Читаем Удивительные камни онлайн бесплатно

Летом я с ребятами старшей группы детского сада жила на даче.

Недалеко от нашего дома протекала речка. На берегу речки дети любили собирать камни. Особенно любил собирать камни маленький Серёжа. Они лежали у него в большой картонной коробке все разные: красные, чёрные, белые, жёлтые, пёстрые и даже полосатые.

Однажды мы гуляли на берегу реки, и вдруг Серёжа закричал:

— Сюда! Сюда! Скорее! Я нашёл драгоценный камень! Вот смотрите!

Ребята подбежали к нему. У Серёжи на ладони блестел яркий зелёный камешек.

Но что это? Камень медленно-медленно начал угасать и вдруг погас. Погас совсем.

— Что с ним?

— Он высох. Он блестел, пока был мокрый. Это просто кусочек зелёного стекла, дно от какой-нибудь зелёной бутылки. — Я сказала это и увидела, что ребята мне не верят. — Вы думаете, я шучу? Нет, правда, этот кусок стекла путешествовал по дну реки. Посмотрите, какой он круглый и ровный. Он обтёрся о песок и камни, потому что вода не давала ему лежать спокойно.

— А это? — спросил Серёжа. — Вот это тоже стекло?

— Нет, это настоящий камень. А вы знаете, как получились разные камни, что из них делают и как они называются?

Никто этого не знал.

— А мой папа знает! — сказал Петя.

Петин папа был геолог, он изучал камни и, конечно, о камнях всё знал очень хорошо. Но папа был далеко — в экспедиции.

— А когда приедет, расскажет? — спрашивали ребята Петю.

— Конечно, расскажет! Он всегда обо всём рассказывает, он очень любит рассказывать.

И мы решили до приезда Петиного папы складывать камни в какой-нибудь ящик, потому что в Серёжиной коробке места уже не было.

— А когда Петин папа вернётся, — сказала я, — мы позовём его к нам в детский сад и попросим рассказать о камнях.

С тех пор прошло много дней. Мы переехали в город. Ящик с камнями стоял заколоченный на нижней полке нашего рабочего шкафа. Стоял долго — до приезда Петиного папы. А когда Петин папа, Степан Александрович, вернулся и получил отпуск, Петя привёл его к нам в детский сад.

— Ну, где ваши камни? — спросил Степан Александрович. — Показывайте!

Ящик достали, открыли. Камни высыпали на стол.

— Молодцы, много набрали.

— А как они называются, вы знаете? — спросил Серёжа.

— Сейчас скажу. Только сначала принесите мне молоток.

Петя притащил молоток, а Серёжа — гвозди.

— Гвозди зачем? Гвозди не нужны. Молотком мне придётся разбить некоторые камни, чтобы узнать, как они называются, потому что вода их обтирала, солнышко обжигало, мороз морозил, и они стали похожи друг на друга. А я их разобью и увижу, что это за камни.

Степан Александрович стал разбирать камни. Одни он откладывал в сторону, другие разбивал, смотрел на них в увеличительное стекло, которое достал из бокового кармана; некоторые он царапал перочинным ножом и даже нюхал, на другие дул.

— Здесь у вас много полезных камней. Вот это гранит. — Степан Александрович взял в руки два совсем разных камня: один красный, другой серый. — Не удивляйтесь, что они называются одинаково. Граниты бывают разных цветов: красные, серые, розовые и даже почти белые. Здесь у вас только два маленьких камешка, а бывают высокие скалы из гранита. Гранит крепкий и прочный, а если его отполировать, он делается блестящим и красивым.

Построят новый дом, украсят его стены отполированными гранитными плитами — дом станет нарядным. Можно сделать из гранита набережную: каменную стенку, которой укрепляют берега реки, чтобы их не размыкала вода. Можно поставить гранитный памятник — высечь его из большого гранитного камня.

— А этот камень тоже гранит? — спросил Серёжа и показал маленький красный камешек.

— Нет, это обыкновенный кирпич; просто он попал в реку, и вода его отшлифовала. Кирпич — не камень; его сделали люди на заводе, а камни получились сами. Получились они все по-разному и потому не похожи друг на друга. Есть камни крепкие и прочные, из них строят дома, мосты, дороги; а есть такие мягкие, что возьмёшь их в руки, потрёшь, и они рассыпаются в порошок. Бывают камни, которые горят, если их бросить в печку; бывают такие лёгкие, что плавают по воде. Из некоторых камней делают лекарства и продают их в аптеках, а некоторые камни едят: без них не сваришь суп и, не приготовишь кашу.

Много на свете интересных камней. Какие бывают камни? Как они образовались? Когда? Почему? Это знаем мы, геологи. Для этого мы долго и много учимся. А с вами как быть? Вам про всё не расскажешь.

— А вы расскажите немножко! Расскажите про самое интересное! — просили дети.

А Серёжа сказал:

— Мы будем сидеть тихо-тихо, не шевелиться!

Степан Александрович помолчал, подумал:

— Знаете что? У меня в кармане лежит интересный камень. Вот про него-то я и расскажу.

Он порылся в кармане и достал завернутый в бумажку кусок самого обыкновенного мела.

— Сегодня я расскажу вам про белый камень — мел, а потом буду приходить, приносить другие камни и рассказывать про них.

Дети уселись поудобнее и приготовились слушать.

— Широко раскинулось огромное море, — начал свой рассказ Степан Александрович. — То тихо плещется морская вода и ярко светит горячее солнце, то налетит ветер, почернеет небо, загудит, зашумит тёмное море. Высокие волны бушуют, пенятся, грозно бьются о берег. Косматая буря гуляет по морским просторам.

А кончится буря, и опять так же ярко сверкает солнце, так же тихо плещется море, пока буря снова не нарушит покой.

Но некому бояться грозных бурь, никого не радует яркое, блестящее солнце; ни один пароход не плавает по морю, ни одна лодка не стоит у берега. Нет на берегу городов и деревень; нет даже самых маленьких домиков. Рыбаки не ловят в этом море рыбу, не греются на песке у моря ребята, не опускаются в морские глубины водолазы. Только огромные, похожие на змей животные да рыбы плавают по безлюдному морю.

Где же находится такое море? Или такого моря нигде нет и никогда не было?

Нет, такое море было, оно было здесь, где мы с вами живём, где выстроено много домов, проведены железные дороги, построены фабрики и заводы. Оно было там, где раскинулись теперь широкие колхозные поля, где растут высокие, тенистые леса, где бегают и играют ребятишки.

Это море было очень, очень давно. Может быть, в то время, когда наши дедушки и бабушки были маленькими? Нет, ещё гораздо раньше. Может быть, тогда, когда люди ходили в звериных шкурах? Нет, ещё раньше.

Это море было в то время, когда на земле вообще не было людей. Поэтому было безлюдно древнее море, поэтому не плавали по нему лодки и пароходы, не было на его берегах городов и деревень.

В древнем море жили не только рыбы и большие животные, но и тысячи совсем крошечных животных, таких маленьких, что рассмотреть их можно было бы только в микроскоп — самое сильное увеличительное стекло.

Животные эти жили в раковинках. Раковинки были совсем-совсем маленькие. Вот из них-то, из этих раковинок, и состоит мел. А получился он так.

Маленькие животные в древнем море умирали и падали на дно. Их было очень много, и они покрывали дно сплошным слоем. На этот слой падали новые животные, и так, слой за слоем, накапливались их раковинки. Раковинки заносило песком, покрывало глиной.

Так продолжалось миллионы лет — до тех пор, пока море в этом месте не пересохло. Слои раковинок всё больше и больше высыхали и всё плотнее и плотнее слёживались.

Прошло ещё очень много лет. На месте древнего моря выросли леса, зазеленели поля; по зеленым просторам потекли широкие реки и быстрые ручьи. На их берегах люди построили города и деревни. Белый мел лежит теперь под землёй, и только в тех местах, где реки и ручьи размыли песок и глину, мы видим сейчас белые меловые слои. Кому нужен мел, подходи отламывай и пиши, — пошутил Степан Александрович, а потом серьёзно сказал: — Это тот самый мел, которым школьники пишут на доске, из которого делают зубной порошок и белую краску. Краску сделать нетрудно, сейчас я вас научу, и каждый сможет сам сделать такую же, если, конечно, у него найдётся кусочек мела. А делается она так, вот смотрите.

Степан Александрович положил мел в тряпку и постучал по нему молотком — получился белый порошок. Потом он высыпал порошок в стакан, налил немного воды и размешал.

— Теперь можно белить потолок, а можно нарисовать на тёмной бумаге картинку про зиму, надо только в краску прибавить немного клея, чтобы она крепче держалась.

Ребята рассматривали мел.

— Когда вы будете большими, вы посмотрите его в увеличительное стекло — микроскоп, — сказал Степан Александрович, — и увидите тогда те раковинки, о которых я вам рассказывал. А то, что вы перемазали руки, а Серёжа даже нос, не страшно: мел легко вытереть.

Вот вам и вся история белого камня — мела. Теперь вы знаете, как он получился. А многие мальчики и девочки, даже те, которые уже учатся в школе и пишут этим мелом на доске, не знают, что мел образовался на дне древнего моря.

Через несколько дней Степан Александрович снова пришёл в детский сад.

— Сегодня я расскажу вам про глину, — сказал он.

— А где она?

— Не принёс. И знаете почему? Потому что все вы её видели, все из неё лепили. Вот только, наверное, не знаете, что глина получилась из камней и что она бывает разная: белая, серая, красная, коричневая.

Из глины делают много всяких нужных и полезных вещей. Вещи эти совсем не похожи друг на друга, и если вы посмотрите на них, то ни за что не догадаетесь, что они из глины.

Из одной глины делают кринки, горшки, из другой — чашки, тарелки, тонкие расписные вазы, из третьей — краски. А есть глина, из которой делают кирпичи.

Кирпичей нашей стране нужно очень много, потому что у нас всё время строят новые дома, фабрики заводы. Вот о глине, из которой делают кирпичи, я вам и расскажу.

Это было очень, очень давно. Звери в то время были не такие, как теперь, хотя и похожие на тех, которые живут сейчас. Среди высокой травы паслись стада огромных мохнатых слонов — мамонтов; по болотным зарослям бродили большие, покрытые длинной шерстью носороги; в густых лесах выслеживали свою добычу тигры. Зубы у тигров были острые, длинные, изогнутые, как сабли.

В это время с далёкого севера на нашу страну надвигались огромные массы льда.

Лёд скапливался на севере и медленно полз туда, где ходили мамонты, бродили носороги, рыскали в поисках добычи тигры.

Лёд надвигался туда, где жили люди. А жили люди в пещерах, потому что не умели строить домов, и, чтобы согреться, закутывались в звериные шкуры.

Много тысяч лет надвигался лёд на нашу страну. Людям пришлось перекочёвывать на новые места, животным переходить туда, где теплее.

С далёких северных скал лёд тащил с собой много разных камней. Сначала камни были большими, с острыми, неровными краями. В пути они тёрлись одни о другой, лёд давил на них, они ломались, становились всё мельче и мельче. Из одной каменной глыбы получались сотни камней — валунов и булыжников.

Прошло ещё много тысяч лет. Лёд постепенно растаял. Потекли большие быстрые реки. Вода всё сильнее и сильнее мельчила камни. И, наконец, из больших неровных камней получились песок и глина, та самая глина, из которой делают кирпичи.

— А как их делают?

— Очень просто. Берут глину, наливают в неё воду, смешивают с песком и кладут в формы. Потом сырые кирпичи обжигают в больших печах. Вынут кирпичи из печей, и они становятся такими крепкими, что никакая вода их не размочит. Теперь из них можно построить самый высокий дом.

— Ходили вы когда-нибудь по дороге за городом после сильного дождя? — спросил Степан Александрович.

Пройти по такой дороге можно только в сапогах или резиновых ботах: ноги вязнут, вода хлюпает, грязь летит в разные стороны.

Ещё хуже на такой дороге машине. Не может она проехать. Мотор шумит, колёса крутятся, а машина стоит на месте. Всё глубже увязают в жидкой грязи колёса, и теперь её может вытащить только трактор.

Недавно я ехал по такой дороге. С утра шёл сильный дождь. Наша машина застряла, и мы с трудом выбрались — пришлось её вытаскивать трактором. А когда возвращался назад, смотрю, на этом месте стоит столбик, и на нём прибита дощечка:

Что такое? Оказывается, здесь строят дорогу.

Самосвалы возят камни и песок, работают машины. Одна, большая, тяжёлая, снимает верхний слой земли, срезает кусты, валит деревья; другая, полегче, с острым ножом, выравнивает дорогу.

Пришлось мне объезжать кругом. Да это не важно! Зато в следующий раз ехать по этой дороге будет очень легко. Строители выровняют дорогу, уложат на ней камни, засыплют песком, зальют асфальтом, и по асфальту медленно проедут важные катки. Они не такие уж большие, эти катки, зато очень тяжёлые. Придавят катки асфальт, и станет он ровным, как пол. По такой дороге иди без калош — ноги не промочишь даже после самого сильного дождя.

На этой дороге не застрянет ни одна машина. День и ночь будут ездить машины в разные стороны и возить по дороге тяжёлые грузы: в город — молоко, овощи; в колхоз — тёплую одежду и книги для школ, а на строительство повезут кирпич, камень, брёвна и доски.

О кирпиче, который делают из песка и глины, я вам уже рассказывал, а сейчас расскажу о нужном и полезном камне, без которого ни один дом не построишь. Вот он, посмотрите!

Степан Александрович достал из кармана маленький белый камешек.

— Это мел! — сказал Серёжа.

— Нет, не мел. Попробуй напиши им что-нибудь — он не пишет. Это родной брат мела. Он похож на мел, получился почти так же и тоже в море. Называется этот камень известняк. О том, как известняк попадает на стройку, я вам сейчас расскажу.

Прежде всего его ищут и находят в земле геологи. Но это ещё не всё. Надо известняк из земли достать — добыть. А добывают его в больших ямах — карьерах.

Вокруг карьера развешены красные флажки и прикреплены дощечки, на которых написано:

Хорошо, что мы с вами ничего не слышим, а то бы мы испугались — такой грохот и треск стоит вокруг.

Это взрывают известняк, который плотным слоем лежит под землёй.

Но вот наступила тишина.

Флажки сняты. Всё в порядке: каменные глыбы отвалились и посыпались мелкие камешки.

По дороге к карьеру поехали машины. Приполз на своих гусеницах экскаватор.

Машинист экскаватора повернул рычаг, ковш опустился, захватил кучу камней и с шумом высыпал в кузов самосвала.

Но не сразу попадает камень-известняк из карьера на стройку. Сначала его везут на завод.

На заводе много печей, в них жарко горит огонь. В этих печах известняк обжигают; он делается совсем белым и очень мягким. Теперь это не известняк, а негашёная известь.

Смотрите никогда не трогайте негашёную известь. Она даже холодная прожигает руки так, что на них делаются глубокие раны.

— А как же тогда строить? — спросил Петя.