Читаем Вне и в онлайн бесплатно
СЕРГЕЙ КАНТОВ
ВНЕ И В ...
"И дух божий носился над водою"
"... Вода. Одна вода. Скучно. Да явится суша и произрастит земля зелень, траву. Возлюблю эту зелень, растекусь по ней. Возрадуйтесь появлению Всевышнего и возьмите иго Мое на себя. Это Я в вас, а вы во Мне. Не услышите слов Моих, пригоню стада коз и исчезнете вы с лика земного. Истинно говорю вам: трава засыхает, цвет увядает, вечен только Я. Это закон Мой.
Все, что создал Я - хорошо весьма. Действие совершу, воздающее славу имени Моему. Да будет существо живое, идущее по пути своему..."
И возник лес, укрытый снежной периной.
Февральская безлунная ночь. Неподвижные ветви деревьев. Тишина и покой... Но вот ветка взрагивает, с нее осыпается снег. Из-за дерева выходит лыжник. Он идет медленно, тяжело переставляет ноги, часто останавливается, отдыхает.
- Ну и дорога, - думает лыжник. - Из города еле вышел. Везде чудятся сыщики. Столько времени потеряно. Зачем я ждал зимы? Ненависть к нам только усилилась. По улице спокойно пройти нельзя. Кажется, что каждый встречный готов вцепиться тебе в глотку. А за что? Все мы живые, все делаем одно дело.
- Как много снега выпало в этом году. Прогуляться по этому лесу днем - одно удовольствие. А я пробираюсь ночью, как преступник. И на дорогу не выйти. У них все отработано, сразу обнаружат и прилетят. Только меня не такто просто лишить возможности видеть и думать...
- Зима имеет свои преимущества, но только в лесу и безлунной ночью. Хоть что-то во тьме различаешь. А то каждый сучок норовит в глаз воткнуться... Сейчас должны быть три березы, а за ними уже и дом... Вот и они...
"... Сотворил Я путника по образу Нашему, по подобию Нашему. Похож он на сына человеческого, но хочет изменить судьбу свою, начертанную Мною..."
Лыжник останавливается под березами и смотрит на небольшой дом, втиснутый между деревьев и засыпанный снегом почти до самых окон. Не заметив ничего подозрительного, он подходит к окну, из которого пробивается слабый свет. Прижимается лицом к стеклу.
В тускло освещенной комнате, возле электрической печки, стоит кресло. В нем - сгорбленный человек. Голова его безвольно опущена, подбородок упирается в грудь. Лыжник дол-го всматривается в этого человека, наконец узнает его, снимает перчатку и кончиками пальцев стучит по стеклу.
Человек в комнате неподвижен. Глаза его закрыты, мысли в голове копошатся медленно, лениво.
- Неужели уже разыскали? Почему тогда осторожно стучат, а не врываются сразу в дом?... Это все равно должно когда-нибудь произойти.
Он поднимает голову, смотрит в сторону открываемой двери и, разглядев входящего, пытается изобразить на морщинистом, одутловатом лице подобие улыбки.
- Александр?! Не ожидал тебя увидеть, - он старается встать, приподнимается и тяжело падает в кресло. - Передавали, что ты погиб.
- Не так-то просто от нас избавиться, раз сотворили. Здравствуй и почти сразу же до свидания. Времени у меня мало. Мне нужны твои кассеты с записями.
- Зачем они тебе?
- Я способен сейчас передать людям их историю. Всем сразу. Они, наконец, поймут нас, и все скоро станут свободными... Пойдем вместе? Ты поможешь мне.
- Кассеты на полке. Бери только три, справа, остальные тебе не нужны.
Александр подходит к полке, берет кассеты и кладет в карман куртки. Медленно поворачивается к сидящему в кресле человеку.
- Ты мне не ответил. Пойдешь со мной?
- Нет! Я останусь. Мне некуда идти. Я мог бороться с обществом, сразу со всеми. А с Ней я не могу ничего сделать и не хочу. Только именно тогда, когда мы Их сотворили, я был по-настоящему счастлив. Закрываю глаза и опять этот чудный сон. Я и Она. Мне в жизни ничего больше не нужно, кроме этого сна... Ты считаешь себя свободным, поэтому уходи. Уходи и прощай!
- Опомнись! О чем ты говоришь? Ты был единственным гением среди нас. Ведь мы реализовали твои идеи. Только сейчас я понял, что мы не все продумали. Создали Их и Они нас только усыпили... Надеяться можно только на себя. В этом мире ничто не может происходить вне нас. Все думали, что теперь все произойдет без нашего участия. А вне - это одновременно и внутри... Я не дождался твоих сообщений и пришел сам. И теперь я вооружен законами развития памяти. Люди увидят свою жизнь...
- Будь осторожен. Если в момент трансляции с тобой что-нибудь произойдет, то исчезнет прошлое, а вместе с ним и настоящее. Исчезнет все сущее.
- Со мной ничего не может произойти. А на убийство они не пойдут, ведь я все объясню.
- Тебя не станут слушать. Когда в ненависти уничтожают настоящее, о будущем не думают... - старик в кресле вздохнул. - С минуты на минуту я ожидаю "гостей". Иди, а то схватят и тебя!
- До свидания.
Александр выходит из дома, плотно прикрывает за собой дверь. У крыльца надевает лыжи и скрывается в лесу. Падающий снег быстро заносит лыжню.
Проходит с полчаса и над домом зависает вертолет. По веревочной лестнице к крыльцу спускаются двое и, не стучась, врываются в комнату.
- Семьсот второй?
- Я!
- Собирайся, поедешь с нами!
- Но в чем я виновен?
- Присвоение человеческого имени, ты должен всегда знать свое место, белковая скотина! Где кассеты?... Да вот они! Не спрашивай его, давай быстрее, и так задержались. Поджигай всю эту дрянь! Живее! Не одевайся! Из-за тебя опаздываем, скотина! Поднимайся в вертолет! Факел поджег? Бросай!
Пламя вырывается из-под крыши дома и освещает серое брюхо вертолета.
- Быстрее! - захлопывается дверь и вертолет, взмыв вверх, растворяется в ночном небе.
"... Сие заповедую вам, да любите друг друга. Но если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидит ..."
В кабине летящего вертолета, позади пилота, тесно прижавшись друг к другу, сидят в ряд три человека. Один из них ведет переговоры с базой. Впрочем, это не переговоры, а ответы на получаемые вопросы.
- Почему опоздали?
- Сбились с курса, долго искали дом.
- Все кассеты взяли?
- Так точно!
- Его взяли живым?
- Так точно!
- Дом уничтожили?
- Так точно!
- Следы вокруг дома были?
- Никак нет! На дороге ни еди...
Взрыв разрывает слова, приборы, тела людей, обшивку вертолета и выплескивается яркой вспышкой в небо...
"...Я пролил дождем серу и огонь! Я ниспроверг махину сию, ненавидящую мир!.."
Лыжник в этот момент отдыхает, опираясь на палки. Ночное небо над ним озаряется, падающий снег кажется кроваво-красным. Через несколько секунд докатывается отзвук взрыва, с потревоженных веток ссыпается снег. Лыжник поднимает голову, смотрит вверх, но небо снова темное, вокруг тишина, только слабо поскрипывает снег.
- Что за вспышка? - бормочет лыжник. - Надо спешить, чтобы из леса выйти к окончанию на заводе ночной смены. Тогда будет проще затеряться в толпе. Надо спешить! - и он ускоряет шаг.
- ...Создал Я человека из праха земного и вдохнул в него дыхание жизни. Но кровожадные люди ненавидят непорочного. Мерзость для нечестивого - идущий прямым путем...
... Во все дни зимы и холода не буду вмешиваться в дела человеческие. Разделю отныне дела их и свои дела, так как препираются они с Создателем своим. Черепки из черепков земных. Создали человека вопреки законам Моим. Пытаются вдохнуть в него дыхание жизни ..."
Семья № 8
Андрей вздрогнул, открыл глаза и посмотрел на пульт с ровными рядами светящихся индикаторных ламп.
"Неужели заснул? Впрочем, горят нормально, значит все живы и здоровы. Что, в конце концов, с ними может произойти?" - глаза его слипались после бессонного суточного дежурства.
В лаборатории создавали самостоятельно размножающихся живых существ. Группа, в которую входил Андрей, занималась биороботами. Искусственно полученных биороботов объединяли в семьи, но дети у семи первых семей оказались нежизнеспособными. Только ребенок в семье номер восемь, генетический материал для создания которой был взят у Андрея, остался жить и развивался нормально. Он появился на свет два месяца назад, но жизненные процессы в его организме были значительно ускорены и выглядел он, по человеческим меркам, лет на четырнадцать...
Переключив экран монитора на восьмую семью, Андрей увидел на нем мальчика, сидящего перед компьютером. Родителей его видно не было.
"Смышленый мальчуган", - подумал Андрей. - "Все задаваемые тесты решает мгновенно. Молодец!" - и он переключил экран на одну из телевизионных программ. В телестудии шла оживленная дискуссия по проблемам создания искусственной жизни. Выступали, в основном, противники проведения любых исследований в этом направлении. Логики в их речах Андрей не находил и его охватило раздражение.
- Такое многообещающее направление исследований хотят закрыть, - подумал он. - Мол, "искусственное зарождение жизни антигуманно". А преждевременная смерть гуманна? Если этим ярым противникам для продления собственных жизней понадобятся искусственные органы, то они первыми возьмут их у биороботов. И трансплантация пройдет успешно, так как биоробот будет выращен из их же клеток. А сколько вредных производств еще осталось, где человек и появляться не может. Мало ли где могут применяться биороботы? И мысль ученых остановить нельзя... Ох, еще эта защита диссертации предстоит. Как уезжать не хочется...
Его размышления были прерваны звонком. На пульте тревожно замигали лампочки, две из них погасли почти одповременно. Сердце Андрея забилось учащенно. "Не уследил! ЧП! Какой сектор? Как раз мой, восьмой", - он рванулся к выходу из зала и побежал по длинному кольцевому коридору, опоясывающему здание, к восьмому сектору. В мозгу пульсировало: "Такого еще не было. Сразу с двумя что-то произошло. Сектор два. Наверное, тревога по всему институту. Четвертый сектор. Надо же перед самым отъездом! Теперь могут и не отпустить, шестой. Вот и восьмой". Андрей остановился, перевел дыхание, через стекло заглянул в бокс. И отшатнулся, потрясенный... Голубые стены бокса, светло-коричневый пол. И два тела на полу, рядом друг с другом. Два тела, совсем недавно бывшие живыми, а теперь?... Изуродованные, залитые кровью... Ритмично и спокойно орудовала над ними маленькая фигурка. Раздвигала руками кожу, резала и извлекала из этих тел что-то живое и, казалось, бьющееся.
С другого конца коридора подбежали двое дежурных.
- Что случилось?
- Смотрите! - Андрей ударил кулаком по стеклу и закричал: - Да сделайте хоть что-нибудь! Помогите им!
Один из дежурных присвистнул и повернулся к нему.
- Успокойся. Им уже никто не поможет. Если хочешь, сделаем полное перерождение.
Мальчик в боксе вздрогнул, поднял голову и посмотрел на людей. Посмотрел спокойно и сосредоточенно, как человек, занятый важным делом. Через секунду в его глазах появилось удивление и досада. Он что-то пробормотал, аккуратно положил на пол скальпель, разбежался и прыгнул прямо на стекло. Маленькая фигурка полетела вперед и, резко выбросив руки, ударила кулаками по стеклянной перегородке, разделяющей бокс и коридор. Стекло мгновенно покрылось сеткой трещин и стало белым. Эта белая пелена лопнула, в образовавшееся отверстие протянулись ручонки, которые, схватив растерявшегося Андрея за отвороты куртки, потащили в бокс. Андрей чувствовал, что не может управлять своим телом, что эти ручонки сильнее. Он уперся руками в стеклянную перегородку и закричал. Один из дежурных выхватил из-за пояса аэрозольный баллончик и направил струю прямо в проем стекла. Коридор окутался белым туманом. Руки, тащившие Андрея, обмякли, пальцы разжались.
- Быстрее вытаскивай его на воздух! - один из дежурных подхватил падающего Андрея и поволок его к выходу. - Вентиляцию не забудь отключить, а то в другие боксы аэрозоль затянет. Восьмой же пусть поспит подольше.
Андрей очнулся на зеленой лужайке возле лаборатории. Над ним склонились несколько сотрудников. Он приподнялся, потряс головой и сел.
- Почему все так получилось? Что про...
Его перебили.
- Как ты себя чувствуешь?
- Как такое могло...
- Ответь лучше, с тобой все в порядке?
- Да!... Да!... Что мы не предусмотрели?
- Успокойся. Пока еще сами не знаем. Если с тобой ничего серьезного не произошло - поднимайся, и пойдем. Как бы такое не произошло в других семьях.
Андрей встал. Немного подташнивало, кружилась голова, но вместе со всеми он пошел к центральному залу. Все были возбуждены и по пути старались проанализировать случившееся, говорили и перебивали друг друга.
- Неожиданно все произошло. Кто мог предвидеть такое?
- Обязаны были предвидеть, раз взялись за такие исследования.
- Может, это простая случайность, которая больше никогда и не повторится?
- В нашем исследовании все случайности должны быть исключены. Что-то мы не предусмотрели.
- Очень мало информации. Предлагаю просмотреть видеозаписи жизни восьмой. Тогда будет над чем подумать.
- Уже не раз смотрели.
- Сейчас другими глазами все увидим.
И вот пять сотрудников лаборатории сидят перед экраном в центральном зале... Мелькают кадры видеозаписей...
Создание восьмой... Серая тестообразная масса бурлит под прозрачным колпаком синтезатора. В нее вводится маленькая капсула, содержащая всего одну клетку. И происходит невероятное. Клетка, защищенная капсулой, начинает извлекать необходимые ей вещества, растет и принимает очертания живого существа. Все процессы значительно ускорены. по сравнению с происходящими в природе естественным путем. Буквально на глазах образуется живое существо, которое через несколько дней входит в мир, вырастает и становится способным дать жизнь подобному себе...
На экране восьмая семья... Он и Она. Молодые, стройные. У нее рождается жизнеспособный ребенок. Мать качает малыша, повторяет:
- Ты единственная наша радость. Смотри, какой он хорошенький, - обращается она к отцу. Тот берет ребенка на руки, подбрасывает вверх. - Мы передадим ему все лучшее, что имеем. Он все узнает намного быстрее нас и не совершит наших ошибок. Хорошо, что сохранились видеозаписи нашего развития. Всегда можно сравнить его с нами.
Мальчик учится ходить... Первые неуверенные шаги. Родители смотрят на него.
- Он начал ходить раньше нас. Смотри, какой у него уверенный шаг. Молодец! Давай, шагай!
Мальчик решает задачи... Сосредоточенно смотрит на экран дисплея и нажимает на клавиши. Родители рядом, говорят между собой.
- Как быстро он справляется со всеми заданиями. Он намного умнее нас с тобой.
- Так и должно быть. Мы вложили в него все лучшее, что имели. Он ведь единственная наша радость, наша замена.
Мать гладит ребенка по голове. Тот морщится и отстраняется.
- Не мешай. У меня мало времени. Если ничего больше не можете мне дать, займитесь другими делами!
- Наше главное дело - твое развитие.
- Мне нужен только компьютер. "КОМ" отвечает на мои вопросы быстрее, чем вы. Не мешайте. Я не могу терять время на неинформативные разговоры.
- Не будем ему мешать, - родители выходят из поля зрения"...
Родители одни. Говорят между собой.
- Мы ему совершенно не нужны. Да и кому мы нужны? Мне надоели эти бесконечные обследования. По-моему, мы существуем только для того, чтобы сдавать анализы.
- Я тоже не знаю, чем заняться. Какое-то бесцельное существование...
Мальчик у компьютера. Родители появляются редко и только для того, чтобы накормить его или отнести спящего в кровать. Сюжет почти не меняется. Изо дня в день... Конец записей. Экран замигал, в зале включился свет.
