Читаем Выше над крышами (СИ) онлайн бесплатно

***

По осенним янтарно-медовым и ярко-гранатовым листочкам — медленными шагами. Ветер шуршит пожухшей травой, крутит листопад. Чем-то странным пахнет. Сыростью? Грибами? Мхом? Осенью.

Пухлощёкая девчушка в цветастой шапке улыбается ему, а бабушка тянет её за собой, спешит. Он тоже дарит едва заметную улыбку малышке в ответ.

Две собаки, увлечённые игрой друг с другом, сделали вокруг него пару кругов и умчались за хозяином — высоким мужчиной в спортивных брюках «Adidas» и куртке с капюшоном.

Влюблённая парочка — недавно бывшие подростками, а теперь уже вроде как взрослые люди — прошла мимо. Рыжеватый, как осень вокруг, парнишка и светловолосая девушка радостно делились новостями и хохотали, не замечая ничего вокруг.

Он присел на скамейку, за день почти высохшую от ночного дождя. Кленовый лист прилип к тёмно-зелёной дощатой спинке и смотрелся ярким пятном на однотонном полотне. Клякса или звезда — кому как видится.

Кольнуло в груди. Словно острой иглой пронзили.

— Только не сейчас, — тихо проговорил молодой человек, скривившись от неприятных ощущений. Он расстегнул дорогое полупальто, учащённо дыша, но воздуха всё равно не хватало, будто тот застревал в горле.

Грузная женщина несла пакет с продуктами в одной руке, а во второй — дамскую объёмную сумку. Она семенила по аллейке: через парк дорога до дома короче. Поравнявшись с зелёной скамейкой, остановилась и хмыкнула: издалека казалось, что тут кто-то сидел, а и нет никого — просто тень от дерева…

***

Девушка шла по тенистой улочке частного сектора. Погожий осенний денёк! Тепло, словно летом. Солнечные лучи нежно целуют в нос и щёки.

У одного из домов скопилось много машин. Толпа людей весело и задорно общалась. На всю округу пахло дымком от мангала. Из беседки, которую было видно через распахнутые ворота, доносилась бодрая музыка.

Молодая особа не смогла сдержать улыбку, проходя мимо. Наверное, чей-то день рождения отмечают. Так дружно и мило — собрались друзья и родственники. И так захотелось оказаться знакомой с ними, тоже присоединиться к компании, смеяться над шутками «дяди Коли», чесать за ухом лохматого дружелюбного пса, а вон тот улыбчивый парень с громким голосом — мог бы быть её троюродным братом, а забавная запыхавшаяся девочка лет пяти — племяшкой… Девушка замечталась и чуть не споткнулась о невесть откуда взявшийся кирпич на дороге. И откуда они только берутся эти кирпичи? А ещё интереснее, откуда может взяться посередь дороги носок или ботинок? Попадаются иногда. Неужели кто-то может вот так выкинуть и пойти в одном?

«Эти люди очень приятные, но если там нет тех, кто тебе действительно дорог, то не испытать настоящего счастья», — подумала девушка. Она остановилась и посмотрела на белоснежных гусей, плавающих в небольшом заросшем тиной прудике.

— Хочу домой, — прошептала девушка, тяжело вздохнув.

Из-за поворота вынырнул автомобиль. Водитель чуть притормозил у пруда, но потом поехал дальше. Дорога была пустынной и только у дома, где кто-то что-то праздновал, царило оживление…

***

Молодой мужчина попивал крепкий чай с чуть уловимыми карамельными нотками. Он усмехнулся, взглянув на экран гаджета: его собеседница уже несколько минут набирала текст, о чём свидетельствовала надпись в диалоговом окне: «Печатает…». Парень и сам любил поболтать, но это было чересчур. Наконец, девушка прислала длиннющий текст, где поведала о своей вчерашней поездке на концерт одного известного певца.

— Прикольно. Но ты забыла описать, как долго стояла в очереди на вход — этот рассказ вышел бы ещё минут на десять печатания, — подколол он. Сегодня парень был не в духе, он устал и если бы девушка могла его видеть, то всё сама поняла бы. Но соцсети — это зеркала, отражающие нас такими, какими хотят видеть собеседники.

— Вообще-то, когда человек пересказывает событие подробно, это значит, что для него произошедшее очень важно, — ответила девушка. Даже смайлик не добавила — значит обиделась.

— Ну, рад я за тебя. Твоего этого звёздного мальчика не слушаю, твоей эйфории разделить не могу, — написал молодой человек. Перечитал и решил, что опять что-то не то вышло и дописал: — И пошутить нельзя. Чего такая нервная сегодня? Настроение должно быть зашибись после того, как удалось пощупать звезду.

— Эти твои шуточки… — подхватила девушка. — Я делюсь подробностями своей жизни, душу тебе открываю, а ты всё отшучиваешься только. Кто много шутит, тот не хочет показать себя настоящего.

— Но в шутках можно увидеть куда больше откровенности, чем в словах серьёзных людей, — чуть подумав, парировал парень.

Они пожелали друг другу спокойной ночи и закончили общение.

Сегодня как-то всё равно было, обидится собеседница или нет. Завтра он очередной шуткой заставит её улыбнуться, и это недопонимание сразу забудется. Они дружили не так давно. Были коллегами. И зачем дружили — непонятно. Разные интересы, разный темперамент и отношение к жизни. Из разных миров, не иначе, но он тянулся к ней, потому что она плыла ни по течению, ни против него, а в своём направлении.

Парень был согласен, что важное люди зачастую подробно пересказывают, но у этой девушки как будто бы каждое событие было архиважным — от утренней чистки зубов до покупки булочки. Это утомляло. Но без неё становилось скучновато. Вот если бы можно было таких людей дозировать, как соль — по щепотке и хватит. Но нет, они или полной солонкой высыпаются в твою тарелку жизни, или уходят, забрав солонку и хлопнув дверью, оскорблённые непониманием.

Парень достал чистое полотенце из шкафа, собираясь идти в душ. Соседи-пенсионеры смотрели телевизор как всегда с щедро прибавленной громкостью: звуки начинающейся телепередачи «Поле чудес» отчётливо слышались, а потом последовал бубнёж ведущего, который невозможно разобрать.

«Всё ещё существует! Поразительная живучесть у передачи», — подумал молодой человек и усмехнулся.

Он, повесив полотенце на спинку стула, взял недопитый чай и подошёл к окну — его силуэт с чашкой в руках отчётливо был виден соседу напротив. Лысоватый мужичок с сигаретой в руке, закашлялся и решил, что надо бросать курить — сколько можно быть рабом табака? Когда мужчина, выругавшись на себя, кашель и мировой табачный заговор, затушил сигарету и взглянул на соседское окно — там было темно и зашторено. «Быстро же он слинял, как и не было. Пойду тоже чайку себе налью…», — подумал курильщик и поспешил прочь от осенней неуютной прохлады в тепло квартиры…

***

В спокойный пятничный вечер молодой человек вальяжно развалился на диване, приготовившись посмотреть очередной выпуск юмористического шоу. Шутки были банальны и глупы, но хотелось просто разгрузить мозг, не ища суть там, где её нет.

Но планам не суждено было сбыться — рядом на диван уселась девушка.

— Мы эту тупость смотреть будем? — серьёзно и обеспокоенно поинтересовалась она.

— Я — да, а ты как хочешь, — через силу ответил парень.

Брат и сестра, но такие разные.

— Бери телефончик и дуй в свою комнату, если твоей тонкой натуре не по вкусу шутки электората, — язвительно выдал брат и ухмыльнулся, довольный собой.

— Ты меня поразил! Откуда такие умные слова-то знаешь? — сестра не осталась в долгу.

— Точно не от тебя, потому что я давно уже не слушаю, что ты там мяукаешь. Мя-мя-мя. Ми-ми-ми, — он передразнил сестру, пытаясь подражать её голосу — от природы чуть певучему и похожему на детский.

— Придурок! — завелась девушка и вскочила с дивана. — Взрослый мужик, а всё как ребёнок, — добавила она более спокойным тоном.

— На себя посмотри! Взрослая баба, а всё с мамкой живёшь на всём готовеньком.

Девушка буквально задохнулась от негодования. Брат без зазрения совести попрекал её тем, в чём тоже не преуспел. Впрочем, это было обычной практикой, но именно это больше всего и раздражало. Она никогда не могла себе позволить подобного. В таких случаях говорят, что воспитание не позволяло, но тут что-то не сходилось — брата воспитывали те же люди, что и её.

Сестра, не проронив больше ни слова, гулко протопала на кухню. Поставив чайник, дабы просто отвлечься на что-то, она подошла к окну. Смахнула непрошенную слезу. Было обидно. Самые близкие бьют больнее всего, потому что, как никто, знают наши болевые точки.

С высоты седьмого этажа открывался вид на автомагистраль вдали. Вереница огоньков — словно светлячки — тянулась по вечернему грязно-серому полотну, обрамлённому постовыми-фонарями. Осень дышала прохладой, подбрасывала листья, и где-то в вышине то прятала, то выпускала звёзды из-под косматых туч, но этого было не видно из-за городской засветки.

Хотелось сесть за руль и гнать по трассе с тускло-жёлтыми фонарями, убегать от ссор и обид. Или поехать в клуб и натанцеваться там до боли в мышцах, до такой усталости, чтобы потом, чуть коснувшись подушки, сразу уснуть. Но не было соучастников в этом деле. Где их взять поздно вечером? О походах в клубы или прогулках нужно было договариваться заранее — желательно за неделю и лучше в письменном виде, то есть в соцсетях или смс, чтобы уточнить детали и спокойно обсудить. Мужья, дети, учёба, работа, поездки на дачи и к родственникам… — это чужая жизнь и резко вклиниваться в неё со своими неожиданными душевными порывами крайне неудобно и некультурно.

«Почему мне так не повезло с братом? Ведь некоторые дружат, не разлей вода. И именно со своими братьями-сёстрами и ходят в клуб или катаются по ночному городу, а не из-за них», — горькие мысли не давали девушке успокоить нервы.

Её бесил пивной животик брата. Хотя других мужчин, «чуть в теле», она находила вполне милыми и какими-то уютными, что ли. А в братце раздражало всё: от слишком короткой стрижки до пятна на майке. Пусть и у неё самой красовалось пятнышко от компота на свитшоте, отчего она и стала носить эту вещицу только дома. Она дошла до той точки кипения, когда человек настолько бесит, что каждая мелочь, связанная с ним, становится раздражителем.

Чайник давно вскипел, пока девушка, уставившись на дорогу вдали, размышляла над обидами и горестями жизни. Она вновь нажала на клавишу, побуждая чайник повторить процедуру, а сама вернулась в большую комнату, где брат пялился в экран плазмы на стене.

— Вроде умные книжки читаешь и фильмы смотришь, — обратился он к сестре, но даже не повернул голову к дверному проёму, где та стояла, — должна уже усвоить простые общеизвестные истины, что родственников надо принимать такими, какие есть, со всеми достоинствами и недостатками, — пафосно закончил он.

— Принимать такими, какие есть, не значит уважать, — как можно спокойнее выдала сестра, на что брат даже отвлёкся от просмотра телевизора и взглянул на неё — вернее на место, где она стояла только что, но уже ушла на кухню.

Неожиданно для себя, парень отметил, что эта фраза сильно задела его, потому что сестра была права: принять и смириться с недостатками и косяками мы все можем, но принятие не гарантирует уважение к человеку, а без уважения отношения никогда не смогут стать приятными, комфортными и дружелюбными.

— Дура! — выкрикнул парень, будучи уверенным, что девушка его услышит. — Не уважаешь меня, тогда отчего я тебя должен уважать? — обидные реплики лишь выражали бессилие.

Сестра не ответила. Она притихла, как это чаще и бывало, после ссор девушка ощущала опустошение.

Когда через час-полтора сестра так и не ушла никуда с кухни, брату стало интересно, чем она там занимается, ведь её телефон по-прежнему лежал на журнальном столике рядом с диваном.

Войдя на кухню, он не обнаружил там никого. На столе стояла невымытая чашка из-под кофе с молоком.

— Даже не слышал, как ушла, — пробормотал парень, щёлкая клавишей чайника. — Говорю же — дура! Телефон оставила. Истеричка, — поведал он, судя по всему, чайнику…

Солнце простреливало лучами сквозь кроны пожелтевших деревьев, цвета спелых груш из деревенского сада. Но жмуриться не хотелось, пусть солнышко и старалось, но светило оно мягко, по-осеннему, словно впадало в депрессию и больше не хотело дарить тепло всем вокруг.

Четверо человек оказались вблизи фонтана в городском сквере — в центре фонтанной чаши скульптура девушки-ангела держала странную сферу, из которой и лилась вода, но лилась-то она летом, а сейчас сезон был уже закрыт, и только опавшие яркие листья украшали композицию.

Увидев сидящую на бортике женщину — реальную, а не скульптуру, два парня и две девушки ринулись к ней и одновременно, подойдя с четырёх разных сторон по аллейкам сквера, остановились.

— Где я?

— Что происходит?

— Что я тут делаю?

— Как я тут оказалась?

Посыпались недоумённые вопросы. Но каждый подсознательно чувствовал, что задавать их надо именно этой женщине.

— Это у вас надо спросить. Когда поймёте, тогда и вернётесь домой, — беспечно ответила женщина, окинув всех четверых пытливым взором.

— Домой?

— Где я нахожусь? Ответьте!

— Эй, женщина, вы шутите?

— Я всегда шучу. В этом и суть, — с хитрой улыбкой ответила собеседница, пошуршав под ногами подсохшими бордовыми и золотистыми листочками.

— Шутит она. Вселенная, блин, — выдал один из парней, припоминая все коварные шутки судьбы.

— Всего лишь её скромная помощница, — женщина ничуть не растерялась и не удивилась такому сравнению.

— Что это за место?

— Этот мир в точности, как ваш, но тут вас никто не знает, — пояснила шутница, поднявшись с бортика: четверо вопрошающих обступили её, боясь, что та уйдёт.

— Что?!

— Этот мир?

— Вы очумели?

— Сумасшествие!

— Оу-оу, спокойнее. Вообще-то это не я придумала, — её слова волшебным образом успокоили всех четверых, начавших паниковать. Женщина продолжала хитро улыбаться.

— И как тут жить? Что мы должны сделать? — задала конкретные вопросы одна из девушек, закопавшись рукой в своей густой шевелюре — видимо этот жест её успокаивал.

— Думаю, что вам лучше держаться вместе, — вновь коварно улыбнулась якобы помощница якобы Вселенной.

— Дайте нам хоть какой-то ориентир, чтобы выбраться отсюда!

— Закат, — односложно ответила женщина-загадка.

— Что?

— Какой закат?

— Встретимся на закате в деревне Алые Зори, — пояснила она.

— В какой деревне?

— Я знаю такую, — проговорил один из парней.

— Вот и славненько. Не скучайте! — мило и шутливо выдала странная собеседница. — Не удивляйтесь, если будете спокойно воспринимать, что вы в другом мире — это моя маленькая помощь вам, чтобы психика не страдала. Ну и вот это — тоже нормально воспримите, — подмигнула она и исчезла, как ни бывало.

Четверо ошарашенно посмотрели друг на друга. Когда задавали вопросы, были будто бы заодно, но сейчас прекрасно осознавали, что даже незнакомы.

— Что это было? — отрешённо пробормотал один из парней. Мыслительный процесс никак не хотел работать под его управлением. Иногда так бывает: о чём-то хочешь подумать, но мысль ускользает и упорно перебрасывает тебя на другое — на иную тему. В данном случае подобные «перепрыги» неестественно усилились.

— Я Василиса, — первой решила познакомиться одна из девушек.

— Премудрая, — саркастически на автопилоте проговорил высокий парень. Он внимательно посмотрел на новую знакомую.