслуга.)

— И наконец, огромнейшее спасибо человеку, без помощи которого я никогда бы не издала эту книгу, — Софье. (Благодаря таким людям, как ты, мир становится светлее!)

А как хорошо все начиналось…

Месяц назад устроилась-таки на более или менее приличную работу — офис-менеджером в дизайн-студию. Этому событию предшествовало три собеседования, последнее из которых проводил учредитель. В офис я притащилась в шесть часов вечера, а мой потенциальный работодатель заявился в девять. Вбежал, оглянулся по сторонам, косо посмотрел на меня, ворвался в комнату, где сидели дизайнеры, обматерил всех и собрался уходить.

— Эта, таво, человек ждет тебя, — зевнул коммерческий директор.

— Какой человек? — возмутился учредитель.

— Девушка, на собеседование пришла, вот, с шести часов ждет, — указал на меня пальцем директор.

— А-а-а, — ответил учредитель. — Ну, пойдемте, девушка, в комнату переговоров.

В комнате переговоров учредитель критически осмотрел меня и выдал:

— А скажите-ка мне, что бы вы сделали, если бы стали президентом?

К такому повороту событий я была совершенно не готова, и зазубренное «владею ПК, английским, целеустремленная, амбициозная, готова работать до потери пульса, интересует карьерный рост» вылетело из головы, как пробка из бутылки.

— Президентом? — переспросила я.

Комнату переговоров огласило урчание голодного желудка «у-у-у-р-р-р», и тут меня поперло.

— Я бы повысила пенсии старикам, дала возможность развиваться студентам, обустроила рабочие места, выдала бы каждой молодой семье по квартире, отправила бы в отставку все правительство и Ленина бы похоронила, — затараторила я.

— А Ленин-то при чем? Он же в Москве, — удивился учредитель.

— Не по-божески это, прах должен покоиться в земле! — ответила я.

— Ну-ну, — покачал головой учредитель.

Через неделю меня приняли на работу, видимо, испугались, что я таки выбьюсь в президенты и закопаю Ленина.

В свой первый рабочий день прибыла в офис к девяти утра. Два часа сидела в гордом одиночестве и рассматривала плакаты на стенах. В одиннадцать пришла главный менеджер Елена Мимозина.

— Хочешь работать?

— Хочу, — обрадовалась я.

— А я вот не хочу, я вчера насвинячилась, и теперь меня колбасит, — зевнула менеджер. — Сейчас придут ребята, будешь знакомиться.

Через час явился какой-то мужик двухметрового роста в затасканных армейских штанах.

— Это наш арт-директор, — сказала Мимозина.

Странно, подумала я, директор, а штаны грязные. Еще через пару часов начали подтягиваться все остальные. К вечеру поняла, что всех все равно не запомню, достала лист бумаги и стала записывать:

Мимозина главный менеджер (рыжая).

Челочкин — программист (маленький, с рюкзаком, тоже в армейских штанах).

Башковитый — технический дизайнер (высокий, с всклокоченными волосами).

Швидко — дизайнер (худой, носатый, в военных ботинках).

Братский — фотограф (странный тип).

Ромашкина — пре-пресс-инженер (светлые волосы, в очках).

Чайка — дизайнер (лицо доброе).

Липкин — менеджер интернет-проектов (в костюме — хоть кто-то одевается прилично, как и положено деловому человеку).

Пробин — коммерческий директор (носатый, бородка, как у Авраама Руссо).

Войнович — учредитель (этого гада я и так помню).

Вроде все. Сижу играю в игру «Угадай сотрудника».

До вечера мучилась вопросом: почему почти все ходят в армейских штанах? Вечером любопытство взяло верх. Спросила у Мимозиной. Мимозина пояснила, что это стиль такой, «милитари», типа модно сейчас так одеваться. Еще сказала, что можно приходить на работу в чем угодно. Я обрадовалась и спросила:

— А можно в джинсах?

— Нежелательно, ты все-таки офис-менеджер.

Ерунда какая-то получается.

Позвонила подруга Нана:

— Ну как?

— Пока никак, — ответила я.

— А что делаешь?

— Сижу.

— Ну-ну.

Просидела до вечера, запомнила почти всех. Сделала четыре звонка: один по просьбе Мимозиной, три по просьбе Липкина. Доставучий это Липкин, однако. Ходит и всех достает, все ему что-то надо, все не так.

У дизайнера Швидко день рождения. Хотела незаметно улизнуть — не получилось. Решила, что отбиваться от коллектива нехорошо, и осталась.

Вечером позвонила подруге Нане.

— У меня депрессия, — вздохнула Нана.

— Чего?

— Да так, не могу об этом сейчас говорить, после.

— Ну пока.

— Пока.

Не знаю, отчего у нее депрессия, но догадываюсь: или помаду опять купила не в тон, или духи не те.

В двенадцать ночи позвонила подруга Олька:

— Ваня опять напился.

— Выгнать взашей, — сонно зевнула я.

— Жалко, муж все-таки, свое ж, не чужое.

— Тогда терпи.

— Терплю, — вздохнула Олька.

— Ты, Олька, настоящая русская женщина, — сказала я.

— Это как? — удивилась Олька.

— Ну, которая слона на скаку остановит и хобот ему оторвет.

Олька шутки не поняла и сказала, что хобот оторвать ей не под силу.

Что-то произошло сегодня. Пока еще не знаю что, не могу объяснить. У меня появилось предчувствие, что эта дизайн-студия изменит мою жизнь. Я очень надеюсь на это. Я устала, устала менять работу, устала от одиночества и неопределенности. Я все изменю, обязательно. И все у меня получится. Все, ложусь спать. Завтра на службу.

Уже получила первую зарплату. Сразу потратила все деньги: купила папе хорошей водки, маме конфет, дала немного братцу, а на то, что осталось, купила себе новое пальто.

Сижу себе тихонечко в углу, отвечаю на телефонные звонки, отправляю письма, слежу за тем, чтоб не заканчивался кофе, сахар, чай, и периодически вызваниваю дизайнера Швидко, требуя, чтобы он наконец разомкнул свои заспанные очи и явился на работу. Странные люди, совершенно никакой дисциплины. Зато есть одна немаловажная деталь: коллектив очень дружный и веселый.

Вчера стало скучно, пошла к арт-директору, тяжко вздохнула и заявила, что моя креативная личность требует развития.

— Говно вопрос, — ответил арт-директор и установил на мой компьютер «Фотошоп» и «Иллюстратор».

Сижу довольная аки слон, рисую в «Фотошопе» креативных коней с фиолетовыми хвостами и зелеными гривами. И рисовала бы я их до старости лет, если бы арт-директор вместе с менеджером интернет-проектов не затащили меня в комнату переговоров.

— Мы тут присмотрелись к тебе, решили, что ты барышня серьезная, — начал арт-директор.

«О, да-а-а», — подумала я, предвкушая прибавку к зарплате.

— Дело такое, наш менеджер интернет-проектов, товарищ Липкин, уехал в Москву. Мы пораскинули мозгами и решили, что ты сможешь его заменить, — сказал арт-директор.

— Так эта-а-а, я-я-я-я… — замямлила я. — Я ведь ничего не умею.

— Со второго раза никто не начинает, — стукнул кулаком по столу арт-директор. — Заодно и попробуешь.

— Я-я-я-я… я ведь даже не умею пользоваться Интернетом.

— Вот и хорошо, с завтрашнего дня начнешь обучение, а мы пока будем искать нового офис-менеджера, — улыбнулся арт-директор и вышел из комнаты переговоров.

«Опаньки», — подумала я.

Я не знаю, как я буду работать менеджером. Мне кажется, это не мое. Нет, продавать я, конечно, умею, общаться с людьми тоже, но здесь другое. Известная студия, талантливые люди. Кто я такая? Маленькая серая мышка, у которой даже нет высшего образования. Одно дело сидеть и отвечать на телефонные звонки, а другое — принимать решения, вести серьезные проекты, брать на себя ответственность. Бр-р-р. Арт-директор Мишкин прав в одном — со второго раза никто не начинает.

Пришла на работу в девять утра, по старой привычке, как и положено офис-менеджеру. Липкин появился часам к одиннадцати. Посмотрел на меня и повел к своему компьютеру. Стал объяснять мне, что к чему. Похоже, я полный пень. Достала тетрадку и стала записывать. Все намного сложнее, чем я себе представляла.

— Завтра идем на переговоры, будешь вникать в суть процесса, — сказал Липкин.

Целый день сидела как на иголках, зубрила конспект. Липкин общается с клиентами. Нет и еще раз нет, я никогда не смогу разговаривать так, как он. Позвонила подруга Олька: муж ушел в запой.

— Плохо, — сказала я, — индекс цитируемости падает.

— Чего? — удивилась Олька.

— Ничего, я о своем.

Какие могут быть мужья, если завтра мне идти на первые в моей жизни переговоры? В метро пьяный молодой человек попытался познакомиться.

— Вали отсюда! — рявкнула я.

Не фиг всяким непонятным личностям приставать к менеджеру известной компании. Папа купил водки, мама приготовила долму — празднуем мое повышение.

Папа многозначительно посмотрел на меня и сказал:

— В нашем роду все были умные!

— В вашем роду каждый второй кретин, — отрезала мама.

— Это в вашем, и твой сын тому доказательство, — ответил папа, указывая на братца Армена.

Братец Армен уже подсчитывает, какой будет моя зарплата, и намекает на то, что его кроссовки давно пора выбросить на помойку. Пудель Майклуша наконец-то влюбился: в соседскую колли Лесси.

Не чувствую я себя менеджером, хоть убейте, не чувствую. Завтра пойду и скажу, что мне это не под силу.

Конспект вызубрила наизусть. Зубрила всю ночь. Запомнила следующее:

Баг — плохо.

Фичер — хорошо.

Юзабилити — удобства.

Доменное имя — имя ресурса в сети.

Флеш — когда все крутится/светится/колбасится.

HTML — язык программирования.

Контент-менеджер — суперпрограмма для управления сайтом.

Слоган — рекламный лозунг.

Бренд-нейм — название торговой марки.

Хостер — организация, предоставляющая площадки для размещения сайтов.

Папа проснулся, сочувственно посмотрел на меня, сел рядом и стал рассказывать, как он в детстве торговал водой на базаре. Потом рассказал историю про самокат и Сталина.

— Это я уже слышала десять раз, — вздохнула я. — Ты поехал кататься на самодельном самокате в день смерти Сталина, и тебя поймал милиционер, который чуть не разбил самокат о твою голову.

— Ну, не мешает еще раз послушать!

Через час папа ушел спать, а я стала зубрить дальше. Ничего, тяжело в ученье — легко в бою. Утром проснулась, надела парадный костюм и пошла на работу. В автобусе тетенька с мешком картошки порвала мне новые колготки. Пришлось покупать еще одну пару. Черт, так моей зарплаты ненадолго хватит. Липкин явился часам к двенадцати и сказал, что ему нужно время на подготовку к переговорам.

— И ты готовься, — грозно сказал он.

— Ага, — ответила я.

Сидела битый час и смотрела в потолок. Липкин что-то пишет. Закончив, он показал мне свою писанину:

— Вот, ознакомься. Перед переговорами всегда лучше составить план. И вообще, всегда надо планировать свой день. Я тебе потом свой ежедневник покажу. И ты себе, кстати, закажи ежедневник.

Я взяла листок и стала изучать. Все расписано по пунктам:

1. Рассказать о нашей студии, намекнуть, что мы не плюшками торгуем.

2. Посмотреть сайт клиента, выявить недостатки, деликатно намекнуть, что сайт — отстой.

3. Предложить принципиально новый подход.

4. Если клиент будет сопротивляться — вопрос бюджета не открывать, если не будет — назвать приблизительную стоимость.

5. Представить Милу (то есть меня) как своего ассистента.

И на это человек потратил целый час? Похоже, у Липкина проблемы с памятью. Ей-богу, лучше бы я коней в «Фотошопе» рисовала. Пришел дизайнер Швидко. Морда у него какая-то помятая.

— Творческий кризис, — вздохнула главный менеджер проектов Елена Мимозина.

Отправились на переговоры. По дороге Липкин устроил мне допрос. Я все забыла, все напрочь. Липкин недовольно посмотрел на меня и кашлянул.

— Я тупица, — вздохнула я.

— Научишься, — ответил Липкин.

Прежде чем начать беседу, Липкин достал план. В очередной раз убедилась, что я тупица. Под конец второго часа переговоров клиент улыбнулся и сказал:

— Что-то холодно сегодня.

— Обещали морозы через две недели, — вставила я свои пять копеек.