Читаем У тебя клыки? (ЛП) онлайн бесплатно

Кейти Максвелл(МакАлистер)

У тебя клыки?

Готы – 1(Темные –7,5)

http://lovefantasroman.ru/forum/4-212-1

Перевод Куджа (ВАПВЛ, ЛФР)

бета-ридинг Азриэлла (1-4 главы)(ЛВН)

Катран(5-13 главы)(ВАПВЛ)

Аннотация

Все, чего хочется шестнадцатилетней Франческе Гетти – жить нормальной жизнью, где она одна из толпы, сливающаяся с ней так, что никто не догадается, насколько она необычная. Мотаясь по Европе со своей матерью в составе Готской ярмарки, в странствующей группе экстрасенсов, магов и множества других диковинок, Фран должна справляться не только со страхом все время чувствовать себя не в своей тарелке, но так же и со своей участью ясновидящей.

Включая: некоего Моравца Темного (причисляемого большинством людей к вампирам) по имени Бенедикт, утверждающего, что Фран – ключ к искуплению его души, загадочного коня, у которого, кажется, имеется запутанное прошлое, и бессмертную подругу, помнящую каким был Моцарт, идемонолога, считающего себя Элвисом, и вы сможете понять, почему Фран, сильнее чем когда-либо, прибывает в отчаянии.

Глава 1

– Что ты хочешь сделать сначала – отснять свою ауру  или провести обряд  у ведьмы? – спросила девушка.

Вы помните того жуткого парнишку, который видел умерших в Шестом чувстве[1]? Так он Норманн П. Нормальный по сравнению со мной.

Ответил парень с рюкзаком на девичий вопрос.

– Я хотел бы повидать демонолога. У меня последнее время полоса неудач; это могло случиться из-за демонов. Он может сказать мне, одержим ли я ими.

Так, значит, малыш может видеть призраков, подыграем ему, а может и егомамаша была добропорядочной ведьмой?

– Не знаю, наградили ли тебя демоны невезением, Джон, – сказала девушка, хмурясь. – Это больше походит на проклятье. Может нам сначала нужно повидать ведьму, пусть она тебя проверит на это.

Он что ли, проводил дни,  путешествуя по Европе с группой людей, которые знали о призраках, демонах и всевозможных разных сверхъестественных  вещах больше, чем о штуках вроде кассовых аппаратов и мобильных телефонов и новинках горяченького из Американского Кумира[2]?

Голос девушки прорвался сквозь мою напыщенную ментальную речь.

– Я слышала у них есть вампир, каждую ночь пьющий кровь у добровольцев! Хотела бы я на это просмотреть!

О, да, я же забыла про вампиров. Не то чтобы на Готской ярмарке был хоть один, но все же, и о чем я думаю?

– Эй, Линси, посмотри на ту девчонку. Она странно выглядит. Думаешь, она часть шоу?

Держу пари, что парнишка из Шестого чувстваобрел жизнь в нормальном доме, с нормальной матерью, и ходил в нормальную школу с нормальными детьми. Черт подери, я бы смирилась с немного – «Я вижу мертвецов» – чтобы джин, исполнив желание, сделал все нормальным вокруг меня.

– Ш-ш-ш, она может тебя услышать.

Передо мной остановилась пара, девушка и парень, где-то на пару лет старше, пользуясь возможностью бегло осмотреть меня. Я пыталась сделать вид словно не было ничего странного в стоянии перед шатром с огромной красной рукой на пологе,  засунув руки в карман, чтобы ничего ненароком не коснуться. Не прикасаться, не говорить – было моим кредо.

– Все в порядке, она, скорее всего, даже не говорит по-английски. Хотя она не похожа на обычную, не со всей этой белой кожей и темными волосами. Возможно, она одна из готов?

Или, может быть, мне просто повезло иметь отца-итальянца и светлокожую скандинавку-мать? Как считаете?

Девушка хихикнула. Я вознесла краткую мольбу Богине, чтобы Имоджен вытащила свою задницу из снаряжения и вернулась обратно в свою палатку, так чтобы я не стояла здесь, позволяя деревенщинам таращиться на себя.

Деревенщина – одно из слов, которое ты подбираешь, когда путешествуешь с шоу фриков [3]. Это значит неотесанные люди, не знающие толку в ярмарках.

– Может она одна из вампиров! Правда же она похожа на них? Я могу представить, как она пьет твою кровь.

Я повернулась спиной, так чтобы они не видели, как я закатила глаза. Не часто встретишь американцев в далекой Венгрии, но я не настолько отчаялась, чтобы при виде своих соотечественников захотеть выпить их крови.

С другой стороны, все знают, что только парни являлись вампирами.

– Франческа, мне так жаль! – Имоджен торопясь прошла мимо парочки, ее длинные белокурые волосы струились по спине, когда она скользнула за стол, схватила табличку и подставку, которая объявляла, что она читает судьбу по ладони и камням с рунами. Она проигнорировала парочку, когда ставила подставку у края палатки, засовывая в нее табличку, и болтала в своем фирменном Имодженском стиле – с хриплым мягким акцентом, отчасти британским, отчасти каким-то еще, куда я не могла бы ткнуть пальцем, не то чтобы я пробыла в Европе достаточно долго, чтобы выучиться говорить что-то большее чем: привет, пока, спасибо, почем это, и я не разрешила бы и своей собаке воспользоваться этим туалетом, а где же чистый?на трех разных языках (немецком, французском и венгерском, для таковых из вас, кто жаждет знать).

– Большое тебе спасибо, что присмотрела за моими вещами. Абсент настаивала на этом, тут явно еще были кражи. Ох, благослови тебя Боже, что ничего не касалась. Ты же знаешь, я не люблю когда кто-то касается камней, и Элвис опять пристает ко мне, это нелепо, потому что ты же знаешь у него оранжевая аура, а люди с оранжевой аурой совершенно смертельны для меня, до того конечно, как я прочту судьбу. Но я хочу сообщить тебе кое-что волнующее! Мой брат приезжает повидаться со мной!

Я выпрямилась из своей вечной сутулости и послала парочке широкую, зубастую усмешку, демонстрируя им отсутствие клыков. Я была такой же высокой как парень (шесть футов) и такой же крупной или даже крупнее его. Казалось, он немного встревожен этим фактом. Девушка чуть покраснела и, схватив своего приятеля за руку, потащила его прочь в сторону большого шатра, где после магического шоу играла группа.

Ирония того, моих попыток доказать, что нормальная, не спасала меня. Мне нравилось это. Я видела кучу иронии. И знаете что? Это сплошной геморрой.

– Они подумали, что я вампирша, – сказала я Имоджен, когда она, встряхнув, расстелила свою синюю скатерть.

Она вздернула одну золотистую бровь.

– Ты? Ты же женского пола.

Я снова ссутулилась, что помогло мне смотреться менее похожей на дородного футболиста, и одернула футболку в попытке заставить себя выглядеть меньше, симпатичнее, изящнее… ну, вы понимаете, как девушка.

– Ага. Полагаю, они не знают правил.

Она пробормотала что-то вроде батраки установила три керамические чаши с рунными камнями вдоль одной стороны расстеленной скатерти.

– Абсент говорит, что группа сбежала ночью с выручкой за прошлую неделю, но Питер отрицает, потому что только он и Абсент знают код к сейфу, а тот не был взломан. Она отправилась в Германию, чтобы найти новую группу.

Я пожевала потрескавшуюся кожу  нижней губы. Это была третья кража за последние десять дней. Хотя я ненавидела соглашаться с Абсент, но то, что группа сорвалась ночью, действительно выглядело так, будто они были виновны.

– Что они собираются делать этой ночью?

– Питер нанял местную группу. Надеюсь они хорошие, последние несколько групп что он нанял были крайне плачевными.

Я склонила голову на бок, заводя волосы за ухо, в тысячный раз желая, чтобы те были какими угодно, но только не прямыми, прямыми, прямыми. У других людей были волнистые волосы – даже у моей собственной матери волосы вились. Почему не у меня?

– Из всех, кого я знаю, ты единственная, кто слышал игру Моцарта, и все еще думает, что Готские группы лучше.

Имоджен наградила меня одной из своих лукавых улыбок.

– Моцарт был сопляком. Одаренным, но все же сопляком. Но The Cure [4]– вот это  музыка!

 Видали, о чем я говорю? И это нормально, для вашей лучшей подруги быть четырехсотлетней бессмертной?

– Что-то не так, Фран? Ты выглядишь расстроенной чем-то, что стремительно меняется. Элвис снова тебе надоедал? Если ты хочешь я…

Я покачала головой.

– Ты же знаешь, он не замечает никого кроме тебя. И с другой стороны, я больше его. Думаю он боится, что я пришибу его, если он попытается заигрывать со мной.

Имоджен отступила от света ароматических свечей, и склонила голову, оглядывая меня. Ее макушка была намного лучше моей, так как у нее были длинные, вьющиеся волосы, тогда как у меня короткая, обгрызенная, стриженная под пажа копна прямых черных волос, и ни горячие бигуди, ни химическая завивка не могли придать им форму.

– Понятно. Ты снова ощущаешь себя неполноценной.

Я не смогла удержаться, чтобы не рассмеяться. Мило, потому что мне нравилась Имоджен, но все же смешно.

– Снова. Ага, вроде как я совсем даже ненеполноценная?

– Думаю, что вопрос скорее в том, почему ты себя так ощущаешь?

Я оглянулась вокруг чтобы убедиться, что рядом никого не было, чтобы подслушать нас – не то чтобы кто-то из людей связанных с Готской ярмаркой должен оказаться рядом чтобы услышать нас (готова была поспорить на все мои летние карманные деньги, что у парнишки из Шестого чувстване было рядом телепатов способных перехватить егомысли).

– Хочешь список? Ты его получишь! Во-первых, я размером и формой примерно как ваш нормальный полузащитник в старшей школе.

– Не будь глупой, ты не такая. Ты привлекательная девочка, высокая и статная. Мужчины будут падать к твоим ногам через несколько лет.

– Ага, падать от испуга, – сказала я, потом быстро сменила тему, прежде чем она успела сказать другой комплимент в мой адрес. Вам было бы достаточно одного взгляда на меня, чтобы понять – я большое, неуклюжее чудище. Я не нуждалась в крошечной изящной жалости от крошечной изящной Имоджен.

– Во-вторых, мой отец снова женился на девушке всего на пару лет старше меня  и сказал, что ему нужно шесть месяцев наедине с ней, чтобы обрести спокойствие, что означало, что когда моя мама устроилась на работу в Европейскую передвижную ярмарку, я должна была отправиться с ней.

– Сожалею о твоем отце, – сказала она и наморщила  лоб, как если бы это реально имело для нее значение. Одна из вещей, что мне так сильно нравились в Имоджен – она была честной. Если вы ей нравились, она действительнолюбила вас, вас всю, и поддерживала против того, кто – все равно кто – делал вашу жизнь сущим кошмаром. – Это неверно, что он изгнал тебя из своей жизни. Он должен был лучше понимать.

Я скорчила гримасу, которую моя мать назвала бы презрительной.

– Мама сказала, что у него кризис среднего возраста, поэтому-то он купил спортивную машину и добыл себе в качестве трофея жену. Я в порядке. Мне реально не очень хотелось оставаться с ним.

Брр! Большой толстый лжец.Я понадеялась, что детектор лжи Имоджен не поймает меня на этом. Я поспешила со следующей жалобой, на случай если поймает.

– В-третьих, ярмарка – не обычная ярмарка, типа с поп-корном и сахарной ватой и сентиментальными певцами кантри. О, нет, эта ярмарка полна людьми, которые могут говорить с мертвыми, по-настоящему колдовать, читать мысли, и других странных личностей вроде того. В один миг у меня была относительно нормальная жизнь с нормальными друзьями и нормальной школой, жизнь с почти нормальной матерью в Орегоне, и потом Фран – Королева Фриков, проводит лето мотаясь с людьми, которые вызывают у большинства народа в лучшем случае нервную дрожь, что будет преследовать их всю оставшуюся жизнь. И если уж это не вызывает огорчения, тогда я не знаю что.

– Люди здесь не фрики, Фран. Ты была с нами достаточно долго, чтобы понять это. Они одарены редкими талантами, как, впрочем, и ты.

Я засунула руки поглубже в карманы, нежная шелковистость латексных перчаток потерлась о кончики моих пальцев.

Мой «талант» был тем, о чем я не желала говорить. Любому, не то чтобы кто-то кроме Имоджен и моей матери знал об этом. Думаю, что Абсент подозревала, но она ничего не могла с этим поделать. Она боялась того, что мама могла бы сделать с ней, если бы она попыталась впутать меня.

О'кей, иногда было удобно иметь мамой – ведьму. Хотя, большую же часть времени это напрягало. Но как не любить мать, которая так услужлива и знает, как печь печенье…

– Ты же не думаешь, что я фрик, не так ли? – голубые глаза Имоджен превратились в черные. Это было одной особенностью ее вида, как она мне сказала. Их глаза меняли цвет от сильных эмоций.

– Нет, ты нет, ты же не виновата, что твой отец был вампиром.

– Темным, – поправила она, суетясь со свечами. Они были специально сделаны моей мамой, призывающие свечи, связанные с чарами и травам, чтобы усилить ясность ума и связи с Богиней.