Читаем Вик онлайн бесплатно
https://t.me/stagediveplanetofbooks
Аннотация:
Настасья Леокова влюблена в лучшего друга своего брата с первой встречи.
Понимая, что никогда не станет для Виктора Никулина чем-то большим, чем просто драгоценностью, которую необходимо охранять, Нас благоразумно скрывает свои чувства. Но когда она принимает дерзкое решение поцеловать его, все меняется.
Этот поцелуй. Этот горячий, взрывной, всепоглощающий поцелуй. Он преследует Вика. И вдруг Настасья Леокова становится не просто принцессой мафии.
Нет.
Она принадлежит ему. Бесспорно. Неоспоримо.
Неразрывная связь. Скрытые отношения. Жизнь, как череда новых открытий. И все-таки чего-то не хватает.
Нас отчаянно жаждет единственного, чего Вик никогда ей не предлагал.
Его сердце.
Глава 1
Настасья
Я собиралась поиметь сучку и получить от этого удовольствие.
Спросите, кто эта сучка?
Виктор Никулин.
Мой бывший парень. Мой бывший лучший друг. Моё бывшее всё.
Но почему, Настасья? Он вроде порядочный парень. Заботливый друг. Дар небес. Кто-то, кому ты можешь рассказать свои самые сокровенные секреты. И, Господи, эта
Поскольку расставание никогда не бывает легким, и, хотя я изо всех сил старалась оставаться вежливой ради наших друзей и близких семьи, Вику было трудно.
Слушайте, я признаю, что немного плакала.
Хорошо. Я много плакала. Я плакала, рыдала, разрушалась и все такое дерьмо. Но однажды я просунулась и решила стать взрослым и принимающим человеком.
В тот же день Вик проснулся и выбрал насилие.
Прошли месяцы беспокойства, пока я, наконец, не сломалась, но, когда это случилось, все, что я чувствовала, вырвалось у меня изо рта, как картечь из дробовика.
С момента нашего официального расставания прошло сто три дня, но я не уверена. И какое-то время нам было неловко. Эта неловкость превратилась в гнев. И поскольку со мной явно было что-то не так, то, что Вик разозлился, сделало что-то странное со мной. То, что заставляло закусывать губу и крепко сжимать ноги.
Теперь, когда мы ссорились, это стало чувственно. Вик знал это. Он играл этим. И, Боже мой, иногда я подыгрывала ему в ответ.
Мой старший брат Саша решил устроить деловую встречу под видом ужина в своем доме — если можно назвать трехэтажное чудовище домом — чтобы поговорить о предстоящих мероприятиях и новых идеях для клуба. Присутствие не было обязательным. Когда Саша просит тебя, ты приходишь. Вот как обстоят дела.
Было ли это его стилем?
Ага.
Любил ли он владеть такой силой?
Вы его видели?
Бизнес процветал. «Сердцеедки» — когда-то неброский стриптиз-клуб, а теперь классный бурлескный клуб — за последний год претерпел чертовские изменения. И хотя это было детище Саши, мы, так или иначе, принимали участие. Ведь мы все там работали, и, как хорошо слаженный механизм, каждый из нас был винтиком в двигателе, заставляющим его двигаться.
Увидеть, как бизнес потерпит неудачу, не вариант. Наша семья гордилась тем, что стала законной. И если мы не хотели сделать шаг назад в захудалый преступный мир, где люди только и делали, что продавали оружие, насилие, наркотики и женщин, у нас не было другого выхода.
Это должно было сработать.
Моя входная дверь открылась, затем закрылась.
— Боже мой, — услышала я бормотание женского голоса, и, когда по лестнице раздались быстрые шаги, я нахмурила брови. Тем более, когда она выдохнула. — Все в порядке. Все отлично. Мы в порядке.
Какого черта?
Отойдя от туалетного столика в ванной, я услышала, как шаги становятся все ближе и ближе, и когда Мина появилась в поле зрения, с широко открытыми глазами и в ужасе, я двинулась к своей невестке, чувствуя панику, засевшую глубоко в моем животе.
Дерьмо. Что-то пошло не так.
Я даже не заметила белую сумку в ее руках, пока Мина, черт возьми, не швырнула ее в меня. Я неуклюже поймала сумку, заставив содержимое затрястись. Я чуть не заорала: «Что не так?», но она стояла там, грызя ноготь на большом пальце, что-то бормоча себе под нос.
Ее длинные каштановые волосы были собраны в низкий хвост, и я посмотрела на ее штаны для йоги, черную футболку, один носок и шлепанцы. Она выглядела ужасно.
Затем внезапно она снова сосредоточилась и сказала:
— Вон.
Когда ее карие оленьи глаза остановились на мне, она взяла меня за руки и мягко толкнула назад, пока я не оказалась прямо перед открытой дверью.
— Вон!
Для крошечного существа она была удивительно сильной. Дверь захлопнулась у меня перед носом, и я просто стояла, сбитая с толку, с открытым ртом.
Во-первых, извините меня за дерьмо. Это был
Я схватила дверную ручку и медленно попыталась открыть дверь.
— Мина? У тебя все нормально? — Я приоткрыла дверь. — Коротышка?
В семье нас было трое. Саша — старший, который принял на себя роль президента, когда умер наш отец. Лев — средний брат, чьи причуды делали его одновременно и бесящим, и чертовски милым. Наконец я — самая младшенькая. Девушка, которая выросла среди мафиози и преступников и никогда не задумывалась об этом, потому что, хотя это и было ненормально в целом, все же было нормальным для меня.
Когда ты подросток, а твои братья члены фирмы Русской Братвы… можете себе представить, какой красочной должна была быть жизнь.
Ожидалось, что в день смерти нашего отца, Саша возьмет на себя управление Хаосом. Это казалось естественным ходом событий, а Саша никогда ничего не делал наполовину. Он принял это, что означало, что
Я видела дерьмо, слышала дерьмо и принимала участие в дерьме, в котором ни один подросток никогда не должен был участвовать. И Саша вскоре пришел к такому же выводу.
Потребовались некоторые усилия, но Саша сложил с себя все обязанности, и довольно скоро, без надлежащего лидера, Хаос развалился. Братва вскоре узнала о бесхозяйственности и ссорах между ее фирмами, и Родина дала добро. И когда Братва говорит вам уйти и распуститься, вы так и делаете.
Теперь все российские фирмы жили сами по себе. У них больше не было поддержки больших пушек. И хотя у меня было ощущение, что Саша иногда скучал по той жизни, я знала, что он сделал это ради меня.
Потому что семья была всем.
Дверь в ванную распахнулась, и Мина, встревоженная, как газель, пьющая из водопоя, стояла там, держа пластиковый стаканчик, наполненный светло-желтой жидкостью. Я заметила прямоугольную коробку в другой ее руке и нахмурила брови.
— Помоги… — умоляла она, дрожащим голосом.
Мне потребовалось около десяти секунд, чтобы все осознать.
— Мина, — произнесла я спокойно, когда мои брови поднялись.
— Я знаю. — Она кивнула со слезами на глазах.
Я попыталась заговорить, но ничего не вышло.
Она снова кивнула.
— Я знаю. — На этот раз вышло громче.
— Ты уверена? — спросила я мягко, обретя голос.
— Эм… — Она издала булькающий смех. Потянувшись к белой сумке, она перевернула ее вверх дном, и содержимое упало на пол моей ванной, выложенный белой плиткой. Девять различных марок тестов на беременность сказали мне, что она не уверена.
— Хорошо, — сказала я спокойно.
— Я боюсь, — прохрипела миниатюрная девушка, и, черт возьми, это разбило мне сердце.
— Послушай, — я пыталась успокоить ее, — это не проблема. Ты замужем. Влюблена. Ты не какой-нибудь подросток, который сделала это с квотербеком под трибунами, потом залетела, и теперь тебя отправляют жить к бабушке.
Но Мина меня не слушала. Она пересела на холодный пол, скрестив ноги, открывая каждую коробку и доставая по одному тесту, а когда ее пальцы стали слишком сильно трястись, она принялась рвать картон зубами.
Мои брови поднялись.
Ах, да. Это было прекрасно.
— Как мне их сделать? — сбивчиво дыша, она попыталась прочитать инструкции и разговаривала сама с собой.
— Они бывают разные. Одни окунаешь и ждешь, а в другие капаешь пару капель в дырочку.
— Ты делала это раньше? — Она замерла, затем моргнула, глядя на меня.
Мои глаза на мгновение расширились, и все, что я сказала, было:
— Да.
Двое мужчин. За всю свою жизнь я была только с двумя мужчинами. Тот, с которым я была недолго помолвлена, и мы каждый раз использовали презерватив. Другим был Вик, и от одного лишь прикосновения его пальцев к моему позвоночнику кружилась голова. Он не пользовался со мной презервативом с тех пор, как мне исполнилось девятнадцать, так что да, я знала, как использовать тест на беременность.
Я помогла ей. Сказала ей, что не нужно использовать все девять, но она продолжала давать их мне, и, прежде чем мы успели это осознать, столешница раковины в моей ванной комнате была покрыта белыми пластиковыми палочками.
Мы ждали целых три минуты в полной тишине. Один взгляд на Мину говорил мне, что ничто из того, что я скажу, не отвлечет ее от того, что происходит у нее в голове.
А когда прозвенел таймер, и я стала проверять анализы, на меня нахлынуло облегчение. Я посмотрела на нее и приветливо улыбнулась.
— Видишь? Все хорошо. Я проверила тесты. Ты не беременна.
Ее лицо было пустым, она взяла тест из моей руки и уставилась на него. Затем она встала и посмотрела на все остальные, ее лицо оставалось невозмутимым. Но когда она села на закрытую крышку унитаза, ее нижняя губа начала дрожать.
О, милая девочка.
— У тебя был стресс, поэтому задержка, — сказала я, чтобы приободрить.
— Ты не понимаешь, — был ее ответ, а глаза влажные от слез.
Я подавила улыбку, грозящую подступиться к горлу.
— Я понимаю. Правда понимаю. Но все в порядке, Мина.
Она покачала головой и сморгнула слезы.
— Они не положительные.
— Так и есть, — заверила я ее, сжав ее колено.
Мина посмотрела в пол. Ее лицо поникло. Она подняла руки и закрыла глаза, начав плакать. Нет, не плакать.
Она рыдала. Все ее тело содрогалось в рыданиях.
Моя бровь нахмурилась в недоумении.
— Эй, — промурлыкала я, присаживаясь на корточки перед ней. — В чем дело?
Она продолжала плакать, а когда убрала руки, закатила красные глаза, пожала плечами и рассмеялась без всякого юмора. Ее голос дрожал.
— Я не знаю.
И тут меня осенило.
— Ты хотела, чтобы он был положительный? — медленно проговорила я.
Ее глаза закрылись, и она опустила подбородок, кивнув, и снова заплакала.
Ну, дерьмо.
Мои руки обвились вокруг нее, и я крепко держала ее, когда она горько плакала. Я начала чувствовать ее утрату внутри себя, и когда мои собственные глаза стало жечь, я тихо вздохнула.
— Почему ты мне не сказала?
Она с грустью проговорила мне в плечо.
— Мы не пытаемся, но я не очень хорошо себя чувствовала, и это имело бы смысл, что я могу быть… и я была напугана, но как только я подумала об этом… я была даже рада. И думая о том, как хорошо бы Лидии иметь брата или сестру… Я начала планировать, куда поместить детскую, и размышлять, на кого мог бы быть похож ребенок… и теперь… — Она глубоко вздохнула и судорожно выдохнула, — …все закончилось, не успев начаться.
Я прижала ее, нежно поглаживая спину.
Ее бессвязный лепет не должен был иметь смысла, но имел. И это было душераздирающе.
Я отстранилась, взяла ее за руку и смахнула слезу, стекавшую по щеке.
— Послушай, — сказал я ей. — Если ты этого хочешь, это произойдет. Просто сейчас еще не время, слышишь?
— Наверное. — Мина начала успокаиваться.
— Если ты хочешь ребенка, то поговори со Львом, перестань принимать противозачаточные, и дерзайте. Типа, очень старайтесь. Ты понимаешь, о чем я говорю?
Она тихонько рассмеялась, и я широко улыбнулась, а затем проглотила тошноту при мысли о том, как мой брат кончает в Мину своими мальчиками, но именно так это и было сделано.
— Иди домой и соблазни моего брата. Наслаждайтесь процессом. — Я быстро выкинула образ из головы. — Это произойдет, Мина. Я просто знаю это.
Я помогла ей умыться, еще раз успокаивающе обняла, а затем отправила восвояси. А сама осталась прибираться. Выбрасывая использованные тесты на беременность и вытирая раковину, я улыбалась при мысли о еще одной племяннице или племяннике, которых можно испортить. Я должна получить его от Льва и Мины, потому что, будем честными, Саша не собирался давать мне такой шанс.
Дело было не в том, что он был шлюхой или у него были проблемы с обязательствами. На самом деле все было ровно наоборот.
Я много лет не видела Сашу с девушкой, что мало что значило. Была уверена, что она есть. Он просто был очень осторожен в этом плане. И, если он не был готов познакомить нас с девушкой, он уж точно не собирался заводить от нее ребенка.
Так что, когда я пришла к Саше поздно вечером и увидела машины, припаркованные перед входом, я поняла, что, как обычно, приехала последней.
Как только я вошла, то услышала голос Саши:
— Ты живешь дальше по дорожке, Настасья. Ты всегда должна опаздывать?
Я утвердительно кивнула.
Он стоял с хмурым взглядом, уперев руки в бедра, как разочарованный отец. Он тоже был похож на него в своем темно-сером костюме и нетерпеливой позе.
Я сняла пальто и повесила его в шкаф в прихожей, а затем подошла к нему с широкой улыбкой.
— Я тоже рада тебя видеть, брат.
Подойдя достаточно близко, я встала на цыпочки и коротко поцеловала его в щеку. Он продолжал смотреть на меня, его золотые глаза слегка потемнели. Я закатила глаза и прошла мимо него.
— Расслабься. Боже, я уже здесь. Давайте есть.
Следуя за звуками разговора в гостиной, я вошла в комнату и остановилась как вкопанная.
— Вот ты где, — сказала Мина.
— Настасья, ты что, всегда опаздываешь? Мина голодна. — Это был Лев.
— Эй, дорогуша. — Следующей была Аника.
— Как раз вовремя ты пришла сюда, сучка. — Потом Кора.
Но мои глаза были неподвижны.
Вик приподнялся, как только услышал мое имя. Моя трехлетняя племянница Лидия, висела вниз головой в его мускулистых руках, хихикающая, а ее кудрявые косички свисали с головы. И тут моя матка проснулась.
Трахни меня отбойным молотком.
Боже, пожалуйста. Я прошу тебя. Сжалься.
Было достаточно тяжело видеть темноволосого, голубоглазого, слаженного мужчину таким же красивым, татуированным, но играть с ребенком?
Фу.
У моего сердца не было шансов против этого. Совсем нет.
— Нас, — это все, что он произнес.
