Читаем Ведьмоловка онлайн бесплатно
История эта явилась цепью случайностей, обернувшихся самым настоящим приключением. И если вы умеете выделять случайности из череды запланированных событий, то сами можете повторить путь Павлика и добраться до потаённых мест, о которых и рассказывает эта история.
— Сколько тебе лет? — вопрос прозвучал сурово и тон этот Павлику не понравился.
— Девять, — честно ответил он.
— Много успел ведьм увидеть? — хмурый парень не собирался отвязываться.
Вопросы оказались странными, и Павлик призадумался. Знакомства должны начинаться не так. Сначала спрашивают имя, потом — где живёшь, и уж после, когда по виду понятно, будут с тобой дружить или нет, интересуются возрастом и прочими делами. А тут сразу пошли непонятки.
— Да ты не бойся, — сказал низенький и белобрысый.
И Павлик сразу начал бояться, потому что именно после таких слов и стоит опасаться чего-то неприятного.
Эту троицу он заприметил, как вышел во двор. Конечно, до него долетали слухи, что новичков нигде не любят, а чтобы стать своим в доску, надо ой как постараться и съесть не одну горсть земли. Но Павлик никогда не думал, что сам окажется в такой нехорошей ситуации.
— Значит, не видел, — бесстрастно произнёс хмурый и цыкнул уголком рта. А может раскалываться не хочешь?
«Путают,» — пронеслось в голове у Павлика. — «Ждут, когда я сболтну чего-то не то и как набросятся разом.»
— Ты скажи, — предложил третий, в тёмно-синей футболке, на которой золотом горело «ALEX». — Михе можно.
— Ни одной, — вздохнул Павлик.
В глазах незнакомой троицы сразу угас интерес. И Павлик даже пожалел, что не видел ведьм. Теперь из-за того, что он их не видел, Павлику могло достаться сильнее. И этот неприятный момент заметно приблизился. Когда не хватает слов, в ход идут кулаки. А слова закончились.
— Зря, — сказал хмурый и издал языком и губами непонятный звук.
«Начинается,» — вздохнул Павлик. Мысленно вздохнул, чтобы и виду не подать, будто он кого-то там боится.
— А зачем мне надо ведьм видеть? — осторожно поинтересовался Павлик и почти незаметно отступил на шаг.
Хмурый как и не слышал слов Павлика. Он взял низенького за плечи и поставил перед собой.
— Тебе, может, и не надо, а ему вот надо.
Павлик понимающе уставился на белобрысого. Так в жизни и бывает. Сейчас их заставят драться. И победит, конечно, белобрысый, потому что хоть Павлик выше и на первый взгляд сильнее, но только всё равно получается нечестно. Потому что за низенького заступятся, а за Павлика заступаться некому.
Низенький протянул раскрытую ладонь к Павлику, и тот втянул в себя живот.
Рука остановилась.
— Валерка, — сказал белобрысый.
Прошло немало времени, прежде чем Павлик понял, что с ним знакомятся.
— П-павлик, — ответил он и поспешно пожал руку.
— Борис, — представился второй, в футболке с золотыми буквами.
— Миха, — чуть склонил голову самый высокий и хмурый.
— Ведьма Валерке нужна, чтобы вырасти, — солидно объяснил Борис, хотя Павлик так ничего и не понял.
— Видал, какой он маленький? — грозно спросил Миха.
Валерка вздохнул, а Павлик согласно закивал.
— А ведь в одном классе учимся, — хлопнул Миха друга по плечу.
Друзья были совершенно разными. Если Миха держался так, будто освоил премудрости начальной школы давным-давно, то Валерка имел вид мальчугана, только-только перешедшего во второй класс.
— Запомни, — сказал Миха напоследок, — если ты или кто-то из твоих друганов в курсе, где можно найти хоть одну ведьму, то не крои. Дай человеку вырасти.
И троица направилась вдоль длинного дома, оставив Павлика в полнейшем недоумении. Постояв немного у подъезда, Павлик побежал домой.
«Ведьмы! — крутилось у него в голове. — Ведьмы! Но почему, чтобы вырасти, надо встретить хотя бы одну ведьму?»
Старичок сидел на скамейке.
Такое событие вряд ли кому покажется удивительным, потому что день выдался на диво солнечный. А, как известно, старички любят в такие дни сидеть на скамейках и греть свои старые косточки. И Павлик, которого послали за молоком, несомненно, прошёл бы мимо старичка, если бы в этот момент не глядел себе под ноги, в надежде разыскать денежку.
Такое уже случалось не раз. Почти каждый день под ноги Павлику подворачивалась то копейка, то десятчик, а иногда блестящий пятачок. В те дни, когда незримые силы праздновали в неведомых пространствах свои праздники, они жертвовали Павлику и более крупные монетки. Рубль, например. А в прошлую среду Павлику досталась даже пятёрка. Самая что ни на есть настоящая, на что указывала розовая полоска на ребре.
А сегодня Павлик наткнулся на валенки.
Не то чтобы валенки валялись на земле. Нет, они привалились к скамейке, а над ними обнаружились серые пузатые штаны с синими полосками. Такую одёжку Павлик видел только в книге сказок, где рассказывалась история про хитрого мужика обманувшего двух купцов. И в надежде увидеть самого настоящего купца, которые теперь встречаются ничуть не чаще, чем ведьмы, Павлик посмотрел ещё выше. Вот тогда-то он и увидел этого странного старичка.
На купца он не походил совсем. Старичок оказался маленьким, худосочным и абсолютно лысым. Павлику даже показалось, что лысина отбрасывает солнечные зайчики на стену кирпичной трансформаторной будки. Да ещё и валенки. Ну не надевают валенки в двадцатидевятиградусную жару ни купцы, ни совершенно нормальные люди. Может быть, только ведьмы и одевают. Хотя Павлик почему-то считал, что ведьмам валенки не нужны, но лучше один раз увидеть…
— Садись, — весело сказал старичок и хлопнул по облупившимся доскам сиденья.
Павлик сел и сразу почувствовал приятную теплоту нагретой доски. Из головы сразу вылетело и молоко, и магазин, в котором оно продавалось. Ведь абсолютно лысые старички сидят на скамейках не каждый день. Тем более в валенках.
— У вас ревматизм? — вежливо поинтересовался Павлик.
— Это чего? — недоверчиво покосился на Павлика старичок, будто мальчик произнёс невесть какое нехорошее слово.
— Это когда ноги болят от перемены погоды, — объяснил Павлик с учёным видом.
Старичок похватал свои ноги возле колен. Потом похватал ноги Павлика. Затем он хмыкнул, покачал головой и уверенно произнёс.
— Ревматизм нам с тобой не грозит.
Павлик обрадовался. Ведь погоду можно узнать и по радио. Но один вопрос так и остался невыясненным.
— А валенки тогда зачем? — осмелился он.
— Для Аляски, — пояснил старичок. — Сколько сейчас градусов?
— Двадцать девять! — Павлик был рад, что сумел достойно проявить себя.
— А на Аляске минус восемь, — опечалился старичок, словно ему предстояло немедленно отправиться туда, где бедные эскимосы стоят себе дома из ледяных кубиков.
Павлик не знал, о чём говорить дальше. Он просто взял прутик и начал вычерчивать на песке перед скамейкой профиль ведьмы. Сначала получился крючковатый нос, затем круглые злые глаза, после раззявленный рот с одним квадратным зубом. А вот на волосах Павлик застопорился. У него получалась то пышная причёска, то кудрявая, то фонтаном. В общем, как у той ведьмы, что выпросила волосы у сестёр русалочки.
— Не так, — раздался голос старичка.
И когда Павлик взглянул на него, то обнаружил, что тот критически осматривает получившийся портрет.
— Гляди-ка, — старичок ловко спрыгнул со скамейки, одним движением подошвы затёр верх рисунка и несколькими точными штришками изобразил лохматые космы. Теперь ведьма выглядела так, словно пришла сюда из древнего фильма ужасов.
— Вот они какие, городские ведьмы, — кивнул старичок. — Значитца, если встретишь, то вмиг опознаешь.
— Ага, — недоверчиво вздохнул Павлик. — Встречу. Где же их встретить?
— Дак всё равно вырастешь, — пояснил старичок. — Значит, повстречаешь. Хоть одна мимо да пройдёт.
— Я не хочу, чтобы мимо, — заторопился Павлик, желая выспросить у чрезвычайно осведомлённого старичка как можно больше. — Я хочу запомнить.
— Ишь чего, — нехорошо улыбнулся старичок. — Запомнить! Кто ж тебе это позволит?
— А кто запретит? — раздался вопрос, и упавшая на скамейку тень разделила Павлика и старичка.
Подняв голову, Павлик узнал знакомое хмурое лицо. Из-за спины Михи тут же вынырнули Валерка и Борис. Старичок моментально позабыл про Павлика и стал рассматривать подошедших ребят с таким восторгом, будто узрел перед собой статуи древнегреческих богов.
— Да никто! — ответил старичок Михе. — Если повезёт, то не только повстречаешь, но и запомнишь. Навсегда!
— Где их встретить? — хриплым от волнения голосом спросил Миха.
— Подсказочку? — осведомился старичок.
— Угу, — в один голос отозвались Валерка и Борис. Миха промолчал.
— Повезло вам, — кивнул старичок и полез за пазуху, словно намеревался вытащить оттуда тысячи призов от компании «ПЕПСИ». Павлик уже ясно видел, как на свет белый появляется плейер, о котором мечталось уже два года. Нет, два с половиной!
Но старичок только почесался и вытащил руку обратно.
— Чем же это нам повезло? — спросил Миха.
— Угу? — снова отозвались Валерка и Борис, только теперь в их голосах звучала вопросительная нотка.
— Повезло, что меня повстречали, — старичок вскочил на скамейку и оказался ростом выше Михи. Сантиметра на три, но выше.
— Да будет известно, что перед вами стоит ни кто иной, как продавец снов! — возвестил старикашка, настолько мерзко улыбаясь, что Павлик даже отодвинулся подальше. — Если хотите подсказочку, то я подкину вам её во сне. Ну, кто тут самый умный?
Все вопросительно посмотрели на Миху. Даже Павлик.
— Выходи, Борька, — Миха сдвинулся в сторону.
Борис шагнул вперёд, щуря глаза, словно был ужасно близоруким субъектом.
— Подойдёт, — согласился старичок. — Сегодня во сне ты сам всё себе и объяснишь. А раз умный, то и поймёшь тоже сам. Только вот…
На лице старичка появилось смущённое выражение, будто он не решался попросить у ребят рублик-другой на дорогу.
— Что вот? — Миха встал рядом с Борисом.
— Только вот не за так, — решился старичок. — Я ведь продавец всё-таки, а не раздатчик. Заплатить надо бы. Вещий сон дорого стоит. Ты хоть знаешь, что такое вещий сон?
Вопрос относился к Павлику. Тот замотал головой. Про вещий сон Павлик не знал ничего. Павлик знал про вещего Олега. Зато наизусть.
— Значитца так, — старичок потёр руками. — С вас сорок семь зимних дрём и одиннадцать внезапных пробуждений. Па-апра-ашу вперёд.
Он протянул к Михе раскрытую ладошку с пухлыми пальчиками.
— Нет у нас, — пробасил Миха. — Может, сменяем на что?
Из правого валенка старичка выскочила маленькая чёрная лохматая собачонка. Она прыгнула к Михе, обнюхала его, затем перебралась к Валерке и напоследок остановилась возле Павлика, глядя снизу вверх умными блестящими глазами.
— О! — возрадовался старичок. — Хорошие сны чует. Ну, сколько их там?
На какой-то миг Павлик почувствовал лёгкое головокружение, а в следующую секунду собачка весело тявкнула три раза.
— Сменяться-то можно, — кивнул старичок. — Кошмарики у меня завалялись. Меняем три ваших сна на три моих кошмара. Согласны?
— А то, — кивнул Миха.
— Вот и ладненько, — старичок очень обрадовался, видимо три сна стоили куда дороже, чем сорок семь зимних дрём и одиннадцать внезапных пробуждений, каждому по кошмарику.
Пухлый указательный пальчик ткнул в Миху и Бориса. И в Павлика тоже ткнул. Не успел Павлик отодвинуться.
— Свершилось! — старичок похлопал себя по карману. — Только потом не стонать, — предупредил он. — Обратного обмена нет!
И исчез. Миха с друзьями оторопело уставились на пустое место, где только что сидел говорливый старичок.
— Куда он делся? — хмыкнул Валерка.
— На Аляску, — вырвалось у Павлика.
Миха смерил его странным взглядом, будто не третьеклассник стоял перед ним, а вопил из коляски неразумный грудной младенец, и Павлик пожалел, что не сдержался.
Павлик быстро взглянул на трансформаторную будку. Солнечные зайчики исчезли, будто их и в самом деле отбрасывала блестящая лысина непонятного старичка.
— Мама, а правда нужна ведьма, чтобы я мог вырасти?
— Ведьма? — удивилась мама. — А что с ней надо делать?
— Не знаю, — искренне признался Павлик. — Ну там встретить или увидеть.
— Я выросла и без всяких ведьм, — сердито сказала мама. Её руки быстро превращали грязно-бурую морковку в ярко-оранжевую. В синей миске громоздились неочищенные морковки. В зелёной тарелке сиротливо прижались друг к другу две морковочки, приготовленные для супа. Работа ещё только началась, и мама не обрадовалась появлению Павлика с глупыми вопросами.
— Так не бывает, — рассудительно сказал Павлик и приготовился уйти.
— А как бывает? — ножик чиркнул по морковке и замер. Мама ждала ответа.
— Ну, мама, неужели ты ничегошеньки не знаешь про ведьм?
Мама села на стул подпёрла кулаком подбородок и внимательно посмотрела на Павлика.
— Когда я была маленькой, то мне тоже казалось, что вокруг живут ведьмы.
— Городские? — восхищённо спросил Павлик.
— Не только, — сказала мама. — С городскими неинтересно. Они по большей мере старые и злые. Любят скандалить в трамваях и делать мелкие пакости. Настоящие ведьмы живут в лесу. Маленькие очаровашки. В лесных чащах и пещерах они могут оставаться вечно юными. А если и вырастают, то превращаются не в злюк, а в добрых волшебниц.
— Ого, — поразился Павлик.
— А ещё есть ведьмы-хранительницы, — серьёзно сказала мама. — Они стерегут разные волшебные вещички. С хранительницами лучше не связываться. Они будут пострашнее городских ведьм. Одного их взгляда хватает, чтобы до смерти напугать того, кто осмелится протянуть руки к сокровищу.
— И ты их всех видела? — поразился Павлик. А он-то считал свою маму не очень высокой.
— Видела? — удивлённо переспросила мама. — Вот уж нет. Просто… тогда мне казалось… нет, я совершенно точно знала, что они есть, и что они именно такие.
Взгляд её упал на гору моркови, и мама словно очнулась.
— Ну, Павлик, — недовольно сказала она. — Совсем заморочил мне голову своими сказками. Чуть ли не полчаса в трубу вылетело, а обед не готов. Сам ведь прибежишь голодный, просить суп будешь.
— Нет, — сказал Павлик, неохотно расставаясь с картинками, где были нарисованы три разные ведьмы. — Суп я просить не стану. Вот если бы торт со взбитыми сливками.
— Всё-всё-всё, — решительно сказала мама и указала Павлику на дверь.
Павлик даже подумал, а не волшебная ли морковь лежит на кухонном столе, раз от взгляда на неё совершенно забываются все сказочные существа.
Что-то ещё у мамы выпытывать было безнадёжно. Папа вот рассказал бы, да только уехал он в командировку. Поэтому опечаленный Павлик отправился на балкон. Чем реже крутишься на глазах у взрослых, тем меньше шансов оказаться в самом центре домашних работ.
На балконе было тесновато, но уютно. С двух сторон пламенели оранжевыми дверцами шкафчики, в которых хранились запылившиеся банки. Над окном повисли лыжи. Четыре штуки. Красные — «Нововятск» — Павлика. Бежевые с серебряными полосами — «Эстония» — папины. Маминых лыж не было, они сломались прошлой зимой.
Павлику нравилось стоять на балконе. Он чувствовал себя здесь, будто на «Вавилоне-5». Казалось, чудеса и приключения совсем рядом и вот-вот догонят Павлика. Но сейчас ему хотелось увидеть не астронавтов, а ведьм. Хотя бы одну. Чтобы вырасти.
