Читаем Вирус самоубийства онлайн бесплатно

Репетиция спектакля проходила очень тяжело. Актеры путали реплики и забывали слова, музыка звучала то слишком громко, то слишком тихо, а главный герой во время пробежки по сцене подвернул ногу. А когда ведущая актриса после горячей перепалки с режиссером демонстративно ушла со сцены и скрылась в своей гримерной, оглушительно хлопнув дверью, репетицию и вовсе пришлось прекратить. Актеры и работники сцены быстро растворились в театральных закоулках, и в пустом зрительном зале воцарилась тоскливая тишина.

Молодой режиссер тяжело вздохнул: уже вторую неделю он пытался найти контакт с труппой, но все время натыкался на холодную стену непонимания, недовольства и отчуждения. Причину своего неприятия актерами он хорошо знал: с похорон любимого всеми режиссера и бессменного художественного руководителя театра-студии «Метроном» прошло меньше месяца, и в театральном закулисье все еще незримо витал призрак смерти. После этих трагических событий на должность режиссера временно назначили молодого многообещающего выпускника театрального института, и теперь жестокая труппа с мазохистским наслаждением выливала на него свое горе, раздражение, бессилие и испуг.

Со своим предшественником молодой режиссер лично знаком не был, но все его театральные постановки знал очень хорошо: каждый новый спектакль театра-студии «Метроном» неизменно становился ярким событием в театральной жизни Москвы, и достать билеты в этот театр было непросто. Триумфальная история театра-студии остановилась месяц назад, когда холодной осенней ночью огненно-красный Мицубиси Эклипс на полной скорости пробил парапет на набережной Москвы-реки и упал в воду. Прибывшие на место происшествия спасатели машину вытащили быстро, но спасти водителя уже не удалось.

В официальном заключении о причинах этой аварии было сказано, что водитель автомобиля не справился с управлением. Но суеверные актеры выводам полиции не поверили. Им казалось, что трагическое происшествие, унесшее жизнь их любимого руководителя, стало частью какого-то дьявольского плана, и машина оказалась в реке не случайно, а по чьему-то злому умыслу.

Надо сказать, что некоторые причины для таких сомнений все-таки были: как получилось, что прекрасный водитель, который провел за рулем много лет без единой аварии, не справился с управлением собственного автомобиля? Поползли слухи. Причиной для них послужило то, что в последнее время поведение режиссера стало странным. Он практически перестал улыбаться и начал орать на актеров по малейшему поводу. Его больше не видели на светских тусовках, на которых раньше он был завсегдатаем, а от его мужского обаяния и искрометного юмора не осталось и следа. К тому же он все чаще отменял назначенные репетиции, а премьеру нового спектакля перенес на более поздний срок.

В этих неожиданных переменах актеры винили веселый город Амстердам — секс-столицу Европы, где их кумир на протяжении нескольких месяцев ставил спектакль в молодежном театре. Он вернулся оттуда за пару недель до рокового происшествия, и в театре сразу заметили, что главный режиссер немного не в себе. Поговаривали, что во время работы в Нидерландах он подсел на тяжелые наркотики, а злые языки даже шептали, что у него СПИД. Но это были всего лишь слухи, которые всегда циркулируют вокруг шоу-бизнеса: никто не знал, есть ли в них хоть капелька правды. Актеры решили, что за переменами в поведении их руководителя скрывается какая-то тайна. Но разгадку этой тайны так никто и не узнал: разбитые перила парапета и мутные воды Москвы-реки скрыли ее навсегда.

Похороны режиссера прошли, как во сне. Казалось, что на прощание с ним пришла вся столичная театральная тусовка: у дверей театра толпились многочисленный друзья и поклонники театра-студии «Метроном», и резкий запах траурных хризантем смешивался с ароматом французских духов и хорошего табака. Пришедшие растерянно кивали друг другу и негромко переговаривались между собой. Актеры размазывали по щекам настоящие, а не бутафорские слезы, и никто не обращал внимания на миниатюрную девушку, похожую на мальчика, которая одиноко стояла в стороне, спрятав за огромными темными очками свое бледное лицо.

Самые ранние годы своего детства Антонина старалась не вспоминать. Ее мать, Вероника, дочь не любила, всю жизнь считала ее роковой ошибкой молодости и напоминала об этом всем, в том числе и самой Антонине, при каждом удобном и неудобном случае. К своему ребенку Вероника проявляла интерес только тогда, когда могла извлечь из существования малышки какую-либо пользу лично для себя. Но часто спекулировать на дочери не удавалось, поэтому девочка росла в атмосфере пренебрежения и даже забвения.

Своего родного отца Антонина не помнила совсем. Он навсегда оставил семью, когда девочке было всего четыре года. Да и семьи-то, в сущности, не было — это было существование под одной крышей совершенно разных и неинтересных друг другу людей. Отец Антонины был моряком дальнего плавания и практически все время проводил в море. С раннего детства маленькая Тоня знала об отце лишь то немногое, что рассказала ей Вероника, и информация эта была довольно скудной. Девочка усвоила только, что ее отца звали Сергей, что он был паразит и безвозвратно загубил лучшие годы ее матери. Вероника внушила дочери, что ее отец — бесполезное и никчемное существо, поэтому вспоминать его и думать о нем девочке незачем.

Ранний брак ее матери, Вероники, был совершен скорее по расчету, чем по зову сердца. Этот брачный союз был вынужденным, безрадостным и коротким. Да и сама Вероника тоже была насквозь искусственной, если не сказать фальшивой. Даже имя ее было ненастоящее.

Вероника родилась в небольшой донской станице, насквозь продуваемой резкими южными ветрами. Она была младшим, четвертым ребенком и единственной девочкой в семье. Старшие братья души не чаяли в очаровательной младшей сестренке и баловали ее во всем. При рождении ее назвали Верой, но амбициозную деревенскую девочку с детства раздражало такое простецкое, по ее мнению, имя, которым нарекли ее родители. Вероникой она стала по собственной воле. Услышав как-то по телевизору это имя, девочка решила, что оно звучит более загадочно и эффектно, и с тех пор стала называть себя только так. После долгих истерик, сопровождавшихся ручьями слез и угрозами покончить с собой, родители смирились с капризом дочери и, в конце концов, поменяли ей имя уже официально.

Девочка выросла и стала первой красавицей во всей округе. Высокая и стройная блондинка с длинными густыми волосами, огромными голубыми глазами и аппетитными округлостями упругого молодого тела неизменно привлекала мужские взгляды. Но отвечать на них Вероника не спешила и насмешливо игнорировала любые знаки внимания, которыми пытались заинтересовать ее местные ухажеры.

Родители ее, простые труженики, всю жизнь безнадежно пытались заставить дочь прилежно учиться и хоть немного приобщить ее к сельскохозяйственному труду. Несмотря на все старания, преуспеть им в этом не удалось. Вместо того чтобы корпеть над учебниками или постигать премудрости выращивания помидоров, Вероника ревностно следила за своей внешностью и наотрез отказывалась выполнять даже мелкие домашние дела. Боясь испортить свои бархатистые и мягкие руки, она впадала в истерику от каждой просьбы прополоть грядку или помочь с уборкой в хлеву. Вместо того, чтобы помогать по хозяйству, Вероника часами сидела перед зеркалом, любуясь свои отражением и всем своим видом показывая, что примитивная сельская жизнь совершенно не для нее, и она достойна большего. И родители, в конце концов, решили оставить девушку в покое: пусть живет, как хочет.

Именно так Вероника и жила. По выходным в местном клубе показывали художественные фильмы, и девушка не пропускала ни одного из них. Все происходящее на киноэкране волновало ее невероятно. Роскошная и праздная жизнь, полная романтики и приключений, красивые мужчины и роковые женщины, шикарные наряды и холодный блеск бриллиантов будоражили девическое воображение и манили к себе, как магнитом. С трудом перебиваясь в школе с двойки на тройку, девочка мечтала поскорее закончить учебу и уехать в город, где так много больших магазинов, элегантных мужчин и дорогих ресторанов. Вероника считала себя полностью готовой к своей будущей городской жизни. Она внимательно следила за всеми модными тенденциями и новинками в одежде, о которых писали журналы, выучила наизусть названия дорогих духов и даже научилась делать яркий и вызывающий макияж, используя для этого доступный арсенал косметических средств. Так как работать (при ее-то внешности!) девушка не собиралась, то для переезда в город и начала новой романтической жизни Веронике оставалось только ждать подходящего случая. Но, как говорили в ее станице, на ловца и зверь бежит, и такой случай подвернулся ей как нельзя вовремя.

Июнь 1983 года выдался сухим и жарким. Почва на полях посветлела и растрескалась, а побеги зерновых культур от недостатка влаги стали низкими и чахлыми. Все жители станицы были озабочены судьбой будущего урожая, но Веронику засуха совершенно не волновала. Для нее это был год окончания средней школы — время больших надежд и грядущих перемен. Выпускные экзамены девушку не особенно беспокоили: она была уверена, что ее неотразимая красота не позволит учителям поставить ей двойки. И она действительно сдала все экзамены без двоек, но совершено по другой причине. Родители Вероники, добрые, отзывчивые и трудолюбивые люди, пользовались у односельчан большим уважением. Учителя сельской школы, закрыв глаза и тяжело вздохнув, исключительно ради уважения к отцу, матери и старшим братьям девушки, поставили ей на экзаменах завышенные оценки по всем предметам. Но даже позорные и незаслуженные тройки Веронику вполне устраивали: ей очень хотелось поскорее получить аттестат зрелости и наконец-то начать самостоятельную и красивую взрослую жизнь. Как именно начать эту жизнь, девушка пока еще не знала, но была абсолютно уверена в том, что новая жизнь уже не за горами. Она чувствовала, что скоро обязательно произойдет что-то такое, что поможет осуществиться всем ее мечтам. И это «что-то» произошло.

Получив очередную тройку на последнем выпускном экзамене, Вероника бежала домой, как на крыльях: теперь-то она уж точно получит долгожданный аттестат зрелости и сможет сама распоряжаться своей судьбой! Прощай, надоевшая школа, скучная деревенская жизнь и глупые разговоры о грядках, телятах и скошенном сене! Больше не будет зимнего снега по колено и уродливых резиновых сапог в весеннюю распутицу! Впереди ее ждет интересная и полная событий городская жизнь: туфли на высоких каблуках, французские духи, поездки на автомобилях и ужины в шикарных ресторанах. Уже через неделю она получит аттестат и будет свободна, как ветер! Оставалось только придумать, каким образом осуществить эти заветные мечты. В голове девушки пока еще не было на этот счет никакого плана, и такая неопределенность уже начала ее тревожить: ждать она не привыкла, ей всегда хотелось получать все и сразу.

Вероника уже почти добежала до своего дома, когда услышала знакомый голос:

— Верка, привет! Куда ты так мчишься? Иди к нам, поболтаем!

Это был сосед Колька — моряк, который только что прибыл на побывку к родителям. Настроение у Вероники сразу испортилось: он всегда доставал ее своими дурацкими придирками! И надо же ему было приехать именно сегодня! Колька был старше ее на несколько лет. Во время службы на флоте он оказался в дальнем морском походе и так полюбил бескрайние водные просторы, что решил посвятить им свою жизнь. Демобилизовавшись, Колька устроился на постоянную работу в торговый флот и теперь месяцами плавал (он говорил «ходил») по морям и океанам, любуясь на морские волны и зарабатывая при этом очень неплохие деньги. Посмотрев мир и побывав во многих странах, во время отпуска Колька неизменно возвращался в родительский дом, привозил родителям, младшим братьям и сестрам диковинные подарки и развлекал односельчан рассказами о своих путешествиях и тех заморских городах, которые ему посчастливилось увидеть.

Колька был единственным, кто наотрез отказался называть Веронику новым именем и упорно продолжал звать ее Веркой, доводя ее тем самым до белого каления. О том, что Колька всю жизнь был влюблен в свою своенравную соседку, знала вся станица, но девушка с презрением относилась к его чувствам и при каждом удобном случае издевалась над парнем, как только могла. Колька не сдавался и продолжал оказывать ей знаки внимания, чем неизменно выводил ее из себя.

Вероника уже собралась отпустить соседу очередную колкость, когда увидела, что Колька был не один. Рядом с ним стоял высокий стройный красавец в белоснежной морской форме и лихой бескозырке, из-под которой выбивались светлые волнистые волосы. У девушки остановилось сердце: ей показалось, что это герой американской киноленты внезапно сошел с экрана и по иронии судьбы или по каким-то другим неведомым причинам очутился в их станичном захолустье. В тот момент Вероника еще не поняла, какой шанс предоставляет ей судьба, но машинально сменила гнев на милость. Плавно покачивая бедрами, девушка подошла к парням и одарила незнакомца обворожительной улыбкой, многократно отрепетированной перед зеркалом. Игнорируя Кольку и не отводя взгляда от его друга, она представилась:

— Я Вероника, соседка этого кретина.