Читаем В поисках Нигера онлайн бесплатно
В поисках Нигера
В книге, в серии последовательно связанных между собой научно-популярных очерков, рассказывается полная драматизма история открытия и исследования Нигера — третьей по величине реки Африканского континента.
Юлия Зотова , Лев Евгеньевич Куббель
Приключения / Путешествия и географияAnnotation
В книге, в серии последовательно связанных между собой научно-популярных очерков, рассказывается полная драматизма история открытия и исследования Нигера — третьей по величине реки Африканского континента.
НЕСКОЛЬКО СЛОВ К ЧИТАТЕЛЮ
КАК НАЧИНАЛАСЬ ЭТА ИСТОРИЯ
«ОБЩЕСТВО СОДЕЙСТВИЯ ОТКРЫТИЮ
ХАУТОН
ПАРК
ХОРНЕМАН
ПАРК — ВТОРАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ
ОТ ПАРКА ДО «МИССИИ В БОРНУ»
ЛЭНГ
«МИССИЯ В БОРНУ»
ЛЭНГ — ВТОРОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
КЛАППЕРТОН — ВТОРОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
КАЙЕ
БРАТЬЯ ЛЭНДЕРЫ
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
ОСНОВНАЯ ЛИТЕРАТУРА
INFO
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
Ю. ЗОТОВА
Л. КОББЕЛЬ
В ПОИСКАХ НИГЕРА
Редакционная коллегия
Ответственный редактор
Р. Н. Исмагилова
М., Главная редакция восточной литературы
издательства «Наука», 1972
НЕСКОЛЬКО СЛОВ К ЧИТАТЕЛЮ
В этой книге мы расскажем о поисках и исследовании Нигера — третьей по величине реки Африканского континента и одной из крупнейших рек мира. Эти поиски принадлежат к самым увлекательным и драматическим главам истории географических открытий.
С давних пор в Европе знали о существовании в западной части «Черного материка» большой реки, но сведения о направлении течения, протяженности, народах, живущих по ее берегам, были в большинстве случаев самого фантастического свойства. И только в первой трети прошлого века несколько европейских экспедиций смогли ответить на все эти вопросы.
Честь открытия и исследования Нигера принадлежит в основном британским путешественникам. В этом нет ничего удивительного. В конце XVIII века, после победы промышленной революции, Англия была самым передовым из государств Европы, страной, где уже полностью победил капиталистический способ производства. Окрепшая и разбогатевшая английская буржуазия в поисках новых источников прибылей все чаще обращала свои взоры к новым землям. Отсюда тот огромный интерес, какой вызывали в тогдашней Великобритании исследования заморских стран, и не в последнюю очередь — Африканского континента. До начала второй половины XIX века за британскими экспедициями оставалось первенство в нелегком и опасном деле изучения внутренних областей Африки.
История открытия и исследования Нигера в!)0-х годах XVIII — 30-х годах XIX века полна драматизма и примеров огромного человеческого мужества. У пас довольно много и в общем-то справедливо писалось о том, что в конечном итоге путешественники прокладывали путь последующей колонизации африканских стран, что объективно они оказывались в роли авангарда и разведчиков алчного европейского капитала. Это, конечно, правильно. Но не менее верно и другое. Хотя инициаторами и организаторами географических экспедиций в Африку выступали чаще всего деятели, движимые эгоистическими, а то и попросту хищническими побуждениями, те, кто непосредственно осуществлял такие предприятия, обычно были людьми совсем иного склада. Трагедия тех, кому будет посвящен наш рассказ, заключалась не только в том, что почти все они погибли во время путешествия от невзгод и болезней, но и в том, что большинство этих людей были искренне уверены в благородных целях своих экспедиций, считали себя носителями более высокой культуры, к которой надо приобщить «невежественных» африканцев. Они не были расистами, и многие из них открыто выступали против рабства и европейской работорговли.
Результаты усилий героев этой книги, достигнутые ценой незаурядной отваги, тяжких лишений и утрат, впоследствии были использованы совсем не так, как им бы хотелось, и принесли неимоверные страдания африканским народам, но вряд ли можно винить за это, скажем, Хорнемана, Лэнга или Кайе. Исследователями двигала в первую очередь высокая человеческая страсть — жажда познания, стремление увидеть неведомые страны, наконец, желание прославить открытием новых земель свою страну. Конечно, путешественники начала прошлого века во многом ошибались, и с высоты наших знаний об окружающем мире и о человеческом обществе эти ошибки сразу же заметны; однако не надо забывать, что взгляды человека в решающей степени определяет историческая обстановка той эпохи, в которую он живет, а время Великой Французской революции и наполеоновских войн довольно сильно отличалось от нашего. История географического исследования Африки составляет неотъемлемую часть истории общемировой культуры. Она принадлежит всем народам, потому что знание мира, в котором мы живем, — обязательное условие прогресса человечества. И это, наверное, главное основание для того, чтобы познакомить читателя с людьми, которым мы все обязаны немалой частью наших сегодняшних представлений об облике земли.
КАК НАЧИНАЛАСЬ ЭТА ИСТОРИЯ
Когда в V веке до н. э. «отец истории» Геродот рассказывал об удивительном путешествии пятерых юношей из ливийского племени насамонов, он не мог предполагать, что задает географам загадку, на решение которой им потребуется больше двух тысячелетий. Молодые люди, известные многочисленными «проказами» (мы бы, наверное, сказали, что им некуда было девать избыток энергии), в конце концов затеяли путешествие в южном направлении, с тем чтобы проникнуть так далеко, как еще не заходил никто из их соплеменников. Им пришлось пройти через населенные области и безводные пустыни, и после долгого пути они добрались до равнины, на которой росло множество плодовых деревьев. Когда путешественники собирали плоды, они были захвачены в плен какими-то низкорослыми людьми, языка которых насамоны не понимали. «Их вели через обширные болота, — писал Геродот, — и наконец они пришли в город, где все люди были ростом с их провожатых и с черным цветом кожи. Возле города протекала с запада на восток большая река, в которой было много крокодилов». Таково первое в европейской литературе упоминание «большой» западноафриканской реки.
Но рассказ Геродота не кончается на этом. «Что касается реки, которая текла около города этих людей, — говорится дальше, — то Этеарх (правитель оазиса Сива в Ливийской пустыне, к которому восходит сообщение о путешествии насамонов. —
Для Геродота такая точка зрения казалась разумном и правильной. Нил, на берегах которого лежит Египет, грекам был известен давно, зато действительных размеров Африканского континента они не знали. По-ному вполне естественно было предполагать, что любая большая река здесь, а тем более текущая с запада на восток, связана с Нилом.
Па этом рассказе Геродота основывались все античные писатели, интересовавшиеся географией Африки. Правда, в конце первой половины I века н. э. римлянин Помпоний Мела, не возражая против того, что река течет с запада на восток, позволил себе слегка усомниться в том, что она связана с Нилом, но это был единичный случай. А через два десятилетия после Мелы в «Естественной истории» Плиния Старшего большая река Западной Африки впервые получает название «Пигрис». Плиний считал, что река, начавшись где-то к югу от границ римской провинции Мавретании Цезарейской (территория нынешнего Алжира), течет на восток и впадает в большое озеро, а затем уходит под землю и появляется на поверхности только в пределах Эфиопии.
После Плиния название «Нигер», или «Нигейр», становится достоянием всех авторов древнего мира, пишущих об Африке. Великий географ II века н. э. Клавдий Птолемей поместил реку Нигейр на своей карте, ставшей впоследствии главным источником географических представлений европейского средневековья, между 16-м и 20-м градусами северной широты — примерно на той широте, на которой Нигер находится в действительности. Для Птолемея связь между Нигером и Нилом была несомненной. Но автор начала V века и. э. Марциан Капелла выражался уже осторожнее: «Внутренняя часть Африки, после того как пройдешь лежащие перед пою пустыни, населена белыми эфиопами, нигритами и прочими людьми, наделенными теми или иными особенностями… Река этих народов — Нигер; это как бы их Пил, и с Нилом он схож своими свойствами».
Когда в VII–VIII веках весь южный берег Среди-ю много моря был завоеван арабами, новые властители уделяли большое внимание тому, чтобы «освоить» культурное наследие тех народов, которые они себе подчинили. Именно арабам обязана Европа сохранением большой части достижений античной и эллинистической науки. Легко понять, что географические знания очень интересовали завоевателей, и уже в первой половине IX века великий среднеазиатский математик и астроном Мухаммед ибн Муса ал-Хорезми переработал «Географию» Птолемея, пополнив ее теми знаниями, которые накопились за прошедшие шесть с лишним веков. Включил он в свой текст и «город Нигиру» — «Нигейра метрополис», то есть «столицу Нигейры» Птолемея; это название сохранялось и на картах тех арабских ученых, которые писали после ал-Хорезми, используя его труды.
В целом арабские географы внесли мало изменений в карту Западной Африки, составленную их предшественниками. Они переняли и представление о связи Нигера с Нилом, но самому названию «Нигер» повезло меньше. Нил арабы знали хорошо, и за большой рекой в западной части «страны черных» надолго укрепилось название «Нил».
Оно держалось настолько прочно, что даже тогда, когда реальные знания о внутренних областях континента, собранные мусульманскими купцами и путешественниками, намного усложнили географические представления о «стране черных», на названиях рек это не отразилось. Просто с третьей четверти X века в географических сочинениях появляются рядом с хорошо знакомым «Нилом Египта» еще несколько рек. Они носят то же имя, только «уточненное» — скажем, «Нил черных» или «Нил Ганы». Теоретики продолжали считать, в соответствии с античной традицией, что большая река Западной Африки течет с запада на восток. Но когда появились достоверные сведения о большой реке, текущей на запад, к океану (это случилось, когда купцы дошли до Сенегала), арабские авторы начали путать эти реки.
Испано-арабский историк и географ Абу Убейд ал-Бекри (середина XI века), у которого мы в первый раз встречаемся со смешением Нигера и Сенегала, вероятно, не придал этому особого значения. Ал-Бекри составил на основании документов из кордовских архивов практический справочник по странам мира, его сочинение так и называется — «Книга путей и государств», а для торговой практики направление течения «Нила черных» было не так уж и важно. Но столетием позже один из крупнейших географов средневековья, Абу Абдаллах Мухаммед ал-Идриси, которому принадлежит научное географическое описание известной в то время части мира, вынужден был каким-то образом разрешить противоречие. Он это и сделал… изменив общепринятое до того направление течения западноафриканского «Нила» на противоположное — с востока на запад. Этой ошибочной точке зрения суждено было просуществовать шесть с половиной веков.
Общеизвестно, что исправлять ошибки крупных научных авторитетов — дело нелегкое и часто неблагодарное. Вероятно, именно поэтому никто в тогдашнем научном мире не пожелал принять во внимание недвусмысленное утверждение путешественника Ибн Баттуты, побывавшего в Западном Судане в 1352–1353 годах, о том, что «Нил черных» течет с запада на восток. И это несмотря на то, что рассказ Ибн Баттуты в географической литературе мусульманского средневековья был первым свидетельством очевидца: ведь никто из тех, кто писал о «стране черных» до него, не бывал там!
Авторитет ал-Идриси остался незыблемым и после того, как в Европе познакомились с трудом марокканского ученого и путешественника ал-Хасана ибн Мухаммеда ал-Ваззана ал-Фаси, больше известного под именем Льва Африканского (Джованни Леоне Африкано — это имя он получил при крещении, когда был захвачен итальянскими пиратами и подарен папе Льву X). Дважды, в 1511/12 и 1514/15 годах, побывал он на Нигере, посетив все крупнейшие торговые города на реке и к востоку от нее, в нынешней Нигерии. В своем «Описании Африки, третьей части света», Лев Африканский подробнейшим образом рассказал о рынках и торговых путях Западного Судана, о политической обстановке в этой части Африки и о многом другом. Но так же как ал-Бекри на триста пятьдесят лет раньше, Лев Африканский интересовался более всего практическими вопросами, а направление течения Нигера к таковым, увы, по принадлежало. Его же слова о том, что Нигер впадает в «море Океан», которые вполне могли быть просто результатом все того же смешения Нигера и Сенегала, были восприняты как подтверждение точки зрения ал-Идриси.
На европейских картах Африки Нигер появляется как самостоятельная река примерно со второй половины XVI века. До этого времени картографы, начиная с Джованни де Кариньяна (1320 год), изображали во внутренних областях западной части континента довольно неопределенную «реку золота», причем помещали ее чаще всего на широте Сенегала. Но теперь сообщения Льва Африканского, дополнявшиеся неясными слухами, которые удавалось получать от африканских купцов уже на западноафриканском побережье, казалось, позволяли составить более или менее правильное представление о географии Западной Африки. Беда только, что в знаниях об Африке причудливо переплетались истина с вымыслом. Так, рассказ Льва о том, что Нигер в паводок затопляет пойменные земли, в сочетании с его же сообщением о крупном хаусанском торговом городе Гобире (в теперешней Нигерии) и рассказами о существовании дальше к востоку огромного озера (вполне реального озера Чад) отражается на карте, составленной в 1554 году итальянским ученым Трамезино, в виде мифического «Нигрицийского болота», расположенного около Гобира. На карте Джакомо ди Кастальди через десять лет появляется на этом месте «озеро Губер»; голландец Виллем Блеу в 1642 году помещает здесь «озеро Гварде», а крупнейший французский картограф XVIII века Жан-Батист д’Анвиль в 1727 году показал на этом же месте большое водное пространство без названия. Но во всяком случае, как бы ни именовали на европейских картах «озеро Губер», его всегда так или иначе связывали с Нигером.
