Читаем Укрощая шторм (ЛП) онлайн бесплатно

ВНИМАНИЕ!

Текст предназначен только для предварительного и ознакомительного чтения.

Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена.

Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей.

Саманта Тоул

«Укрощая Шторм»

Оригинальное название: Taming the Storm by Samantha Towle

Саманта Тоул — «Укрощая шторм»

Автор перевода: Наташа П.

Редактор: Наташа К.

Вычитка: Алёна Д.

Оформление: Алёна Д.

Обложка: Elizabeth Bennet

Перевод группы: https://vk.com/lovelit

Аннотация

Лила Саммерс ненавидит мужчин. Хорошо, может, «ненавидит» — слишком громкое слово... Лила очень сильно не любит мужчин.

Отец оставил её. Брат предал худшим из возможных способов. А прошлый опыт в отношениях с мужчиной был не самым удачным.

Лила фокусирует всю свою энергию на группе «Винтаж» и, получив предложение от УШ ««Рекордс»» о записи, девушке кажется, что удача, наконец, на её стороне. Последнее, чего хочет Лила, чтобы на её пути появился мужчина.

Том Картер любит женщин. Хорошо, может, эта любовь толкает его лишь на... Том любит спать со многими женщинами.

Когда его лучшего друга постигает трагедия, Том даёт обещание большому парню сверху, что изменит свою жизнь, если тот спасёт женщину, которую любит его лучший друг.

На молитву Тома отвечают. И теперь он должен измениться. Что означает не спать со всеми, кто попадается на его пути.

После того, как менеджер «Винтажа» ломает ногу, неудачно покатавшись на лыжах, его место занимает Том, а Лила оказывается на гастролях с рок-донжуаном.

Возьмите постоянно упёртого Тома, добавьте сексуально устойчивую Лилу — и вы получите рецепт катастрофы. Или, как можно подумать...

Однако никто не ожидал завязавшейся дружбы. От них ждали близости. Соедините один пояс целомудрия и одну лампу, отчаянно нуждающуюся в протирании, и проверьте.

Разверзнется ли секс-шторм, в котором Тома Картера, наконец, приручит роковая цыпочка с закалённым сердцем, или он вернётся к своей распутной жизни?..

ПРОЛОГ

Лила

Десять месяцев назад — За кулисами, Мэдисон Сквер Гарден, Нью-Йорк

— Декс! Чад! Кейл! Сонни! Где вы все, чёрт возьми? — кричу я, бродя по пустому коридору, мой голос эхом возвращается ко мне.

Я блуждаю вокруг — на самом деле, где я, в аду? Где-то за кулисами. Это место похоже на лабиринт. Думаю, я немного потерялась.

Пожав про себя плечами, я поднимаю к своим губам полупустую бутылку шампанского, которую захватила чуть ранее, и отпиваю из неё.

И, кажется, я немного пьяна.

Но я праздную.

Моя группа — «Винтаж» — только что открыла «Ужасный Шторм» на Мэдисон Сквер Гарден! Вот где я потерялась. Моя группа выиграла конкурс на радио, а приз — быть на разогреве у «Ужасного Шторма». Это важное достижение для нас! И мне не стыдно признаться, что я чуть не написала в штаны, когда узнала, что мы выиграли конкурс.

Итак, теперь я праздную в одиночестве. Я не могу найти ни кого-либо из членов своей группы, ни своего парня. Во всей этой взволнованности и толпе людей я умудрилась потерять их на выходе за кулисы. Я имею в виду, серьёзно, по меньшей мере, мой парень или брат мог бы меня подождать.

Держу пари, Чад напился в дерьмо и остался с Сонни и Кейлом, а Декс, вероятно, кого-то подцепил и получает удовольствие, как я говорю.

Я подношу руки ко рту:

— Декс, я знаю, что ты, вероятно, уже на третьей базе с горячим куском задницы, но иди сюда! Мы только что открыли шоу «Ужасного Шторма»! Ужасного. Зверского. Шторма! — я подчёркиваю каждое слово. До сих пор не могу в это поверить.

Я делю ещё один глоток шампанского, спотыкаясь о свои собственные каблуки. Я прислоняюсь к стене, чтобы восстановить равновесие, прежде чем пойти дальше.

— Декс, я хочу отпраздновать это со своим старшим братом! Ты не можешь просто оставить секс-вечеринку на потом... пожалуйста?

Декс — ведущий гитарист в нашей группе и, в общей сложности, шлюха. Когда я говорю шлюха, то имею в виду, что он любит шлюх вокруг мужчин.

Я люблю своего брата больше, чем кого-либо в своей жизни. Мне повезло, что он у меня есть. Он заботится обо мне, а я делаю то же самое для него. Мы — команда, лучшая команда.

Завернув за угол, я замечаю справа от себя дверь. Наверное, это кладовка уборщиков.

У Декса какой-то пунктик на сексе в различных чуланах. Стенной шкаф в холле, шкаф с пальто, уборная обслуживающего персонала – он действительно сделает это в любом из этих мест. Он не привередлив.

— Бьюсь об заклад, что ты здесь! – пою я. — Ну, застёгивай штаны, братан, потому что я иду! Бутылка шампанского звенит, когда я хватаю дверную ручку.

– Ой, — хихикаю.

Я дёргаю, чтобы открыть дверь, но шкаф пуст. Просто швабры и вёдра. Никакого Декса. Вздохнув, я закрываю дверь.

Такими темпами мне никого не найти. Давненько я не видела здесь кого-либо. Мне уже становится жутко, как в плохом-фильме-ужасов жутко. Это всё очень напоминает возвращение Фредди Крюгера. Просто бесконечные коридоры.

Смирившись со своей потенциальной смертью от вымышленного серийного убийцы, я продолжаю идти вниз по коридору и, в конце концов, поворачиваю налево, надеясь на какой-нибудь признак человеческой жизни. Я зажимаю рот ладонью, сдерживая смешок, когда замечаю чуть поодаль нескольких людей. Освещение плохое, так что мне не всё видно — не то чтобы я хотела — но от звуков, исходящих от них, кажется, что они очень хорошо проводят друг с другом время.

Счастливые ублюдки.

Я о том, чтобы развернуться и оставить сексуально проводящую время пару, когда один из них говорит:

— Вот так, детка. Возьми всё. Ты знаешь, что любишь мой большой чёртов член.

Моё сердце вырывается из грудной клетки. Земля уходит из-под ног.

Чад.

Нет. Этого не может быть.

Я подхожу к ним прежде, чем сама это понимаю. А потом он поворачивает голову и…

Чад.

Боже, нет.

Меня сейчас вырвет.

Меня приковывает к месту, когда его глаза встречаются с моими. Я в абстрактном ужасе смотрю, как на его лице отражается шок от моего присутствия. Мы смотрим друг на друга, а время приостанавливается, пока никто из нас не в состоянии что-нибудь сделать или сказать.

Затем это перерывается и Чад приходит в движение. Он отталкивает человека, которого трахал, дёргает его штаны и пытается застегнуть их, прежде чем он продвигается ко мне.

И вот тогда я вижу, кого именно мой парень трахал. Человек поворачивается, и наши взгляды встречаются.

Меня как будто ударили кулаком в лицо. Сильно.

Я не могу дышать.

Я беспомощно стою, пока мир вокруг меня разбивается на осколки во второй раз в моей жизни. Я беспомощна, не в силах сделать хоть что-нибудь, глядя в кающиеся глаза собственного брата.

Том

Две недели назад — Больничный зал ожидания, Медицинский центр Седарс-Сенал, ЛА

Не думал, что стану свидетелем того, как плачет Джейк, не говоря уже о том, что стану тем, кто в это время будет его держать.

Он никогда не разваливался передо мной, даже когда умер Джонни, а я, в свою очередь, не делал с ним того же, что сейчас. Никто из нас не делал.

Я знаю, почему это сломило его. Тру — женщина, которую он любил всю свою жизнь. То, насколько сильно это сломило его, пугает и абсолютно выбивает из меня всё дерьмо.

Джейк не так силён, как любит показывать. Я понимаю. В прошлом он был зависим от кокса и принимал его в плохие времена. Я никогда не ругал его за это, потому что все мы находим свои способы справляться. У меня были свои, а у него собственные.

Но теперь он чист. Тру — его всё. И я волнуюсь за то, что может случиться, если она уйдёт…

— Что, если она умрёт?

Я слышу голос разбитого Джейка и поворачиваюсь к нему.

Я смотрю ему в глаза, прежде чем попытаться сказать что-нибудь. И вот тогда я вижу это — то, как он выглядит.

Бл*дь, нет.

Я видел такой взгляд только один раз: перед тем, как потерял всё, что имело для меня значение.

И это там, в глазах Джейка. Во взгляде, полном страха, боли, отчаяния и растерянности — всё это соединяется воедино, создавая темноту настолько пагубную, что человек чувствует себя так, будто не может видеть ничего, кроме неё. Боль настолько сильна, что человек отдаётся ей без остатка и может сделать то, на что обычно не способен.

Неразумные, отчаянные, страшные и изменяющие жизнь вещи.

Именно такой взгляд сейчас у Джейка.

Страх бьёт меня под дых. Я не ощущал подобного чувства с той самой ночи.

Но я не отворачиваюсь от него. Я продолжаю смотреть ему в глаза, потому что мне нужно, чтобы он чётко услышал меня.

— Тру — боец, Джейк. Она ежедневно пинает мою задницу. И она никуда не собирается.

— Но что, если…

Нет, Джейк. Слушай. Услышь меня.

Я качаю головой, ни на секунду не нарушая зрительного контакта. Я не могу сейчас потерять его.

— Нет, никакого «что если». Не делай этого с собой.

Его глаза наполняются слезами, просачиваясь из темноты, что прямо сейчас завладевает им.

— Я не знаю, что делать, — его голос надламывается. — Что думать, что сказать, — он закрывает лицо руками.

Я смотрю, как его тело сотрясает от горя, и хочу забрать у него это, чтобы всё исправить.

День, когда мы потеряли Джонни, был плохим... ужасающим. Ничто не может подготовить человека к потере того, в ком он нуждается больше, чем в ком бы то ни было. Для Джейка Тру является именно таким человеком.

Некоторые люди находят в себе силы держаться, потеряв человека, которого они любили больше всего на свете. Я сделал это. Я нашел свой путь, чтобы продолжать жить.

Но некоторые не могут этого сделать. И взгляд у них такой же, как у Джейка прямо сейчас — отчаянный и мрачный.

Я потерял в темноте того, кого любил. Но не допущу такого с Джейком.

Я делаю глубокий вдох и говорю:

— Не думай о плохом, Джейк. Подумай о хорошем. Подумай о моменте, когда ты будешь держать своего мальчика на руках. Подумай о моменте, когда ты наденешь кольцо на палец Тру и она наконец выйдет замуж за твою жалкую задницу. Подумай обо всех тех удивительных чёртовых вещах, которые вы трое собираетесь делать вместе. И пока ты будешь думать об этом, я буду молиться большому парню наверху. Я обещаю полностью изменить свой образ жизни в обмен на то, чтобы ты имел всё, чего всегда хотел.

***

Я не могу вспомнить последний раз, когда приходил в церковь, хотя больничная часовня — не совсем церковь. Я занимаю место на скамье. Тут пусто. Спасибо, бл*дь. Мне не нужна сейчас аудитория.

Я наклоняюсь вперёд, упираясь предплечьями в бёдра, и сжимаю свои руки.

— Хорошо, — начинаю. — Я молюсь не так, как те, кого ты знаешь. Меня не назовёшь религиозным, ты это знаешь, но я дал обещание, через которое, следовательно, я здесь и говорю с тобой, — я делаю глубокий вдох. — Девушка в этой больнице — Тру Беннетт. Ты должен спасти её. Помимо того, что она удивительна, сохранив её, ты спасешь кое-кого другого. Если Тру умрёт, Джейк не выживет. Я вижу это в его глазах... точь-в-точь, как и в моих...

Я не чувствовал эмоций годами. Я тру руками лицо.

— Слушай, я знаю, как это работает. Я прошу что-нибудь и отдаю что-то взамен, правильно? Ты понимаешь, что я ублюдок. Я не важен. Я чертовски ужасен, если честно. Я отношусь к людям — к женщинам, в основном, — как к дерьму. Использую их как неодушевлённые предметы, сделанные для меня, чтобы совать член. Я никого не убивал... но я бы не ставил на то, что не сделаю это в будущем. У меня дерьмовый характер. Я чёртов ублюдок. Я не могу даже сдержать проклятья, пока говорю с тобой.

— На этой планете станет на одну сволочь меньше, если я начну работать на тебя, не так ли?

Вычеркни ещё одного из твоего дерьмового списка. Итак, если ты сохранишь жизнь Тру, я изменю свою. Полностью. Сразу же. Не будет грёбаных случайных женщин в неподходящих местах, как когда я пьяный трахал медсестру в туалете после посещения больных детей. Больше не будет замужних женщин. Ни втроём, ни вчетвером, ни оргиями. Я даже перестану ходить в стрип-клубы. Я не буду смотреть на женщин в сексуальном смысле. Еб*ть, я буду жить жизнью проклятого монаха, если ты спасёшь Tру. Клянусь, я буду заниматься сексом с женщиной, если она действительно будет что-то значить для меня.

Неужели я на самом деле просто сказал это?

Христос.

Меня бросает в холодный пот при мысли об этом. Я вытираю лоб и делаю глубокий вдох.

— Я пообещал всё это потому, что знаю, что Джейк не переживёт потерю Tру. Я видел это в его глазах. Он выглядел точно так же, как... ну, я уверен, что тебе известно, кого я имею в виду.

Выдыхая, я откидываюсь на спинку скамьи.

— Джейк теряет Tру... мы теряем его... Я не могу потерять его. Джейк и Дэн — всё, что у меня осталось в этом мире. А рядом с тобой хватает хороших людей. Ты забрал достаточное их количество от нас. Ты не нуждаешься в ней. А здесь она ещё нужна... так что я даю тебе это обещание. Ты сохраняешь жизнь Тру, а я полностью изменяю свою, — я поднимаю глаза к потолку. — Что ты на это скажешь?

ГЛАВА 1

Лила

Наши дни — Студия, УШ ««Рекордс»», ЛА

— Твой вокал ужасен.

Эм, что?

Голос в моих ушах останавливает моё пение. Я наклоняю голову в сторону, выглядывая из-за огромного микрофона, находящегося прямо перед моим лицом, чтобы посмотреть сквозь стекло.

Я смотрю на лицо Зейна Фокса, вице-президента УШ «««Рекордс»»» — лейбла, с которым моя группа подписала контракт.

Тотальный красавчик, если бы я разбиралась в таком роде вещей, но это не так.

Я не люблю мужчин. И, нет, я не лесбиянка.

Я бесполая. Дала обет безбрачия, которого придерживаюсь последние десять месяцев.

Моя история с мужчинами не изобилует хорошими вещами.

За исключением единиц, почти все представители мужского пола предавали меня — сильно. Когда дело доходит до отношений, чёрт, давайте просто скажем: я — колоссальный неудачник.

Парень номер Один изменял мне с единственной близкой подругой, которая когда-либо у меня была.

Парень номер Два украл у меня деньги.

Парень номер Три — начинающий певец, который начал встречаться со мной только потому, что знал, кто мой отец. Я слышала, как он рассказывал это своим друзьям. И он был сосунком, потому что я ненавижу своего отца.