Читаем Виктор 1. Memory онлайн бесплатно
Аннотация:
ГЛАВА 1.
Б16. Земля. 1582г.
Крики, людские гневные крики, подгоняющие, страхом отзывающиеся в сознании двух маленьких детей.
Еще недавно они были счастливы. Юные дети графа, маленькие господа, но лица людей их отца всегда встречали их искренней, неподдельной радостью. Маленьких графьев в любом крестьянском доме всегда ждал теплый хлеб и парное молоко в угощение. Графа, щедрого и рачительного, любили, как и его красивых приветливых детей. Где же сейчас добрые улыбки на загорелых натруженных лицах? Еще недавно они желали детям хороших снов по вечерам, а сейчас эти же голоса изрыгали проклятия и желали только мучительной смерти. Вместо еды или простеньких поделок из дерева в подарок на именины - топоры и вилы. Простое оружие, что не смогло бы защитить городок от набегов врагов, с ним даже на охоту не сходишь, но вот для травли детей оно годилось вполне.
Темнота леса нисколько не помогала несчастным, скорее наоборот, мешала. Ветки хлестали по лицу, оставляя кровоточащие царапины. Мальчик крепко держал сестру за руку и старался не плакать, и без слез было тяжело разглядеть дорогу. А останавливаться было нельзя, иначе их тут же настигнут и зверски убьют, как недавно расправились с их матерью. Её останки, наверное, до сих пор догорали на костре. Детям совершенно не хотелось разделить ее участь, поэтому они, измотанные, уже на пределе своих сил, убегали подальше в лес, пытаясь там затеряться и уйти от преследователей.
Неожиданно девочка споткнулась.
- Виттор, я больше не могу, - заплакала она.
Мальчик помог ей подняться и молча потащил следом за собой, стараясь не слушать ее всхлипывания. Пока поднимал, машинально отметил, что на поясе сестры по-прежнему висел меч. Они успели, убегая, схватить с собой первое попавшееся оружие - два коротких клинка, они были старыми, и отец повесил их в коридоре родового замка. Виттор уже пару лет учился фехтованию, а вот его сестра ничего тяжелее ложки не держала, как и положено графской дочери.
Мечи не смогли бы их спасти от разъяренной толпы. И все же это была хоть какая-то защита от преследователей.
Мальчик бежал чуть впереди своей сестры и крепко держал ее за руку, не давая споткнуться и упасть. Он постоянно затравленно оглядывался назад. Ощущение безысходности крепко угнездилось в его душе, ребенок знал, что далеко они не убегут. Но любовь к своей сестре и страх за неё не позволяли ему остановиться и достойно принять смерть.
Внезапно Виттор резко остановился и дернул сестру за руку, чтобы та, заплаканная и ничего уже не видевшая, по инерции не побежала дальше. Перед ними чернотой провала зиял обрыв.
Шум толпы приближался. Все, бежать больше некуда. Почему-то это придало ему немного сил. Мальчик повернулся к обрыву спиной и, хищно оскалившись, обнажил клинок. Девочка испуганно забилась за спину брата, судорожно хватаясь за край его рубашки.
Вскоре из леса к ним выбежали преследователи. Сейчас они мало чем напоминали людей. Лица искажены в гримасе ярости и гнева, по лбу стекает пот от долгой погони. Их дыхание смешивалось с рычанием и жаждой крови.
Они ли желали когда-то спокойных снов? Пели протяжные старинные песни зимой, у камина в графском замке? Распевали веселые частушки на праздниках?
Девочка прижалась к брату и сказала дрогнувшим голосом:
- Виттор, мне страшно.
Мальчик глубоко вздохнул и, стараясь казаться спокойным и уверенным, ответил:
- Не бойся, Анни, я не дам им прикоснуться к тебе. Не позволю, - на последних словах его голос наполнился злобой.
Крестьяне остановились, и можно было заметить, что они боялись. Боялись двух маленьких детей. Потом кто-то из толпы крикнул чуть дрожащим голосом:
- Выкормыши Дьявола! Убить их!
Через миг люди поддержали его, и толпа взорвалась криками:
- Убить! Убить! Убить!
Кто-то самый смелый выбежал вперед, бросившись на детей с топором. Мальчик по-звериному оскалился и чуть повернулся, пропустив противника сбоку. Мужчина по инерции сделал шаг и развернулся с намерением все же убить щенка. Но тут ребенок, скривив рот в жесткой усмешке, вонзил ему клинок в живот. Крестьянин от удивления открыл рот и даже силился что-то сказать... Впрочем, Виттора это совершенно не интересовало, и он пнул его в сторону обрыва, освобождая меч. Мужчина пошатнулся и, не удержавшись, свалился вниз. На губах мальчика играла дикая, полусумасшедшая улыбка.
'Они нас не достанут! Предатели!'
Неожиданно позади него громко и испуганно закричала Аннира. Виттор резко обернулся. Его любимую сестру схватили и куда-то утаскивали. Он еще успел увидеть, как она беспомощно дергается, пытаясь вырваться. А потом все заслонили окружившие его крестьяне. Они размахивали оружием, выкрикивали проклятия, но ни один из них не решался подойти ближе, на расстояние выпада клинка.
- Виттор! - долетел до него голос сестры, - Виттор! Помоги мне! Аааа... Не надо!
Вздрогнув, мальчик резко рванулся вперед, выставив меч. Ближайший к нему крестьянин не успел отшатнуться. Он удивленно схватился руками за лезвие меча, проткнувшего его живот.
- Анни?! - позвал сестру мальчик, судорожно пытаясь найти ее взглядом.- Держись, я иду! - крестьянин, хрипя, медленно оседал на землю, и Виттор машинально рванул меч на себя, высвобождая.
Но девочка больше не отзывалась, а его самого снова оттеснили к краю обрыва. Один из крестьян, массивный, с тяжелым взглядом, напирал больше всех. И в глазах остальных было уже больше злобы, чем страха. Любая толпа слегка безумна, и страх не способен долго ее удерживать.
- Что вы с ней сделали?! - закричал Виттор.
На его глаза навернулись слезы. Очень глупый вопрос, и он сам мог на него ответить. Только какая-то часть его все еще не верила в реальность происходящего. Не могло все так произойти. Ведь совсем недавно он приходил к этим людям в гости, играл с их детьми, ел их еду. А сейчас все они словно обезумели, будто в них вселился сам Дьявол из рассказов священника в маленькой городской церквушке и управлял ими, как марионетками.
- Где Анни?! - еще раз выкрикнул он.
Массивный, оскалившись в улыбке, ответил:
- В Ад отправили, и ты скоро последуешь за своей драгоценной сестренкой.
- НЕЕЕТ!!! - взвыл Виттор и кинулся на него.
Тот перехватил мальчишку и столкнул его с обрыва...
Д41.
2072 г. от создания Империи.
Я проснулся весь в поту. Опять. Снова один и тот же сон, кошмар и воспоминание одновременно. Мне было всего двенадцать, когда это все произошло. С тех пор прошло уже четыреста шестнадцать лет, но пережитый тогда ужас иногда возвращался с новой силой, и я снова падал...
Когда эти кошмары прекратятся? Хотя я знаю ответ на свой вопрос. Когда достигну цели, тогда и прекратятся. Тогда все закончится, и, наконец, наступит долгожданный покой.
Мои размышления прервал чертов будильник. Да, да, да! Знаю я, что пора вставать! Боги, как же раскалывается голова, впрочем, как обычно. Переизбыток телепатического общения.
Я сел и вытер остатки пота с лица.
Ко мне в палатку вошла моя жена Сэлл. В каждом её движении была неизменная кошачья грация. Сэлл - оборотень, при перекидывании превращается в огромную кошку, что-то наподобие рыси, только раза в три больше. Точнее не знает даже она сама.
- Виттор, вставай, - промурлыкала она, подходя ко мне.
Мое истинное имя, данное мне матерью при рождении... Из ныне живущих его знала только Сэлл. Я поморщился, в сознании снова зазвучали крики давно погибшей сестры. Сэлл, увидев это, присела рядом, обняла за плечи. Спросила с затаенным беспокойством:
- Опять кошмары?
Я отрывисто кивнул, а потом, посмотрев на неё очень пристально, спросил:
- Что ты здесь делаешь?.. Ты должна быть...
- Знаю, знаю, - чуть раздраженно прервала она меня, - Я должна быть с Крисом, и уже давно... - Она немного помолчала и неожиданно для меня продолжила: - Зря ты так...
Я сразу понял, о чем она, и мысленно застонал. Сколько можно?
- Сэлл, не начинай, пожалуйста. Я поступил так, как считал нужным. Всё, точка. И давай больше не будем говорить об этом, - сухо отрезал я.
У меня не было никакого желания обсуждать такие темы с утра пораньше. Но Сэлл, нахмурившись, все же продолжила:
- Ты всегда поступаешь только так, как считаешь нужным... - проворчала она.
- Да, - ответил я. - И еще ни разу не ошибся. И с Крисом тоже... - я вздохнул и посмотрел на неё. - Сэлл, прошло двадцать восемь лет, и я ни о чем не жалею.
Впрочем, в верности своего последнего утверждении я и сам сильно сомневался...
Сэлл это прекрасно знала и, лукаво на меня посмотрев, спросила:
- Так-то и не жалеешь? - в глазах у неё плясали чертики.
- Да, не жалею, - выдавил из себя я, - будет лучше, если он будет жить подальше от меня... - потом я на секунду замолчал, но все-таки продолжил: - Для него же лучше.
- Ты не можешь знать, что ему лучше, - тихо сказала Сэлл, - ты не он...
Мой взгляд невольно упал на нашу общую фотографию, лежавшую на раскладном столике около кровати. Как раз вчера перед сном я разглядывал ее и забыл убрать. Я, Сэлл и Крис. Наше свадебное фото... Сердце сдавило болью... Черт! Не хватало ещё и в эти воспоминания погрузиться, без того хватает.
Я резко встал с кровати, возможно, даже излишне резко. Сэлл встала следом за мной, тихо вздохнув, поцеловала меня в щеку и пошла к выходу. Прежде чем она полностью скрылась за пологом палатки, я успел сказать:
- Помни, он не должен ничего обо мне знать.
Она помедлила с ответом, но потом все же кивнула и, обернувшись ко мне, долго смотрела в глаза... Порой ее взгляд, как сейчас, мог становиться очень тяжелым, и даже мне было сложно его выдерживать. Но я всегда справлялся, и этот раз не стал исключением. Сэлл снова вздохнула и молча вышла.
Я быстро привел себя в порядок, надел строгую имперскую форму. Привычка ее носить за долгие годы службы Императору въелась в подкорку головного мозга. И, хоть мне и противно от осознания того, чью сторону она символизирует, нельзя не признать ее положительные качества. Сделанная из 'умной ткани', она обладала повышенной износоустойчивостью, могла некоторое время удерживать тепло и не пропускать холод, не мялась, к ней почти не липла грязь. К тому же можно затеряться в толпе среднестатистических имперцев, ведь, к счастью, далеко не все знают меня в лицо. Привычными движениями собрал в хвост черные волосы, доходившие по длине до середины лопаток. Надел высокие черные сапоги со шнуровкой и вышел из командирской палатки.
Перед моим взором раскинулся лагерь. Мой лагерь...
Повстанцы. Оппозиция. Как угодно. Люди и нелюди, которых я собрал для достижения своей цели. Все они пойдут за мной куда угодно, и даже на смерть...
Кто-то проходил мимо и, увидев меня, отдал честь. Я сухо кивнул. Пора собираться. Сегодня нужно подобрать новое место для моей боевой группы, а то это скоро раскроют.
Мой взгляд упал на помост в центре нашего нынешнего места дислокации. Пора объявить о первой готовности к отправке.
Вздохнув, я направился к нему. Такой помост ставился в каждом нашем лагере, специально для того, чтобы делать объявления, отдавать массовые приказы.
Конечно, связаться со всеми можно было бы и мысленно. Для меня это не составит особого труда. Но мой энергетический фон и так силен, временами приходится прикрывать, чтоб имперцы не засекли, а при использовании каких-либо способностей на нем возникает вспышка, и потом образуется, правда, ненадолго, пятно. Все это очень легко засечь, а за мной идет охота, поэтому некоторые способности лучше не использовать. Тем более, фон у каждого свой, как узоры на подушечках пальцев. Но папиллярные линии можно убрать, срезав тонкий слой кожи с рук, а энергетический фон исчезает только с физической смертью индивида. Именно из-за моего фона мы и меняем время от времени стоянки лагеря.
Дойдя до помоста, я взошел на него, и вокруг тут же воцарилась тишина. Ни звука, ни движения, только несколько сотен людей и нелюдей смотрели на меня с немым вопросом во взгляде. Иногда своей преданностью они напоминали мне собак... Если я захочу, они умрут молча. Без лишних слов. Никто не спросит: зачем, для чего? Они всегда слушались меня беспрекословно. Шли за мной уже много десятилетий, и ни разу я не слышал от них каких-нибудь вопросов, возмущений, недовольства. Ни разу не было бунтов или волнений, каждый делал свое дело, и никто никому не мешал.
Они умрут за меня, и я это знаю...
- Объявляется первая готовность к отправке. Что делать и в каком порядке вы и сами знаете. - Не люблю много говорить, не считаю нужным. - Все, свободны.
Через секунду лагерь вновь пришел в движение. Все делали то, что должны. Никакого хаоса, беготни или спешки. Времени у них было до вечера. Вполне хватит, чтобы собраться и погрузиться на корабль. А я тем временем подыщу подходящее место для нового лагеря, затем скину старшему навигатору на ЛК* всю необходимую информацию и данные того места, куда надо лететь.
Все, теперь можно и своими делами заняться.
Зайдя к себе в палатку, я тут же открыл портал на А8 и шагнул в него. Привычная прохлада, и я уже на месте. В первый раз, когда я осознанно зашел в портал, я дико, почти до паники, испугался. Тогда меня вытащил мой наставник - Дэниэл Варт, начальник Императорской охраны. Тогда он ещё был, сейчас он мертв, и уже давно...
