Читаем Вездесущие гормоны онлайн бесплатно

Москва "Молодая гвардия" 1988

ББК 28.91

К 32

Рецензенты доктор медицинских наук Райхлин Н.Т.

доктор биологических наук Акмаев И.Г.

ISBN 5—235—00597—X

Кветной И.М. "Вездесущие гормоны". — М. : Мол. гвардия, 1988. — 190[2] с, ил. — (Эврика).

ИБ № 5247

К[41112050000-014/078(02)-88]268-87

Игорь Моисеевич Кветной "Вездесущие гормоны"

Заведующий редакцией Щербаков В.

Редактор Дорогова Л.

Художник Колли А.

Художественный редактор Фадин К.

Технический редактор Сиголаева Р.

Корректоры Н. Самойлова, Хасаия Н.

Сдано в набор 27.05.87. Подписано в печать 20.11.87. А01263. Формат 84Х108 1/32. Бумага типографская № 2. Гарнитура "Обыкновенная новая". Печать высокая. Условн. печ. л. 10,08. Условн. кр.-отт. 10,5. Учетно-изд. л. 10,5. Тираж 100000 экз. Цена 60 коп. Заказ 1231.

Типография ордена Трудового Красного Знамени издательско-поли-графического объединения ЦК ВЛКСМ "Молодая гвардия". Адрес ИПО: 103030, Москва, К-30, Сущевская, 21.

© Издательство "Молодая гвардия", 1988 г.

Лауреат премии Ленинского комсомола, доктор медицинских наук И. Кветной работает в Институте медицинской радиологии АМН СССР, руководит исследованиями по изучению структуры и функции эндокринных клеток в норме и патологии.

Он известен у нас в стране и за рубежом как специалист в области патологической анатомии эндокринной системы, онкоморфологии, иммуногистохимии.

Автор более 90 научных работ Игорь Моисеевич считает популяризацию научных знаний обязанностью настоящего ученого.

«Вездесущие гормоны» — первая книга И. Кветного в серии «Эврика».

Тот зимний декабрьский вечер 1981 года был по-театральному красив. "По-театральному" в хорошем смысле слова: из воспоминаний детства до сих пор передо мной очень зримо и ярко предстает та минута, когда раздвинулся занавес театра и меня охватил совершенно необъяснимый восторг от прекрасных декораций к опере Н. А. Римского-Корсакова "Снегурочка". С тех пор настоящая русская зима видится мне именно такой. Один из декабрьских вечеров 1981 года напомнил детство… Я шел по заснеженной Москве после завершения большой работы й мечтал о будущих интересных исследованиях.

Разгулявшийся утром ветер совершенно стих. Под ногами скрипел морозный снег. В вечернем мареве мягко светились желто-оранжевые фонари. Красные огоньки машин вытягивались в цепочки и манили вслед за собой. Именно тогда у меня возникло желание написать эту книгу. Книгу о науке, которая из Золушки превратилась в прекрасную фею. Книгу об удивительном мире гормонов - "чудесных молекул", ангелов-хранителей благополучия нашей жизни.

Мне захотелось сделать такую книгу, прочитав которую, читатель ощутил бы атмосферу научного поиска с многочисленными идеями и неожиданными решениями, радостью открытий и горечью разочарований, смелыми обобщениями и полетом фантазии - всем тем, что творится в лабораториях. Мне хотелось, чтобы в книге чувствовался тот водоворот событий, который, вовлекая в себя результаты различных, экспериментов, подчас незаметные в его бурлящих водах, в конце концов вырывается на стремнину и несется бурным потоком, сметая на своем пути все устаревшее.

Эта книга об эндокринологии - науке, изучающей механизмы регуляции процессов жизнедеятельности с помощью высокоактивных химических веществ, вырабатываемых в различных клетках организма. Прочитав книгу, читатель поймет, какая важная и интересная наука эндокринология. Отдельные моменты ее жизнеописания напоминают увлекательный детектив. Да и сама история ее развития могла бы послужить сюжетом для занимательной романтической повести.

Пройдя через годы непонимания, безразличия, субъективных недооценок, наука о гормонах стойко перенесла все испытания и с честью вступила в свой нынешний "золотой век".

Важность химической регуляции физиологических процессов теперь сомнений не вызывает. С каждым годом расширяется список гормонов. Только за последние 50 лет он увеличился в 10 раз. Если раньше считалось, что эндокринная система объединяет в себе около десятка специализированных органов - желез внутренней секреции, продуцирующих не более 10-12 различных гормонов, то сегодня, пережив подлинную революцию, эндокринология изучает уже более 100 химических веществ, синтезируемых особыми специализированными клетками во всех(!) органах и системах организма.

Постулат "Любой орган является эндокринным", который совсем недавно казался бы абсурдным, теперь, стал основным тезисом современной теории гормональной регуляции процессов жизнедеятельности.

Эндокринология активно вторгается во все отрасли современной медицины, революционизируя подходы к диагностике и поиску эффективных средств борьбы со многими заболеваниями, в том числе и такими, которые ранее считались совершенно неизлечимыми. В прямом смысле это относится к раку и системным заболеваниям крови, ревматизму и подобным ему болезням, инфекционным процессам, акушерской патологии. Открытие "чудесных молекул", способных играть определяющую роль в механизмах таких, казалось бы, таинственных процессов, как память, обучение, сон, мышление, галлюцинации, эмоции, создало совершенно новые перспективные предпосылки для лечения тяжелых психических заболеваний, успешной борьбы с наркоманией и алкоголизмом.

Многое сделано, но предстоит достичь еще большего… Идя по вечерней Москве, я размышлял о будущем эндокринологии, о том, какие фантастические возможности появляются благодаря открытиям, о которых читатель прочтет на страницах этой книги.

Мне кажется, что эндокринология настолько интересна и многообещающа, а открытия, сделанные ею в последние годы, по существу, заставили пересмотреть так много положений биологии и медицины, что это может заинтересовать широкий круг людей. Разнообразие вопросов и живое участие молодежи, пионеров, школьников, студентов и других людей, встречающиеся мне в беседах и на лекциях, с которыми в последние годы приходится часто выступать, еще более укрепили меня в решении попытаться рассказать о наиболее значительных открытиях в эндокринологии на страницах специальной научно-популярной книги. И если вы не пожалеете о часах, проведенных в царстве гормонов, и кто-то из вас захочет связать свою судьбу с эндокринологией, автор почувствует, что тот зимний московский вечер был действительно замечательным.

События, о которых мы расскажем, готовились исподволь, незаметно и медленно, в течение ста с небольшим лет, а переворот, который они совершили в естествознании, обрушился на научный мир с ошеломляющей быстротой.

Эндокринология, наука о высокоактивных химических веществах, обеспечивающих поддержание гомеостаза (постоянства внутренней среды) на строго определенном уровне, оптимальном для жизнедеятельности, сравнительно молода. Ей скоро исполнится 150 лет. Но за этот срок она пережила немало: в ее истории были периоды расцвета и упадка. Четыре раза она приносила в биологию и медицину открытия, кардинально меняющие, казалось бы прочно устоявшиеся, взгляды. В "личном деле" эндокринологии немало удивительных документов. Со многими из них мы познакомимся.

Девятнадцатый век оказался щедрым для науки и искусства. Научная мысль и художественное творчество не уступали друг другу в гениальных открытиях, великих произведениях, талантливых собратьях. Менделеев и Чайковский, Лобачевский и Гюго, Бэр и Достоевский, Бутлеров и Репин… Биология и медицина тоже не остались в стороне. В то время жили и плодотворно работали Павлов и Мечников, Сеченов и Вирхов, Мендель и Пастер, многие другие выдающиеся естествоиспытатели.

Буйная фантазия экспериментаторов не знала границ. Ставились опыты, проведение которых еще незадолго до этого считалось абсурдным и невозможным. Развитие технической мысли не могло не сказаться на биологии. Появились более сильные микроскопы, различные приспособления для физиологических и биохимических исследований, и, как результат этого, - новые открытия и факты. Развитие хирургической техники предоставило возможность проведения новых экспериментов.

Пример тому - опыты немецкого физиолога Адольфа Бертольда. В 1849 году ему удалось установить, что при пересадке кастрированному петуху в брюшную полость семенников другого петуха у первого исчезают все последствия кастрации. Впервые экспериментально было показано, что определенные органы оказывают регулирующее влияние на обмен веществ и формирование внешних признаков. Таким образом, в 1849 году эндокринология родилась в первый раз. Бертольд стал ее первым крестным отцом.

Наука не была подготовлена к достойной оценке этих опытов, о них вспомнили лишь через 40 лет - в 1889 году, когда на заседании Парижского биологического общества профессор экспериментальной биологии Броун-Секар выступил с ошеломляющим сообщением об опытах, проведенных на самом себе. Семидесятидвухлетний ученый вводил себе вытяжки из семенных желез животных и установил, что они оказывают на старческий организм "омолаживающее" действие. Возникало ощущение необыкновенной бодрости, повышались работоспособность, мышечная сила, половой инстинкт. Экстракты из семенников Броун-Секар назвал "эликсиром молодости". Пресса подняла сенсационный шум вокруг этого события, в аптеках стали продавать "Броун-Секаровскую жидкость", за которой выстраивались очереди стариков, жаждущих омоложения. Но Броун-Секару не удалось избавить мир от старости: омолаживающий эффект оказался кратковременным, а через 2-3 месяца старческие недуги даже прогрессировали.

Период сенсаций закончился. Надежды сменились пессимизмом. Однако, несмотря на разочарование, опыты Броун-Секара сыграли свою роль - они дали мощный импульс к изучению эндокринных желез, к выяснению значения для организма веществ, выделяемых ими прямо в кровь. В то же время они заложили и инерцию мышления. В последующие годы в эндокринологии господствовали исследования половых желез и вырабатываемых ими продуктов. Изучение других органов и веществ практически не проводилось. Приятным исключением в этом однообразии работ явились эксперименты нашего соотечественника Л. Соболева, предположившего, что поджелудочная железа вырабатывает особый гормон - инсулин, регулирующий обмен в организме. Будучи серьезно больным, Соболев не смог в течение своей короткой жизни (он прожил немногим более 40 лет) довести дело до конца, но именно его работы явились путеводной нитью в успешно завершившихся поисках У. Бантинга и В. Беста, которые в 1922 году выделили из поджелудочной железы экстракт с высокой биологической активностью, обладающий способностью снижать уровень сахара в крови.

Бурное развитие неврологических исследований во второй половине XIX века выдвинуло в лидеры физиологии учение о нервной регуляции. Теория великого И. Павлова о рефлекторной дуге, развитие им взглядов И. Сеченова о безусловных и условных рефлексах создали прочное мнение о том, что именно нервная регуляция являеется основным и чуть ли не единственным способом управления процессами жизнедеятельности. Казалось, затишье в работе по выяснению роли гормонов - особых химических факторов, управляющих деятельностью различных органов, - наступило надолго. Но это было обманчивым. Назревал кризис. Буря разразилась в самом начале XX века.

В один из весенних дней 1902 года молодые биологи В. Бейлис и М. Старлинг из Лондонского университета провели эксперимент, которому суждено было стать важной вехой в дальнейшем развитии эндокринологии.

События выдающегося для науки значения протекали очень буднично. Английские исследователи не изобретали ничего нового, они просто повторяли опыты, которые раньше провели независимо друг от друга два физиолога - ученик Павлова Л. Попельский в России (1896) и М. Вертхаймер во Франции (1901). Все четверо ученых получили одинаковые результаты, но правильно интерпретировать их смогли англичане, а именно в верном толковании данных лежало начало второго рождения эндокринологии.

Много лет спустя в одной из своих статей Старлинг писал: "…учеником Павлова Попельским и независимо Вертхаймером было установлено, что при введении кислоты в петлю тонкой кишки возникает выделение поджелудочного сока даже в том случае, если перерезаны оба блуждающих нерва и разрушены симпатические узлы. При повторении этих опытов мы с Бейлисом нашли, что выделение поджелудочного сока наблюдается даже при введении кислоты в кишечную петлю, лишенную каких бы то ни было нервных связей с остальным телом. Поэтому стало ясно, что секреторный импульс от кишечника к поджелудочной железе, вызывающий секреторную деятельность последней, должен передаваться не через нервную систему, а через кровь". Именно в этой фразе заключалась гениальная догадка англичан и досадная ошибка их предшественников. Попельский интерпретировал данный феномен как необычную, замыкающуюся вне центральной нервной системы рефлекторную реакцию, а Вертхаймер и того проще - решил, что депортация кишки не была полной, и ругал за это своих помощников.