Читаем Ты нас спасёшь! (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Что будет с человеком, потерявшим память в бескрайнем космосе? Погибнет? Возможно. Даже, скорее всего, вероятно. А если нет? Что делать, если у тебя в наличии только скафандр и непонятный блок автономного выживания, у которого, как и у тебя, амнезия? Только лететь вперед! Поскольку больше вариантов нет.

Глава 1

Ты нас спасёшь!

Глава 1

Ты нас спасешь!

Острая боль резанула сознание, заставив пробудиться от… От чего? Не помню. Ничего не помню.

Содержание желудка подпрыгивало и старалось доползти до горла, перед глазами мелькали разноцветные пятна, внося сумятицу в итак дезориентированный мозг. Тело кружило в невесомости, так что казалось, будто проваливаешься в бездну.

– Стабилизирую положение тела, – теплый, мягкий женский голос возник прямо в голове.

После этих слов мельтешение в глазах резко прекратилось, и я смог немного разобраться в окружающей обстановке.

– Где это я? – тихий, практически сипящий голос, вырвался у меня.

– Желаете уточнить ваше точное местоположение? – всё тот же голос незнакомой женщины.

– Нет… то есть да, то есть, нет, – мысли путались и не желали выстраиваться во что-то логическое.

– Желаете уточнить информацию об окружающем вас пространстве? – забота в голосе начала нервировать.

– Кто ты? – задал я главный вопрос. – И как я оказался здесь?

Вот именно это «здесь» меня озадачивало больше всего. Передо мной, на многие кубические километры вокруг, вырисовывалась из туманной дымки свалка из космических объектов. Огромные остовы кораблей-маток империи Аль-киан, приплюснутые тарелкообразные линкоры Саудов, ромбические дредноуты Малкавиан и еще целые тонны непонятного железа.

Здесь была битва. Это было понятно. Неясным оставался факт кого и с кем. Не припомню я, чтобы эти расы враждовали, или же выступали единым фронтом против кого-либо.

Хотя, что я вообще помню? Быстро пробежавшись по воспоминаниям, осознал простой факт. У меня амнезия. Но какая-то необычная. Я помню характерные отличия тех или иных кораблей, но не помню кто я. Ни одного воспоминая о моей прошлой жизни.

– Я – комплекс автономного жизнеобеспеченья, серийный номер 386… – начавший отвечать голос был прерван моим окриком.

– Стоп! Какое поколение? – вопрос был основополагающим.

– Седьмое, – коротко отозвался голос.

– Бред. Пятое создали не более десятка лет назад. А шестое по самым оптимистичным прогнозам создадут лет через тридцать. Провести самодиагностику и доложить результаты, – вглядываясь в незнакомое светило, отдал я команду.

Стоило сфокусировать взгляд на яркой звезде, как на экране скафандра отобразилась информация.

Спектральный класс звезды DZ. Температура поверхности – 15460 Кельвинов, оценочная масса звезды …

И еще куча ненужной на данный момент информации. Остывает звездочка, еще немного и будет черный карлик. Немного, м-да, я усмехнулся. Немного по времени космоса, а по времени человека – вся история цивилизации.

– Самодиагностика завершена, ошибок не обнаружено, – тембр голоса меня определенно бесит.

– Сменить тип выдачи информации. Только цифровой.

Принято, – отобразилось у меня на экране.

– Что за свалка впереди?

Нет информации.

– Как я здесь оказался?

Нет информации.

– Кто я такой?

Мой носитель. По роду профессии, статусу и имени нет информации.

– Что за скафандр на мне? Количество оставшейся дыхательной смеси? Что с питанием? – мозг наконец-то вышел на заданный режим работы и начал генерировать основополагающие вопросы.

На данный момент сконструирована оптимальная оболочка, для нахождения в данных условиях космоса. Аналогов в базе данных нет. Генерация дыхательной смеси идет в штатном режиме. При данном расходе, запаса хватит на четыре года восемь месяцев и три дня. Генераторов питания не обнаружено. При текущем энергопотреблении запасов организма хватит на три недели и два дня.

– Куда мы движемся?

Согласно протоколу 1.7.0.89 ПТЭЭП, в связи с нахождением оператора в бессознательном состоянии, мною было принято решение двигаться на ближайшую точку с активным энерговыделением.

Вместе с текстом на экране отобразился ближайший корабль-матка Аль-киан. Видимо его реактор пошел в разнос, вот почему фонит от него энергией.

­ – Текущие время и дата, – задал я новый вопрос.

Нет информации.

Не густо. Кто я – неизвестно. Зачем и почему я здесь, непонятно. Ну что же, будем работать с тем, что есть.

– Способ передвижения? Скафандр оснащен двигателями? Выдать марку, классификацию и запас хода. Также выдать информацию по текущему энергопотреблению всего комплекса.

На данный момент использован минимальный по энергозатратам способ передвижения – парус Беккерова.

– Что? Когда математическая теория успела стать массовым производством? – невольно воскликнул я, и задумался.

Я много знаю и что на данный момент особенно важно, многое умею. Бегло пробежался по характеристикам скафандра и всерьез задумался о том, что я ушедший.

Есть неоднозначные разумные в бескрайнем космосе – Малкавиан. Кристаллическая форма жизни, этакие разумные октаэдры. Так вот они подарили человечеству множество технологических прорывов. Просто, походя. Другая логика, другие ценности.

Одной из технологий стала капсулирование человека во времени. Пожелавшего помещали в специальный саркофаг, который после некоторых процедур исчезал. И появлялся только через заданный промежуток времени. Машина времени, работающая только вперед.

Технология появилась, а вот принцип работы остался непонятен до сих пор. Работа отдельных блоков не вызывала непонимания, а вот собранная капсула не давала спать многим теоретикам.

Но не в этом суть. Нашлось много добровольцев пожелавших переместиться. Кто на год, кто на десять. Были те, кто прыгнул и на сто и двести лет.

Очень похоже, что я один из них. Чем еще объяснить наличие технологий немыслимых в моё время я не знал. Примем как рабочую версию, что я прыгун. А то, что нет воспоминаний, так никто и не говорил, что прыжки безопасны.

Что-то в этой версии было неправильно. Что-то настораживало. Немного подумал, проанализировал диалог с комплексом, и вывод родился сам собой.

– Самая первая запись в хранилище датирована каким временем?

Тринадцать минут назад, – последовал незамедлительный ответ.

– Прокрутить запись первых пяти минут.

Вспышка света, и серебристые волны лучистой энергии портального перехода. Метрика прорванной точки космоса успокоилась за две минуты. Пространство колебалось, вспучивалось, но успокаивалось. А еще через минуту я услышал собственный голос: – Где это я?

– Остановить запись. Ориентировочное время прибытия к точке назначения?

5 часов, 49 минут, 13 секунд.

– Вывести на экран характеристики комплекса и протоколы безопасности и поведения в экстремальных условиях.

У меня есть время, и мне надо понять, какими ресурсами я располагаю.

Всё оставшееся время полета я вникал в документацию. И чем больше я читал, тем больше вопросов появлялось. Как по самому комплексу, так и по тому, кто я такой.

Комплекс, по сути, был живой колонией нанитов. Причем симбиот-колонией. Ядро комплекса, его управляющий контур, был жестко вписан в моё тело. Мы неделимы. Погибнет носитель – погибнет колония. Первый и самый главный императив, прописанный в программном коде управляющего контура.

Помимо внутренних нанитов, могущих влиять на моё тело, комплекс имел множество внешних колоний. С самой разнообразной спецификацией. Только вот на данный период, колония была одна. И представляла она собой скафандр.

Просматривая характеристики «скафандра» удивленно хмыкал, поражаясь инновационным решениям тех или иных задач. Функциональность костюма превышала все виденное мною ранее на многие порядки.

– Генея, отмена информационного вывода информации, – воспользовался именем комплекса, значившимся после буквенного и цифрового ряда.

– Принято к исполнению, – странно, но голос изменился. Теперь он не казался отталкивающим и неприятным.

– Что является базой твоего псевдо-разума?

– ИскИн версия 15. 3 по шкале Рейтенбаха-Кирхкоми.

– Еще одно очко в пользу будущего, – медленно проговорил, оценивая новые данные. – Даю разрешение на активацию сознания комплекса и наращивание психоматрицы.

Секундная задержка и: – Спасибо, хозяин!

– Отмена данного обращения. Называй меня… – мозг напрягся в надежде вспомнить своё имя. Внутри что-то лопнуло, какой-то барьер пал и я вспомнил. – Кирк, моё имя Кирк.

– Генея, отследить произошедшие изменения в коре головного мозга, – необходимо понять, возможно ли вернуть память полностью.

– Образование новых синоптических связей возле неактивных ядер нейронов.

– Ты можешь повлиять на этот процесс? Мне необходимо оживить все имеющиеся неактивные ядра.

– Напрямую это невозможно. Я могу лишь косвенно влиять на данный процесс.

– Каким образом?

– Создание благоприятной обстановки и легкая стимуляция полем Розана.

– Приступай. А теперь следующий вопрос: любая органика подойдет для расщепления и создания питательной смеси?

– Абсолютно любая. Можно вопрос, Кирк? – личность начала осознавать себя и у нее появились вопросы.

– Задавай.

– Мои базы данных практически полностью пусты. Есть корневой каталог, но и он пуст. Остались только директивы и протоколы, но они вшиты в саму мою структуру. Мои первые воспоминания о том, как мы попали сюда. Это ведь был портальный переход? – речь Генеи, после раскапсуляции сознания приобрела человечность.

– Да, это был переход. И сразу отвечу на твой следующий вопрос: я не знаю, каким образом он был осуществлен. Мои познания говорят, что это невозможно. Столь малый объект как мы, должен был исчезнуть. Мы не набираем критической массы, необходимой для портала.

– Какие наши дальнейшие планы, капитан?

– Капитан? – на губы наползла злая усмешка. – Нам нужна энергия и органика. Всё остальное ты воспроизведешь сама, – вывел на экран показатели энергии.

Её было мало. Ничтожно малое количество, которое не хватит ни на что, кроме неспешного хода к свалке кораблей.

– Генея, погрузи меня в сон. Разбудишь за пятнадцать минут до стыковки с обшивкой корабля.

– Принято, капитан, – веки сомкнулись, и я провалился в объятья морфея.

Мир в черно-белых тонах. Огромный резервуар с бурлящей серой жидкостью, и я полностью обнаженный, погруженный в нее. На лице маска, обеспечивающая дыхательной смесью. Я взволнован, но сосредоточен.

Над резервуаром склонился бородатый мужчина, в робе исследовательского центра Нутора-9. Вот он встревожен сильно. Нервные подергивания, хождение взад-вперед перед резервуаром и резкие слова.

Разобрать о чем говорит человек невозможно, в ушах шум жидкости. Неожиданно, человек замирает, ловит мой взгляд и кивает. Я киваю в ответ, и мир поглощает боль…

– Мххааа… – сдавленный сип вырывается с перекошенного в судороге горла. Тело скрючило до хруста в суставах, а стук сердца так отдается внутри головы, что сознание путается, вызывая галлюцинации.

– Ввод спазмалитиков, коррекция сердечного ритма, отключение ноцицепторов, – отрапортовала Генея, после чего меня разом отпустило.

– Отследить, что это было, выдать анализ и выводы, – отдышавшись, отдал очередной приказ.

– Прорыв восстановленных глубинных воспоминаний. Ваш мозг перерабатывает восстановленное, вследствие чего вы переживаете часть того, что испытывали ранее. В будущем такого эффекта не будет, я приняла соответствующие меры.

– Часть? Это насколько мне было больно, если только часть воспоминаний меня чуть не убила? – на риторические вопросы Генея не отвечала.

– Капитан, стыковка через десять минут, – доложила о главном колония разумных нанитов.

Это я и сам уже видел. Разорванная обшивка корабля могла многое рассказать эксперту. Прорвавшись через все активные защиты, торпеда с зарядом антиматерии подорвалась при встрече с пассивной защитой. Проломила её, и повредила часть обшивки. Это видно по характерным повреждениям. В образовавшийся пролом скользнула вторая, вернее парная, они так и назывались «двойка прорыва», и уже она натворила бед.

И всё же кто я? Военный? Сомнительно. Не думаю, что вояки способны уловить тонкости настройки варп-двигателей малой мощности. А я помнил, что мог. Да и это моё «вояки»… Тут больше пренебрежения в произношении, а к выбранной профессии так не относятся. Так кто же я? Техник? Вот тут ближе. По крайней мере, техническое образование у меня точно есть. Только вот научные изыскания, тех или иных светил в теоритической физике – это явно не интересы простого техника.