Читаем Велосипед судьбы (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Вторая часть минитрилогии "Цыганка Вася, механик с волантера «Доброволец»"

Книга в сеттинге серии «Хранители Мультиверсума», показывающая события с другой точки зрения.

Пока кто-то летит над Дорогой, спасая Мультиверсум, те, кто по ней едут, просто пытаются выжить.

Действие романа происходит параллельно книгам «Небо на дорогой» и «Последний выбор», но он является самостоятельным произведением. Чтение основной линии серии не обязательно.

Велосипед судьбы

Глава 1. Что нам делать с пьяным матросом

Глава 2. В очках и на велосипеде

Глава 3. Два разных моря

Глава 4. Интеллектуальный гандикап

Глава 5. Носители эмоционального интеллекта

Глава 6. Если убить убийцу, убийц меньше не станет

Глава 7. Тайная наследница империи

Глава 8. Его Величество Степан

Глава 9. Пять дней коллапса. Дни 1-3.

Глава 9. Пять дней коллапса. Дни 4-5

Глава 10. Струна под током

Велосипед судьбы

Глава 1. Что нам делать с пьяным матросом

– Это плохой провод, – терпеливо объясняет Василиса. – Точнее, не то чтобы совсем плохой, но мне не подходит.

– Эй, девочк, не говори такой слова! – возмутился продавец, чернявый толстячок в большой, делающей его похожим на диковинный гриб, кепке. – Это лючий провод на рынок, слово тебе говорю!

– Какой он лучший? Это обычный бытовой установочный ПБПП! А я уже три раза сказала, что мне нужен ВББШв! Мне его по шпангоутам тянуть! Ваш пэбэ там перетрётся и закоротит нам всю проводку!

– Девочк, что ты понимаешь в провод? Я много лет продаваю электрический всякий штука! – продавец машет руками, показывая увешанную бухтами кабелей и связками сетевых шнуров, заваленную россыпями розеток, выключателей и плафонов лавку. – Я всё знаю за провод! Это провод привезли из один очень тайный срез, там такой наук был! Такой техник! Вах! Потом все умерли, конечно, но провод остался. Самый лучший провод, мамой клянус!

Но Василиса его не слушала.

– Вон с той катушки покажите ближе.

Продавец всплёскивает руками, разводит руками, заламывает руки и всячески выражает возмущённое непонимание.

– Девочк, этот провод – совсем не провод! Он не для электричество розетка! Он…

– Я вижу, это коаксиальный РГ. Я знаю, что он не силовой, разумеется. Но силового у вас нет, а коаксиал мне нужен для подключения внешней антенны…

– Вай, девочк, зачем плохо говоришь про мой товар? – решив, что руки выражают его эмоции недостаточно наглядно, продавец переключился на мимику лица.

Закатил глаза – выкатил глаза. Зажмурился – заморгал. Раскрыл рот – закрыл. Василиса подумала, что он сейчас похож на пойманную рыбу и, не удержавшись, хихикнула.

– Этот молодёжь совсем никакой уважение не иметь! – пожаловался продавец в пространство, ни к кому конкретно не обращаясь. – Зачем говоришь сильный провод нет? Вот сильный провод! Совсем сильный! Вах какой сильный, смотри!

Он принялся тыкать Ваське в нос огрызком кабеля.

– Он просто толстый, – терпеливо ответила она, – из-за того, что изоляция резиновая. А жилы тройка, алюминий. Мне такой не нужен. РГ покажете, или мне в другую лавку идти?

– Не надо другой лавка, – вздохнул продавец, – смотри свой эргэ, девочка-электрик.

– Я механик, – рассеянно ответила Василиса, пробуя кабель на изгиб и разглядывая оплётку экрана. – С волантера. Младший.

– Я уже боюсь увидеть вашего старшего, вах!

– Правильно боитесь. Он бы вам уже много всего сказал. Какой диаметр центральной жилы тут?

– Вай, ты такая умная, сама смотри! – обиделся лавочник.

– Ладно… – Василиса достала из сумки на поясе штангенциркуль. – Да, этот подходит. Мне тридцать метров. Почём будет?

– Сорок!

– За всё?

– За метр!

– Вы пошутили сейчас, да?

– Какой шутка! Ты покупать пришла или над продавец издеваться?

– Понятно. Ладно, я пошла.

– Эй, ты мой время потратила и совсем ничего не купила! У моего народа это обида и оскорбление!

– А у моего народа обида и оскорбление так цену заламывать!

– А какой твой народ, вредный девочк?

– Я цыганка. Цыганка Вася из табора Малкицадака! – Василиса откинула прядь волос, показывая тонкую золотую серьгу с чёрной каменной бусиной. – И если я пожалуюсь дяде Малки…

– Вай, зачем жалобы? Зачем Малки! Я уважаю Малки, все уважают Малки! Я тебе этот провод совсем даром отдам! По тридцать пять!

– Я ухожу!

– Шютка, слюшай, шютка! По тридцать. Это хороший цена!

– Не смешно. Пойду посмотрю, может, кто другой смешнее пошутит.

– Вай, ну зачем так? По двадцать пять тебе достаточно весело, младший цыганка с волантера?

– Я младший механик. А цыганка я потому, что меня торжественно приняли. За помощь табору. И двадцать пять всё ещё не смешно.

– За какие грехи Дорога наказала меня таким покупателем? Двадцать три, или называй своя цена!

– Восемь за метр, – быстро сказала Васька.

– Вах, какая трагедия! – всплеснул руками продавец. – Такая маленькая и уже сумасшедшая! Кто твои родители, почему они не заперли тебя в мягкий комната, чтобы ты не бродила по рынку и не пугала честных торговцев? Девятнадцать!

– Мой папа – капитан волантера и военно-морской офицер! Девять!

– Наверное, он слишком долго был в плавании и не воспитал тебя подобающим образом! Семнадцать, и учти, что ты уже оставила моих детей голодными!

– Судя по вашему возрасту, вашим детям давно пора зарабатывать самим! Девять с половиной!

– Я, конечно, имел в виду внуков, которых ты хочешь оставить без сладкого. А они его заслужили, клянусь! Слава Искупителю, они не такие противные как ты, девочка! Пятнадцать, и это крайняя цена!

– Я противная? Это вы ещё моего брата не видели! Десять!

– Великое Мироздание! У тебя и брат есть? Теперь я понимаю, почему Мультиверсум гибнет – два таких монстра в одной семье! Четырнадцать, и это уже грабёж!

– У меня есть даже кот. И мама. Но всё равно десять.

– Вай, девочк, десять уже было! Ты должна сказать «одиннадцать», мы торгуемся!

– А я не дам больше десяти. Вот триста за всё, – она выложила на стойку стопку лёгких белых монет. – И мы оба знаем, что это гораздо больше, чем вы заплатили сборщикам.

– Девочк, слюшай, кто так торгуется? И ты совсем не учитываешь накладные расходы! Ты думаешь, содержать этот лавка совсем ничего не стоит? Да я пойду по Мультиверсуму с протянутой рукой, если меня будет так обирать каждый ребёнок!

– Я не ребёнок, мне почти шестнадцать.

– Давай свои триста, – буркнул продавец. – Ишь, шестнадцать ей. Сопля этакая.

– Кстати, – раздался голос за Васькиной спиной. – По местным законам в шестнадцать наступает совершеннолетие. Ты знала?

Василиса обернулась. Худой чернявый парень в круглых чёрных очках с металлическими боковушками, немного похожих на винтажные сварочные, держит за руль пыльный велосипед и улыбается.

– Нет, – ответила она, – не знала. Я тут совсем недавно.

– Я Данька, Даниил.

– Василиса. И если этот лавочник будет вот так отмерять тридцать метров, то я не поленюсь перемерить!

– Очень глазастый девочк! – пожаловался продавец. – И такой вредный! Ладно, вот тебе ещё метр сверху! Довольна, разорительница моей торговли?

– Спасибо, было приятно иметь с вами дело, – Васька подхватила с прилавка массивный моток кабеля.

– Вешай на руль, – сказал парень. – Помогу отвезти.

– Спасибо. Тут недалеко …

– Слушай, ваш волантер видно из любой точки города! Он же над площадью висит!

– Ой, точно, – рассмеялась Василиса, – я и не подумала. Вот я балда!

– Ты так классно с ним торговалась! Я прям заслушался, – сказал Данька, ведя велосипед рядом.

– Это я у цыган нахваталась, пока с табором кочевали. Вот кто действительно умеет, а я так…

– А ты правда цыганка?

– Honoris causa1.

– Ого, ты знаешь латынь?

– Ого, ты понял, что я сказала?

Они посмотрели друг на друга и заржали хором.

1 Honoris causa (лат.) – почётная степень, полученная «за заслуги».

– Меня приняли в табор. Это ничего не значит, на самом деле, – объяснила девочка. – Просто жест благодарности за… Неважно, за что. Но мне нравится представляться «Цыганка Вася». Люди смешно реагируют.

– Просят погадать?

– Иногда, – фыркнула Василиса. – Чаще проверяют кошелёк.

– А ты что?

– Смотрю мудрым взглядом и говорю: «Судьба твоя покрыта туманом неизвестности, тебя ждут великие испытания и большая любовь! Позолоти ручку, яхонтовый!» Меня тётя Симза научила.

– И как, золотят?

– Не знаю, я пока всего один раз попробовала. Но мужик почему-то вырвал руку и убежал. Может, у меня взгляд недостаточно мудрый?

– А покажи!

Василиса надула щёки, выпучила и слегка скосила к носу глаза.

– Как по мне – премудрейший! – заявил парень. – Я бы позолотил.

– Может, мне однажды повезёт. Вот, пришли.

***

На краю площади висит над землёй волантер. Огромный, отливающий тёмным металлом дирижабль с каплевидным твёрдым баллоном, крестовидным оперением руля и двумя мотогондолами на выносных штангах.

– Даже не верится, что вижу настоящий волантер, – сказал Даниил. – О них куча легенд ходит. «В древние времена, когда над Дорогой парили волантеры…»

– Я ни одной легенды не слышала, – призналась Василиса. – Хотя я на нём младший механик. Ну и капитанская дочка заодно.

– Капитанская дочка? – рассмеялся Данька. – Это очень смешно.

– Почему?

– Когда по морям ходили парусники, то «капитанской дочкой» называли плётку-девятихвостку, которой наказывали провинившихся матросов. «Капитанская дочь тебя уложит в постель» – матросский фольклор.

– Ничего себе! Я не знала. Мой отец служил в военном флоте, но на подводной лодке. Парусов у них не было, плёток, я надеюсь, тоже.

– И песню не слышала?

– Какую?

Данька поставил велосипед на подножку, упёр руки в бока и запел, слегка приплясывая на манер ирландской джиги:

What will we do with a drunken sailor,What will we do with a drunken sailor,What will we do with a drunken sailor,Early in the morning?

https://music.yandex.ru/album/19006882/track/89512614

– Что нам делать с пьяным матросом? – перевела Васька.

– Ну да. Представь себе – парусник несколько месяцев в рейсе. Приходит в порт, матросов отпускают на берег… Куда они идут?

– Куда?

– В кабак, разумеется. Ну, ещё в… Неважно.

– Я поняла. И что?

– И вот, надо отправляться дальше. Поднимать якорь, ставить паруса, всё такое. А матросов под утро принесли на борт пьяными в стельку, они лежат на палубе вообще никакие. И что с ними делать?

– И что же?

– Ну, песня длинная, там много разных предложений выдвигается. Побрить живот ржавой бритвой, например

– Shave his belly with a rusty razor,Shave his belly with a rusty razor,Shave his belly with a rusty razor,Early in the morning? – пропел он на тот же разухабистый мотив.

– Зачем? – удивилась Василиса.

– Понятия не имею. Там много странного – посадить его в шпигаты с трубкой: «Put him in the scuppers with a hawse pipe on him». Или связать его бегущим канатом: «Truss him up with a runnin’ bowline», что вообще не очень логично, потому что как он работать тогда будет? А вот ещё: «Stick on ‘is back a mustard plaster».

– Поставить горчичники?

– Ага. Представь, какая жестокость! Но я про этот куплет:

Put him in bed with the captain’s daughter.Put him in bed with the captain’s daughter.Put him in bed with the captain’s daughter.Early in the morning?

– Да уж, – покачала головой Василиса, – какие бездны смыслов открылись мне внезапно. Не знаю, как на это реагировать. Я ведь всё равно капитанская дочь, ничего не поделаешь.

– Я тебя не обидел случайно? – спросил Данька.

– Да вроде бы нет… – сказала, подумав, Василиса. – А пытался?

–Что ты! С какой стати вдруг?

– Знаешь, – сказала Васька серьёзно, – я тебя лучше сразу предупрежу. Если тебе покажется, что я странная – то знай, тебе не кажется. Я странная.

– И в чём это выражается?

– Видишь ли, когда мне было двенадцать, мы с семьёй попали в одно удивительное место2. В общем, там было неплохо, мне даже нравилось. Много техники, моторов, станков, инструмента всякого. Люди интересные. Но ни одного ребенка, кроме меня и брата. Так что я просто не умею общаться. Не понимаю намеков, культурных контекстов и когда говорят одно, а имеют в виду другое. Так что если ты мне подаёшь какие-то неявные сигналы, на которые я должна отреагировать как нормальная девочка, то лучше не надо. Я ненормальная девочка. Так вышло.

2 Эта история описывается в книге «Локальная метрика».

– Вот теперь уже я не знаю, как реагировать, – озадачился парень.

– У меня уже были из-за этого проблемы, – вздохнула Василиса, – поэтому решила предупреждать сразу.

– Неожиданно, – сказал задумчиво Даниил. – Попробую не подавать неявных сигналов.

– Спасибо.

– Спрошу прямо – у тебя какие планы на вечер?

– Растянуть силовую проводку по каютам, развести селекторную связь между ходовой рубкой и машинным отделением, установить кронштейн внешней подвески для прожекторов, промерить установочные места под антенну РЛС…

– Стоп-стоп, я понял. Ты очень-очень занята…

– А ты как думал! Но я могу пересмотреть своё расписание ради чего-нибудь важного, или интересного, или прикольного.

– Правда? Тогда я осторожно, стараясь не подавать неявных сигналов, приглашаю тебя в гости.

– К себе?

– Нет, тут я живу в общежитии, где режим и скукотища. Только ночую, и то редко. Сегодня я собирался пойти к друзьям, и мне кажется, что тебе будет там интересно. Они забавная пара.

– Прости, но я уточню. Ты приглашаешь меня пойти с тобой в гости к неким людям. В качестве кого?

– Не понял.

– Вот пришли мы, допустим. И ты такой: «Привет! А вот и я! А это – Василиса! Она…» Она что?

– «Привет, а вот и я! Наливайте чай, несите пряники! А это Василиса – странная девочка, которую я увидел сегодня на рынке! Мне понравилось, как лихо она торгуется с Багратом, я решил познакомиться и пригласить её к вам! Это ничего не значит сейчас, но может быть, мы однажды подружимся!» Как тебе такой совершенно явный сигнал?

– Пожалуй, – задумчиво сказала Василиса, – мне нравится эта формулировка. Прости, если мои закидоны тебя напрягли.

– Ничего страшного. Я собирался в пять по местному, но, если ты ещё будешь занята…

– Нет, не буду. Надо как-то специально наряжаться? Вечернее платье?

– У тебя есть вечернее платье?

– Я похожа на человека, у которого оно есть?

– Честно говоря, не очень. Ты больше похожа на человека, у которого есть потёртый, замасленный и драный, но любимый комбинезон.

– Ты прав. Он классный и очень удобный. С наколенниками. Я из него немного выросла, но выкидывать жалко.

– Значит, я в тебе не ошибся. Буду тут в пять!

Данька запрыгнул на велосипед и помчался вдаль по улице. Василиса посмотрела ему вслед секунд пятнадцать, потом решила, что хватит, вздохнула, закинула на плечо бухту кабеля, и затопала тяжёлыми ботинками вверх по трапу.

– Интересно, а мне пошло бы вечернее платье? – спросила она вслух.

Мироздание привычно уклонилось от ответа.

***

– Ты правда решила пойти в этом? – спросил Данька. – Я думал, ты шутишь.

Василиса вышла на трап в комбинезоне, имеющим явные признаки того, что в нём упорно ползли в трюме между шпангоутов, зажав в зубах конец провода, который, кстати, оставил следы на физиономии. В одной руке у неё кусачки, в другой – упаковка крепёжных стяжек.