Читаем Загадка империи инков онлайн бесплатно
Он сидел на пороге дома своего дяди капитана Алонсо де Варгаса и с грустью смотрел на пыльные дома и деревья селения Монтилья.
Стоило ли так рваться из благословенного Перу в Испанию, на свою вторую родину, чтобы оказаться в этой забытой Богом глуши? Из-за океана все виделось иначе. Он видел себя как бы со стороны, входящим в зал торжественных приемов, склоняющим голову перед королем. Филипп II вставал с трона, подходил к нему, сыну коменданта города Куско, просил рассказать о далеких землях, об обычаях туземцев, о славном прошлом империи Инков… Наделе все вышло иначе. Все попытки попасть на прием к королю окончились полной неудачей. Оставалось лишь поехать к родственникам, попросить их приютить бедного племянника. Горечь переполняла его сердце — ему, потомку великих Инков, приходилось лучшие годы своей жизни проводить в тишине и безвестности.
Вдруг его размышления были прерваны самым неожиданным образом. От ослепительного светила, стоявшего в самом зените, протянулся вниз луч, расширился, и в нем появились очертания человека с гордой осанкой. Незнакомец сказал: «Сын сыновей моих, носящий иноземное имя Гарсиласо де ла Вега…»
Он встрепенулся и возразил солнечному человеку: «Нет, вы ошиблись. Вам, наверно, нужен мой отец, но он давно умер. Меня же зовут Гомес Суарес де Фигероа».
Но тот лишь грустно улыбнулся и запел древнюю индейскую песню:
Гомес помнил эту мелодию с детства. Ее напевала мать, склонившись над колыбелью.
Он тихо спросил: «Кто ты?» И незнакомец, будто удивившись, ответил: «Разве ты не узнал меня своим сердцем? Я — Манко Капак, первый Инка, предок твоей матери, а значит, и твой. Отныне ты станешь носить имя своего отца, но будешь добавлять к нему гордый титул — Инка. Я повелеваю тебе вспомнить все, что ты слышал в детстве, и записать историю государства, которое испанцы называют Перу, а мы именовали — Тауантинсуйу».
— Тауан… — попытался было повторить капитан королевской гвардии и запнулся. — Инка! Но я не помню того, что рассказывала мне в детстве мать и ее родственники о вашей империи. Прошло столько лет. Я не смогу исполнить то, что ты повелеваешь.
И без того призрачная фигура Манка Капака стала постепенно растворяться в солнечном луче. Отчетливо слышен был лишь его голос, отдававшийся эхом: «Сможешь, мой мальчик, ты все сможешь. И я, глядя с небес, не оставлю тебя своими заботами». Пока капитан размышлял, стараясь понять, что лее с ним произошло, со всех сторон к нему устремились деревенские ребятишки.
Первым добежал маленький Педро и сразу же выкрикнул:
— Дон Гомес, а дон Гомес! Вы уже проснулись?
— А? Что? — словно очнувшись, переспросил его взрослый. — Ты называешь меня доном Гомесом? Нет, отныне я буду носить имя моего отца — Гарсиласо!
— Гарсиласо — красивое имя, — согласилась десятилетняя соседская девочка Мария. И тут же спросила: — А где ваш отец, дон Гомес, то есть, я хотела сказать, дон Гарсиласо?
— Он был великим воином, сражался с индейцами в далекой Америке, распоряжался столицей империи Инков — городом Куско, а потом умер.
— А разве у индейцев была империя? — удивился Педро. — Моя мама говорит, что все они дикари, которые на обед съедают собственных детей!
Гарсиласо погладил по голове мальчика и ответил вопросом на вопрос:
— А разве твоя мать была в Америке?
— Нет, — упрямо сжав губы, сказал Педро. — Но о том, что индейцы — дикари, знают все на свете. Они — грязные, невежественные, и еще у них много золота.
И вновь капитан спросил детей:
— Откуда же у нищих и грязных индейцев, как вы говорите, взялись такие богатства?
— Я! Я знаю, — вскочила с места Мария. — Они их украли! Нищие всегда что-нибудь у кого-нибудь крадут!
— Украли, — кивнул, будто соглашаясь, Гарсиласо. — А у кого?
— У нас, испанцев! Это же яснее ясного! — откликнулся маленький Педро.
Глаза капитана вспыхнули гневом, но он взял себя в руки, успокоился и даже рассмеялся:
— Когда же они успели? Ваши отцы и деды, а у некоторых и прадеды, сели на корабли и отправились за моря на поиски золота и других сокровищ. Они нашли их в индейских храмах. Разграбили и увезли на свою родину. Так золото инков стало нашим. Индейцы превратились в нищих, а мы — в богачей. И вот я спрашиваю вас — кто же кого обокрал?
— Э-э… — начала было Мария, но, так ничего и не придумав, замолчала, а потом попросила:
— Дон Гарсиласо, расскажите нам об индейцах, об их империи, о богатствах и обо всем остальном.
Медленно, немного даже неуверенно, он начал свой рассказ. Глаза Гарсиласо были устремлены вдаль. Капитан лишь описывал детям свое видение. Реально эти события произошли, когда его еще не было на свете. Голос рассказчика становился все увереннее, в нем послышались металлические нотки — словно звенел колокол:
— Сорок лет назад в империи Инков началась гражданская война. За власть сражались два претендента на трон: Васкер и Атавальпа. Силы их были равны, и в кровавых сражениях ни один из них не мог одержать окончательной победы. Этим решил воспользоваться Франсиско Писарро…
— Ух ты, сам Писарро! — восторженно прошептал Педро.
Мария тут же на него шикнула, заставив замолчать.
Гарсиласо, словно не замечая детей, сгрудившихся вокруг него, продолжал: — Взяв с собой 160 солдат, он двинулся через горы в город Кахамарку, чтобы неожиданно напасть на лагерь верховного Инки Атавальпы. 15 ноября 1532 года испанцы миновали горный хребет, увидели внизу долину и замерли от страха — перед ними было огромное, восьмидесятитысячное войско индейцев. Все они были хорошо вооружены, на головах сверкали шлемы в виде серебряных или золотых дисков… — Не могли наши бесстрашные солдаты испугаться каких-то там индейцев! — вскричал Педро. И другие мальчишки его поддержали: «Писарро никого не боялся!» Лишь Мария робко спросила:
«А восемьдесят тысяч — это очень много?»
— Когда против двух сотен солдат — восьмидесятитысячное войско, то это очень много! — ответил капитан. — Поэтому Писарро начал переговоры с Инкой…
Гарсиласо хотел было продолжить, но уже стемнело. Родители начали звать своих детей домой.
— Ладно, продолжим завтра, — закончил Гарсиласо свой рассказ.
На следующее утро, выйдя во двор, капитан увидел перед собой деревенских ребятишек, терпеливо дожидавшихся его пробуждения.
— Ну, наконец-то! — облегченно вздохнул Педро. — Я всю ночь не спал. Все думал, чем у них там дело кончилось. Победил Писарро этого Атавальпу или нет? Да и вообще — что значит «инка»? Это что, национальность у индейцев такая?
— Инка — это царь или господин, — объяснил капитан.
— А откуда у индейцев столько солдат? — не унимался мальчик.
— Хорошо, начинаю с самого начала. Так случилось, что мою мать, донну Исабель, индейское имя которой Чимпу Окльо…
— Так вы — индеец? — удивился Санчо.
— Лишь наполовину. Моя мать из царского рода Инков, а отец, как и я, был капитаном Его Величества короля Испании. Только очень вас прошу — больше меня не перебивайте, ладно?
Ребята молча кивнули, и Гарсиласо продолжил:
— К матери часто приходили родственники. Они говорили о былом величии империи Инков, о королях и их происхождении, а я слушал их, как обычно в детстве слушают сказки…
Журчал голос рассказчика, а воздух в комнате уплотнялся. Исчезали стены, мебель, а вместо них проявлялись воды прекрасного озера, в котором отражались солнце и звезды одновременно. Дети видели то, о чем им говорил Гарсиласо, и сдерживали дыхание, чтобы не спугнуть прекрасное видение.
— Сестры и братья матери рассказывали, что самые первые боги сотворили на берегах высокогорного озера Титикака Солнце, Луну и звезды. Позже светила поднялись на небо. Прошло еще какое-то время, и с Солнца на землю спустились первые Инки. Мужчину звали Манко Капак, его жену — Мама Вако Койа. У них были светлые волосы и кожа, а говорили они между собой на языке, которого никто не знал. Но они могли говорить на любом другом языке.
Воздух в комнате как бы поплыл, видение изменилось, и все увидели высокого светлокожего мужчину и красивую женщину, первых Инков.
Между тем капитан продолжал:
— Когда они оказались на земле, с неба к ним обратился отец их, Солнце: «Дети мои! Люди забыли меня, а почитают как богов зверей и даже лягушек! Вам суждено стать их царями, но править вы будете не силой, а любовью. Вы должны всегда быть справедливыми и никому не причинять обид. Только благими делами вы подтвердите, что являетесь детьми Солнца и Луны».
Светило выпустило узкий луч, который, достигнув земли, превратился в золотой жезл. Манко Капак поднял этот подарок Отца-Солнца. И услышал Его голос: «Там, где этот жезл войдет в землю, вы построите город — столицу вашего царства». Манко Капак и Мама Вако пошли от берегов озера Титикака, и жезл постукивал своим концом по каменистой почве. Лишь однажды он легко вошел в плодородную почву. Это случилось в долине Куско. Здесь Инки остановились и начали строить город, который спустя годы стал центром великой империи…
Гарсиласо замолчал, и видение тут же исчезло. Ребята сидели с открытыми ртами.
Капитан несколько раз громко хлопнул в ладоши, чтобы они очнулись, и сказал: — Все, объявляю перерыв. Отправляйтесь домой обедать. Отдохните, а к вечеру, если не пропадет желание, возвращайтесь ко мне.
Воспоминания взволновали Гарсиласо. Он будто вновь слышал голос дяди, старого Инки. А возникавшие видения, наверно, наслал Манко Капак — не только первый царь, но и великий волшебник. Обещал помочь и вот — помог.
Гарсиласо задумался и не заметил, что дети вновь окружили его плотным кольцом. А в каждой паре карих глаз была просьба: «Продолжай!»
Капитан, вздохнув, опустился на ступени крыльца и, немного помолчав, продолжил рассказ:
— Инки несли другим племенам культуру. Вокруг долины Куско множество горных ущелий, через которые индейцы не умели переправляться. И тогда Манко Капак вместе с сыновьями начал плести из ивовых веток длинные, гибкие и очень прочные мосты. Когда первый из них был переброшен через ущелье, индейцы были восхищены сооружением. У них существовал обычай поклоняться тому, кто создал нечто удивительное, чего они не знали раньше. Они рассуждали так: «Если он умеет делать то, чего не умеем мы, значит, он умнее нас и достоин быть нашим вождем!» Вот так, без войны и кровопролития Манко Капак объединил многие племена, и все они признали его своим царем. Много еще удивительного и прекрасного создал первый Инка. Но пришло время ему умирать.
Позвал он сыновей и сказал им: «Помните, что вы — дети Отца нашего Солнца. И, как Он, вы должны быть первыми в выполнении законов, чтобы являть пример своим подданным. Вы должны покорять индейцев не насилием, а любовью. Так учил меня Отец-Солнце, и эту мудрость вы передадите своим детям, а те — своим. В этом моя последняя воля. Сейчас я возвращаюсь на нашу родину, в небеса, и оттуда буду смотреть на вас и приходить вам на помощь». Дыхание его прекратилось, и душа вернулась на Солнце. Из тела Манко Капака сделали мумию, над которой было не властно время. Мумию посадили на царский трон и отнесли в главный храм Куско. И потом, когда Великий Инка — сын или внук, а затем и правнук Манко Капака, возвращался душой на небо, и его мумию устанавливали в главном храме.
Гарсиласо замолчал, чтобы перевести дыхание. И в эту минуту Педро осторожно спросил:
— А зачем они делали эти мумии? Может быть, лучше было хоронить царей в земле, как это делаем мы?
— У каждого народа свои обычаи, — ответил капитан. — Инки считали, что мумии являются символом мужества, бесстрашия и стойкости. Во время сражений, когда враг превосходил силой, они выносили на носилках кресла, в которых сидели их славные предки. Перед лицом Манко Капака ни один воин не мог дрогнуть и отступить. Каждый должен был сражаться до полной победы.
Просто невозможно было опозориться перед своими славными предками!
— Вы нам рассказывали, что инки побеждали любовью, а теперь оказывается, что они воевали с оружием в руках? — спросила Мария.
— Не всегда удавалось воззвать к разуму непокорных. Были среди соседей инков очень воинственные племена. Когда не удавалось уладить дело миром — Инки сражались. Особенно прославился величайший воин по имени Вира-коча.
— А чем он прославился? — хмуро спросил Педро. — Он что, был лучшим воином, чем Франсиско Писарро?
— Они никогда не встречались, поэтому трудно сравнивать, кто лучше, кто хуже, — уклончиво ответил Гарсиласо, чтобы не обидеть мальчика, который, судя по всему, боготворил Писарро. — Как незаметно бежит время! — удивился Гарсиласо. — Уже ночь на дворе. Самое время нам прощаться.
— Пойдем по домам. Скорее бы наступило это завтра!
На следующее утро Гарсиласо вдруг понял, что отныне у него есть дело, важное и интересное — рассказывать детям историю империи Инков.
— Прежде чем я расскажу вам о Вира-коче, нужно сообщить две важные вещи о жизни в Тауа — империи Инков. Как вы думаете, что было их главным сокровищем?
— Золото! — выкрикнул Педро.
