Читаем В стране литературных героев онлайн бесплатно

На скамейке маленького московского скверика, слегка понурившись, сидит наш герой – Гена. Это самый обыкновенный современный школьник лет четырнадцати. У ног его лежит небрежно брошенный портфель с учебниками. Рядом с Геной – человек, которому предстоит стать вторым нашим героем. Мы не станем описывать его внешность. Скажем только, что весь его облик пробуждает невольное желание почтительно именовать его "профессором". Зовут его, как это сейчас выяснится, Архип Архипович.

А.А.: Итак, если я вас правильно понял, вы получили двойку за то, что не знали, кто такой Тарас Скотинин… Что ж, ситуация довольно заурядная… Не расстраивайтесь!

Гена: (презрительно). Кто? Я?.. Очень надо мне из-за такой ерунды расстраиваться! Да кому она вообще нужна, вся эта литература!

А.А.: Вы серьезно так думаете?

Гена: Да все так думают, только сказать боятся. Притворяются: "Ах, Фонвизин! Ах, Пушкин!.." Просто противно! В космос летаем, а они сто лет-все одно и то же: "Тятя, тятя, наши сети притащили мертвеца…" В гробу я видал этого мертвеца, в белых тапочках… Вы думаете, меня зло берет, что я двойку получил? Еще чего! Мне одно обидно: меня теперь тренер в секцию не пустит, пока не исправлю…

А.А.: А разве это так трудно-исправить двойку? Если хотите, я могу вам помочь. Я мог бы устроить вам встречу…

Гена: С каким-нибудь учителем?

А.А.: Да нет, вовсе не с учителем! Я могу устроить вам встречу непосредственно с самим Тарасом Скотининым.

Гена: То есть как? Взаправду?

А.А.: Самым натуральным образом. Я, изволите ли видеть, изобрел один аппарат… Вернее сказать, машину…

Гена: (с облегчением), А-а, вы изобретатель! А я уж подумал, что вы тоже имеете какое-то отношение к литературе!

А.А.: (уклончиво). Только косвенное… Позвольте представиться: меня зовут Архип Архипович…

Гена: А меня Гена. Очень приятно.

А.А.: Итак, прямо к делу. С помощью моей машины мы с вами можем мгновенно перенестись в любую из областей Страны Литературии…

Гена: (подозрительно). Как вы сказали? Какой страны? Я про такую даже и не слышал.

А.А.: Немудрено. Там еще не ступала нога человека. Мы будем первыми.

Гена: Значит, эта страна необитаемая? Да?

А.А.: Ну нет! Необитаемой ее назвать никак нельзя. Я бы даже сказал, что плотность населения там выше, чем в самых населенных странах Европы.

Гена: А это далеко?

А.А.: Да нет, совсем рядом.

Гена: Совсем рядом и еще не ступала нога человека? Вы меня, наверно, разыгрываете!.. Где же она все-таки находится, эта ваша страна? Как же мы с вами туда попадем?

А.А.: Я уже говорил: с помощью машины, которую я сконструировал. Кстати, мы уже почти пришли. Сюда… Вот так… Осторожно, тут ступенька… Ну, вот мы и дома. Милости прошу!

Комната Архипа Архиповича представляет собой традиционное профессорское жилье: письменный стол, кресло, полки с книгами. Только вот стена напротив стола выглядит странно. Согласно всем правилам, вдоль этой стены тоже должны располагаться книжные полки, уходящие под самый потолок. Но вместо полок тут разместилось нечто совсем другое. Больше всего это "нечто" похоже на пульт управления космического корабля. Во всяком случае, так показалось Гене. А уж ему ли не знать, как выглядит пульт управления космического корабля: это ведь во всех научно-фантастических романах подробно описано. Научная фантастика – это вам не Фонвизин! Научную фантастику наш Гена любит без памяти.

Гена: (восторженно). Вот это да-а!.. Это, значит, и есть ваша машина? А как она включается?

А.А.: Осторожно! Аппарат еще не вполне отрегулирован… Вот стартер… А это-переключатель жанров…

Гена: А это что? Похоже на спидометр.

А.А.: Совершенно верно. Только стрелка этого спидометра указывает не километры, а века. Видишь?.. Семнадцатый, восемнадцатый…

Гена: А почему тут надписи такие странные?

(Читает чуть не по складам.)

Клас-си-цизм… Сен-ти-мен-тализм… Ро-ман-тизм…

А.А.: Это табулятор литературных школ и направлений. Итак, за что ты получил двойку?

Гена: (мрачно). За "Недоросль". Этого… Фонвизина.

А.А.: Великолепно!

(Щелкает рычагами и кнопками, бормочет себе под нос.)

Век – восемнадцатый… Место действия – Россия, литературное направление – классицизм, жанр – комедия… Настройка закончена. Включаю старт!

Гена и профессор продолжают сидеть у пульта, но комната вдруг словно куда-то исчезает. Какая-то туманная пелена окружила наших героев, раздались какие-то таинственные космические звуки, похожие на "бип-бип" спутника. А потом сквозь эти звуки стали прорываться голоса.

Первый голос: Пойду искать по свету, где оскорбленному есть чувству уголок!.. Карету мне! Карету!..

А.А.: Узнаешь?.. Это Чацкий!.. Девятнадцатый век, двадцатые годы. Значит, курс взят правильный… Углубляемся дальше.

Гена: А почему так трясет?

А.А.: Ничего удивительного! Двадцатые годы девятнадцатого века – это была пора бурных литературных битв, споров, дискуссий. А кроме того, я ведь предупреждал тебя: аппарат еще не вполне отрегулирован.

Второй голос: Быть или не быть? Вот в чем вопрос!..

А.А.: (удивленно). Что такое? Это ведь Гамлет!.. Как он сюда попал?.. Гамлет – это начало семнадцатого века, Англия… Кажется, мы с тобой слегка заблудились. Ну не беда! Попробую на ходу выправить курс! (Снова щелкает тумблерами и рычагами.) Ну вот! Как будто все в порядке. Прибыли!..

К ней не отыщешь ты пути

В метро или в автобусе.

И как ты глобус ни верти,

Не сыщешь и на глобусе.

Ее загадочный народ

Делами занят странными.

Не уставая, Дон Кихот

Там бьется с великанами.

Там спор покуда не решен

Меж Золушкой и сестрами,

А горемыка Робинзон

Все мается на острове.

Там смерти нет. Там нет конца.

Там продолженье следует.

Там Гамлет с призраком отца

Который век беседует,

И песнь Офелии звучит

По-прежнему звучит она…

И все нам только предстоит,

Как в книге недочитанной.

Туманная пелена, окружавшая Архипа Архиповича и Гену, рассеялась, и наши герои не без удивления обнаружили, что находятся на узкой улочке какого-то старинного города. Навстречу им, обнявшись, занимая всю ширину улицы, шагает четверка удивительно знакомых людей в шляпах с перьями, в ботфортах и мушкетерских плашках. Они во все горло распевают песню.

Мушкетеры:

Мы не забыли свою присягу.

Идем в сраженье, как на парад.

Назад ни шагу! На плащ и шпагу

Пусть трусы с трепетом глядят!

А коль найдется у вас отвага,

Мы спор решаем в один момент.

Держись, бедняга! Нам служит шпага,

Как самый веский аргумент!

Гена: Ой, я, кажется, знаю, кто это! Это мушкетеры!

А.А.: (снисходительно). Чудак! Какие же мушкетеры могут быть в русской литературе восемнадцатого века?

Гена: Ну как же! Смотрите сами: плащи, шпаги, ботфорты, камзолы!

А.А.: Ничего удивительного в этом нет. Ты должен знать… А впрочем, прости, я забыл, что ты не в ладах с литературой. Видишь ли, дело в том, что русские дворяне восемнадцатого века и в одежде и в манерах подражали французскому двору.

Гена: Да нет же! Посмотрите вот на этого, здоровенного! Это же Портос! Я узнаю его золоченую перевязь!

А.А.: Ну что ты, Геночка! Чтобы я ошибся на целое столетие? Да еще вместо России угодил во Францию? Ха-ха-ха…

Портос (ибо это действительно он). Эй, сударь! Над чем вы там смеетесь? Скажите вслух, и мы посмеемся вместе!

А.А.: Простите, господа, но мой юный друг по неопытности решил, что вы-мушкетеры короля.

Д'Артаньян: А по-вашему, сударь, мы больше похожи на гвардейцев кардинала? Защищайтесь! А не то я проткну вас насквозь!

Портос: Клянусь эфесом моей Бализарды, д'Артаньян, я буду драться с этим наглецом после вас.

Арамис: Друзья мои, но у этого господина нет шпаги!

Атос: Вы правы, Арамис. (Профессору.) Позвольте я предложу вам свою. Этот славный клинок подарил моему отцу король Франциск Первый в битве при Падуе.

А.А.: Боюсь, что я не смогу воспользоваться вашей любезностью. Я не владею искусством фехтования. Кроме того, я совсем не хотел вас обидеть.

Портос: Господа! Он даже не умеет фехтовать! Он не дворянин!

А.А.: (вполголоса, Гене). Ты оказался прав. На зтот раз мой-аппарат подвел нас. Но ничего. я сумею с ними поладить. Главное, не бойся!

Гена: Я и не боюсь! Чего мне бояться? Я их всех очень хорошо знаю. Ведь вы д'Артаньян? А вы-Портос?..

Д'Артаньян: Верно, мой мальчик! Я вижу, ты знаешь нас лучше, чем твой спутник.

Гена: Д'Артаньян! Портос! Как я рад, что вас вижу!! Здравствуйте, господин Атос… то есть граф де ла Фер! Я-то ведь знаю, как вас зовут на самом деле!

Атос: Что-о? Повторите, сударь, что вы сказали!

Гена: (несколько растерянно). А что я такого сказал? Я сказал, что вас зовут граф де ла Фер. И что я очень рад с вами встретиться.

Атос: Вот как! А я – так очень огорчен нашей встречей.

А.А.: Но отчего же, господин Атос?

Атос: Оттого, сударь, что ваш спутник, столь хорошо осведомленный о моем настоящем имени, еще слишком юн для того, чтобы отправиться на небо.

Гена: (потрясен). Я?! На небо?

А.А.: Но почему вы так суровы с моим другом Геной?

Атос: Потому, что меня считают умершим. Потому, что у меня есть причины желать, чтобы никто не знал о том, что я жив. Потому, что теперь я вынужден буду убить вашего спутника, чтобы моя тайна не разнеслась по свету.

Портос: Атос, друг мой, опомнитесь! Неужели вы будете драться на дуэли с этим ребенком?

Арамис: Полноте, Портос! Не унижайте этого смелого юношу! Я уверен, что он отлично владеет шпагой и будет достойным соперником для нашего друга Атоса.

Гена: Да что вы, Арамис! Не буду я с ним драться! Я слишком его люблю!

Атос: Однако я теперь не знаю, как мне быть. Убивать мальчугана и вправду жаль. А между тем я уже привык к мысли, что на земле не осталось в живых ни одного человека, которому было бы известно мое настоящее имя.

А.А.: Успокойтесь, господин Атос! Весьма поверхностные познания моего юного друга Гены не должны вас огорчать.

Атос: Вот как? Почему?

А.А.: Да потому, что ведь мы-то с вами знаем: настоящее ваше имя вовсе не граф де ла Фер.

Атос (в изумлении): Да? И как же меня зовут на самом деле?

А.А.: Арман де Селлек. Вы происходите из получившей дворянство купеческой семьи, которая прибыла во Францию из Греции…

Атос: Я?!.. Из купеческой?!.. Из Греции?!.. Господа! Я убил на дуэлях сто тридцать восемь человек, из них одного принца крови, за неизмеримо меньшие оскорбления, чем это! Защищайтесь, сударь! Защищайтесь!

А.А.: Я готов защищаться! Если хотите знать, я защищал кандидатскую диссертацию как раз на эту тему. Все, что я говорю, подтверждено историческими документами. А господин Дюма, которому всецело доверяет этот легковерный подросток, как раз обращался с фактами весьма вольно. Скажем, вы, господин Атос, и вы, господин Портос, – а точнее, Исаак де Порто, так правильнее было бы вас называть – на самом деле вы даже не могли быть знакомы.

Портос: Что я слышу? У меня хотят отнять моего лучшего друга!

Арамис: Успокойтесь, Портос. Разве вы не видите? Это чужестранец, не догадывающийся о том, куда он попал.

А.А.: (обиженно). Я действительно чужестранец. Но я отлично знаю, куда я попал. Поверьте мне, я располагаю самыми точными сведениями. Дело в том, что господин Атос умер в тысяча шестьсот сорок третьем году, то есть в том самом году, когда вы, господин Портос, поступили в роту мушкетеров.

Атос: Как вы сказали? Умер? Я умер? Забавно…

Д'Артаньян: Да уж, забавнее не придумаешь! Оказывается, наш благородный Атос, который знатен почти так же, как сам король, – оказывается, он вовсе даже и не дворянин! Он, видите ли, потомок каких-то купцов!.. Ну а я? Что скажете вы обо мне? Не располагаете ли вы сведениями, бросающими тень и на мое дворянство? Может быть, и я веду свой род от каких-нибудь торговцев?

А.А.: Я не хотел бы вас огорчать, но это действительно так. Ваш отец происходил из очень уважаемой семьи, но дворянином он не был.

Д'Артаньян: Вот как? Чем же он занимался?

А.А.: Торговал. Торговал с Испанией. Кстати, весьма успешно. Был богат…