Читаем В синих тонах (СИ) онлайн бесплатно
Действующие лица:
Роман - 25 лет, адвокат.
Светлана - 22 года, начинающая актриса, невеста Романа.
Александра - 36 лет, известная актриса.
Воробьев Михаил Борисович - 55 лет, бывший актер, ныне режиссер и сценарист театра.
Павел - 29 лет, актер театра, исполняющий главную мужскую роль.
Дарья - 20 лет, работник театра, мечтающая стать актрисой.
Открывается занавес.
Репетиция в театре. На сцене Александра и Светлана играют мать и дочь. Обе одеты в строгие костюмы синего цвета, явно не по-домашнему. Недалеко, на кресле, сидит Воробьев, пожилой мужчина с огромной лысиной и редкими седыми волосами, наблюдает за действием на сцене. На нем синяя футболка с короткими рукавами и такого же цвета джинсы. Репетиция происходит на сцене, представляющую собой комнату с телевизором (не работает), письменным столом, на котором горит монитор компьютера и аккуратно разложены книги. В правом углу квартиры расположена входная дверь, рядом стоит чуть приоткрытый громоздкий серый шкаф, внутри которого можно увидеть край синей куртки. С другой стороны шкафа на стене в специальных зажимах размещены несколько старинных ножей.
Воробьев. (Громко). И кто придумал эти репетиции так поздно? Ах да, это был я. (Пауза). Светочка, милочка. Мы уже бьемся над этой сценой больше двух часов, не считая перерыва. Вы же играете на сцене, а не в кино. Тут вторых дублей не будет! Вот как вы ходите? Что за чечетку вы отбиваете? Это черт знает что! А вы, Сашенька? Вы словно не с дочерью разговариваете, а с какой-то беспризорницей. Вы спросили "Как дела в институте?" Такое впечатление, что вас не успеваемость дочери интересует, а ... вообще ничего не интересует. Еще раз с самого начала. (Негромко) Где этот Паша, уже конец репетиции, а его все нет, и телефон в не зоны.
В этот момент рядом с Воробьевым появляется молодой человек.
Воробьев. Так кто пустил посторонних на репетицию?
Светлана. Извините, Михаил Борисович, это я его пригласила. Это мой Рома. Он тихонечко посидит и не будет нам мешать.
Роман. Здравствуйте, Михаил... Борисович. Меня зовут Роман.
Воробьев. Роман...?
Роман. Просто Роман. Не привык, когда меня по отчеству называют.
Воробьев. Так вот просто Роман. У нас тут репетиция, и ваша девушка играет главную роль. ( На сцене слышится недовольный возглас Александры, и Воробьев поспешно исправляется) Вернее одну из главных ролей. Поэтому у меня будет очень большая ну просто огромная просьба. Ни звука! Сидите тихо, как мышка. Вам понятно?
Роман. Не волнуйтесь, Михаил Борисович, вы меня даже не заметите. Но, простите за бестактность, я бы не советовал вам так волноваться, после операции по удалению аппендицита, у вас могут быть осложнения.
Воробьев. Позвольте! Откуда вам известны такие подробности? Никто из труппы театра не знал этого. Для всех я был в отпуске.
Роман. Ну вот, вы снова взволнованы. В моем знании нет никакого секрета, это всего лишь моя наблюдательность. На левой руке у вас, в районе локтевого сустава, остался след от укола и частички медицинского лейкопластыря. Этот пластырь оставляет клейкие фрагменты после удаления, которые очень трудно отмыть с первого раза. Из-под футболки виден край специального бандажного пояса, который часто используют после операции по удалению аппендицита для защиты целостности послеоперационного шва. Этот бандажный пояс очень похож на радикулитный, но с учетом частиц медицинского лейкопластыря и следа укола, скорее всего от капельницы, я сделал вывод, который и озвучил.
Воробьев. Браво, Шерлок!
Роман. Ну что вы, до лавров мистера Шерлока Холмса мне очень далеко. Но, если у вас в театре случится преступление, я готов помочь в расследовании. Шучу, конечно, какие у вас тут могут быть преступления? Разве что реквизит кто сопрет.
Воробьев. (Громко). Надеюсь, до преступления дело не дойдет. (Шепотом, чтобы слышал только Роман) Если, артисты меня не доведут до смертоубийства, то все будет хорошо. (И снова громко). Все! Тишина. С первой сцены! Начали!
В этот момент в дверь на сцене вбегает молодая девушка в синем рабочем халате. На ее взволнованном лице испуг, граничащий с ужасом.
Воробьев. Это еще кто?
Дарья. Простите. Там... там... убийство!
Воробьев. Какое к чертям убийство? Что вы сказали? Вы сказали убийство?
Дверь снова открывается и на сцене появляется еще один молодой мужчина в спортивном костюме светло-синего цвета. Павел, а это был он, в руках держит окровавленный нож.
Воробьев. Что, черт возьми, происходит? Паша, почему ты опоздал на репетицию?
Павел. Он мертв.
Все, кроме Романа. Кто?
Дарья. Сергей Владимирович убит. Зубов. Директор наш. Паша, зачем вы его убили?
Павел роняет нож и обводит сцену взглядом.
Павел. Я его не убивал. Я только наклонился и вытащил нож. О, боже, зачем я это сделал?
Несколько секунд стоит гробовая тишина.
Воробьев. Зубов мертв?
Павел. У него в спине был нож, я его вытянул, а Сергей Владимирович не пошевелился даже. Я думаю, он мертв, я в этом уверен.
Воробьев. Что же нам теперь делать?
Светлана. Рома, ты же адвокат. Скажи, что нам делать?
Воробьев. Вы еще и адвокат? Что же вы молчите? Скажите что-нибудь!
Роман. Ну, вы меня попросили молчать. Но, если вы хотите узнать мое мнение, то нужно звонить в полицию.
Воробьев. Но вы говорили, что поможете с расследованием!
Роман. Вообще-то я шутил. В силу своей профессии, я считаю, что этим делом должна заниматься полиция. Я лишь могу взглянуть на тело и возможно сделать кое-какие выводы. Но я не профессиональный следователь, а любитель. Поэтому считаю, что в полицию стоит позвонить незамедлительно.
Воробьев. Конечно, вы тут единственный человек с юридическим образованием, сходите, посмотрите, а я пока вызову полицию.
Воробьев хватает трубку мобильного телефона и пытается набрать номер. Через какое-то время ему удается связаться с полицией.
Воробьев. У нас убийство. Адрес? Театр на Курильской! Что? Какие три часа? Почему три часа?.. А других нет?.. Хорошо, мы подождем. (Воробьев обводит всех взглядом, провожая Романа, который выходит через дверь на сцене, и достаточно громко произносит). Они сказали, что наряд может выехать только через три часа. У них все машины заняты на выезде.
Александра садится за письменный стол на единственный стул на сцене. Светлана бросается следом за Романом.
Воробьев. (Пристально смотрит на Дарью). Девушка, а вы кто такая?
Дарья. Я работаю в театре недавно. Меня Сергей Владимирович устроил. Убираюсь тут, но он мне роль обещал.
Воробьев. Что? Какую роль? Вы в своем уме? Зубов директор театра, но это не значит, что он может раздавать роли кому попало. Вернее, мог раздавать...
Дарья. Я никто попало! Я, между прочим, играла в школьном театре!
Воробьев. Да что вы говорите? В школьном театре? Кукол? Ну, тогда это все меняет! Вам тогда главная роль положена.
Павел. Что теперь будет с театром?
Воробьев. Вот как раз с театром ничего плохого не будет. Директор - выборная должность. Акции театра принадлежат соучредителям, которые выберут нового директора. Кстати, нужно сообщить им пренеприятное известие. (Воробьев снова хватается за мобильный телефон и набирает несколько цифр, но сразу прячет мобильник и задумчиво чуть слышно произносит). Хотя им я позвонить всегда успею.
Небольшая пауза в диалогах сменяется приходом Романа. Молодой человек направляется к коллекции ножей на стене и несколько секунд рассматривает ее.
Роман. Ну что я могу сказать. Произошло убийство. Орудие преступления висело вот тут. Видите пустые ножны? Я уверен, что тот нож на полу как раз отсюда, форма ножен совпадает с очертанием самого ножа. Но точнее скажет об этом эксперт, который приедет с оперативной группой.
Воробьев. Какой группой?
Роман. Оперативно-следственная группа выезжает на место преступления. В нее обычно входят: дежурный следователь, оперативник и эксперт-криминалист. Возможно еще кто-то. Но это не важно. (Роман сделал паузу, задумчиво обводя всех присутствующих, в этот момент на сцене вслед за Романом появилась его невеста Светлана).
Воробьев. А что важно?
Роман. Важно то, что среди присутствующих убийца.
Все в один голос. Что?
Роман. Да, вывод напрашивается неутешительный. Тело еще теплое, смерть наступила, возможно, от колотой раны не больше двух часов назад. Так как в театре сейчас никого, кроме присутствующих, здесь нет, то (снова небольшая пауза) убийца кто-то из вас. Тем более, сегодня суббота, все двери в театр закрыты. Ну, разве Дарья или Зубов впустили посторонних.
Дарья. Никого я из посторонних не впускала. А Сергей Владимирович сам пришел.
Воробьев. А почему вы сказали, что возможно от колотой раны. Разве это не очевидно?
Роман. Конечно же, нет. Точнее вам скажет эксперт после вскрытия. Но даже сейчас, я уверен, убийца воспользовался ножом, когда жертва была без сознания, возможно, отравлена или усыплена. Точнее можно будет сказать после вскрытия. И предугадывая ваш вопрос, объясню. Тело Зубова находится в сидячем положении за столом, голова и плечи опущены на стол. Стул, на котором сидел покойный, имеет высокую спинку. Поэтому убийца не смог бы нанести удар ножом в спину Зубова, если тот в этот момент облокотился на спинку стула. Значит, Сергей Владимирович был без сознания, голова опущена на стол, спина открыта для удара ножом.
Воробьев. Но кто же его убил?
Роман. Думаю, полиция это скоро выяснит. (Молодой человек посмотрел на наручные часы) Буквально через два с половиной часа, когда приедет на место преступления.
Воробьев. И что нам все это время сидеть, сложа руки? А вдруг убийца захочет убить еще кого-нибудь?
Роман. Это вряд ли. Мы не дадим ему это сделать. Всего лишь нужно находиться здесь на виду у всех. Со своей стороны, я могу провести предварительное расследование, выяснить, что могло произойти с каждым из вас во время предполагаемого убийства. Возможно, это прояснит ситуацию.
Воробьев. Конечно, мы к вашим услугам. Спрашивайте. Лично мне нечего скрывать.
Роман. Я бы не стал на вашем месте делать столь громкое заявление. Вы уже скрыли от всех факт вашей операции по удалению аппендицита. Возможно, скрываете, что-то еще. Поэтому, я начну с вас. Михаил, Борисович, расскажите, желательно поминутно, когда вы пришли в театр и что делали после этого.
Воробьев. (Задумчиво). Я приехал на такси к зданию театра к запасному входу, ровно в семь часов вечера. Мы заранее договорились с актерами начать репетицию в половину восьмого. Ключ от запасного входа в театр я всегда держу в кармане на всякий случай. Да и к месту репетиции от него намного ближе, чем от главного входа. Вошел через дверь на сцене. Я проверил реквизит, саму сцену, ее подготовили к репетиции еще утром. Зубов распорядился. Сегодня суббота, выходной день, поэтому в театре, кроме задействованных актеров никого не должно было быть. Я был уверен, что Сергей Владимирович у себя дома, а не в своем кабинете. Так вот, на сцене все было идеально и (тут Воробьев продолжил взволнованным голосом). Я осмотрел коллекцию ножей. Они все были на месте. Эти ножи подарил один спонсор давным-давно, их часто используют в качестве реквизита или оформлении сцены. Потом я сел на свое место вот сюда (Воробьев показал на свое кресло). Когда пришли остальные актеры, я руководил, практически не вставая с кресла. Только во время перерыва я уходил в буфет выпить чашечку кофе. Это было где-то в восемь тридцать. Перерыв был всего минут двадцать, я вернулся и уже никуда не уходил. Вот собственно и все.
Роман. Вы ушли на перерыв в ту дальнюю дверь в зале или со стороны сцены, через которую я недавно уходил осматривать труп?
Воробьев. Через сценарную. Коридор, как вы успели заметить, проходит мимо директорского кабинета. Но мне даже на ум не пришло, зайти к Зубову.
Роман. Постарайтесь вспомнить, кто еще выходил через эту дверь.
Воробьев. Я объявил перерыв. Ваша Светлана первой выбежала через эту дверь, минуты через две за ней пошла Александра. Затем еще через минуту я как раз добрался до этой двери и отправился в буфет. Вот только в буфете я никого не встретил. Где были девушки, не знаю. Я приготовил кофе, выпил его и через 15 минут был уже на своем месте.
Роман. Хорошо. Теперь послушаем Александру. Расскажите, желательно поминутно, что вы делали сегодня вечером.
Александра. Я приехала к театру на своем автомобиле, к сожалению, не помню точно время, около семи вечера. Я припарковалась и вошла через главный вход. Мне открыла эта новенькая, Дарья. Мы познакомились, она объяснила, кто она, проводила меня сюда через вход со стороны зала и ушла через эту злополучную дверь на сцене. Здесь уже была Светлана. Мы перекинулись парой слов до репетиции, потом я через дверь на сцене зашла на пару минут в дамскую комнату, которая находится слева по коридору, как раз недалеко от директорского кабинета. Но уверяю вас, я не заходила к Зубову и тоже не знала, что он на месте. Вернувшись, как раз застала вас, Михаил Борисович. Началась репетиция. В перерыве я действительно не сразу покинула сцену и вслед за Светланой отправилась в дамскую комнату. Никого по дороге не застала. На часы не смотрела, но минут через пять зашла Светлана, а я вышла и отправилась на сцену. Дальше продолжалась репетиция. Больше ничего вспомнить не могу.
Роман. (Шепотом). Замечательно, ни у кого нет алиби. (И уже громче) Ну что ж , Светик, твоя очередь.
Светлана. Ромочка, ты подвез меня к семи часам вечера к главному входу в театр, а сам уехал.
Роман. Правильно, но одно уточнение, я как раз посмотрел на часы, было без десяти семь.
