Читаем Весною на север онлайн бесплатно


Весною на север

Георгий Иванович Чулков (1879–1939) — русский поэт, прозаик, литературный критик. Сборник лирики «Весною на север». 1908 г.

Георгий Иванович Чулков

Поэзия
<p>Георгий Чулков</p><p>Весною на север</p>Лирика<p>Багряный сев</p><p>I</p><p>Весна</p>Не бойся, мальчик мой, не плачь!Иди ко мне, мой гость желанный.Смотри: на ветке — черный грач,Весны глашатай неустанный.Пойдем-ка в хижину скорей.Грохочет звонко половодье,И плещет в солнце меж камнейРусалок пенное отродье.Омою ножки я вином,И поцелую мягкий локон;Под шум весенний мы уснемУ распахнутых настежь окон.И там — во сне — увидишь ты:Воскреснут на живых полянахПреображенные цветыВ лучах сверкающих и рдяных.Весна над нами прошумитОсвобожденными крылами,Деревья, солнце и гранитЗажгутся новыми огнями.<p>II</p><p>Жатва</p>Она идет по рыжим полям;В руках ее серп.У нее на челе багряный шрам —Царский герб.Мерно ступают босые ноги, —Тихо и мерно,По меже, по узкой дороге,Но верной.Она идет по рыжим полям,Смеется.Увидит ее василек — улыбнется,Нагнется.Придет она и к нам —Веселая.Навестит наши храмы и села.На червленой дорогеШуршат-шепчут ей травы.И виновный, и правыйНищей царице — в ноги.Наточим острых кос мы,Скосим золотые стебли —Овес ли, хлеб ли:Любо нам, яро!А царицыны красные космыГорят огнем-пожаром.Отдадим мы царице покос,Пусть пьянеет душистым сеном;И до утренних рос,Утомим ее радостным пленом.<p>III</p>Пьяный бор к воде склонился,Берег кровью обагрился:Солнце стадо над рекой,Солнце рдеет над рекой.Взмахи вижу сильных весел,Кто-то камень в воду бросил…Снова тягостная тишь;Над водою спит камыш.Не хочу унылой доли,Сердце жаждет дикой воли,Воли царственных орлов.Прочь от мертвых берегов!<p>IV</p><p>Качели</p>

Im Himmel! ich glaube, ich falle!

Richard Dehmel.
Я на качелях высоко летаю.Высоко! Далеко! Вновь сладостный миг!Снова я падаю, снова мечтаю.Высоко над всеми я радость постиг.Снова над озером, садом я ныне,И криком веселым приветствую мир…Вольно мне в этой прозрачной пустыне,И радостен в небе божественный пир.Я в непрестанном и пьяном стремленье…Мечтанья, порывы — и вера, и сон.Трепетно-сладко до боли паденье, —Мгновенье — деревьев я вижу уклон,И нового неба ко мне приближенье, —И рвется из сердца от радости стон, —О, миг искушенья!О, солнечный звон!<p>V</p>Я слышу: ветер повеял в поле,И стебли плачут о новой воле,И Кто-то Странный пришел и сеет,Пришел и сеет веселый сев.А солнце в небе пожаром рдеет,И льется в небе любви напев:Из плена, из плена — на волю!Расторгнем и время, и долю —Печальную долю земли.О, солнце! О, солнце! Внемли!<p>VI</p><p>Зарево</p>Дымятся обнаженные поля,И зарево горит над сжатой полосою.Пустынная, пустынная земля,Опустошенная косою!И чудится за лесом темный крик,И край небес поник:Я угадал вас, дни свершенья!Я — ваш, безумные виденья!О зарево, пылай!Труби, трубач!И песней зарево встречай.А ты, мой друг, не плачь:Иди по утренней росе,Молись кровавой полосе.<p>VII</p><p>Поэт</p>

Вяч. Иванову

Твоя Музыка слов — пенный вал,Твоя напевность — влага моря,Где, с волнами сурово споря,Ты смерть любовью побеждал.Твоя душа — как дух Загрея,Что, в страсти горней пламенея,Ведет к вершине золотойТвоей поэзии слепой.О друг и брат и мой вожатый,Учитель мудрый, светлый вождь,Твой стих — лучистый и крылатый —Как солнечный лучистый дождь;И опьяненная свирель —Как ярый хмель.<p>VIII</p>Дымитесь, священные смолы!Наступает последний день.Ударит молот тяжелый,И покроет вас черная тень.Весенние пьяные долыХороводом встречают нас;Дымитесь, священные смолы!Наступает последний час.<p>IX</p><p>Пастух</p>На сонном пастбище глухонемой землиБродил подолгу я среди овец покорных:Так пастырем я был: за мною овцы шли,Искали трав живых меж горьких трав и сорных.И морды влажные доверчивых овец,И шерсть курчавая и стройность тонких ножекМне радовали взор. Трудился я — пришлец, —Чуждаясь, как всегда, протоптанных дорожек.А в дни осенние, когда златился лист,Я любовался вновь красой земных излучин;Мечту таила грудь. Был воздух серебрист.Я радостно бродил со стадом неразлучен.Но вот — Горящий Куст: пробил желанный часУслышал голос я — Иеговы веленья.За мной, мои стада! Веду на жертву вас…Мы кровью искупим смиренные томленья.<p>Печаль</p><p>I</p>Я на темных полях до рассвета блуждалСо слепою подругой моей.Где-то в лунной дали меднотрубный сигнал,Как угроза, сурово и долго звучал,Нарушая безмолвье полей.Колыхался вокруг млечно-серый туман,И окутала все непонятная сеть,Я был пьян от земли и от воздуха пьян,И был сладок предутренний, тонкий дурман;И хотелось молиться и петь.И — бледнея — слепая подруга мояНепонятно и тихо склонилась к земле.Умерла до рассвета подруга моя,На траве заросились одежды края,И рука забелела во мгле.<p>II</p>Приникни, милая, к стеклу,Вглядись в таинственную мглу:Вон там за темною стенойСтоит, таится спутник мой.Я долго шел, и по пятамОн тихо следовал за мной.И на углу был стройный храм.Я видел белые лучиЕдва мерцающей свечи;Я видел странный бледный ликИ перед ним, как раб, поник.Приникни, милая, к стеклу,Вглядись в таинственную мглу.Он за стеною там стоит,Молчит темнеющий гранит.Но мы — вдвоем с тобой, вдвоем…Мы будем жить? Мы не умрем?<p>III</p><p>Из Метерлинка</p>Она подкралась ко дворцу,— Едва лишь солнце показалось —Она подкралась ко дворцу.Все кавалеры оглянулись,И дамы молча ужаснулись.Она стояла у дверей,— Едва лишь солнце показалось —Она стояла у дверей.Царица с мужем приближалась,Он робко спрашивал у ней…Куда идете вы? Куда?— Едва светает, берегитесь —Куда идете вы? Куда?Вас кто-нибудь там ожидает,Она не внемлет, поспешает.И к Неизвестной вниз сошла— Едва светает, берегитесь —И к Неизвестной вниз сошла.Ее та молча обняла.Они ни слова не сказалиИ где-то в сумраке пропали.И плакал на пороге муж,— Едва светает, берегитесь —И плакал на пороге муж.Шаги таинственно звучалиИ листья, падая, шуршали.<p>IV</p>

Н. Г. Ч-ой

Вокруг тайга шумела дико,Но ты пришла ко мне в юрту,И я с твоей тоской великойВновь сочетал мою мечту.И край немой, и край таежныйЛохматую открыл нам грудь;О, дол таинственно-тревожный,Твоей свободы не вернуть.Бывало, в ледяной пустынеМы ждали радостных огней;За рубежом томимся ныне —Невнятны для глухих людей.Освобождения ревнитель —Я накануне злой беды;И рухнет милая обитель,И будут срублены сады.Вдруг пролетит над чистым лугомСуровый, как в тайге, летун;Я буду поражен недугомЗавороженный чудом струн.И ты склонишься надо мною,И тайный вспомнишь свой обет:Тогда бесстрашною душоюЛичине мертвой скажешь: «Нет!»<p>V</p>О, мать моя! Святая мать!Мне надо повесть дописать…Прости вечерний злой обман;Дымится кровь багряных ран.Тоскою странной дышит грудь,И дней крылатых не вернуть.И вот таинственную вязьВеду, над книгою склонясь.Неверный свет святых лампад —Как медленный и горький яд.Смешалась киноварь и кровь:Где сказка злая? Где любовь?Ответа нет. Горит венец;Пылает темный багрянец.Что знаю я, святая мать?Мне надо повесть дописать…<p>VI</p>

Л. И. Р-ой

И смерть казалась близкой, близкой,И в сердце был и свет, и сон.И опустились звезды низкоНа полунощный небосклон.Из комнаты звучало пеньеМоей тоскующей сестры.Под звездами мои мученьяГорели, как в полях костры.И пахло влагою и сеном.Хотелось землю лобызать,И, опьянившись милым тленом,Здесь на земле, дышать, дышать…<p>VII</p>И новый день угаснул и поник.Чернеет тень на дрогнувшей земле.Не слышен на полях призывный крик;И серебрится вновь межзвездный лик;О, брат земли, плывущий в белой мгле!Таинственный! Коснулся ты меня;Я чувствую дыханье белых уст;О, чары странные холодного огня,Я — ваш! Я — ваш! Забыл призывы дня:Безлунный мир невнятен мне, — и пуст.<p>VIII</p><p>Осень</p>

Похожие книги