Читаем Тень Одержимого (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Карл Птитс мёртв. Война за Галактику между Империей и разрушителями продолжается. Космический корсар Пиксель, скорбя по своему другу, защищает пограничные планеты от внешних врагов, а охранительница Ефросинья Пронина сторожит государство от врагов внутренних. Тем временем Фридрих Грюнвальд, он же Лорд Разрушения Ариан, пытается распутать давний заговор в Тёмном Замке. И все они ещё не знают, что вскоре столкнутся с загадочным преступником в зеркальной маске, известным как Одержимый…

Тень Одержимого

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Эпилог

Приложение

Приложение

Тень Одержимого

Пролог

Памяти Ярослава Коваля и кота Альбуса

— Карл!

— Пиксель, беги!

— Ты этого не сделаешь. Твой друг у меня на прицеле.

Взрыв.

997 год Эры Империи

Голубой шар планеты Зекарис безмятежно висел посреди чёрной пустоты космоса. Над поверхностью мира, почти полностью покрытой лазурным океаном, клубились редкие белые облака.

А ещё выше, на орбите, развернулась битва кораблей. От большого флота разрушителей, кое-как собранного с Галактики по нитке, остались только безымянный древний фрегат и пинас «Просветитель». Противостояли им военный галеон Имперского Охранительного Бюро и трофейный бриг. Корабли, разделённые сотнями километров, обменивались выстрелами из бортовых пушек. Фрегат, корма которого походила на замок с остроконечными башнями, а нос был сделан в виде змеиной головы, напал на бриг.

Шансы поразить бриг таяли с каждой секундой — захвативший его Пиксель, корсар на службе Господа-Императора, направил корабль в сторону планеты. Преследовать врага не было смысла — он вот-вот окажется в радиусе действия защитных орудий форта на острове Высокая Гора. Тем временем длинноносый «Просветитель» уходил от обстрела военного галеона, нос которого венчала статуя рыцаря с молотом. К несчастью для разрушителей, этот бой выиграла Империя.

Лорд Ариан наблюдал за боем с мостика фрегата, лёжа на койке. За готическим окном с фиолетовыми стёклами беззвучно вспыхивали взрывы. На разрушителе остались лишь чёрные брюки и рубашка с высоким воротником, а ослепительно белый кожаный плащ валялся рядом на полу. К левой руке тянулась капельница с восстанавливающей жидкостью.

Рядом с Арианом на аскетичной скамье сидели члены Совета: Высший Лорд Штейнштейн, Высшая Леди Ребеллия и Высший Лорд Валдоро. Леди Эскулапия, главный врач Тёмного Замка, обрабатывала целебной мазью их боевые раны. Чуть подальше от них, в центре мостика командовала боем Леди Серпентира. Владычица корабля выглядела как человекообразная змея. Её туловище, покрытое сине-зелёной чешуёй, держалось на длинном хвосте. Вытянутую голову Серпентиры обрамлял капюшон, как у кобры.

Сам Ариан испытывал чудовищную слабость, а в его голове по-прежнему не стихал гул после взрыва гранаты. Разрушителю спасла жизнь лишь непробиваемая чешуя Леди Серпентиры, прикрывшей его от осколков и ударной волны. А чуть не убил Ариана Лорд Авис. Человек, некогда бывший его другом… Авис, урождённый Карл Птитс, предал Тёмный Замок. И ради чего? Дружбы с Пикселем? Что же заставило Ависа подорвать себя и унести жизни трёх бывших соратников?

За окном внезапно появились три линейных корабля Империи. Гигантские суда вынырнули из гиперпространства и повернулись к фрегату бортами в чёрно-жёлтую полоску. Орудийные батареи обрушили огонь на корабль Леди Серпентиры, но она успела задействовать фазовый сдвиг. У Ариана сильнее закружилась голова — разрушитель вместе с мостиком на время выпал из реальности.

Первый залп линкоров прошёл сквозь фрегат, не нанеся урона. Однако затем последовал второй. Имперские пушки снова выплюнули огненный дождь, и мостик тряхнуло — выстрелы кучно попали в борт под ним. Ариан вздрогнул на койке. Штатив с капельницей чуть не свалился, но был подхвачен Эскулапией. Ребеллия и Штейнштейн в ужасе схватились друг за друга, а Валдоро лишь нахмурился.

— Сильные повреждения левого борта, миледи, — подобострастно пролепетал А. С. П. И. Д., искусственный интеллект корабля.

— Хр-р-р! — злобно прорычала Леди Серпентира. — Ремонтируй!

— Нам не выстоять, миледи, — в робком голосе Ребеллии послышалось отчаяние.

Ариан знал, что змее наплевать на жизни агентов, включая его самого, и она бы никогда не стала спасать личный состав, если ей об этом не напомнить. И что во многих случаях её останавливал лишь страх перед Верховным Владыкой Философом.

— Уходим! — приказала Серпентира. — А. С. П. И. Д., гиперпространственный прыжок!

К счастью, в этот раз она прислушалась к своим подчинённым, на чьей стороне был здравый смысл. Автоматическая Система Пилотирования и Деструкции активировала гипердвигатели. На окнах мостика с грохотом захлопнулись металлические ставни. Ариан ощутил толчок — и корабль оказался на расстоянии многих световых лет от Зекариса.

Защитные створки вернулись в обычное положение, и за окном перед разрушителем предстал Тёмный Замок — прибежище мятежников и вольнодумцев со всей Галактики. Серые готические башни с тёмно-зелёными крышами поднимались из парящего в космосе астероида, а справа от этих причудливых строений под огромным куполом ослепительно пылал сферический фонарь. Пинас «Просветитель» тоже вылетел из гиперпространства рядом с фрегатом. Флот разрушителей никогда не был большим, поэтому им приходилось беречь каждый корабль.

— Всё, мы дома, — подытожила Высшая Леди Ребеллия.

Главная революционерка Тёмного Замка носила ярко-алые бронепластины поверх мундира цвета хаки и красный берет.

— Ура! — воскликнул Высший Лорд Штейнштейн.

Под его грязно-белым, дырявым халатом виднелась композитная кираса. Учёный пустился в пляс, разделяя радость большинства на корабле. Лишь Леди Серпентира оставалась мрачной и угрюмой. Её красные глаза разглядывали окно на корме — единственное с витражом. Узор на стекле изображал юношу, которого ангелы несли вверх, к озарённым светом небесам, и девушку, которую щупальца тянули вниз, в беспросветные потёмки. Она в в отчаянии простёрла к нему руку, но он лишь смотрел, как космические силы неумолимо их разделяли.

Фрегат медленно подплывал к Тёмному Замку. Вычурные, украшенные змеями и горгульями башни постепенно стали ближе, а потом исчезли из виду — корабль снизился у раскрытых ворот. Он вошёл в ангар, выдолбленный прямо в астероиде, и приземлился в мрачном доке.

— Идите, — тихо произнесла Серпентира, когда гигантские бронированные двери снова захлопнулись.

Остальные разрушители, казалось, её не услышали.

— Идите же!!! — хриплый голос змеи сорвался на крик. Она сжала когтистые пальцы в кулаки.

Штейнштейн, Ребеллия и Валдоро подчинились и покинули мостик через сводчатую дверь. Эскулапия отсоединила капельницу от руки Ариана и помогла ему надеть плащ и сапоги, а затем — подняться на ноги.

— Вас проводить? — предложила Леди-медик.

Лорд покачал головой, невзирая на слабость. Эскулапия скептически на него посмотрела и направилась к выходу.

— Постой, — за спиной Ариана послышался шелестящий голос.

Разрушитель обернулся и увидел Леди Серпентиру.

— Никто не должен знать, что Авис нас предал, — прошептала змея ему на ухо. — Никто, кроме меня и Верховного Владыки. Понял?

В голосе Серпентиры прозвучала угроза.

— Да, миледи, — кивнул Ариан.

Змея была права: Авис не должен стать примером для тех, кто сомневается в решениях и действиях Философа. Ведь именно из-за Птитса разрушители не только потерпели поражение на Зекарисе, но и не достигли главной цели. Древний, но мощный кинжал чужаков, ради которого Серпентира затеяла всю эту миссию, теперь по вине предателя попал в руки Империи.

С тоскливыми мыслями о бывшем друге Ариан спустился с мостика к стыковочному шлюзу фрегата. Через платформы ангара разрушитель попал в каменные коридоры Тёмного Замка. После взрыва Лорд Разрушения больше всего нуждался в покое, но нерешённые дела довлели над разумом.

Прошёл день. Ариан стоял в пёстрой толпе разрушителей, собравшейся на кладбище на краю Сада Хрустальных Деревьев. Под куполом, посреди сиреневой травы стояли ряды каменных могил, украшенных самым замысловатым образом. На многих виднелся Змей Разрушения с Яблоком Познания. Чуть поодаль росли те самые хрустальные деревья. Свет, приглушённый по случаю траура, переливался на их прозрачных стволах.

— Пропустите, отойдите, пожалуйста, — Ариан вяло пробирался в первые ряды.

Сборище было очень разнородным, но этих людей объединяло одно — им всем не нашлось места в опухшей от гордыни Империи. Многие были ещё молоды — инициаты, учащиеся, чтобы получить титул Лорда, Леди или просто Л. Когда-то этот путь прошёл и Ариан — или, как его назвали родители, Фридрих Грюнвальд…

Многие разрушители одевались экстравагантно, красили волосы и носили затейливые украшения. Ариан с его коротким чёрным ёжиком, небольшими усиками и эффектным, но простым плащом на фоне прочих казался совсем невзрачным. Напротив толпы стояли Тринадцать Высших Лордов и Леди Разрушения, среди которых были Ребеллия, Валдоро и Штейнштейн.

Все ждали одного человека — и он явился. Верховный Владыка Философ прошёл по каменной дорожке мимо инициатов и разрушителей. Этот лысый старец с бородой был облачён в изумрудную мантию, расшитую греческими буквами. Правая рука в чёрной перчатке сжимала посох из сплетённых деревянных змей, увенчанный сиреневым кристаллом. Задумавшись, Философ остановился у новой могилы. Как и прочие, этот памятник был чисто символическим — множество погибших так и осталось на Зекарисе, а тех, кого удалось забрать с поля боя, для экономии площади похоронили в открытом космосе.

— Дорогие мои! Все, кто предан идеалам Разрушения и борьбы с Империей! — глубокий голос Верховного Владыки разнёсся над кладбищем. — Вчера мы понесли потери на планете Зекарис. Многие наши товарищи, наши соратники… погибли.

Мудрец окинул взором тех, кто стоял перед ним. Ариан встревожился, когда его тёмные глаза на миг встретились с яркими, изумрудными, будто бы нечеловеческими глазами Философа. Разрушитель инстинктивно осмотрел кладбище в поисках Серпентиры, но змея там не присутствовала — к вящей радости многих.

— И сейчас мы почтим их память, — скорбно произнёс Верховный Владыка.

Ребеллия выступила вперёд со свитком.

— Лорд Авис! — громко зачитала вестница революции.

Услышав имя предателя, первое в алфавитном порядке, Ариан стиснул зубы.

— Леди Азария! Л. Берондис! — продолжила Ребеллия.

Ариан чуть не заснул на этом списке — всё же слабость после взрыва давала о себе знать.

— Лорд Констриктор!

Полный лысый мужчина из первых рядов, одетый в аристократические меха, и его светловолосая жена в изумрудном платье заплакали, услышав имя своего сына, который тоже погиб от гранаты Ависа.

— Леди Хартред!

Ариан едва подавил улыбку: это была его прежняя одногруппница — крепкая и невменяемая. Когда-то она душила Ависа в коридорах Тёмного Замка, а затем набросилась на преподавателя с ножом, и тому пришлось вызвать охрану…

— Леди Райдена! Лорд Скабрус! Лорд Шоймер! Л. Терис! Леди Виралия! Л. Ксорум! Леди Изонт! Лорд Зерус! — гремел голос Ребеллии.

Разрушители слушали её внимательно, прерываясь лишь на плач и всхлипы. Когда же она закончила, к Философу подошли семь плакальщиц в длинных сиреневых платьях. Они запели задумчивую, грустную мелодию, от которой кое-кто прослезился ещё сильнее. Ариан же изучал надгробие с высеченными головами ундин — страшных подводных хищников с Зекариса, а затем — серую каменную стену за невысоким холмом, над которой поднимался готический каркас купола. Лорд Разрушения знал многих из перечисленных, но их смерть не вызвала у него почти никаких эмоций. Он вообще редко испытывал эмоции — так получалось.

Вскоре плакальщицы ушли, уступив место Философу, который начал новую речь:

— Мы скорбим, но не сдаёмся, ибо мы едины перед Змеем Разрушения! И продолжим борьбу! Тёмное пламя пока не поглотило Империю, но всё же горит в наших сердцах! И мы победим и свергнем тиранию!

В подкрепление своих слов Верховный Владыка ударил посохом по камню на дорожке.

— Да! — возбуждённо подхватили разрушители.

Такие разные — и в то же время такие похожие в своей ненависти к Империи. «Единство в разнообразии» было основой порядка, выстроенного Философом почти тысячу лет назад. Но Ариан видел недостатки этого расклада. На практике никакого единства не выходило: коммунисты не могли ужиться с планетаристами, а материалисты — с магами. Лорды и Леди, включая Высших, копали друг другу ямы и плели интриги.

И Фридрих видел, как от этого страдала эффективность разрушителей. Империя была едина, она напоминала несокрушимый монолит, несмотря на всю разницу её культур. Разрушители должны противопоставить властям Земли нечто подобное. И Ариан уже над этим работал.

Через несколько дней он перебрался из лазарета в свою квартиру — небольшую, но многого тридцатилетний разрушитель и не требовал. Сидя в кресле у готического окна, за которым чернел космос, Ариан пил чай. На деревянном столе стояли выключенный компьютер с монитором из прозрачного стекла и миска с фруктами — яблоками и апельсинами.

Раздался стук. Кто же мог прийти сейчас, в условный поздний вечер?

— Входите, — лениво произнёс разрушитель.

В комнату, отделанную бордовой тканью, вползла Леди Серпентира.

— Здравствуй, Ариан, — прошипела она тихо и вкрадчиво.

— Рад вас видеть, миледи, — произнёс тот, отпив из кружки. — Хотите чаю?

— Нет, пожалуй.

— Я мог ожидать от Карла, то есть от Ависа, чего угодно, — с горечью процедил разрушитель. — Но не понимаю, как мы все оказались такими идиотами.

Он с трудом сдерживал злость на предавшего друга.

— Видимо, Авис мало ненавидел имперцев, — изрекла змея. — Ему промыли мозги люди — Пиксель и Барбара Винтер. А ведь в нём была сильна одержимость, сильна принадлежность к…

— Асурам, — закончил Ариан.

«Одержимость»… Слово из его инициатского прошлого. Так он звал тех, кто хотел чего-то большего, чем тихое счастье обывателя. Тех, кто мечтал перевернуть Вселенную. Детская, максималистичная теория, но что-то в ней было, раз Ариан к ней постоянно возвращался. И в идее асуров из мифов Древней Земли тоже чувствовалось нечто близкое этому образу.

— Это и отличает истинных разрушителей от тех, кто непоследователен в своей ереси или притворяется, — Серпентира подползла ближе. — Мой дорогой Ариан, я пришла к тебе по делу.

— По какому? — разрушитель тут же навострил уши.

— В Тёмном Замке назревает кризис, — прошелестелаона. — У Ребеллии, Штейнштейна и подобных им человечных слабаков есть поддержка инициатов и покровительство Верховного Владыки, но на самом деле они не так опасны. Есть люди и группировки куда страшнее.