Читаем Туман. День первый (СИ) онлайн бесплатно
ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
Солнце. Жара. Июнь. Южный Берег Крыма. Отдых, о котором я мечтал целый год. Мечтал с того момента, как год назад уезжал отсюда домой. Каждое лето я приезжал в Крым. Особенно любил местечки у самого берега - Мисхор и Олеиз. Но когда не хватало денег на дорогое жильё у моря, снимал квартирку в посёлках расположенных дальше от берега - Кореизе и Гаспре.
В этот раз я поселился со всеми удобствами в Мисхоре. Было только одно неудобство - хороший рыночек был в Олеизе, и за фруктами приходилось ходить туда. Мне скоро сорок лет, и возраст берёт своё - я всё чаще стараюсь избегать шумных сборищ, и всё больше ценю тишину и спокойствие. И поэтому мне проще пройти несколько остановок пешком, чем жарким летним днём трястись в душной "маршрутке".
Границу между Мисхором и Олеизом определить сложно, один посёлок без заметного разрыва переходит в другой. Я, как бывалый турист, знаю, где начинается Олеиз - там где, по правую сторону от дороги, начинается серый бетонный забор госдачи. Забор тянется от начала посёлка, отрезая его от берега моря, и заканчивается там, где начинается исторический центр Олеиза. С другой стороны дороги располагались частные дома местных жителей.
Историческим центром можно по праву назвать центральную улицу Олеиза. Старинные дома с фасадами из тёсаного камня имеют претензию на изысканность. Они пристроены один к одному, образовывая как бы единый фасад. Лишь иногда, между домами появляются закрытые коваными калитками проходы, в них куда-то вниз опускаются крутые ступени.
По нынешним меркам проезжая часть узкая и для полноты ощущения старины на дороге не хватает брусчатки вместо асфальта. Улочка короткая, но очень живописная. Старинные дома подновлены современными материалами, особенно балконы на вторых этажах. Изначально они были из дерева и поэтому почти истлели. Ремонт, конечно же, делает дома аккуратнее, но лишает колорита старины.
Центр посёлка расположен на правом берегу речки. Вообще-то речка это громкое название для ручейка, но он бежит по дну очень глубокого оврага, с крутыми берегами, и поэтому представляет заметную преграду. Интересный вид на старинные дома центральной улицы открывается, когда перейдёшь по мосту на другой берег. Здесь дорога делает петлю направо и тогда становится видна тыльная сторона этих домов. Становится понятно, куда ведут крутые ступени закрытые коваными калитками, о которых я рассказывал. Оказывается, что дома построены на крутом берегу балки и имеют по два цокольных этажа, расположенных ниже уровня дороги и выходящих на речушку. Если парадные стороны домов занимают различные магазины, то эта сторона заселена людьми. Беспорядочные лестницы вдоль фасадов, переходы, хаотичные пристройки и развешенное бельё придают строению вид того, что принято называть "Шанхаем".
На другом берегу речки расположен новый район. Типовые многоэтажки, новостройки, придают этой стороне посёлка современный вид. Новый район невелик: заметные издалека три двенадцатиэтажки, две пятиэтажки, две девятиэтажки, здание почты и рыночек, на который я шёл. Ограничивает новый район с востока ещё одна речушка, абсолютно похожая на первую. Через обе речки перекинуты мосты, старые, но уже до неузнаваемости обновлённые, так, что об их старине можно узнать, только разглядев их снизу, со дна балки.
Раньше, на месте этого современного квартальчика были сады жителей Олеиза. Наверное, эта равнинка, посреди ломаного рельефа балок и бугров, засаженная фруктовыми деревьями, представляла прекрасный пейзаж. Но сейчас от него новой улице осталось только красивое называние - Садовая.
Кроме исторического центра и нового района у Олеиза ещё два райончика, два частных сектора. Первый, старый, застроенный, наверное, одновременно с центром, но домами попроще, располагается выше исторического центра. Домики, старинные и не очень, крепятся к крутому косогору. До самого верха холма видны крыши среди деревьев. Дорогой к ним была узкая, почти тропинка - ишачка, от неё в стороны расходились ещё более узкие тупики. Ишачка - потому что раньше по ней ездили только на ишаках и не понятно как по ней сейчас местные жители ездят на машинах. Второй частный сектор располагался на противоположном краю посёлка у второй речушки. Этот райончик состоял из десятка шикарных коттеджей, выстроенных недавно приезжими богатеями.
Я забежал вперёд, описывая географию Олеиза, в посёлок я только входил. Весь уют старинной улочки, которую я уже описал, я только предвкушал ощутить, но это предвкушение уже настраивало на безмятежное настроение.
Мощнейший грохот прервал идиллию лета. Грохот был такой силы, что захотелось присесть, даже прильнуть ближе к земле. Когда осознал, что грохот это звук взрыва, стал ожидать взрывную волну, которая судя по мощи звука, должна была снести все постройки. Но взрывной волны я так и не дождался и начал оглядываться. Вокруг, так же как я, приподымались от земли люди и вертели головами по сторонам, но некоторые уже сосредоточили на чём-то взгляд. Я посмотрел туда и увидел, где должен быть эпицентр взрыва. Из-за домов, откуда-то с другой стороны посёлка, к небу полз огромный столб серого дыма, или пара, или пыли. Верх столба уже начал разворачиваться зонтом, накрывая посёлок.
Уже все успели рассмотреть разрастающийся "гриб" и в панике бросились бежать в сторону от столба. Надрывный звук двигателя послышался из-за угла. Сюда явно нёсся на всей скорости грузовик, непрерывно гудя сигналом. Все кинулись в стороны, непонятный грузовик промчался рядом. Я успел обернуться и увидел, как незакрытая задняя дверца будки грузовика, на повороте распахиваясь, летит на меня. Увернуться я не успел, удар отбросил меня к стене дома.
Всё помутнело, в голове гудело, подкатила тошнота.
Как сквозь пелену я увидел, что вслед за грузовиком, как огромный червь, заполнив почти всю улицу, полз серый дым, или пар. Он как будто гнался за машиной.
Не в силах держать себя в руках я упал навзничь. Сверху, плотными клубами опускаться такой же пар, или дым. Он, упираясь в крыши домов, начинал, как будто пенится, как вода в горном потоке, мелкими струйками, извиваясь и бурля. За первыми клубами опускалась вся масса, тёмная как туча. Мой взгляд был прикован к необычному бурлению на крышах. Раздался ещё один взрыв. Я потерял сознание.
Очнулся от прохлады. Всё вокруг было в густом тумане, видимо его я принимал за пар, или дым. Холодок от тумана уже не был приятным, как приятен он во время знойного дня. Было зябко, холод проник по всему телу. В густом тумане видимость вряд ли была метров пять. Я легко встал, от удара не осталось никаких последствий. Я стал оглядываться. Необычно было оказаться после жаркого летнего дня на многолюдном курорте, в сумрачном и почему то безлюдном месте. Внезапный "наплыв" тумана не редкость для этой местности, но это весной, когда греется море. Для лета туман это необычно. Из-за необычности происходящего создавался эффект нереальности и это немного пугало.
Я достал мобильный телефон - смотреть на его экран, наверное, привычка, связывающая нас с реальностью. Но он был полностью разряжен, и я почувствовал некоторую беззащитность.
Появился страх и желание выйти из посёлка. Победил здравый смысл - "Да что может случиться?", и я пошёл по улице к центру Олеиза. Сразу появилось удивление от того, что улица выглядела не так, какой я видел её в последний раз. С первого взгляда даже нельзя было понять, что вызывает несоответствие: то, что я видел сейчас, было похоже на плохо срисованную картинку. Лишь присмотревшись, я начал отмечать, в чём были главное изменение - исчезли деревья. Не было двух огромных каштанов, которые росли прямо посреди тротуаров, не было деревьев за бетонным забором госдачи, тянувшимся по правой стороне улицы, не было инжирных деревьев, ветви которых раньше свисали на дорогу из садов частных домов расположенных по левой стороне улицы. Чтобы увидеть эти детали мне пришлось несколько раз пройти поперёк улицы, приближаясь вплотную к бетонному забору и оградам домов. Странно, но за это время не проехала ни одна машина, и я не столкнулся ни с одним человеком. Кругом стояла абсолютная тишина, такая бывает только на рассвете, когда ещё не началась дневная суета.
Пройдя предместье, вышел на центральную улицу. Слева от дороги было небольшое кафе в старом здании у красиво оборудованного родника. Кафе было разгромлено: окна и двери отсутствовали, а внутри была разбросана какая-то рухлядь. Я часто ел в этом кафе, был в нём и два дня назад. С удивлением я прошёл дальше. Наткнулся на "маршрутку" - микроавтобус, он стоял посреди дороги, явно перекрывая движение. Весь его вид: толстый слой грязи, спущенные колёса, показывали, что стоит он так давно, а это нереально для центральной улицы посёлка. Да и к тому же, я хорошо помню, что когда я был здесь два дня назад, было людно, всюду толпились пешеходы, между пешеходами с трудом протискиваются автомобили. Было людно в магазинах, разгружались машины доставлявшие товары. Возникшие в памяти картинки никак не были похожи на то, что я разглядывал в тумане сейчас. За "маршруткой" стоял ещё автомобиль, такой же заброшенный, а дальше ещё и ещё, забив всю улицу. Такой же заброшенный вид был и у магазинов, расположенных на первых этажах зданий вдоль улицы. Все двери явно выбиты, внутри следы погромов, полки пусты. Вторые этажи в таком же ветхом виде - окна разбиты, в них висят грязные, рваные занавески.
Непонимание вызывает страх. Что здесь произошло? Был какой-то непонятный взрыв, но как это всё могло прийти в такое запустение?
И тут, наконец, я увидел людей. Они смотрели на меня из окна второго этажа. Как не пугало безлюдность, но лучше бы этих людей не встречать. Наверное, из-за тумана казалось, что у них был серый оттенок лиц. Выглядело это кошмарно. Но больше впечатляло выражение безразличия на лице и абсолютно пустой взгляд. Это не взгляд человека, а объектив камеры, отслеживающий тебя.
Скорее чтобы справиться с возникшим страхом я попытался заговорить:
- Здравствуйте! Что произошло? Я потерял сознание и пропустил события после взрыва.
Никакой реакции на мои слова не было, они так же бесстрастно следили за мной. И тогда паника победила, я быстро пошёл прочь из посёлка. Как только я вышел из Олеиза, туман закончился, его как обрезало. Но в этот момент такая чёткая грань тумана меня не удивила, настоящий шок у меня вызвало то, что передо мной был совершенно другой пейзаж. Не было не просто знакомой дороги в Мисхор, не было привычных гор и не было моря. Я стоял на дне долины окружённой незнакомыми горами. Асфальтовой дороги не было вовсе. Была небольшая равнина с высохшей травой, а дальше лиственный лес, поднимающийся по склонам до скал. Не видно никаких строений, ни столбов ЛЭП, никаких следов цивилизации.
Всегда считал себя здравомыслящим человеком и сейчас я понимаю, что это не сон, не бред, это происходит наяву. Я во что-то впутался, во что-то невероятное, сверхъестественное, что-то из фантастических историй, которыми переполнена "жёлтая пресса".
Совершенно другой пейзаж, совсем другие горы и главное - нет моря. Пытаюсь всё обдумать: "В посёлке что-то случилось, из-за тумана я не заметил момента, когда изменилась местность". Надо осмотреться, можно подняться на холм.
Несколько часов я побродил по окрестностям, но не нашёл ничего, что могло бы подсказать, где я оказался. Рассматривал со стороны шапку тумана полностью скрывавшего место, где был посёлок.
Остаётся только идти в посёлок - другого выхода нет, только там можно узнать, что произошло.
Моё внимание привлёк гул двигателя мощного грузовика. Наконец-то хоть какой-то признак жизни. Повернувшись в сторону, откуда он доносился, я увидел на соседнем холме, вернее хребте, спускавшемся от гор к посёлку, как со стороны гор из леса выехал грузовик. На нём была платформа с какой-то стрелой. Грузовик остановился сразу перед местом, где начинался туман. "Вроде бы всё должно быть нормально, это уже похоже на картину будничной жизни". Из кабины вылез дед, седой, белее белого, достал из жилетки карманные часы на цепочке, посмотрел на них и живо побежал в туман.
Кричать, чтобы попросить его подождать, я из осторожности не стал. Решил подойти к машине, осмотреть всё там и подождать пока он вернётся. Спустился с холма, на котором был, поднялся на хребет, по которому спустилась машина, и через полчаса добрался до неё.
Это была какая-то необычная, титаническая машина: высокая, мощная и с необычным оснащением. Перед кабиной грузовика стоял мощный ковш с острым углом вперёд, как метельник, отбойник у паровоза. На грузовике была установлена стрела - "механическая рука", как у экскаватора, только вместо ковша были массивные щипцы. Где-то видел, что примерно такие щипцы используются для демонтажа зданий. "Наверное, в посёлке идут какие-то работы", это ещё больше убеждало, что здесь идёт обычная жизнь. Машина, по дизайну кабины, была, как будто, изготовлена в 60-70 года, хотя состояние было как новое. У неё не было никаких номеров, лишь надписи латиницей на дверях кабины. Решил заглянуть внутрь. Поднялся на высокую подножку. Рядом с панелью приборов находилась панель с небольшими рычагами, наверное, для управления стрелой. В кабине не было ничего: ни на торпеде никаких вещей, ни на сиденьях. А вот под сиденьем на полу лежал автомат, Шмайсер - немецкий автомат времён второй мировой войны. Оружие, конечно, насторожило, но успокаивало то, что дед не взял его с собой, это значит, что не так всё и опасно.
Я долго ждал возвращения деда, маялся у машины, рассматривал её, читал надписи на двери, которые так и не понял. От безделья рассматривал машину и всё больше убеждался, что она недавно с конвейера: краска свежая, без царапин, на деталях не видно износа, протектор колёс новый. И было понятно - машина не восстановленная, она новая.
Деда не было. А тем временем туман начал рассеивается, и показались верхние этажи двенадцатиэтажек, которые я хорошо помнил в Олеизе. Чувство опасности совсем пропадало, и я решил ещё раз зайти в посёлок, тем более что теперь я зайду с другой стороны, северной.
Очень осторожно я зашёл в туман. То, что я в посёлке, можно было понять только по тому, что под ногами я ощутил асфальт. Рассмотреть что-то в плотном тумане было невозможно, я шёл на ощупь. На дороге также были брошенные автомобили. Я прошёл достаточно много и вот туман стал реже. Сначала я чётко увидел дорогу, бордюры и тротуар. Потом начал просматривать гаражи, выстроенные на окраине посёлка.
