Читаем Вестник Зла (СИ) онлайн бесплатно

Огромный демон в два человеческих роста шагал по темному коридору дворца. Ладонь с когтями сжимала кровоточащий кусок чьей-то плоти. На полу за демоном оставались капли крови. Прежде чем они высыхали от жара камней и воздуха, их слизывало шестиногое существо, похожее на собаку. Цербер. Он шел за демоном, вопрошающе глядя на руку хозяина. Цербер обливался слюной и недовольно скулил, но спорить с хозяином за еду не смел. К тому же пес прекрасно понимал, куда они идут. Он сам был из этого места, которое покинул, став победителем не в одной схватке.

Демон прошел через распахнутую дверь в обширный зал пещеры. Это был низший уровень замка. Посреди пола была большая яма с отвесными стенами. В них было множество маленьких тоннелей и ниш, закрытых решетками. При звуке шагов демона в темноте ниш загорелись сотни красных глаз.

— Время обедать, — злорадно воскликнул демон и дернул рычаг. Решетки поднялись, и из всех ниш в яму хлынули различные демонические существа. Красные и черные тела монстров смешались в одну кучу. Они нападали друг на друга, убивали и ели.

Демон оглядел толпу и сощурился. Король приказал ему проследить, чтобы пленница поела. Так где же она? Демон фыркнул и откусил кусок мяса, который он сжимал в руке. Ему всегда нравилось наблюдать за кормежкой низших демонов.

Из небольшой ниши стремительно выскочил маленький силуэт и бросился к дерущимся монстрам. Он ловко уворачивался от когтей, клыков и хвостов. Сталь сабли заскрежетала, отразив удар когтей. Послышался вой раненого низшего демона, решившего напасть на маленькую фигурку.

— А вот и светлокожая, — ухмыльнулся демон. Он оторвал от мяса небольшой кусок и бросил вниз.

Силуэт на мгновение замер, а потом ринулся на упавший кусок. Среди кучи монстров изящный силуэт был едва различим. Каждый демон был крупнее и сильнее его. Силуэт подбежал к куску мяса и схватил его. В этот момент капюшон плаща спал с головы и показались короткие светлые волосы и заостренные уши. На мгновение голубые глаза посмотрели на стоящего наверху высшего демона. И в этих глазах были холод и ненависть.

— Король передавал тебе привет, — оскалился демон.

Эльфийка ничего не ответила и ринулась обратно к своей нише. Она едва увернулась от когтистой лапы беса, перескочила через упавшего замертво цербера и достигла убежища.

Юркнув в узкий проход, девушка свернулась калачиком. Она исподлобья глядела на происходящее перед ней. Там более сильные демоны рвали слабых на части. Когда кто-то пытался засунуть нос в ее дом, девушка рычала, скалила зубы и показывала саблю. Этого хватало, чтобы попытки достать ее из узкого прохода прекращались.

Послышался голос демона. Заклинание разорвалось в яме. Фиолетовый магический огонь опалил монстров. Запахло жженой шерстью и плотью. Монстры бросились в укрытия ниш и тоннелей. Решетки вновь опустились. В яму спрыгнул цербер демона полакомиться тем, что не успели съесть остальные.

Девушка выдохнула и посмотрела на еду, которая сегодня ей досталась. Она вгрызлась зубами в кусок плоти, и кровь потекла по ее подбородку. Эльфийка ела со стеклянными глазами. Мысленно она была не здесь. Она была там, где трава зеленая, а в небе светит солнце. Там, где ее любили. Там, где она была наивна и беспечна.

— Нине-е-ль! Нинель! Опять ты здесь! Сколько раз тебе повторять: для эльфийки, гуляющей одной, эта граница леса опасна! — эльф-пограничник был вне себя от гнева. — Горные чудовища не дремлют! Двадцать восемь лет девчонке, а мозга как у птички!

Хотя мужчина понимал, что в двадцать восемь лет эльфы еще совсем дети.

Пограничник продолжал ругаться, грозя девчонке различными чудищами, только та его уже не слушала. С улыбкой на лице и хитрым блеском в голубых глазах она развернулась и ушла вглубь леса, имя которому — Одрелоун. Обитель эльфов, выгнанных людьми с южных земель континента на север после кровопролитной войны. На многие километры растянулся древнейший лес у подножия величественных гор с белыми шапками вечных снегов на вершинах.

Нинель, златовласая эльфийка, шла по лесной тропе, недовольно бурча себе под нос. Ей вновь не дали полазить по скалам и выйти за границу леса, хотя девушка уже считала себя вполне взрослой и самостоятельной. Великие горы были опасным местом, поэтому ее прогоняли оттуда прочь, но именно по этой причине они так сильно привлекали Нинель.

Тропинка, по которой шла Нинель, постепенно спускалась вниз, по крутым обрывам и острым камням, и терялась где-то внизу ущелья. На дне сверкала в лучах солнца большая горная река. Нинель спустилась к ней, и ее мгновенно окутало прохладой. Девушка вдохнула свежий влажный воздух и, ловко прыгая по скользким камням, направилась на другую сторону реки. Нинель знала эти камни наизусть. Она уже сотни раз проделывала этот путь. За рекой виднелась тропа, ведущая в сердце Одрелоуна.

Нинель прошлась по лесу, избегая встречи со знакомыми, ненадолго притормозив возле тотемов, посвященных богам стихий. Она низко поклонилась им. Особо почитаем ею был Эфирис — тотем стихии воздуха. Нинель отрезала небольшим ножичком прядь своих волос и, прочитав молитву, пустила их по ветру. Подхваченные магическим потоком, они унеслись в небесную даль.

«О, великий Эфирис, отец всех ветров, дующих по просторам Хаула, принеси мне известие о матери», — прошептала она просьбу в небо, вдохнув глубоко воздух. Ветер лишь взметнул ее плащ, принеся прохладу надвигающейся осени. Нинель взгрустнулось. Мать покинула ее давным-давно, будучи похищенной орками. Мать девушки — Свеана — вышла за пределы леса, словно завороженная. Она уходила от леса все дальше, игнорируя оклики пограничников. Те выбежали за ней, но словно натолкнулись на невидимую стену и упали в траву. Эльфы видели, как женщина направилась к отряду орков, возникших словно из ниоткуда, а потом пелена тумана окутала их всех и они пропали. Больше Свеану не видели. Никто. Нигде. Никогда.

Она слышала эту историю от дяди, ведь Нинель была тогда совсем маленькая и сама не видела, как это произошло. А ее отец погиб во время Нирельской битвы. Она осталась сиротой, что редко бывает среди эльфов. Сейчас Нинель жила с дальними родственниками — с троюродными тетей, дядей и братом. Тетя Дельмира работала алхимиком, дядя Надрион был историком и путешественником, а их сын Оверли — конюх. Он работал на Поляне Лошадей, присматривая и обучая эльфийских лошадей, славящихся по всему миру своей красотой и умом. Оверли был старше Нинель на несколько десятков лет. Он полюбил ее, как родную, и взял на себя все заботы по ее воспитанию.

Солнце начало клониться к закату. Сегодня будет полнолуние, которое считается священным. В такие ночи эльфийская магия приобретала наибольшую силу, черпая энергию из лунного света. Эльфы пели песни Акиме — богу лунного и звездного света, и весь Одрелоун наполнялся потоками магии, которую можно было ощутить кожей. Лес набирался силой и мощью, чтобы противостоять холоду севера. Зимой в Одрелоуне было тепло благодаря этой магии, и самые лютые морозы обходили лес стороной. Перед границей стояла такая плотная завеса магической силы, что даже холодный восточный ветер, изредка дувший с далекого моря, не проникал меж ветвей деревьев.

Еще утром Оверли позвал Нинель на празднование Полной Луны. И сейчас девушка шла к Главному Западному Святилищу.

Свет костра среди деревьев возвестил девушке, что ее путь вот-вот окончится. Нинель радостно улыбнулась, заслышав песню. Она пошла чуть быстрее. Ветки приветливо раздвинулись перед ней, и девушка вышла на поляну на вершине каменистого склона. Ровная площадка рядом с древним святилищем была покрыта мягкой травой, а вокруг вздымались ели и торчали камни, огородив поляну со всех сторон. Возле пирамидального строения горел большой костер, и там уже собралось множество эльфов, которые дружно пели песню, восхваляя богов. Среди них сидел рыжеволосый эльф — Оверли.

— Нинель, иди ко мне, — заметив сестру, позвал Оверли. В его голосе было заметно некое недовольство.

Нинель села рядом на бревно и вытянула ноги ближе к костру, ощущая его согревающее тепло.

— На тебя жаловался учитель ткацкого ремесла, — сощурившись, осмотрел девушку эльф. — Он говорит, что ты не посещаешь его уроки.

Нинель попыталась пропустить вопрос мимо ушей, только осуждающий взгляд Оверли заставил ее сдать позицию.

— Да, иногда я прогуливаю, — призналась она.

Оверли схватился за голову.

— Что же мне делать с тобой? — жалобно простонал он. Почему Нинель не такая, как другие эльфийки, радостно занимающиеся созидающими ремеслами? Почему голова Нинель больше занята исследованиями и приключениями? Оверли никак не мог подобрать нужный ключик к сердцу сестры, чтобы добиться от нее послушания и прилежности.

— Научи меня махать мечом! — вскочив с места и подобрав палку, воскликнула Нинель. Она сделала несколько взмахов и, пританцовывая, начала кружиться, словно отбиваясь от невидимых врагов.

Эльфы весело захлопали в ладоши в такт ее движениям, а музыкант, играющий на флейте, постарался подобрать музыку. Нинель кружилась, скинув плащ, и ее не длинное сюрко, разрезанное по бокам до бедер и прихваченное на поясе кожаным ремнем, переливалось в такт движениям, открывая стройные ноги, одетые в мягкие штаны песочного цвета. Другие девушки подхватили ее танец и принялись кружиться вокруг костра в своих прекрасных платьях и накидках. Остальные эльфы запели песни для Акимы, наполняя воздух переливчатыми молитвами, восхваляя луну и звезды, усиливая их сияние. По всему лесу слышались такие песнопения, возле всех святилищ, построенных из камней, с прозрачными, перламутровыми вершинами, высеченными из магических кристаллов. Кристаллы собирали свет звезд, превращая его в магическую энергию, накапливая ее внутри святилища, а после рассеивая по Одрелоуну.

Нинель всем существом ощущала магическую силу, окутавшую все пространство вокруг костра. Она беспечно предавалась танцам, вбирая в себя эту энергию, отчего ее кожа приобрела внутреннее свечение. Когда ее ноги уже не двигались от усталости, а дыхание сбилось, она отошла от костра и уселась рядом с Оверли, который все еще пел молитвы, однако их темп замедлился и звук стал гораздо тише. Обряд близился к завершению, и голоса Ловцов Акимы, как называли молящихся эльфов, потихоньку затихали.

Пьянящее ощущение, возникшее от чрезмерной энергии в теле, постепенно уходило, однако все тело словно взбодрилось и обновилось. Оверли поднялся и махнул в сторону тропы до дома — пора уходить. Нинель блаженно потянулась, вдыхая свежий воздух, и вскочила с земли. Пора, значит пора.

На следующий день Оверли ушел на работу. Нинель, сделав всю работу по дому, пошла к своему любимому дереву, к которому ходила с самого детства. Это был огромный старый роук, верхушка которого терялась где-то в небе.

Проведя рукой по гладкой коре, Нинель почувствовала теплоту могучей жизни, текущей глубоко в белом теле древа. Роук отозвался на приветствие. Нинель улыбнулась, почувствовав легкую вибрацию энергии под ладонью. Эльфы с рождения могут разговаривать с растениями. Словами растения не говорили, у них был свой язык, который интуитивно понимали все эльфы, легко читая информацию об окружающем мире из переливов различных образов и чувств. Используя эти навыки в своих целях, эльфы создали в лесу целую сеть оповещений и передавали информацию на расстояния в считаные минуты.

Нинель попросила роук помочь ей подняться, и дерево подхватило ее веткой за талию и подняло наверх. Оказавшись на верхнем ярусе ветвей, девушка вдохнула прохладный воздух и с восхищением взглянула на лежащие перед ней земли. На километры вокруг простирался Одрелоун. Кое-где виднелись поляны с домами эльфов и кристальные верхушки святилищ. Стекая вниз по склонам гор, лес сменялся полями плоскогорья, с небольшими участками леса, кустов, валунов и неглубоких озер. Это уже был Джеоран — государство людей. По этим гористым землям ходили стада оленей с пастухами, где-то были деревни, в которых занимались в основном скотоводством.

Плоскогорье пересекала река Ревун, разливаясь и петляя меж каменистых холмов. Она текла в море на востоке, разделяя земли на две половины. А за рекой виднелся главный Джеоранский тракт — торговый путь соединяющий межгорье и другую часть Хаула за Гномьими горами. И там тоже были владения людей.

Четверть века назад по Джеоранскому тракту вместе с людьми ушли эльфы, чтобы принять участие в битве близ реки Нирели, далеко на юге от Одрелоуна. Это был поединок между добром и злом: эльфы, люди, гномы сражались с орками и гоблинами, пришедшими из-за Нирели. Там погибло много эльфов, в том числе и отец девушки. В те времена Нинель была еще совсем ребенком и не понимала, почему отец оставил их с матерью одних. Сейчас Нинель стала старше и осознала, почему тогда многие эльфы ушли на войну. Ведь без их помощи люди бы не справились, и кто знает, что могло бы быть в мире сейчас.

Нинель сидела и смотрела, как по дороге, проходящей за рекой, идут караван и путешественники. Их неясные темные фигурки едва просматривались с такого расстояния.

«Из года в год одна и та же картина в это время, — думала Нинель. — Вроде сейчас как раз сбор урожая, может, что-то выросло у людей в полях. Наверное, в городе Лоране какой-то праздник в честь этого».

Она печально вздохнула. Ей всегда хотелось побывать на таком празднике. Посмотреть на жизнь людей, на мир, а главное — побывать в южном городе Виаласте, в котором можно найти все, что только пожелаешь. Красоту этого города воспевали в песнях. Шикарная библиотека, лучшие школы магии и боевых искусств — это те богатства, которые влекли Нинель. Она часто мечтала о путешествиях и приключениях, и ей тоже бы хотелось стать великим героем. Девушка погрузилась в мечты о своих великих подвигах, которых никогда не было. Когда же она вновь бросила взгляд вдаль, то дорога уже опустела.