Читаем Убить дракона (СИ) онлайн бесплатно

Владислав Тирол Богатенко

Я неторопливо шел по рынку, – и хотя он просто кишел самым разнообразным людом, передо мной и вокруг само собой образовывалось свободное пространство. Я шел, раздумывая, что могло привести меня сюда, когда увидел нужную лавку торговца, всю увешанную тканями.

Спросите, что в этом такого? Это же рынок, – где ей и быть, как не здесь?

А вот и нет, не все так просто по эту сторону перевала Кельдерг!

Я приблизился, и тощий старик в желтом халате и огромном тюрбане рассыпался в раболепных поклонах, которым противоречило хитрое выражение маленьких глазок.

То, что мне требовалось, я увидел сразу. Ткань казалась плотной, но была прозрачна и текуча как утренняя дымка. Она была очень густого цвета и из-за зеленых, красных, белых и желтых искр на этом темном фоне казалась полем заросшим ирисами… Если смотреть на него с высоты полета.

Именно то, что я искал.

Я внимал переливам цвета, пока торговец рассыпался в приветствиях:

– Приветствую тебя, о могучийший из мудрых и мудрейший из могучих, да пребудет с тобой благословление Земли и Неба!

– Сегодня во сне я видел девушку. Ее кожа нежна и светла, как молоко, ее волосы цвета бледного золота, а глаза, как цветущие ирисы. Ей ровно 19 зим. Если ты доставишь ее, я заплачу не торгуясь.

– О, величайший, лишь твоя щедрость может соперничать с твоей милостью! – продолжал кланяться торговец, делая знаки слугам, и по прежнему стараясь не смотреть мне в глаза.

Через короткое мгновение ковер, завешивающий внутреннюю часть лавки, сдвинулся, являя взгляду девушку. Она казалась сонной, а глаза, точно такого цвета как я и сказал, были пусты – ее одурманили липью. Фигурка, искусно задрапированная лиловым газом, казалось тоненькой, но вполне женственной. Я повернул ее головку к себе что бы рассмотреть получше, и кивнул.

– Это она. Не окуривай ее больше, в этом нет нужды. И эту ткань я тоже беру. Всю, – я ткнул когтем в туманные ирисы.

Устремленные на меня глаза девушки прояснялись. Вот в них появилось понимание, потом страх… а потом они успокоились и улеглись, как волны под маслом…

Теперь она придет, даже если ее освободить.

Я отпустил ее голову, и ушел, не интересуясь больше ни торговцем, ни его лавкой.

Я потянулся и выругался – прямо надо мной на узком скалистом выступе сидел дракон.

Черт бы его побрал! И как давно он там сидит?! – лихорадочно пытался сообразить я.

Хотя, судя по тому, как он одет, это не местный лорд, а молодой дракон, либо не имеющий своих угодий, либо путешествующий в поисках битвы или самки.

Стараясь не скрипеть зубами, я встал и поклонился ему по воинскому уставу: поклоном младшего старшему и слабейшего сильному. Дракон не ответил, продолжая сидеть, где и сидел.

Подождав, я разозлился и сел обратно. Чертовы ящерицы! Усилием воли я попытался успокоиться, – не хватало только сцепиться с первым же встречным драконом из-за такой ерунды! У меня есть цель, а больше нет ничего! И драконов нет…

Дракон – не разгибаясь, с места, с высоты в два человеческих роста – спрыгнул, мягко и пружинисто приземлившись аккуратно напротив меня, и уселся, по-прежнему не произнеся ни слова. Я рассматривал его, не поднимая головы, что бы ненароком не встретится глазами. На нем были высокие сапоги, кожаные штаны, и плащ из меха горного льва. На груди болталось ожерелье из разнообразных клыков, а наручи, охватывающие запястья, были кажется из кожи варанканской королевской змеи.

Проклятье! Охотник их Диких земель! Повезло как утопленнику! Лорды, жившие в цивилизованных местах, терпимо относились к людям поскольку, те были им очень даже полезны, а этому может взбрести в голову все, что угодно!

О чем думает дракон, в хорошем он настроении или дурном – впрочем, не известно, что лучше! – сказать было не возможно: ящерица, она ящерица и есть, даже если и оборотень. Вообще-то, хотя драконы редко принимали свой настоящий облик, их легко было узнать в любой толпе и любой одежде: они совершенно иначе двигались, одновременно напоминая стремительно струящихся по земле змей и создавая впечатление тяжеловесной мощи. Но главным отличием были лица – лишенные всякого выражения, как и глаза – ни одна мысль, ни одна эмоция не находила в них отражения, даже, когда дракон улыбался…

Хотя кто может похвастаться, что видел улыбку дракона?

Вот и этот тоже. Непонятно интересует ли его вообще одиноко сидящий у костра человек, или он в данный момент обдумывает, как лучше вырезать ему сердце.

Зачем? А просто так, что бы скучно не было!

– Как тебя зовут, человек?

Кажется, мне повезло – этому просто любопытно.

– Тайрен.

– Просто Тайрен?

– Просто Тайрен.

– Ты идешь в Миркаль, Тайрен?

А куда еще можно идти через перевал Кельдерг?!

– Да, лорд.

Я ему польстил. Дикие земли потому и дикие, что в этих непролазных лесах лишь мелкие деревушки по берегам рек. Города аларов, древлян – южнее и к западу, угоры – дальше к северу у Янтарного моря. Так что даже если угодья у него есть, и большие, – до богатства миркальского лорда или даже нашего Пифона – ему далеко!

Только лесть на драконов не действует. Хотя, попробуй не сказать – самое меньшее язык вырвут: что бы не забывали об уважении!

– Зачем?

Тебе какое дело?!

– Я ищу сестру.

– Через Кельдерг? Ты либо отчаян, либо глуп, Тайрен, – что одно и тоже! – заключил дракон, – Но это интересно.

Я расслабил плечи, незаметно выдыхая: пронесло!

– Я пойду с тобой.

Твою мать!!! Да, да – ящерица ты поганая, твою! И какое мне дело, что ты скорее всего ее не знаешь! Кажется, ему приспичило посмотреть, как его собратья будут делать из меня пугало для особо нахальных, рискнувших влезть напролом в их владения.

Утром я имел наглость проснуться вторым – и последним. Дракон уже заваривал на костре нечто, что отчетливо тянуло мятой, мелиссой и жасмином… Хм!

Судя по тому, что лицо его еще не успело застыть окончательно, дракон был действительно молод, – так же как выглядел. Наверно одних лет со мной, то есть четверть века. Мало кто из них успевает в таком возрасте закрепиться в своих угодьях и этот, видно присматривает себе территорию – по изобильнее, с самками получше, владельцем послабее…

Волосы у него были черные и довольно короткие, а лоб охватывал прихотливо сплетенный кожаный ремешок. Черты бесстрастного лица были резкими и острыми, как у них всех. На смуглой коже – груди и плечах нечетко проступал темный рисунок крупной чешуи, похожий на татуировку варварских кланов из пустыни на юге Стирса…

Только это была отнюдь не татуировка.

Судя по шрамам, оставленным не клыками и когтями – он уже выиграл несколько схваток…

Почему я уверен, что выиграл? Да потому что проигравший дракон – мертвый дракон!

И слава всем Богам: тайным и явным – только поэтому их еще не расплодилось на нашу голову…

– Лорд дракон… – я поднялся и поклонился.

– Винд, – собственное имя он произнес так же безразлично, как и все остальное, никак не отреагировав на учтивость.

– Лорд Винд, – послушно поправился я, напоминая себе об осторожности, – Когда мы тронемся и какой тропой?

Через Кельдерг вели две тропы: одна – чрезвычайно удобная, которую часто использовали контрабандисты, пираты и просто рискованные караванщики – проще было оставить дань драконам, чем рваться сквозь все кордоны. Вторая – смертоубийство… головоломный лабиринт среди скал…

– Это твоя дорога, Тайрен. Тебе решать.

Другого я и не ожидал.

– Тогда мы идем через Ацис…

Романтичное название, в честь погибшей там когда-то девушки. Романтичный герой, спешащий на помощь сестре…

Я – не герой!!! Какого черта он согласился?!

Глупый вопрос – он же дракон!

Как я и предполагал, дорога превратилась в сущее мучение. С Виндом мы шли наравне, что мне, признаться льстило – уж сколько о них небылиц рассказывают, а вот поди ж ты! Если б только он еще и молчал, – то я был бы совсем счастлив попутчику. Нет, нельзя сказать, что Винд болтал без умолку, но его замечания, полные самоуверенности и самодовольства потихоньку подтачивали мое терпение.

И вечером случилось неизбежное. Сидя на корточках у костра и бросая в кипяток свои травы, дракон невыразительно поинтересовался:

– Почему ты все-таки идешь через Кельдерг, Тайрен? – казалось, это интересует его примерно так же, как особенности мумифицирования священных кошек Кеми.

Такая холодная бесцеремонность, свойственная им всем, меня просто взбесила: какая тебе разница? Но я постарался сдержаться.

Почему? Во-первых, я не мог позволить себе потратить и медного гроша, а не то что оплачивать проезд на галере от Аксарты до Миркаля, а во-вторых:

– Так быстрее.

– Ты торопишься?

– Да.

– Если ты погибнешь, быстрее не будет.

– Вы так уверены, что я не пройду Кельдерг?

– А ты уверен, что пройдешь?

– Иначе б не шел, – сухо отозвался я, все эти драконьи подколки меня уже достали,

– Меня не так-то просто убить.

Винд смерил меня оценивающим взглядом и предложил:

– Попробуем?

Черт!!! Надо же так попасться!

Не помню, упоминал ли я, но я солдат, – а это немного другая выучка, чем у убийцы, профи-одиночки. Тем более, что дракон даже не убийца – это хищник. Как говаривал один мой приятель, родом с востока, не стоит отвешивать охотящемуся тигру все сорок три учтивых поклона. Не поняли? Суть в том, что там, где у тебя навык – у них инстинкт, и тут уж не угадаешь: будешь ли ты героем, или неудачником трупом. Кто кого – лев или человек? А если у человека только нож против зубов и когтей?

Я сидел, отчаянно ища выход – кто его знает, чем обернется драка с Виндом… Ну не мог я рисковать! А ситуация на самом деле была патовой! Откажешься – убьет, как мы таракана. Покажешь себя не достойным противником – в лучшем случае покалечит, что б в другой раз язык не распускал. А покажешь себя достойным – значит, драка будет тем более на смерть…

Скрипнув зубами на нелепость происходящего, я начал подниматься, но Винд неожиданно покачал головой, как бы сожалея:

– Ты слишком долго думаешь, Тайрен. А я пока не хочу тебя убивать.

Я стоял, – как оплеванный. Вроде ж только что понимал разницу между глупостью и необходимым обоснованным риском, – а сейчас самому было стыдно и обидно за свою заминку.

Остаток дня я тихо бесился, наблюдая за невозмутимо устраивающимся на ночлег драконом.

Следующее утро принесло мне некоторое удовлетворение тем фактом, что я его опередил. На долю секунды, – стоило мне потянуться, как Винд немедленно открыл глаза и вскочил, как будто только и ждал этого момента.

Сегодня дракон почему-то решил оставить свои соображения о том, что мне не следует быть на Кельдерге при себе: толи фантазия истощилась, толи он счел тему закрытой после вчерашнего. Настроение у меня опять испортилось и вовсе не потому, что я так легко попал в расставленную ловушку, но вскоре стало не до того, – тропа перешла в нечто невообразимое. Кое-как вбитые в трещины колышки, соединялись сомнительного вида прутиками, при чем порядком подгнившими, а скалы обрывались в ревущую пенную бездну… Это сооружение без названия оскорбляло сами горы, в которых находилось!

Высоты я не боюсь, но впервые задумался, в своем ли я был уме, когда решил идти через Ацис, хотя это и сокращало путь еще на несколько дней. И не повернуть ли мне обратно.

Зато Винд не сомневался ни мгновения. Он с таким уверенным видом пробирался вдоль скалы, как будто только и делал всю жизнь, что разгуливал по этакому безобразию – хотя ему-то что сделается…

Почему-то дракон предпочитал идти в человеческом облике – я сомневался, что это ради меня, но так было гораздо лучше. Эти мостки он тоже решил преодолеть на своих двоих, а не на крыльях: за что и поплатился!

Я шел медленно, стараясь ступать так же как он – в отличие от всяких ящериц, у меня только одна шкура, поэтому успел разглядеть все детали: вот Винд скользит по хлипким доскам, одна из них, почти на середине подламывается, и дракон повисает на соседнем колышке аккуратно подтягиваясь. В следующий миг он тоже обламывается под тяжестью тела…

И дракон, все еще цепляясь за рассыпающиеся щепки и волокна, валится в ущелье, на дне которого бурлит поток…

Прижавшись к скале, как к единственной на всю жизнь возлюбленной, я оцепенел.

Признаюсь, несколько минут я ждал, что вот-вот дракон просто взмоет в небо. Не дождался…

Абсолютно ошалевший, я отстранился и все-таки глянул вниз – Винд висел на крохотном уступе и цепляясь за трещины и выступы едва ли не ногтями, упорно лез вверх.

Чертова ящерица! Он просто невозможен!

Тут я стряхнул оторопь, достал веревку, быстро закрепил ее и сбросил ему. Винд поднял голову, и мы встретились глазами, – уж чего-чего, а страха я там точно не увидел.

Дракон с внешней легкостью проделал обратный путь на мостки, и до конца этой дьявольской висячей тропы мы шли уже в связке. Умные мысли часто приходят позже, чем следовало бы.

Оказавшись снова на твердой земле, некоторое время мы просто переводили дух, валяясь бок о бок: дракон там или не дракон, но и ему это приключеньеце удовольствия не доставило, и я видел, как подрагивают его руки от отпускающего напряжения…

В этот момент дракон был мне даже симпатичен.

– Тайрен, – раздался его голос, пока я вглядывался в небо, прислушиваясь к своим ободранным ладоням, – почему ты это сделал?

– Что?

– Бросился мне помогать.

Не сразу, – подумал я с некоторым стыдом, и пожал плечами.

– А почему вы не перекидывались?

Сейчас можно было и обнаглеть.

Винд фыркнул со смешком:

– И идти дальше голым? В горах холодные ночи.

До меня не сразу дошло, что он пошутил.

Как только я пришел к выводу, что и дракона можно терпеть, он опять взялся за свое.

– Твоя сестра в беде? – неожиданно спросил он уже на привале.

Я только-только расслабился, и он застал меня врасплох.

– Да.

– Рассказывай, – распорядился Винд.

Так я и знал. И ведь не отстанет же!

– Нечего рассказывать, лорд Винд. Наша семья разорилась, и кредиторы устали дожидаться пока я оплачу долг. Наир продали, и караван ушел в Миркаль.

Я опустил упоминание того, что продала ее Аспазия, наша горячо любимая "вторая матушка"!!! Сука… Убил бы…

У Винда чуть дрогнули губы. Мне показалось, что я уловил на его лице нечто похожее на презрение и отвращение, – и разозлился: ты-то какое право имеешь судить?! Пусть и не все из нас образец достоинства и чести, а некоторые и вовсе откровенные скоты, зато мы, по крайней мере, люди, а не подделка!

– Что у драконов не бывает рабов? – сейчас мне было плевать, что он опять может подвести дело к драке.

– Бывает, – задумчиво согласился Винд, – Все бывает. Кроме одного: рабов-драконов.

Лучше б он меня вызвал!

Пробуждение было до нельзя интересным: во-первых, Винда нигде не оказалось, а во-вторых, рядом сидели два дракона. Один золотисто-зеленый, и я почему-то сразу понял, что это не Винд. Второй – мальчишка лет пятнадцати, смуглый кареглазый с жесткой черной гривой. Но уже с крисом на поясе, – из молодых да ранних.