Читаем Трудно Разлюбить (СИ) онлайн бесплатно

Я очень устал и был пьян. Около девяти часов вечера я вышел из тесного офиса. Кроме меня, в нем кисло ещё пять человек, поэтому я решил пройтись, чтобы избавиться от гиподинамии и протрезветь. Погода была замечательная, — затяжной дождь кончился еще утром. Солнце светило весь день, а сейчас спряталось за крышу бетонно-стеклянного бизнес-центра “Новый Олимп”.На шпиле высоченного здания мигали огни, призывая все летящее в небе к осторожности.

По улице прогуливались праздные горожане, кто парами или компаниями, кто по одиночке, они тянулись к злачным местам, барам и ресторанам, ожившим после дневного простоя. Проходя мимо "Нового Олимпа", люди поднимали вверх головы, чтобы еще раз удивиться величию и недоступности бизнес-центра, городу в городе, системе вне системы.

Я и сам частенько просиживал часок-другой за бокалом вина, любуясь из окна ресторана своим местом работы. Сегодня решил пройтись без остановок в заведения, снять пиджак, — что я поленился сделать, — и подышать городским воздухом, полным всяких примесей, оттого живым и динамичным, как жизнь в центре города.

Мое рабочее место может убить, стол, на нем ноут, крутящийся стул, слева стена, справа стеклянная перегородка. Невольно чувствуешь себя узником в пространстве, загруженном людьми и техникой. Я парень выносливый, бегаю по утрам, хожу в спортзал, даже на работе, сидя за столом, умудряюсь размяться с помощью нехитрых упражнений, но офис, определенно, плохо на меня влияет.

У меня есть машина и, конечно, она моя гордость и подтверждение моего растущего статуса. Черную красавицу с раскосыми фарами я купил полгода назад. В ней я читаю, пью кофе, работаю, просиживаю время в интернете. Салон пропах мною, к счастью, у меня хороший парфюм. Девушки долго в машине не задерживаются, так получается, что они, видя ее, сначала замирают от восторга, а потом решают наследить там всеми возможными способами, например, пролить сладкие напитки. Еще хуже, когда они думают, что в машине можно курить и стряхивать пепел мимо пепельницы. Табачный дым вызывает у меня аллергию, поэтому я не курю..

Девушкам я нравлюсь. Они мне тоже, но с каждым разом мне все труднее подобрать себе подружку даже на пару ночей. Еще лет пять назад можно было ожидать, что ты интересен девушке сам по себе, как человеческая единица, имеющая ценность в своей неповторимости. Сейчас об этом даже говорить неприлично. Девушки интересуются твоими социальными рейтингами, вычисляют с помощью инстаграма твои финансовые возможности, заглядывают в фотоальбомы, чтобы узнать, где и с кем ты пил, спал и отдыхал. А потом подкатывают с претензиями на все сразу. Последняя, например, захотела, чтобы я купил ей в “подарок” машину.

— Ты жадная скотина! Жмот! Да с тобой в постели помрешь от скуки! — кричала она, когда поняла, что не дождется от меня ничего, кроме кофе в постель.. — Зря только время потратила! Могла бы крутить с кем-то получше…

Простите, секс очень энергозатратное дело, и девушки почему-то считают, что тратятся только они, а мужчина как бы получает удовольствие, за которое нужно платить. Я попытался объяснить, что у нас ней были взаимовыгодные отношения. Оба неплохо провели время и никто никому ничего не должен.

Девушка собралась и ушла, не забыв пригрозить на прощание:

— Выложу в инстаграм твою фотку, напишу, что ты извращенец. Придумаю что-нибудь!

И ведь придумает. “Чем-нибудь” у них называется изнасилование или избиение. Ни то ни другое я не практикую. Романтик в меру, реалист с оптимистическим уклоном.

Я не жмот, но деньги считать умею. И я не Нарцисс, но предполагаю, что имею права быть им иногда, учитывая мою внешность; глаза карие, русак, рост 180 см, широкие плечи, плоский живот, подкачанный торс. Я не склонен к самолюбованию, скорее наоборот, ищу в себе недостатки и исправляю их, если это возможно.

Последним моим исправлением стала прическа. Я пошёл в парикмахерскую и убрал самурайский пучок, постригся, и из хипстера превратился в симпатичного клерка. Пора было прекращать экспериментировать с внешностью. Серьезным клиентами не нравятся фрики, им подавай классический стиль в одежде и на голове. Да и у отдела безопасности “Нового Олимпа” отпали подозрения, что я сбегу в Гоа, нарушив договор аренды. Им важно, чтобы люди эффективно работали на них, а не просто занимали место.

Сегодня мне не светит проехаться за рулем. У коллеги день рождения, мы выпили по стаканчику, и теперь я должен найти способ добраться до дома. В такси, на автобусе? Все к вашим услугам, мистер! Вот и автобус с легким свистом подъехал к остановке, мимо которой я чуть не прошел. К нему я так рванул, что какой-то разнорабочий, задетый мною, крикнул вслед:

— Куда прешь, салага?!

Прыгнув в автобус, я почувствовал себя салагой, матросом, заплывшем в чужие воды. Меня зовут Даниил. Фамилия Мухин. Меня знают как единственного (пока) в городе брокера. Не надо иронии, брокер профессия не хуже и не лучше слесаря. И кстати, клиентская база неплохая, многие двадцатипятилетки мечтают прожигать жизнь, получая пассивный доход. И тут появляюсь я с лицензией на брокерскую деятельность, с доступом ко всем известным биржам.

— Молодой человек, ваш билетик, — прожужжала над моим ухом кондуктор. Похлопав по карманам пиджака, я не нашел в них ничего, кроме пластиковых карт.

— Карты принимаете? — дерзкая улыбка растянула мои губы. — Наличных нет…

Женщина посмотрела на мой итальянский костюм. Подумала, наверное, чего я без наличности засел в ее автобус, и строго сказала:

— Тогда выходите. Выходите, говорю, — и махнула рукой в сторону захлопнутых дверей. — Нечего тут глазами моргать. Знаешь сколько вас тут таких за день наберется?

— Прям таких? — засмеялся я, и широко распахнул серый пиджак, показывая рубашку светло-сиреневого цвета

Вряд ли кондукторша могла знать стоимость костюма и рубашки, оценить красоту голубой шелковой подкладки моего пиджака. Я был похож на павлина, распускающего свой хвост перед самкой. По ее глазам я понял, что она приняла меня за идиота.

— Зубы мне не заговаривай! Нет билета, никуда не поедешь! — резонно повторила кондукторша и направилась к водителю. — Коля, останови-ка!

В автобусе ехало еще человек десять обывателей, они смотрели на меня с сочувствием. Алкоголь в крови делал свое дело; я чувствовал, как мой мозг загружает сознание все медленнее и медленнее. Кондукторша превратилась в одно жирное подвижное пятно, а автобус в туннель, по которому я скользил навстречу ночи.

— Эй, просыпайся! Приехали. — Разбудил меня мужской голос и чья-то рука тряхнула за плечо.

Нехотя открыв глаза, я увидел мужика, не из числа тех, кто носит галстуки и ворочает чужими деньгами, что сразу вернуло меня из моего сна, в котором я мчался на своей красотке, в автобус. Было темно. Вдоль дороги горели редкие фонари, ничего не решающие под напором ночи.

— Где я? — Я пытался расправить не только свое сжатое тело, но и скомканное сознание. — Улица Солнечная?

— Нет, парень, это депо на Промышленной, — ответил мужик. — Выходи. Автобус больше никуда не едет до пяти утра.

Я поднялся и, выделывая зигзаги шагов по пустому салону, прошел к дверям. Там я приостановился, чтобы найти в кармане мобильник. Пусто! Телефона нет, карт нет.

— Меня грабанули в вашем автобусе, — развел я руками, растерянно посмотрев на мужика. Тот только многозначительно качнул головой, не удивившись моим словам.

Выйдя на улицу, я еще раз пошарил в карманах, и снова они оказались пустыми. Покрутившись на месте, я не увидел ничего для себя утешительного, ни такси, ни людей, только площадку депо, Мужик вышел из автобуса со словами:

— Пойдешь прямо, потом налево. Там магазин “25 часов”. Народ там всегда есть.

Где право, где лево, я плохо понимал, но относительно депо я потопал прямо. через минут десять вышел в кварталы; освещения ноль, редкий свет в окнах давал плохой ориентир. Относительно чего я должен был свернуть влево? Ну, наверное, относительно себя, как единственного виновника своего положения. Шел быстро, надеясь добраться до точки интернета, чтобы заблокировать доступ к картам и найти свой телефон.

Неожиданно передо мной высветилась неоновая надпись “25 часов”. Уже бегом я ворвался в небольшое, хорошо освещенное помещение. Стеллажи, витрины с продуктами, реклама напитков, все это я миновал с нетерпением. У прилавка теснились мужики.

— Жанна, будь добренькой, беленькую. Буханку черного дай еще, — просили они наперебой, похожие на попрошаек.

Я растолкал ночных, полусонных, покупателей и оказался у прилавка. За ним, спиной ко мне стояла брюнетка.

— Девушка, меня ограбили, — начал я громко и настойчиво, — можно мне телефон и интернет?

— А связь с Кремлем вам не нужна? — Брюнетка в синем фартуке повернулась ко мне лицом, держа в руках хлеб и водку. — В полицию звонить не дам, сразу говорю. Вы уйдете, а меня потом потреплют!

Я понял, не стал спорить с продавщицей, и решил вызвать такси. Она протянула мне свой средненький смартфон. Взглянув на нее с надеждой, я попросил:

— Можно воспользоваться интернетом? Нужно заблокировать карты…

— Валяйте, если поймаете сигнал! Обычно здесь не ловит, — разрешила продавщица, отпуская покупателей. — Давайте, идите уже. Не дай Бог, Дорофеев зайдет.

— К тебе точно зайдет! Да, Жанна, он тобой интересуется, а не выпивкой, — игриво заметил покупатель на выходе. — Был бы я помоложе, тоже зашел бы…

- Иди уже, еще пытается шутить, — хмыкнула Жанна и обратилась ко мне. — Ну что, ловит?

— Нет! — раздраженно бросил я, — что за дыра тут такая?

Продавщица вышла из-за прилавка и встала рядом со мной. Я пытался прорваться в интернет, но словно бился головой об стену. Женщина взяла у меня телефон и начала ходить из стороны в сторону, наверное, так в ее магазине ловился сигнал, — случайно, если повезет.

— Это Промышленная 7, вот что за дыра, — выговорила она. — Нет сигнала…

— Тогда вызовите мне такси, пожалуйста, — сказал я, смирившись. — Только денег у меня нет. Все стащили…

Брюнетка оторвалась от дисплея и посмотрела на меня карими глазами, смелыми и мягкими. Теперь, когда никто нам не мешал, мы могли рассмотреть друг друга. Она казалась старше меня, была среднего роста, худощава, с серьезным лицом. Судя по ее заинтересованному взгляду таких, как я, она видела только по телеку, на канале для бизнесменов. Канал этот она смотрела редко, возможно искала альтернативу сериалам или скучным новостям. А там мужики в дорогих костюмах, рассуждающие о деньгах и курсах акций, таких по стране раз-два и обчелся. Тем нелепее было мое положение нищеброда, не способного заплатить за такси.

— Я расплачусь, не переживайте, — усмехнулась Жанна, уже связавшись с такси. — Юра, подъезжай к магазину. Есть клиент. Побыстрее кати!

— Завтра я верну вам деньги, — пообещал я с достоинством. — Вы очень меня выручили.

Жанна ничего не сказала, лишь недоверчиво приподняла свои тонкие бровки.

Такси везло меня по темным улицам городской окраины. Таксист Коля был без ума от Жанны, всю дорогу. рассказывал мне о том, какая она недоступная, на Промышленной у нее везде кавалеры, — полиция, мелкие торговцы дурью, даже глава района “катят к ней яйца”.

У меня, кроме работоспособности, есть еще одно достоинство, — я чистюля. Антибактериальные средства для меня одно из величайших изобретений человечества поэтому вернувшись домой, второе, что я сделал (первым делом я позвонил в банк “Олимп Инвест”и заблокировал украденные карты), это принял душ, смыл с себя липкую пыль и вонь такси. Моя кожа реагирует на загрязнение навязчивым зудом и нуждается в воде и мыле так же, как желудок в пище и воде.

Живу я в двушке, положенной всем “середнякам”, работающим в “НО”. Это уже уровень. Квартира большая, обставленная в стиле хай-тек. Здесь есть все, от удобной рабочей зоны до маленькой оранжереи на кухонном окне. Релакс от общения с растениями я не успел оценить… Наши боссы эстеты.

Если все и дальше будет также хорошо, я перееду в главный небоскреб, сейчас мой адрес “Новый Олимп. Корпус 2, уровень 2.” Пока в городке только два небоскреба "Олимпа", но и они уже заставили весь город ишачить на них.

После душа я завалился в свою любимую постель и начал отписываться своим клиентам и френдам, рассказал им о краже. Мне все посочувствовали, потом пошутили на тему того, как вредно пить с коллегами и спать в автобусах. Кстати, сон ко мне никак не приходил. Я лежал и смотрел порно. Ничего интересного для мужчины, здорового и знающего свои возможности, не показывали, — развлечение для прыщавых менеджеров из отделов по закупкам канцтоваров.

Руководство “НО” поощряет такие просмотры и включает подобные каналы в сетку внутреннего вещания. С 10 вечера до 5 утра. Мне до сих пор непонятен смысл такого лояльного отношения к “взрослым фильмам” и роликам, наверное, это помогает расслабиться…

— Окей, парень! Хватит, ты же читал, как порнуха действует на мозг! — сказал я себе, переключив на новостной канал. — Вот! Опять радикалы из “Мы не вы” бьются мордами об асфальт…

Кучка нищебродов протестовала против "НО". Сегодня сожгли чучело главного босса перед небоскребом № 1. Если бы я не уехал на автобусе, мог бы стать свидетелем этого бессильного акта протеста. Говорили, что нищебродами управляет женщина. Хотел бы я посмотреть на эту амазонку.

Я выключил телек, и, чтобы заснуть, прокрутил в мыслях весь день; история с недоступной Жанной вишенка на торте, — королева таксистов и пьянчуг, торгующая спиртным в неурочное время! Я и впрямь собирался заехать завтра к Жанне, вернуть ей сто рублей. Деньги, я считаю, приходят к тому, кто умеет уважать каждый заработанный или взятый в долг рубль. Весь остаток ночи мне снилось, как завтра я появлюсь в магазине Жанны, может быть, даже куплю ей цветы.

На следующий день мне удалось провернуть крайне важную сделку для одного крупного трейдера. Объясняю на пальцах, — у человека есть свободные деньги, куча свободных денег, неважно откуда он их взял, ну например, продал бизнес, и решил купить акции, чтобы потом получать с них доход или продавать несчетное количество раз, пока куш не покажется ему астрономическим. Моя задача подобрать для него эти акции, выгодные по цене и росту. У меня есть хватка, чутье и лицензия, дающая мне выход на торговые площадки. Чем больше трейдер купил, тем больше я получил. Обычно моя зарплата выше среднестатистической.

— Ну что, Дэн, обмоем твой первый лям? — с таким вопросом ко мне подошел юрист Алик, сидящий в том же офисе, что и я. Он иногда помогал мне искать юридические подвохи.

— Я пас! Сегодня не могу, убегаю, — я сунул в карман запасной телефон со всеми контактами и биржевыми сводками, делая вид, что спешу, хотя никуда не спешил, а просто не желал ни с кем делить свой успех.