Читаем Ты из прошлого (СИ) онлайн бесплатно

Погода в этот день была солнечная. Я сидела на шатком мостике и болтала ногами. Яркий свет лез в глаза, и я постоянно щурилась. Даже поля шляпки не помогали спрятаться от солнца. Было ужасно жарко. Хоть бы ветерок какой подул.

— Чего сидишь? — спросили у меня.

Обернулась и сразу нашла взглядом друга. Сашка хмурился и явно был чем-то недоволен.

— А что еще делать? — в свою очередь поинтересовалась у него. — Ничего не хочется. Даже тенек не спасает.

— Друзья на речку зовут. Чего в этом пруду чахнуть. Погнали с нами? На великах быстрее будет.

— На речку? — от его предложения сердце в груди застучало быстрее. Он на самом деле зовет меня туда? Вместе со своими друзьями, о которых я только слышала, но никогда не видела. Потому что, по мнению Сашки, я была еще слишком маленькая. Хотя мне было уже двенадцать. Он всего лишь на два года меня старше, а уже строил из себя взрослого.

— Сонька, ну ты чего, глухая что ли? — тяжело вздохнув, спросили у меня. — Не заставляй повторять. Так ты идешь или нет?

От такого предложения не отказываются, поэтому я, закивав головой, глупо заулыбалась, уже представляя себе, как останусь с ним наедине и… признаюсь. Осмелюсь и все-таки скажу, что он мне нравится. Ведь в этом нет ничего такого, верно? Думаю, я ему тоже нравилась. Так чего стесняться или сомневаться?

— Поторапливайся. Встречаемся через пять минут на кривой дороге. Надеюсь, еще не забыла, где она находится?

Конечно, нет. Но на ней можно было шею свернуть. Настолько она была неровной и вся в колдобинах. Но ведь Сашка будет рядом. Присмотрит за мной, чтобы я не упала.

Вскочив на ноги, помчалась домой, переодеваться. Все-таки ехать на велосипеде в коротком платье было не очень удобно. Поэтому решила переодеться в футболку и шорты. Заодно предупрежу маму, что поеду с Сашей на речку. Она ему доверяла, поэтому не станет возражать. Скажет только свое коронное…

— Будьте осторожны, — вздохнула она, когда я сообщила ей, что поеду с другом купаться. — Пусть путь и не долгий, но мало ли. Пока еще вы дети и мы за вас отвечаем.

— Мам, да что может случиться? — улыбаясь, спросила я. — Речка не глубокая совсем. От одного берега до другого можно пешком дойти.

— Не глупи, Сонечка, — покачав головой, пробормотала мама. Она стояла возле кухонного стола и вытирала о старое полотенце руки. Кажется, сегодня на ужин у нас будет тушеное мясо с овощами. — Нужно всегда быть осторожной и внимательной. Что-то мне немного тревожно.

— Мам, тебе всегда тревожно, — продолжая улыбаться, как последняя идиотка, сказала я. — Ладно, мне пора. Иначе Сашка без меня уедет.

Я выскочила из дома и побежала к старому сараю, за велосипедом. И пусть он был не такой дорогой и новый, как у Сашки, зато неубиваемый. Да, дребезжал на дороге, трясся, словно предупреждал, что вот-вот развалится. Но ведь так и не развалился!

Успела в последнюю минуту. Мчала на полной скорости, до сбившегося дыхания. Снова стало жарко. Уже хотелось сбросить с себя одежду, оставшись в одном купальнике, и прыгнуть в воду.

Сашка был явно недоволен тем, что ему пришлось меня ждать. Выговаривать же мне ничего не стал. Скользнул напряженным взглядом и, надавив ногой на педаль велосипеда, помчался в сторону речки. Я за ним, словно хвостик. Не хотелось отставать. Не то чтобы я боялась потеряться. Просто не хотелось терять Сашу из виду.

Так, время от времени обгоняя друг друга, мы и добрались до речки. И я наконец-то увидела друзей Саши. Они не очень-то были рады тому, что он приехал с «соплей». Именно так назвал меня один из мальчишек, морща нос. Из-за этого он стал походить на ворчливую сову.

— Я думал, мы порыбачим и покупаемся. А получается, что придется за ребенком следить, — проворчал он, когда я подошла ближе, чтобы поздороваться. Велик бросила неподалеку.

— Пусть потусит, — махнув рукой, сказал Сашка. — Чего ей одной в поселке тухнуть.

— Будто там дел никаких нет, — а это проговорил уже другой парень.

Их имен я не знала, представляться никто не торопился. Я же сразу назвала свое имя, чтобы у них не было соблазна называть меня Соплей или Малявкой.

Примерно час мальчишки делали вид, что увлечены рыбалкой. Рыба в это время обычно не клевала, поэтому они тратили время попусту. Я сидела рядом с ними прямо на траве и ждала, когда же мне будет позволено искупаться. А то, если полезу в воду впереди всех, начнут возмущаться, что я им тут всю рыбу распугиваю, поэтому и клева нет.

И вот настал тот момент, когда Сашка, встав с земли, стал раздеваться. Остальные последовали его примеру. Я, само собой, тоже. Ждала этого с того самого момента, как он предложил мне поехать на речку. Было так жарко, что с одежды уже можно было пот выжимать.

— Ну что, Санек, наперегонки, до того берега? — предложил парень, назвавший меня Соплей. Кивнув головой, он тем самым показал Саше, где этот самый берег находится. Будто друг об этом не знал. — Кто проиграет, сдает три сотки на пиво.

— А почему бы и нет? — хмыкнул Саша и ступил в воду. — Соня, от берега далеко не отплывай. Если с тобой что случится, твоя мать мне голову свернет.

— Ничего не случится, — проворчала я. Почему он считает меня ребенком? Я умела плавать и довольно неплохо.

Остальные двое парней отошли в сторону и стали собирать костер. Заметила у одного в рюкзаке пару упаковок с сосисками. Значит, голодными мы не останемся. Стало немного досадно из-за того, что я сама не додумалась что-нибудь с собой взять.

Стала осторожно заходить в нагретую солнцем воду. Странно, но мне почему-то перехотелось купаться. Казалось, что как только я полностью войду в воду, что-то произойдет. Но я не прислушалась к своему внутреннему я. Отмахнулась от него, и все-таки поплыла, ловко рассекая воду руками. Плавать я на самом деле умела. Поэтому не боялась.

Посмотрела вперед и увидела вдалеке две светлые макушки. Это Сашка со своим другом плыли в сторону дальнего берега. Я слышала их ругань. Они о чем-то спорили. И это несмотря на то, что из-за этого легко могло сбиться дыхание.

— Не заплывай далеко, Сопля! — услышала голос с берега.

Обернулась и показала парням язык. Я знала, что нельзя далеко заплывать. Могли и не предупреждать. Лучше бы занимались своим костром и не трогали меня. Жара стояла такая, что вылезать из воды не хотелось. Просидела бы в ней до самого позднего вечера. Да мама начнет искать, беспокоиться. Поэтому я ловила момент и наслаждалась водой, которая постепенно становилась прохладнее.

Сашка доплыл до дальнего берега первым. Я услышала недовольный крик его товарища, который обвинял друга в том, что тот сжульничал. Как бы он мог проделать это в воде, не знаю. Судя по всему, кое-кто просто не любил проигрывать.

Потом случилось то, о чем я впоследствии буду жалеть. Все-таки заплыла дальше, чем планировала, и меня стало тянуть в сторону течение. Попыталась выбраться, но ничего не получалось. Сил не хватало. Меня несло так быстро, будто я совсем ничего не весила.

— Помогите! — закричала перепугано.

А потом увидела, как Сашка, плывет в мою сторону. Только если в начале своего заплыва сил в нем было много, сейчас он тоже уже успел выдохнуться. Но, несмотря на это, плыл ко мне.

Слишком самонадеянно было с моей стороны пренебрегать его предупреждением. Сейчас я расплачивалась за свои глупость и невнимательность.

Саша почти доплыл до меня, когда сам внезапно стал тонуть. Сначала я не поняла, что происходит, но когда его голова погрузилась в воду, запаниковала еще больше. Собрала последние силы в кулак и рванула к нему. Кажется, даже смогла ухватить друга за руку, перед тем, как и меня поглотила вода.

Что случилось потом, я не помнила. В какой-то момент мозг просто отключился. То ли я была без сознания, то ли это такая защитная реакция, не знаю. Но только спустя несколько дней, уже находясь в больнице, я узнала, что Сашки больше нет. Мама сама сообщила мне об этом. Просто сказала, что его так и не нашли. А родители его уехали из поселка на следующий же день, после случившегося. Поэтому узнать что-нибудь у них не получится.

Я была разбита. Казалось, что из груди вырвали сердце, сжали его со всей силы, а потом запихнули обратно. И теперь оно, израненное и раздавленное, еле бьется. Я начала корить в случившемся себя. Потому что прекрасно понимала, кто виноват. Это из-за моей глупости Сашки больше не было рядом. Это из-за меня его не стало.

Понадобилось много времени для того, чтобы я смогла прийти в относительную норму. Залечить рану, которая продолжала кровоточить, не мог даже опытный психолог. Меня мучили по ночам кошмары. А из головы все никак не могли исчезнуть воспоминания, связанные с нашей последней встречей. С последним моим прикосновением к Сашке там, уже под водой, когда я схватилась за его руку, будто это могло спасти нас от гибели.

Саши не было в живых. Но и я чувствовала себя словно зомби. Мама переживала, возила меня в город, бегала по врачам. И только спустя много лет я смогла прийти в себя и реже думать о случившемся. Хотя и продолжала испытывать чувство вины. Поэтому о полном выздоровлении не могло быть и речи.

Друзья Саши со мной не общались. А если мы где и пересекались, то делали вид, что не знают меня. По сути, так оно и было. Ведь навряд ли они запомнили мое имя. Кто я для них? Сопля и Мелочь. А после того, как Сашка утонул, еще и убийца. Я слышала это ужасное слово, которое некоторые бросали мне в спину. Каково было мне, двенадцатилетней девчонке слышать подобное в свой адрес? Ужасно, мерзко, больно… И, разумеется, это усугубляло мое депрессивное состояние, из которого я никак не могла выбраться.

Время шло, и эта ужасная история стала выветриваться из голов тех, кто любил приложить острым словцом тех, кто им не нравится. Сколько раз так прикладывали меня? Сбилась со счета. Потом интерес ко мне пропал. Мы росли, взрослели и уже более холодно относились к окружающим. Так вот холодно стали относиться и ко мне. Больше не кидая в спину обвинения, зато прожигая взглядом.

В какой-то момент маме надоело видеть, в каком я состоянии после такого молчаливого столкновения с просто прохожими, которые и понятия не имели, что творилось у меня в душе. Мы собрали свои вещи и уехали из поселка, надеясь, что в городе нам все-таки будет лучше.

И там на самом деле было легче. Я будто впервые за долгое время смогла вдохнуть полной грудью. Пусть и вдох этот отзывался болью. Деваться мне от нее было некуда. Сколько бы ни прошло времени, она всегда будет со мной. Надеялась лишь, что смогу с ней жить. Воспоминания бы еще вытравить из головы. Может тогда и кошмары бы перестали мучить, подбрасывая яркие и жуткие картинки почти каждую ночь.

Мне не хотелось обратно. Но дела, связанные с работой, перенести было невозможно. И начальство заупрямилось, не желая отправлять другого сотрудника. Поэтому сейчас я собирала свои вещи, запихивая их в большой дорожный чемодан, и ругала Михаила Владимировича всеми известными мне нецензурными словами. Конечно же, он не знал о моем прошлом. Поэтому и не догадывался, насколько тяжело мне будет вернуться. Мать уговаривала остаться, однако, я не могла бросить работу. Нужно было на что-то жить. Если уволюсь, то черт знает на сколько времени застряну, как безработная. Потому что в большом городе работу было найти ничем не легче, чем в маленьком. Везде одинаковые проблемы.

— Я знаю, насколько тебе тяжело туда возвращаться, — проговорила мама, следя за тем, как я собираю вещи. — И что, Михаил Владимирович заупрямился? Неужели нет никого, кто мог бы справиться с этим лучше тебя?

— Говорит… — выдохнула я, застегивая молнию на чемодане. Это всегда было тяжелой задачей, вещей у меня было не мало. — Лучше меня сотрудника нет. И отказаться я никак не могу. Иначе, вылечу с работы.

— Понимаю, — напряженно сказала мама, хмурясь. Все это ей не нравилось. Впрочем, как и мне самой. — Просто меня беспокоит, что для этого надо возвращаться туда, куда не очень-то хочется. И почему они решили расширить свое производство именно там?

— Поселок расположен неподалеку. За столько лет вблизи открылось несколько филиалов. И наше руководство решило, чем черт не шутит. Место неплохое. Экологию бы не загубили. Иначе местные начнут протесты устраивать.

— Я бы тоже на их месте негодовала.

— Ты думаешь, мне это все нравится? — немного нервно проговорила.

Вещи были собраны. Осталось только переодеться, проверить еще раз документы и отправляться в путь. В место, в которое я надеялась больше никогда не вернуться. Мне будет там плохо и тяжело. Хуже станет, если я увижу кого-нибудь из прошлого. И меня узнают… Я словно преступник, решивший, после отсидки, вернуться домой. И все кругом знают, кто я и что совершила.

Мама спорить не стала. Просто продолжила наблюдать за мной. Она волновалось. И ее можно было понять. Самой будто иголки под кожу вогнали. Я боялась столкнуться с прошлым. Боялась снова увидеть ненавидящие взгляды. И тех людей, которых, я думала, оставила в прошлом навсегда. Как и воспоминания, что периодически все-таки не давали мне покоя. Особенно по ночам, когда я была больше всего уязвима.

Я всегда боялась высоты. Поэтому билет на самолет даже не рассматривала, предпочтя поезд. Пусть он и привезет меня на место позже, зато безопаснее. Да и у меня будет больше времени на то, чтобы подготовиться к встрече, которая была назначена в первый же день моего прибытия на место.

Было раннее утро. Когда вышла из подъезда, сразу заметила одиноко стоящее неподалеку такси. Меня уже ждали. По недовольному лицу водителя было сразу ясно, что он не очень доволен столь ранним заказом. Я и сама не отказалась бы поспать лишний час. Только начальник был непреклонен и сказал отправляться на место как можно скорее, чтобы разобрать текучку и приступить к полноценной работе. А там меня уже должны будут сменить другие сотрудники компании, которых должны были уже подобрать.

Уже через двадцать минут я стояла на платформе и показывала проводнице свой билет. Она тоже была чем-то недовольна. Хмурилась, проверяя мои документы и нервно покусывала ярко накрашенные алым губы. В глазах была заметна усталость. Поэтому я ее не торопила, а ждала, когда же мне, наконец, вернуть документы.

— Проходите, — произнесла она, возвращая мне билет. — Ваше место с правой стороны от входа.

— Спасибо, — поблагодарила женщину и, покрепче ухватив за ручку свой чемодан, подошла к подножке, чтобы ступить на нее. Хорошо, что на этот раз я предпочла каблукам удобные кеды. Сельская местность не подразумевает романтические прогулки на шпильках. Там даже на более-менее устойчивом каблуке можно ногу подвернуть.

Поставив свой чемодан в начале вагона, в месте для багажа, упала в кресло неподалеку, откинулась на спинку и прикрыла глаза. У меня было время… Но хватит ли его? Сердце все так же бешено стучало в груди, не давая покоя. А в голову лезли жуткие мысли. И воспоминания, которые никак не удавалось запихнуть куда подальше. Я жить нормально не могла. Пусть боль и притупилась, она никуда не ушла. И время от времени грызла изнутри.