Читаем Загадка пропавшей статуи (СИ) онлайн бесплатно

Вышедшие в мае 39-го «Хроники раздора» не перевернули жанр ММОРПГ и не изменили мир вирт-игр с полным погружением до неузнаваемости. Зато они стали их иконой, образцом и самой популярной игрой всех времён. «Хроники» объединили игроков со всего света и дали им ощущение общего дела, чего не смог сделать ни один проект до этого.

Эта игра вобрала в себя самое лучшее, не только из своего жанра, но и из игропрома вообще. Но самое важное: она дала не просто ощущение свободы, а настоящий её концентрат.

Игроки здесь пишут не только свою историю, но и историю этого мира. Они кровь этой игры, они и есть «Хроники раздора»! Каждый здесь и актёр, и режиссёр, и сценарист. Выполняя даже самый рутинный квест, никогда не знаешь, чем всё обернётся. Станет ли это приключение противостоянием старого и нового, триллером, ужастиком, боевиком, а может, даже детективом… Важно то, что эта история будет, и вы её переживёте!

Из статьи «Мой первый год бардом», Максим Солоряков, игровой портал gamestop.ru

Последняя сгорбившаяся фигурка с очень заметными, даже несмотря на кучу бинтов, покрывающих всё тело и потрёпанную хламиду поверх этого, крысиными чертами, повизгивая, рухнула на пол, выронив посох, до боли напоминающий феноменально уродливую ветку. Все семь крысолюдов-жрецов были мертвы, однако для рейда это означало лишь плохие новости.

— Милые мои, начинается вторая фаза, прошу, надо довести дело до окончания, ладно? — прошептал в микрофон томный голос барда, которая возглавляла рейд. — У вас примерно минута, прежде чем вылезет босс.

Звали её Лукаша. В отличие от многих собратьев по классу, она вдохновляла союзников не столько игрой на музыкальном инструменте, в её случае — бубне, сколько экзотическим танцем, который совмещала с редкими усиливающими заклинаниями. Идеальное сочетание для роли поддержки, которая, благодаря очень специфической одежде Лукаши, непрерывно будоражила фантазию всех её сопартийцев мужского пола.

— Эй, Фалайз! — не без труда оторвав взгляд от лидера рейда, окликнул товарища и друга игрок под ником Тукан. — Наколдуй мне какой-нибудь магической еды — у меня бананы закончились.

Он не без доли самоиронии называл себя киберкрестоносцем, хотя официально являлся обычным паладином, выглядел простым рубахой-парнем в тяжёлом доспехе, с не менее тяжёлым мечом наперевес и вёл себя в полном соответствии с этим немного чудаковатым образом.

— Во-первых, у меня и так почти нет маны. Во-вторых, ты предлагаешь мне СЕЙЧАС перебирать кучу заклинаний ради этого?! — возразил ему игрок, выглядевший потрёпанным и слегка потерянным даже тогда, когда его никто не трепал и не терял.

Классом Фалайза являлся «дикий маг», что для многих других игроков в «Хроники раздора» было чёрной меткой, а для остальных знаком «Осторожно, неприятности!». Всё дело состояло в непредсказуемости, даже хаотичности тех заклинаний, что он колдовал. Они очень условно поддавались контролю и требовали огромных познаний механик игры. Иначе же, из посоха дикого мага с равной вероятностью могла вылететь огненная стрела, гигантский торт, живая табуретка, ослепляющая радуга или шар лечебного света.

— Ну так попроси у Фионы! — упорствовал Тукан. — У неё вон ещё полный рюкзак.

Стоявшая чуть в стороне от них жрица с очень яркой внешностью, которую украшали рыжие волосы и разноцветные глаза, словно только этого и дожидалась, сразу же взвившись:

— Когда мы были в городе, я тебе что говорила?

— Ты мне много чего наговорила. Про мою забывчивость и… — крестоносец запнулся, — и кажется, было что-то ещё!

— Я предложила тебе сходить и купить ещё бананов, примат с амнезией! — напомнила Фиона, потрясая миниатюрным кулачком.

Эти трое играли вместе уже некоторое время, пережили кучу приключений и вообще стали за достаточно короткий срок друзьями не разлей вода. «Хроники» многих объединяли. Споры у них случались регулярно и были лишь формой общения, не более того.

К сожалению, девять других участников рейда этого не знали и взирали на эту сцену не без изумления и с толикой опаски — не хватало ещё, чтобы перед финальным боссом партия развалилась из-за каких-то забытых бананов. Поэтому не было ничего удивительного в том, что им поспешили на помощь.

Первым успел персонаж, выглядящий как стереотипный воин степей, с соответствующими чертами лица, нарядом и оружием: лук да сабля полумесяцем. Звали его Тоорил. В подземелье он пришёл, разумеется, без своего коня, да и игра без редкой специальной аппаратуры не передавала таких тонкостей, однако даже просто глядя на него ощущался сильнейший запах лошадиного пота.

— Возьми пару моих зелий, паладин, для сопартийца не жалко, — прогундел Тоорил, простецки улыбаясь.

— Спасибо, но мне нельзя, — отказался Тукан, поморщившись, но, заметив общее недоумение всех, кроме друзей, поспешил оправдаться. — Я крестоносец, и у меня обед, в смысле обет — ни капли в рот и всё такое. Даже в пятницу после полудня, хех.

Ему не особо поверили, но всё же отстали, особенно после того, как Фиона всё же достала из своего рюкзака пакет булочек.

Несмотря на то, что сказанное Туканом звучало как полнейшая нелепица, это была практически чистая правда. Он умудрялся сочетать «профессию» воина света с тяжелейшей формой наркомании. Последняя предоставляла ему солидные боевые бонусы, но взамен начисто отсекала использование любой другой алхимии — это для крестоносца было равносильно смерти от передоза.

— К-кажется, начинается! — раздался тоненький голосок, принадлежавший ещё одной целительнице.

Звали её, вопреки миловидной внешности и классу, Щёлочь. Среди всех участников рейда она была самого низкого уровня, да и в целом вела себя не слишком умело, однако, пообщавшись с ней хотя бы пару секунд, устоять перед её несколько наивным обаянием не смог бы даже последний циник.

Весьма характерная для сражений с боссами арена, где они все собрались, и вправду принялась зловеще подрагивать. Это были серые, мрачные катакомбы глубоко под землей, теперь уже богато усеянные телами множества крысолюдов, которые здесь недавно завелись.

— Эй ты, одноглазая! Уйди с линии огня! — не сказал, а потребовал один из магов.

Это был немолодой эльф с традиционными для этой расы острыми чертами лица и длинными, мерзкими, будто бы они были мокрыми и жирными, белесыми волосами. Звали его Горац, хотя себя он, от явного недостатка скромности, именовал не иначе как «Горац фон Вольт». Кажется, его целью пребывания в рейде являлась не столько добыча или победа над монстрами, сколько процесс доведения всех и вся до белого каления. В остальное же время он был магом, весьма эффектно и при этом эффективно воздействующим на противников водой в различных агрегатных состояниях.

— Я сама решу, где мне стоять, сноб вислоухий! — мгновенно вспыхнула, как спичка, и вправду одноглазая эльфийка, чья кожа цветом напоминала уголь, да к тому же ещё и абсолютно лысая.

Клесирре, а никнейм у неё был именно такой, и без того не требовался повод для склоки, а с Горацом она начала собачиться буквально с первых же минут похода. Сама эльфийка себя называла «пираткой с островов Раздора» и в целом образу соответствовала как в плане одежды, так и стилем сражения, сочетая саблю с различными приёмами, а также широким ассортиментом хитрых приспособлений вроде миниатюрных бомб, дротиков или кинжалов.

— Можно вы будете ну хоть каплю полезны, хотя бы сейчас, на финальном боссе? — вмешалась в их перепалку ещё одна темнокожая эльфийка, но уже с закосом под «дроу».

Особа, скрывавшаяся под ником Матаркша, вообще непонятно что забыла в этом подземелье. Её высокомерие сочеталось с не менее высоким уровнем, что вкупе с весьма качественным и дорогим снаряжением ставило под большое сомнение экономическую целесообразность её участия. В одиночку она это подземелье, конечно же, не осилила бы, но и награда, к тому же поделенная на двенадцать, не окупала ни ремонт, ни расходники, не говоря уже про затраченное время.

Принадлежала она к довольно редкому классу чернокнижников. В отличие от прочих заклинателей он требовал большого умения играть и в частности понимать, что и когда надо делать. В ином же случае основное оружие данного класса — проклятия — вполне могли обернуться против него самого или его союзников.

— Да хорош трындеть! — воскликнул мужчина в очках-консервах, плотно закрывающих глаза, с причудливым украшением, состоящим из нескольких колец на лбу. — Дела делать надо уже!

Класс этого персонажа был понятен издали с первого же взгляда и без всяких объяснений. Сунрад одевался как стереотипный алхимик, вёл себя как стереотипный алхимик, да и играл как стереотипнейший алхимик, что придавало ему немалую долю забавной, но предсказуемой карикатурности.

Последних двух участников рейда, которые в склоках не участвовали и вообще держались в стороне, сами себе на уме, можно было крайне легко спутать, особенно в бою, когда эти две эльфийки, оборачивались изящными, но практически одинаковыми пантерами и принимались мельтешить по округе с невероятной скоростью. Звали их соответствующе: Рукороко и Курокоро. Или же наоборот. Ни одна из них нисколько не пыталась облегчить задачу с угадыванием кто есть кто. Приходилось каждый раз поднимать взгляд и смотреть на строку никнейма.

Вне боя их внешность заметно отличалась, но исключительно за счёт контрастности одежды: Курокоро одета была в бело-зелёное платье, а Рукороко, соответственно, в зелёно-белое. Впрочем, не будучи в зверином обличии, они не мельтешили, что несколько упрощало задачу по опознанию.

Именно такой состав рейда спустился в катакомбы близ города с плохо выговариваемым названием Амбваланг. Причиной экспедиции стало не столько крысолюды сами по себе, сколько то, что эти противные создания украли посреди бела дня из самого центра города статую его основателя — некоего Амбва. Персонаж этот никаким игроком не был, давным-давно умер и вообще какую-то значимость представлял только для людей, знакомых с историей мира «Хроник раздора». Тем не менее за его статую городские власти назначили солидную, особенно по меркам этой, считающейся низкоуровневой, локации награду. Это-то и свело двенадцать весьма разномастных персон вместе.

Пока, самым сложным в их почти полуторачасовом приключении являлся спуск в катакомбы. Те лишь недавно обнажились, когда возле Амбваланга в результате весьма плачевных событий появился гигантских размеров кратер. Этакий эпицентр магического ядерного взрыва с соответствующими опасностями вроде убивающего всё и вся излучения, мутантов и просто опасной живности.

И тем не менее пройдя этот участок, пробившись через кишевшие крысолюдами катакомбы, группа без потерь дошла до финального босса. Оный как раз помпезно являл себя игрокам.

Крысы-жрецы, чей ритуал игроки рейда силились сорвать, но волею скриптов потерпели неудачу, взывали за помощью к своему богу — некой четырёххвостой крысе. Тот ответил, но, как всякий мудрый бог, не желая подрывать веру в себя, явился на помощь не лично, а прислал свой аватар: гигантскую, антропоморфную, полупрозрачную, ещё и светящуюся токсичным зеленоватым светом четырёхрукую крысу. Вооружена та оказалась так, словно она опаздывала и в спешке схватила первое попавшееся оружие: копьё, молот, меч и магический посох.

— Это, мои дорогие, символизирует единство четырёх сущностей крысиного бога, — поделилась познаниями во внутриигровых историях Лукаша. — Остерегайтесь гигантского посоха — его заклинания вещают неприятный дебаф. Не попадайте под тычки копья — оно отравленное. Молот полностью разрушает вашу защиту, что может быть очень опасно! А меч…

Свой рассказ она сопровождала очень своеобразной, откровенной пантомимой, от которой мужчины не могли отвести взгляд, а женщины кривились.

— А меч, видимо, глубоко режет? — откровенно глумясь, уточнил Горац, испытывавший солидарность скорее с женской половиной рейда.

— Именно так, мой дорогой. Ты такой догадливый! Нам определённо стоит провести больше времени вместе! — бард принялась поправлять свой корсет, чем заставила вредного эльфа не только заткнуться, но и смущённо отвести взгляд.

— Ш-шилоклювка, — брезгливо глядя на неё, Матаркша буркнула ругательство в матфильтр, который не «запикивал», а заменял матершину на названия птиц.

Назревающую перепалку прервал своими рыком босс — так он обозначил, что закончил своё воплощение и готов умирать. Первым на него, как и положенно танку, с криком: «За плату мою материнскую!» бросился Тукан, за ним последовали остальные бойцы ближнего боя, после чего, немного выждав, подключились маги и жрецы.

Аватар крысиного бога несомненно был весьма грозным противником. Не только из-за размеров или силы. Он очень ловко и умело пользовался всем своим вооружением, комбинируя его на разный лад, а также непредсказуемо и быстро перемещаясь по полю боя. Последнее обстоятельство было особенно неудобно даже не для магов, к которым регулярно прибегал противник, а для Тукана. Ему то и дело приходилось, перечисляя разнообразные виды пернатых, носиться по полю боя. Не то чтобы его сильно беспокоили физические нагрузки в тяжеленном снаряжении, просто большинство тех, кого он бегал защищать, не вызывали ни малейшего желания им как-то помогать. Скорее наоборот.

— Нельзя как-то поживее убрать отсюда эту образину? — возмущалась Матракша, прижатая боссом к стене.

— Не загораживайте линию огня, нубы! — раздался издали полный возмущения вперемешку с высокомерием крик Гораца, который, почуяв, что его звание самого токсичного сопартийца вот-вот уйдёт другой, поднажал.

— Не ссорьтесь, а работайте сообща, так мы все получим больше удовольствия! — попыталась успокоить их Лукаша.

Примирить враждовавших ей, конечно же, не удалось, а вот сбить с толку и заставить думать о другом — сколько угодно.