Читаем Вишенка в паутине (СИ) онлайн бесплатно

— Держите. Не понравится, подберём вам кого-нибудь ещё. У меня достаточно хорошеньких сучек, — сводник довольно улыбнулся, похлопав по нарочито выставленному мягкому месту новое приобретение Ками. Петля поводка замерла в его раскрытой ладони, но брать её никто не спешил.

Мальчики, девочки… обученные или совсем «нулевые» для любителей «ломать под себя»… Этот утомлённый жизнью дядька в старомодной шляпе, статусной тростью и наработанными годами навыками дрессировки почему-то весь свой товар именовал одинаково: сучками.

— Проблем не будет? — начала с главного женщина, внимательно разглядывая живую секс-игрушку, стоящую на четвереньках посреди её гостиной. — Прививки, справки… Адекватность?

Торговец окинул покупательницу слегка удивлённым взглядом, насмешливо кивнул и принялся извлекать из внутреннего кармана пиджака сопроводительные бумаги. Похоже, его забавлял тот факт, что дама пытается думать и заморачивается деталями, а не «плывёт», узрев так близко желанную собственность. Не обращая внимания на снисходительный взгляд из-под кустистых бровей и ехидную ухмылку, Ками села на широкий диван и обложилась документами. Пусть сводник думает, что хочет. Парня она уже видела в каталоге, видела вживую, когда приезжала на смотрины, а вот результаты его анализов и психиатрической экспертизы… Сделка стоит дорого, и позволить себе так шикануть она смогла только сейчас, когда работа стала не просто любимой, а ещё стабильной и высокооплачиваемой, и на третий десяток лет набежал небольшой хвостик. Рабы «повышенной комфортности» в кругу Ками не были редкостью, но играть в съёмных и владеть собственным — разные вещи…

— Не волнуйтесь, если вас в течение месяца что-то не устроит, возьму его обратно и предоставлю замену, — со скучающим вздохом, подал голос многогранный владелец доходного бизнеса. — Я давно работаю, много сучек в дрессировку не беру, зато результат превосходный. Вы ведь, наверное, отзывы читали.

— Хорошо, — собрав справки и выписки в аккуратную стопку, Ками потёрла глаза, уставшие от мелкого шрифта с допотопного носителя информации. Сделку можно было оформить в электронном виде, но… сводник был старомоден не только в вопросах собственного гардероба. — Давайте подписывать.

Поскольку предоплата мастеру Октори была стопроцентной и внесена ещё месяц назад, кроме пары чернильных закорючек в договоре от состоявшейся рабовладелицы ничего не потребовалось. Даже ритуальной передачи права с принятием поводка… Формальность и театральщина. Кожаная петля свисала с шеи невольника, едва касаясь пола. Короткая, чтоб за неё водить, но удобная, для фиксации.

Заперев дверь и убрав свою копию договора, Ками села на диван и поманила пальцем новое приобретение. Парень, секунду назад изображавший предмет интерьера и смотревший строго в пол, жест заметил и подполз к ногам хозяйки. Ещё секунда и нежные губы ласкают подъём стопы, исследуют пальцы… Через полчаса подобного массажа Ками успокоилась, расслабилась и решила, что нестандартное вложение денег, похоже, сможет себя оправдать.

Интересно, сколько он продержится, если приказ не отменить? Так хорошо и уютно, что если завернуться в лежащий рядом плед, можно даже уснуть.

— Хьюмо, — назвала она то ли кличку, то ли имя, прописанное в документах, и потянулась к тумбочке. — На, держи.

Темноволосый медленно отлип от ноги хозяйки, с четверенек встал на колени и принял стакан.

— Пей.

Ками едва заметно усмехнулась, когда её мальчик с вышколено-каменным выражением механически начал заливать в себя жидкость, а через пару глотков присосался уже с удовольствием. Нет, малыш, это не специально намешанная для тебя гадость, ради проверки выдержки, всего лишь недопитый с утра яблочный сок.

— Если хочешь, я налью ещё, — раб слишком уж жадно смаковал последние капли.

Вместо ответа Хьюмо подался вперёд, лбом на ковёр, в молитвенном жесте утыкаясь в сложенные руки. Ах да… Кажется, так мастер Октори учил их просить.

— Пошли. Ножками. По коридору можешь не ползать, — встала с дивана Ками.

Второй запотевший стакан парень пил медленно и, по ощущениям, вообще не дыша. А у владелицы появилась возможность полюбоваться хорошо сложенным телом наложника в интерьере собственной кухни.

— Трусы не жмут?

Ну вот… Столько восторженных отзывов про выдержку сучек Октори, а этот чуть не подавился. Ладно, сама выбирала…

— Ты разговаривать-то умеешь, чудо? — прислонилась спиной к холодильнику женщина. — Я ведь на смотринах не проверяла. Если бракованный, назад сдам.

— Умею, простите… — Хьюмо тут же потерял интерес к соку, дёрнувшись было на колени, но по жесту владелицы остался на месте. — Сучкам лучше молчать до прямого приказа… Мне раздеться?

— Ты первый вопрос слышал? — заглядывая в красивые карие глаза, поинтересовалась хозяйка. Подошла ближе и, наконец, на полных правах огладила руками узкие бёдра и те самые плотные чёрные шорты, которые сидели на парне в облипку.

— Жмут, — не смея разорвать зрительный контакт, сглотнул он. — Но так и должно быть, это чтобы…

— Снимай.

Раб заткнулся и, насколько мог, плавно избавился от единственного предмета одежды.

То, что там у него находилось, Ками уже видела… в разных состояниях. Вспомнился даже ушлый сводник Октори с линейкой в руках… На самом деле глупо было бы выбирать постельную игрушку и стыдливо обойти этот аспект. Всё равно, что купить в салоне автомобиль, ориентируясь только на внешний вид, и ни разу не поинтересоваться характеристиками. Тем более, стоил этот малыш как раз как хороший внедорожник, пусть и слегка подержанный.

Пальцы хозяйки легонько прошлись по спокойному члену вверх, погладили яички, обвели пупок… Сантиметры весьма скромные, но, если решить использовать мальчика по прямому назначению — будет комфортно, а если трахать его в зад, как обычно нравилось делать Ками, то размер уж точно не имел значения.

— Завтра подберём тебе другую одежду, — сообщила она, выкидывая шорты в мусорное ведро. — А сейчас пойдём, покажу кое-что.

Глупо купить раба для развлечений и не оборудовать место. Занять подвал в многоквартирном доме Ками не могла себе позволить, а вот выделить одну из трёх комнат своей жилплощади — вполне. Цепи, скобы, блоки, карабины — всё это не предназначено для игры в человека, но в умелых руках идеально подходит. В остальном: стандартный набор любого секс-шопа с поправкой на личные предпочтения.

— Можно, можно… Посмотри. Если хочешь, даже потрогай, — кивнула хозяйка в ответ на осторожные попытки парня оглядеться. — Всё равно тебе инструмент обновлять.

Честно выждав пять минут, пока собственность переварит увиденное и мысленно пересчитает насадки для страпона, Ками спустила с потолка перекладину и настроила высоту.

— Я смотрю, ты не сильно мазохист, — усмехнулась женщина, слегка разочаровываясь в разрекламированном в сети дрессировщике.

«У прошедших обучение сучек рефлекс служения доведён до автоматизма. Удовлетворение хозяина — смысл их жизни, предугадывание желаний — отработанный навык».

Ну… Если б так, то это чудо чудное уже подошло бы и сунуло руки в крепления, радостно так… с огоньком в глазах, а не бледнело и тряслось, старательно делая вид, что между собственной тушкой и горизонтальной палкой на цепи не улавливает никакой взаимосвязи.

— Хьюмо? — подняла брови хозяйка. — Будешь тупить, возьму зеркало с расширителем, вставлю в одно интересное место и посмотрю, что там у тебя клинит.

— Простите, — подхватился раб, помогая владелице зафиксировать себя на перекладине. — Я просто… я…

— Не надо, — поморщилась Ками, обрывая поток бессвязных оправданий. — Ртом ты работаешь лучше, чем объясняешься.

Парень опустил голову, и, видимо, попытался войти в транс. Такому трюку хорошие мастера специально обучают предпродажных игрушек, чтоб те смогли вынести самую жестокую хозяйскую игру и не поехать крышей.

— Дыши ровнее, на дольше хватит, — понаблюдав за его стараниями несколько минут, посоветовала хозяйка. — Хочу посмотреть твой болевой порог. Станет совсем невмоготу — скажешь.

Итак… С чего начать? Ками полюбовалась на натянутую струной рельефную спину и взяла с полки стек. Не будем заморачивать мальчика счётом, вся ночь впереди… А выглядит он что-то не очень уверенно для ориентированной на садистов элитной игрушки. Может, не надо было так сразу подвешивать? Время дать обвыкнуться. Рассказать, что убивать его здесь не будут». Ками криво улыбнулась своим мыслям и тряхнула головой: «Господи, что за заморочки? Может, ещё отвязать и печеньками покормить?» Расслабившись на поглаживания и похлопывания исследующего тело стека, Хьюмо резко выгнулся на первый удар, но промолчал.

И то — хлеб. В целом, с каждой новой красной полосой ему становилось как будто даже лучше. Нет, боль мальчик определённо не любил, в этом хозяйка убедилась. Но взять себя в руки сумел и психовать прекратил. Что не могло не радовать. Если бы Ками нужна была смазливая подстилка, льющая слёзы в игровой комнате, она бы заказала что-то попроще и подешевле.

Разукрасив собственность в багровые тона ровной сеткой от плеч и до мягкого места, женщина сменила инструмент. Казалось бы, ну что такое скакалка… А между прочим, испытуемое тело задёргалось сильней, инстинктивно пытаясь уйти от встречи с жалящей нитью. Недочёт, конечно… Но не будем придираться. Всё-таки: «Стоять смирно», — вначале озвучено не было. А теперь поздновато. Да и обрабатываемая попа совсем не большая, стежки приходится класть совсем близко друг к другу.

— На меня посмотри, — похлопала она по щекам раскрасневшегося невольника. Глаза полуприкрыты, взгляд в одну точку, дыхание хриплое. — Ещё можешь или нет?

Парень, закусив губу, кивнул. Ну, что же…

Пробуя на бёдрах жертвы гибкий каучуковый прут, Ками глянула на часы и удовлетворённо хмыкнула: достойно. Пожалуй, ещё пара взмахов и… Тело на перекладине внезапно обмякло и повисло в крепеже.

***

Хьюмо смутно помнил, как оказался на полу. Вроде и не сильно избили, даже кожу не порвали, но взвинченные продажей нервы, страх облажаться и диета последних нескольких дней ради чёткого рельефа мышц, видимо, сделали своё дело. Хозяйка осталась в комнате, но поднять голову и посмотреть было страшно. Что-то скрипнуло, зашуршало, и меж лопаток прошило холодом, заставляя выгнуться и охнуть в голос. Вся конспирация псу под хвост… но в бесконечный обморок, похоже, не сильно-то и верили. Пакет со льдом медленно двинулся вниз по спине, задерживаясь на особо пострадавших участках, и замер на ягодицах. Это было странно… но неплохо. Ради эстетического удовольствия это действо или из жалости, синяки всё равно будут меньше.

— Нравится? — раздался сверху голос хозяйки.

— Да, госпожа… — Хьюмо постарался вложить в ответ максимум благодарности и даже приподняться, коснуться губами домашних туфель.

— А мне нравится, когда меня слушаются, — вроде ничего необычного, стандартная фраза, но тон пробирал до костей не хуже льда на заднице. — И я не уверена, что получила то, за что заплатила.

— Я могу дольше, — чувствуя, как внутри всё обмирает, вскинулся раб. — Я послушный и… буду стараться!

— Прекрасно, — вздохнула женщина, потянувшись за телефоном. — Но опять не то. Мне нужен партнёр по играм, а не муляж для порки.

— Надо было сказать? — наморщил лоб парень, удивлённо вглядываясь в лицо владелицы. — Что сейчас упаду, да? Но мастер дрессировал, чтобы…

— Мастера здесь нет.

— Госпожа! Я… я глупая сучка, — лихорадочно соображая, вытянулся в позу покорности Хьюмо. — Я всё испортил. Я плохо объясняю… Мне, и правда, лучше работать ртом, так пользы больше…

— Запомнил… и, похоже, обиделся, — тихонько рассмеялась Ками, набирая номер. — Значит, как минимум память хорошая. Ну, давай, скажи мне что-нибудь ещё, только так, чтоб я поверила, — потянула она свою собственность за волосы, отлепляя от ковра.

— Госпожа… Меня первый раз так продали, мне страшно, — сглотнул парень, рассеяно глядя на присевшую вровень с ним женщину. — И ещё я есть хочу…

— Алло, здравствуйте. Как хорошо, что я до вас дозвонилась, — буднично заговорила она в трубку, поднимаясь и отходя к окну. — Да, я на счёт сегодняшнего заказа…

Парень открыл и снова закрыл рот, дёрнувшись, как выброшенная на берег рыба. Хотелось зажмуриться и заткнуть уши.

— Да, ночная доставка за двойную оплату, я помню… Добавьте ещё одну пиццу и что-нибудь на десерт из фруктовой нарезки… да, давайте. Жду… Аллергии на орехи нет? Пиво пьёшь? — обернулась Ками к озадаченно зависшему рабу. — Ладно, считай, что у тебя «зачёт». Сейчас обмывать будем.

***

Закончив гипнотизировать два недоеденных куска пиццы, Хьюмо всё-таки закрыл коробку. Выбросил в мусорное ведро в углу обёртки и одноразовую посуду. А потом аккуратно улёгся животом на выданный для сна матрас. Рассечений на коже нет, но синяки тоже вещь малоприятная. Хотя, если вспомнить «учёбу»…

Мастер вполне доходчиво и наглядно объяснял, что будущие владельцы могут обращаться со своими «сучками» как угодно. Без лишних эмоций ломал и заставлял собирать себя заново, но уже по новому лекалу. Полюбить, ну или хотя бы смириться с неизбежной болью, с чужими руками, которым можно всё. Осознать, что нет пути назад, и выбора нет, и тебя того по сути тоже… Есть только то, что хочет видеть покупатель.

Хьюмо положил подбородок на сложенные руки и задумчиво окинул взглядом свою новую комнату: в одной половине хорошо оборудованная пыточная с той самой перекладиной, на которой уже довелось висеть, в другой — зона отдыха. Подсвеченные луной цепи, плети, зажимы… А стоит только переступить невидимую грань — ковёр, матрас, холодильник, тумбочка. Кто-то из бывших хозяев однажды говорил, что жилище — это отражение внутреннего мира человека. Насколько раб успел понять, к его новой владелице это выражение подходило полностью. Властная, жёсткая, но… на редкость адекватная. То, что хотела, получила и не стала превращать первую же ночь своей игрушки в агонию. Недавний выпускник спецкурса дрессуры мог припомнить множество рассказов «бывалых» о том, как едва дорвавшиеся до безотказного тела хозяева запрещали первые двое суток своей собственности спать, ходить в туалет без разрешения, подниматься с колен или придумывали целые ритуалы выпрашивания пищи. Поэтому в голове сейчас никак не укладывалось, что после такой многообещающей порки и едва не проваленного «зачёта», госпожа закатила настоящий пир! Конечно, Хьюмо слышал про традицию «обмывать» новые, дорогие вещи — машины, квартиры, умную технику… Но вот «обмывать» покупку самого себя довелось впервые.

Лёгкая дрёма вместе с алкогольной эйфорией закончились ближе к рассвету. Небо посерело, а в окнах соседних многоэтажек появились редкие огни.