Читаем Верю, судьба! (СИ) онлайн бесплатно

Синее-синее небо, ставшее почти белым у горизонта, над морем. Лоскутки разноцветных парусов, веселые голоса у воды. А тут, рядом с домом - благодать и тишина. Как же долго не было времени отдохнуть! Изматывающая учеба, первые самостоятельные шаги в качестве полноценных официалов, выбор своего сектора, и работа, работа, работа.

Официальная служба - связывающая воедино мириады миров организация, где с некоторых пор работали Нарелин и Клео, занималась практически всем: от унификации технологий обитаемых планет, до решения социальных вопросов по связкам мировых систем.

После обучения друзья попали в подразделение, работавшее с Сэфес, Контролирующими. Так уж сложилось - первые шаги в качестве официалов они делали именно на этом поприще, и первыми их учителями стали официалы Орина - планеты, служившей для Сэфес одной из баз.

Очень трудно состыковывать между собой физическую и ментальную составляющую жизни, но Клео и Нарелин в этом преуспели. В данный момент они считались одними из лучших в своем подразделении, и отпуск, когда можно ничего не делать, а просто валяться на траве, и чтобы море, и… "Нарелин, да! Вот это нам, пожалуй, подойдет!", - они не могли себе выбить целых пять лет. В этот раз им повезло просто феерически - в работе неожиданно образовалось "окно", и одновременно с этим в отпуск вышли их давние друзья, двое Сэфес. Благодать!

Первые дни оба просто не знали, куда себя девать, и чем заняться - настолько непривычным стало ощущение, что делать ничего не нужно. Нарелин несколько дней кряду просыпался с мыслью, что опаздывает, что вот сейчас он, наспех умывшись и проглотив завтрак, снова войдет в Официальную Сеть, и начнется работа с потоками, но за окном вместо привычного леса шумело море, и комната была совсем другая, и никуда не нужно было бежать, и ничего не нужно делать.

Работа - это, бесспорно, хорошо. Даже здорово. Но отдыхать от нее - хорошо вдвойне. Валяться на пляже, купаться в чистой прозрачной воде, и при этом точно знать - то, что должно быть сделано, сделают за тебя так же хорошо, как это сделал бы ты сам.

Теперь оставалось только дождаться Сэфес, а их, как назло, всё еще не было. Нарелин и Клео бездельничали третью неделю, и уже начали потихоньку скучать.

По золотистым волосам Клео ползла какая-то местная букашка. Нарелин приподнялся и сбил ее легким щелчком. Блонди валялся в траве и безмятежно смотрел в зеленоватое небо. На живность, исследующую его волосы, он внимания не обращал.

- Я их прибью, когда вернутся, - сказал Нарелин раздраженно. - Сколько можно?

- Ничего, - лениво ответил Клео, - ждали пять лет, пока они были в рейсе, подождем и еще недельку.

- В прошлый отпуск они явились, как обещали. Хоть бы предупреждали, в самом деле! Ну почему у них все не как у людей?

- Потому что они не люди, - усмехнулся Клео и приподнялся на локте. - Расслабься, ничего с ними не случится.

Нарелин хмыкнул. Про "ничего не случится" он слышал много раз, но вот события, благодаря которым они познакомились с Сэфес, и в результате которых стали Официалами, давали понять - когда надо, "нечто" порой случается. Впрочем, сделать они всё равно ничего не могли - искать загулявший во время отпуска экипаж было бесполезно. Это не пресловутая иголка в стогу сена, это гораздо хуже. Сэфес, что с них взять. Контроль.

Нарелин встал, стряхнув со штанов песок. Впрочем, штаны (цвета хаки, из чистого льна, простые широкие штаны с накладными карманами) были настолько изгвазданы в засохшей глине, что песок им был уже не страшен. Здесь можно было позволить себе неаккуратность. Индъера - хороший курорт, тут всем плевать на то, как ты выглядишь.

- Пошли в дом, лентяй, - сказал он. - Выпьем чего-нибудь. Я как раз рецепт классного коктейля вспомнил.

Попробовать новый коктейль не удалось. В гостиной, как у себя дома, хозяйничали долгожданные Сэфес.

Лин бодро расставлял на столе мутноватые пластиковые стаканчики самого отвратного вида. Пятый, приветливо помахав рукой, выудил откуда-то из-под стола непомерную сумку, и явил на свет божий столь же мерзкую пластиковую бутылку.

- Привет! - улыбнулся Лин. - Мы это, немножко задержались. Клео, ногами драться не будешь?

- Еще как буду, все кости переломаю, дабы неповадно было, - впрочем, блонди тут же расплылся в улыбке. - Ладно, ладно, шучу.

- Где вас черти носили? - перебил его Нарелин. - Совесть нужно иметь! Мы вас пять лет не видели, между прочим! Что за дрянь вы приволокли?

- Где носило? - переспросил Лин. - Уууу, это долгая история. Ну, словом, навещали кое-кого. Потому и задержались. Пятый, давай, открывай. Только сразу говорю - я это пить не буду.

- Почему? - поинтересовался Пятый, откручивая пробку.

- Потому что я не самоубийца!

По комнате поплыл запах, от которого у Клео навернулись слезы на глаза. Невообразимая смесь ароматов сивухи, ванили и низкокачественного пластика.

- И вот ЭТО, - Лин поднял вверх палец, - он в нас хочет влить. Вы представляете последствия?

- Убиться, - прокомментировал Нарелин, передернувшись. - Ребята, а это обязательно надо пить? Может, лучше не стоит? А то ведь нас придется откачивать…

Клео аккуратно присел на краешек дивана.

- И где же такое диво употребляют? - поинтересовался он.

- Ты лучше спроси, где его производят, - ухмыльнулся Лин, наблюдая, как Пятый разливает пойло по стаканчикам.

Нарелин отобрал у Пятого бутылку, и посмотрел на этикетку. "Завод сладких крепленых вин, г. Услада, проезд им. Генерала Хаида восьмого младшего. Водка "Русская славная" с ароматом ванили". На этикетке в одну краску был напечатан городской пейзаж, причем качество печати оставляло желать лучшего. Нарелин с трудом рассмотрел нечто, похожее на древний кремль, окруженный высокими башнями, каждую из которых венчал одинаковый символ - черная полураскрытая ладонь с плотно сведенными пальцами, а на ней - белая капля.

- Что, уже интересно? - спросил Лин.

- Интересно, - согласился Нарелин. - Кажется, одна из реальностей Терры? Судя по качеству водки, хреново у них там дела обстоят. Рехнуться можно! Чем ее закусывают, конфетами, что ли?

- Всякой дрянью, и конфетами в том числе, - Пятый выудил из сумки картонную коробку унылого серо-желтого цвета. - Это марципаны. Только вам лучше их не пробовать.

- Ага, - подтвердил Лин. - Можно заработать заворот кишок и отравление. Как минимум. А как максимум - отчалить на тот свет.

- Да ладно тебе, - отмахнулся Пятый. - Вполне съедобно. Но вы всё равно лучше не ешьте.

- Тогда ему больше достанется, - подсказал Лин.

- О-бал-деть, - с чувством резюмировал Клео. - Я, конечно, знал, что Сэфес - существа неуязвимые, но не до такой же степени. Извините, кажется, я это проглотить не сумею.

- И не надо, - ответил Пятый. Выудил из коробки марципан, понюхал, вздохнул, и положил обратно. - Так вот, о том, где мы были эту неделю… Понимаешь, Лин очень любит всякие пари. Ну очень. И мы с ним когда-то совершенно случайно выиграли один мир. В общем, надо было там какое-то время провести, и мы слегка задержались. Ну, со всеми бывает.

- Водку он пил, - тут же начал ябедничать Лин. - Почти всю неделю. Говорю ему - хватит, нас ждут! А он мне говорит, чтобы я отвязался!

- Хватит врать, - Пятый взял со стола свой стаканчик. - Ладно, давайте выпьем.

- Ох, - сказал Нарелин и с сомнением поглядел на водку. - Ну ладно. Я попробую, только заранее воды в нормальный стакан налью. За что пить будем? За выигранный мир, или как?

- Скорее уж за судьбу, - ответил Лин. - Сейчас выпьем, и мы, пожалуй, расскажем вам забавную сказку.

Пятый поднял свой стакан, задумчиво посмотрел на притихших собеседников, и произнес:

- Почему-то иногда мне кажется, что я верю в судьбу. Вернее, не совсем так. Я лучше скажу - "верю, судьба", а вы сами выберете, какое слово станет для вас главным. Ага?

Лин кивнул, улыбнулся. Они залпом осушили стаканчики и, не сговариваясь, потянулись к коробке с марципанами - такую пакость следовало немедленно чем-нибудь заесть.

- Итак, давно, лет сорок с лишним назад, в одном временном векторе произошла такая история, - начал Лин. - Дело заключалось в том, что у Атиса Сигна по ночам просыпалась душа…

Дело было в том, что у Атиса просыпалась по ночам душа. Днем он был как все, или почти как все. Ночью же душа ни с того, ни с сего поднимала голову, и Атис осознавал себя кем-то совершенно другим. Нет, он не смотрел подолгу в ночное небо и не сочинял стихов, обычно он просто брал на руки Абсорбента и, сидя перед выключенным телевизором, думал. О чем? Он сам не мог ответить на этот вопрос.

В мире, где родился и вырос Атис, думать было не о чем. Мир был не то чтобы скудным, он, собственно, был совсем никакой. Серый, невыносимо скучный, лишенный привлекательности.

Город, в котором жил Атис, назывался Нижний Кремов. В Кремов Атис попал после того, как в возрасте одиннадцати лет родители продали его корпорации Ойлл-о за восемь тысяч условных единиц и десять мешков сахара. Цена была не ах, но в то время за детей в возрасте одиннадцати лет больше и не давали. Первое время Атис сильно горевал, но потом решил, что грош цена родителям, которые с такой легкостью могут продать собственное чадо, и утешился.

В Ойлл-о довольно быстро поняли, что восемь тысяч условных единиц и десять мешков сахара пропали даром. Атис оказался абсолютно непригодным для какого бы то ни было использования. Считал он отвратительно, нескладная фигура не позволяла сделать из него классического офисного служащего, да и манера речи… это была особая тема. Он не ругался непристойными словами. Он просто говорил со всеми, как с равными - и с уборщицами, и с другими служащими, и с директором регионального представительства корпорации. Ему совершенно не хотелось стелиться ковриком перед другими людьми, он словно бы не ощущал разницы между ними, не чувствовал статусы, и, конечно, не понимал последствий.

В общем, в возрасте восемнадцати лет Атиса продали на кондитерскую фабрику Кремова. Там он быстро покатился по наклонной - из кондитеров его вежливо, но твердо попросили после того, как он попытался увеличить вес торта с девятисот грамм до килограмма посредством шлепка крема на дно коробки, из подавальщиков - после прецедента со сгибанием на спор металлического листа для выпечки пирожных, из кухонных мужиков - после драки на бадьях с меланжем. В результате к двадцати годам Атис сделался грузчиком, и уже двенадцать лет работал на складе. Целыми днями он таскал мешки с сахаром, мукой, короба с маслом, бидоны со сливками, меланж, деревянные ящички со специями, и, конечно же, большие пластиковые канистры с разнообразными спиртосодержащими жидкостями, применяющимися в кондитерском ремесле. Иногда эти емкости при непосредственном участии Атиса совершали вояжи более длительные и незапланированные, чем их обычная короткая дорога от машин до склада, но… что говорить! Пёрли все, поэтому Атис мало задумывался над моральными аспектами этого процесса.

В Кремове имелись только два варианта существования. Один - работать в Ойлл-о, второй - работать на кондитерской фабрике. Был, правда, и третий вариант - вдруг каким-то невероятным образом получить свободу и уехать, но… это была фантастика, и любой житель Кремова, не задумываясь, плюнул бы в глаза тому, кто сказал бы, что это вообще возможно. Работа - это сытость, тепло, относительный достаток, это бесплатный телевизор и квартирка. Это возможность есть три раза в день, а если ты работаешь на кондитерской фабрике, то можешь еще и притащить вечерком домой несколько пирожных, пару булочек, а под праздник - целый торт. Если у тебя есть дети, можно потом будет выгодно их продать, не боясь, что продешевил или отдал не тому. Работа - это просто все! Весь мир - работа. Как можно жить и не работать, ни один из жителей Кремова даже не задумывался.

Итак, все началось с того, что Атис в очередной раз вспомнил, что у него есть душа, взял на руки Абсорбента и сел на диван перед выключенным телевизором. Абсорбент вскоре мерно заурчал, с удобством разлегся у хозяина на коленях и сделал вид, что уснул. Впрочем, пытаться обмануть Атиса было бесполезно - он-то знал, что Абсорбент притворяется, поэтому не делал излишне резких движений руками.

Абсорбент вообще был особенным. Атис подобрал его совсем крошкой возле мусорных баков, притащил к себе домой и в тот же вечер с горя напился до зеленых чертей и синих сотрудников регионального офиса Ойлл-о. С горя - потому что не знал, что делать с приобретением. Кошек он никогда раньше не держал. "Вы разводите котят? Да. И как? Два котенка на ведро воды". Пьяный Атис уснул, звереныш влез ему на грудь и просидел там, как часовой, всю ночь. Утром у Атиса впервые за десять лет не было похмелья. Поначалу он не связал это с котенком, решив, что в этот раз ему попался настоящий коньяк, но после еще пары прецедентов понял, что животное действует на него гораздо лучше всех медицинских средств, вместе взятых. Котенок получил имя Абсорбент и остался у Атиса. Через год крошечный серый комочек превратился в массивное, довольно тяжелое полосатое создание, еще через год это создание покрылось боевыми шрамами, а еще через пару лет Атис вдруг понял, что его коту даже соседские собаки уважительно уступают дорогу. Удивительное свойство Абсорбента лечить похмелье не распространялось, к счастью, на других людей, иначе чудо-кота давным-давно бы украли, а так… Атис и Абсорбент мирно сосуществовали в однокомнатной квартире, никто им не докучал и не трогал их.