Читаем Тысяча мелких забот онлайн бесплатно

Они никак не могли договориться.

— Приходи, когда хочешь, — снова и снова повторял бухгалтер.

— А когда все-таки, вы же не сидите тут с утра до вечера!

— Вот человек! Раз говорю, значит, буду.

— Неужели не можете сказать точно?

— Когда угодно... Ну и человек! Когда надума­ешь, тогда и приходи...

— А если не застану вас? — раздраженно прервал бухгалтера Сандро. — У меня времени в обрез.

— Не беспокойся, застанешь. Сигарета найдется?

Оба закурили и как будто успокоились; бухгалтер даже откинулся на стуле, с наслаждением пуская дым к потолку, но Сандро опять засомневался и спросил как бы между прочим:

— А вообще-то вы в первой половине дня бываете или во второй?

— Слушай, друг... — Бухгалтер явно обиделся. — Говорю тебе, приходи в любое время. Не буду на месте, обождешь, что ты заладил...

— Так я и знал, — разнервничался Сандро, — весь день потеряю тут завтра! Поймите, нам выезжать по­слезавтра утром.

— Утром? А Марго сказала — вечером.

— Это они вечером, а мне с машиной ехать ут­ром...

— Ладно, ладно, успокойся. Приедешь завтра и получишь — деньги будут выписаны.

— Пожалуйста, не забудьте про деньги для топо­графа.

— Не забуду, как я могу забыть! Не волнуйся!

— Эх! — Сандро тяжко вздохнул. — Завтра мне еще тысячу всяких дел надо сделать! Не представ­ляю, что будет, если проторчу у вас весь день...

— Сынок, в устах человека моих лет и ложь схо­дит за правду, неужто не можешь поверить, когда правду говорю? — по-отечески пожурил бухгалтер Сандро. — Все будет в порядке — вот я и вот мое слово.

— Сейчас вы тут, а завтра? Застану ли вас завт­ра?..

— Поди поговори с таким! — Бухгалтер возмущен­но хлопнул по столу. — Может, расписку дать? Не знаю, как еще убедить!

На улице Сандро взглянул на часы и заспешил к троллейбусной остановке, но тут увидел знакомого. Он втянул голову в плечи, надеясь пройти незаме­ченным, но услышал радостное «О-о!» и горько усмехнулся.

— Привет, Сандриа! Как поживаешь? — Знакомый бесцеремонно кинулся обнимать его.

Сандро еле успел отвести горящую сигарету.

— Спасибо, хорошо, как ты?

— Ничего, средне, — и прищурился, словно пока­зывая, как средне ему живется.— А может, и лучше среднего... не-емного. — Он лукаво улыбнулся, но тут же озабоченно спросил: — Нет, серьезно, Санд­ро, как живешь, как дела?

— Хорошо, хорошо, надеюсь, и ты тоже?

— Да, да, разумеется.

Наступила пауза. Молчание затягивалось, и Санд­ро просто так спросил:

— Не знаешь, который час?

Знакомый очень внимательно посмотрел на часы.

— Без двадцати четыре.

— Неужели? — Сандро заволновался. — Три или четыре?!

— Без двадцати четыре. А что? Что случилось? Может, помочь надо, может, деньги нужны? Могу дать...

— Да нет, опаздываю я, черт, неловко как...

— Иди, раз так, Сандро, не буду задерживать. Ступай по своим делам, успеем поговорить.

— Ну всего, Шакро, извини, пожалуйста...

— Чего извиняться, всего!

Сандро отвернулся и вспыхнул: ну чего соврал!.. Терпеть не мог лжи, но ведь Шакро не остановишь — будет молоть языком, а стоять и болтать с ним по­пусту времени нет...

Сандро перебежал улицу.

Было холодновато, но легкий морозец приятно бодрил. Сандро снова нервно подумал о бухгалте­ре: обманет, как пить дать подведет...

Подошел троллейбус с заиндевевшими стеклами, довольно пустой, даже место нашлось у окна.

На следующей остановке в троллейбус вошел еще один знакомый..

— Здравствуй, Сандро! Как ты, как дела?

— О, привет, Нико! В экспедицию еду послезавт­ра утром.

— Серьезно? — не поверил Нико. — В середине зи­мы?

— Да!

— А кто еще с тобой?

— Три девушки... Ты их не знаешь.

— Что ж, весело будет.

— Да уж весело, ничего не скажешь! — И тут вы­плеснулось раздражение, копившееся два дня. — На­казание ехать с ними в экспедицию! Ужас! Все ло­жится на мои плечи: бумаги оформляй, деньги по­лучай, материал, топографа доставай, для шофера талоны на бензин добывай, вещи за всех таскай. А тут вдруг бухгалтер подведет, и черт знает, сколько еще всяких мелких забот... А на место приедем, ищи жилье, устраивай — и все я!.. Врагу не пожелаю ехать с девчонками, и топограф попался хапуга. Из­вел меня разговорами о деньгах — сколько запла­тят, все ли получит, сколько вычтут, а еще болтает, будто деньги его не интересуют... Два дня бегаю по каким-то делам, извелся весь, а что еще впереди...

— Ничего, Сандро, все уладится, — видимо, из вежливости утешал Нико, но слова его окончатель­но испортили Сандро настроение, и он пожалел, что разоткровенничался.

Нико внезапно встал, уступая место девушке.

— Как живешь, Лали? Знакомься — Сандро, бро­дяга-географ, — пошутил он. — А это Лали. Ну всего, мне сходить...

— Пока, — отозвался Сандро. Девушка помахала Нико рукой, а когда троллейбус тронулся, Сандро вспомнил, что следовало сказать что-нибудь любез­ное, и пробормотал во всеуслышание:

— Очень приятно.

Девушка не ответила, и Сандро забеспокоился: кто ее знает, не решила ли она, что Нико познако­мил их специально, с каким-то умыслом?

Вот наконец и его остановка. Он уже собрался встать, как вдруг девушка высокомерно спросила:

— Вы любите музыку?

Сандро опешил и глупо улыбнулся.

— Да. Извините, я схожу.

— До свидания.

«Ладно, обошлось», — успокоил себя Сандро.

На другой день, войдя в бухгалтерию, Сандро сра­зу заметил, что бухгалтера на месте нет.

«Так я и знал, так я и знал». Он растерянно обер­нулся к топографу, вошедшему вслед за ним.

Кассир бросил на Сандро беглый взгляд и опять уткнулся в свои пестрые бумажки

— Извините, бухгалтер не просил передать, когда будет?

Кассир не ответил.

— Извините, когда будет бухгалтер?

— Он мне ничего не говорил об этом.

Топограф явно расстроился и выразительно заки­вал: «Так мне и надо... Нечего было связываться с этой экспедицией...»

Помолчали, потом Сандро сказал:

— Нет, придет, точно придет, — и почувствовал, что начинает злиться.

Топограф отозвал его в сторону.

— Слушай, вы едете в эту экспедицию по своим делам, а мне... а мне она ни к чему, географическая да еще в середине зимы... Понятно, я заинтересован материальной стороной и... но... Хотя сегодня все выяснится.

Сандро глянул на часы — через десять минут на­до встретиться с Марго по ее просьбе. Зачем, для чего — понятия не имел...

— Обожди меня тут, — попросил он топографа и пошел к двери.

— Я-то обожду, но...

— Что но?.. — почти закричал Сандро.

— Так, ничего...

Взял такси, чтобы не опоздать. Приехал точно. За­то дожидаться Марго пришлось минут пятнадцать. Наконец она явилась, и, к удивлению Сандро, с хо­зяйственными сумками и мешками.

— А, ты уже здесь! Прекрасно! Поможешь мне, правда? Идем на рынок...

В рыночной толчее Сандро отбили бока, прежде чем Марго посвятила его в свои намерения: снача­ла купить для экспедиции картошку и лук, а потом уже все другое.

— Пойдем вон туда. — Она выставила подбородок, показывая, куда, и ловко обошла нескольких чело­век.

Сандро последовал за ней, но какой-то мужчина преградил дорогу и боднул головой в грудь. Сандро замешкался, и кто-то налетел на него сзади.

Марго тем временем торговалась с колхозницей, продававшей картошку:

— Что вы, тридцать! Давайте по двадцать!..

Купив пуд картофеля, они побежали к рядам, где продавался лук. Теперь Сандро еще труднее было поспевать за Марго: тяжелый мешок бил по ногам, задевал встречных.

Сандро изнемогал от шума, сутолоки, брани; ко­лени подкашивались, а Марго все торговалась — вдохновенно, с жаром и пылом — от избытка сил, что ли, видно, хорошо отдохнула...В конце концов все было куплено: лук, капуста, сыр, фасоль, чес­нок, орехи, свекла.

Сандро еле шел, обвешанный сумками, таща ме­шки, пот струйками стекал по лицу, но руки были заняты... И тут Марго с досадой хлопнула себя по щеке.

— Ах, сахар! Чуть сахар и соль не забыли!

Сандро помрачнел.

— А что, поблизости от дома гастронома нет?

— Почему это нет? — удивилась Марго. — На пер­вом этаже нашего дома прекрасный магазин, и мо­лочные продукты есть, и все, что хочешь.

— Там и купите!

— Да, но лучше сразу покончить с покупками.

— Знаешь, что? — Сандро посмотрел на нее в упор. — Если не получу сегодня экспедиционных де­нег, мы вообще не поедем!

— А ты еще не получил?!

— Нет.

— Почему же?

И тон, и взгляд Марго выражали осуждение, и Сан­дро еле сдержал ярость.

— Бухгалтер не изволил выписать... — и желчно добавил, чтоб хоть как-то сорвать злость: —...суда­рыня Марго!

— А-а! Выпишет! Никуда не денется! Эй, такси! — Она пошарила в сумочке. — Вот деньги...

— На что они мне? — Сандро оторопело уставил­ся на деньги, предчувствуя недоброе.

— Пожалуйста, возьми нам три билета в мягком вагоне... Занесешь, когда заедешь за вещами. Умо­ляю, Сандро, ладно? Мне некогда, «наполеон» хочу испечь...

Сандро проводил взглядом такси и вместо того, чтобы взорваться от ярости, как-то разом сник. «Ну, если и теперь бухгалтера не окажется на месте!..»

Бухгалтера действительно все еще не было, и то­пограф встретил Сандро с видом крайне обиженно­го и оскорбленного человека.

Дожидаясь бухгалтера, Сандро выкурил три сигаре­ты кряду, и приятный легкий дурман немного уме­рил его злость и раздражение. Потом вышел за си­гаретами, а когда вернулся, услышал недовольный голос бухгалтера:

— Где ты пропадаешь столько времени!

Сандро сдержался, связываться не стоило — от та­кого типа, как этот бухгалтер, можно и не то услы­шать, — и спросил с тревогой:

— Есть деньги?

— Понятно, есть.

— И для топографа?

— А как же! Чтоб я обещал и не было?! — оскор­бился бухгалтер.

Топограф разгладил на ладони десятирублевки, сложил их ловким движением пальцев и спрятал во внутренний карман пиджака. И сразу повеселел...

К концу дня Сандро зашел к завхозу.

— Мне сапоги нужны, сорок третьего размера.

— Нет их у меня.

— Получили же недавно.

— Сорок третьего нету.

— А какой есть?

— Сороковой, сорок первый, сорок второй... и со­рок четвертый должен быть, и сорок пятый есть, од­на пара.

— А почему именно сорок третьего нет?..

— Ну, нет сорок третьего, что могу поделать?

Немного пораздумав, Сандро попросил:

— Очень прошу, поищите, пожалуйста, там сейчас наверняка снег, промокну в ботинках. Если не выру­чите, трудно придется, очень трудно там зимой.

— Далеко едэте?

— Да.

— Куда, в горы?

— Да.

— Какой тебе номер нужен?

— Сорок третий.

— Кажется, должны быть, — и открыл один из ящиков. — Вот, держи! Попробуй найди еще друго­го, как я! Не найдешь...

— Промокать не будут?

— Какое там промокать, мы в таких Германию брали.

И вдруг Сандро прорвало:

— А чего морочил голову, чего сразу не выдал?!

— Вах, вместо спасибо еще ругаешь? — поразился завхоз и передернул плечами. — Что за люди, прямо с ума сведут!

Еще не рассвело, а Сандро был уже на ногах. Быст­ро собрался в дорогу — надел высокие сапоги, свитер из толстой шерсти, подпоясался солдатским ремнем, нахлобучил сванскую войлочную шапку и сунул в карман тяжелый охотничий нож.

Он издали заметил ждавший его грузовик и уско­рил шаг. Шофер Вануа спал, уронив голову на руль.

— Привет, Вано, — Сандро, улыбаясь, постучал по стеклу. — Давно ждешь?

— Привет. Почем я знаю, спал.

Сначала заехали за вещами Марго, Маквалы и Ти­ны. Невыспавшиеся, с измятыми лицами — вредно, не привыкли так рано вставать, — они совсем не похо­дили на себя — всегда оживленных, беспричинно смеявшихся.

Вануа забрался в кузов, Сандро подавал вещи. По­том заехали за вещами топографа. Тот их не задер­жал — ждал с чемоданом и свернутой постелью. И уже после этого отправились к Вануа в деревню Дигоми. Вануа не спеша, задумчиво бродил по дому, укладывая в чемодан вещи. Жена следовала за ним, о чем-то робко спрашивала, он отвечал небрежно. По всему, и как он двигался и как говорил, чувство­валось: Вануа единовластный хозяин в доме.

— Вано, бритву не забыл? — напомнила жена.

— Как я могу забыть, — буркнул Вануа, стряхивая с колен налипшую грязь.

Женщина счистила пятно с брюк и опять спросила озабоченно:

— Дать тебе с собой зеркало?

Вануа раздраженно передернул плечами.

— Еще чего, только зеркала там не хватает!

Путь от Мцхеты до Гори Сандро считал самым скучным отрезком дороги. Со скуки он то и дело за­куривал и исподтишка наблюдал за Вануа, невольно улыбаясь — очень уж чудной был этот Вано из Дигоми, неторопливый и невозмутимый. Вряд ли хоть что-нибудь на свете вызвало б у него спешку или удивление. Вануа обладал завидным даром спать — не упуская ни минутки, раз двадцать — тридцать умудряясь соснуть хоть по пять минут, если ж уда­валось, спал все двадцать четыре часа да еще с тру­дом продирал глаза. А проснувшись, потирал за­спанное лицо ладонью, проверяя — как щетина. И хотя успел отрастить порядочное брюшко, все рав­но крепким человеком был дигомский Вануа, здо­ровяком.

Сандро вдруг заметил под деревом снег и обра­довался. Потом пятна снега замелькали чаще. И чем дальше отъезжали от Мцхеты, тем больше станови­лось снегу, а равнина за долгим подъемом после Гори вся белела от снега, только мокрое шоссе пе­реливалось темной полосой.

До села, куда они направлялись, добирались мучи­тельно долго, никак не могли отыскать его. Какой-то прохожий указал дорогу: проедете, говорит, кило­метров пять и у станции свернете в горы. Битых два часа они не могли найти здание станции. Потом вы­яснилось: раз десять проезжали мимо, пока не уз­нали от насквозь промокшего мальчишки, что стан­ция — это всего-навсего автобусная остановка, два столба, перекрытых бетоном. На проселок, ведущий к селу, они свернули уже в сумерках, и семь кру­тых километров грузовик одолевал с хрипом. Сов­сем стемнело, и валил снег, когда Сандро вылез из машины и пошел по безлюдному проулку. В одном доме светился огонек, Сандро позвал:

— Эй, эгей, хозяин!

Слишком уж громко получилось, даже неловко стало: чего разорался тут, в чужой деревне? Из до­ма не откликнулись, и он прошел к соседнему и опять громко позвал:

— Эй, эй, хозяин!

— Чего кричите, батоно, тут я, перед вами, — укоризненно сказал кто-то рядом.

Сандро даже вздрогнул от неожиданности и уста­вился на низенького человечка в двух шагах от себя.

Заложив большие пальцы за пояс, тот разглядывал Сандро.

— Послушайте, дорогой... Здравствуйте... Видите ли, нам комнаты надо снять для нашей экспедиции, мы из института географии, из академии... Завтра еще три девушки подъедут, нам две комнаты нужны.

— Две, говоришь?..

— Да, батоно...

— Две, две... — повторил задумчиво человечек. — Пожалуй, Эрасто сдаст...

Когда они подошли к машине, Вануа спал, при­строив голову на баранке. Сандро зло встряхнул его, и они поехали к дому Эрасто.

— Пожалуйста, — сказал Эрасто.

Они выгрузили вещи, перенесли их на верхний этаж — дом был двухэтажный. Сандро раз десять поднимался, спускался и, шлепая по снегу, с горе­чью обнаружил, что сапоги протекают. «Эх, разве дал бы мне этот тип хорошие...» Но делать было не­чего.

Как только устроились, хозяин позвал их к столу, стол уже был накрыт на первом этаже.

Вести застолье он пригласил соседа, Михако. Язык у того подвешен был славно, однако тамадой ока­зался скучным — тосты предлагал избитые. Вануа яв­но пришелся ему по душе — то и дело говорил ему здравицу.

Угощение было нехитрое, но вкусное — лобио, со­ления разные, а вино — никудышное.

— Выпьем за наших родных, — говорил Михако. — Живым здравствовать, быть крепче железа, усопшим жить в наших сердцах! Выпьем за то, чтоб иметь близких людей, таких, что заменят родных!